Не влюбляйся

      Она просто хотела быть кому-то нужной. Она просто хотела, чтобы её любили так же, как любят других. И она делала всё для этого. user34662: — хахах, ты такая страшная.

— Хмм, я постараюсь быть лучше. Спасибо за твою критику :)

      Было ли ей обидно от этих слов? Было, и даже очень. Йеджи всегда унижали и оскорбляли за её внешность. Раскосые глаза, слишком бледная кожа, пусть это и считается очень красивым и аристократичным в Корее, худое телосложение, из-за которого у многих девочек в классе и на курсе появились комплексы. Вообще-то, Хван была воплощением самой Афродиты, но ей навили совсем другое мнение. user6096: — Боже, Хван, в кого ты такая тупая. Почитай книг побольше, с тобой даже поговорить не о чем.

— Спасибо за совет!!)

      Она прочитала всю корейскую и зарубежную литературу ещё в возрасте 12 лет, а после этого углубилась в философию и изучение разных языков. Прямо сейчас она знает 7 языков: корейский, китайский, японский, французский, итальянский, испанский, английский и с недавних пор учит немецкий. Её мечтой всегда было путешествие по миру, поэтому она активно развивается и с каждым днем старается быть лучше. user2701: — фу, я недавно видел у тебя несколько прыщей на лице. ты вообще ухаживаешь за собой?

— Я обязательно исправлю это. Спасибо, что сказал.

      Йеджи всегда заедает стресс сладким... В этот раз её состояние лишь оставляло желать лучшего. И ведь об этом знают все вокруг. Но нет, вместо того, чтобы поддержать, утешить, обнять, помочь в трудную минуту, все лишь и делают, что критикуют и стараются занизить самооценку.       Неужели её никто не любит? В детстве у нее совсем не было друзей, родители любили младшую дочь Суджон, а родственники думали, что она скончается в 8 лет из-за болезни, но врачи действительно сделали всё, чтобы девочка жила и дарила лучики счастья и света всему миру.       Так было на протяжении долгих лет её жизни, пока в 10 классе не появился новенький ученик Ли Феликс. Они стали быстро сближаться и у них стала самая настоящая дружба. Многие не верили, что они не влюблены друг в друга, но у них не осталось вопросов после того, как вся школа узнала, что Феликс — гей, а Йеджи — самая заядлая лесбиянка.       На первом курсе обучения в университете Хван познакомилась с девушкой с третьего курса — Чо Миён. Они стали часто общаться и, как оказалось, их съёмные квартиры оказались совсем близко друг к другу, в одном доме. Только вот Хван жила на пятом этаже, а Чо на седьмом. Они вместе ходили на пары, гуляли и всячески проводили время друг с другом.       Думаете, они стали встречаться? Нет. У Миён была девушка по имени Юци, да и если быть совсем честными, Чо не во вкусе Йеджи. Друзей она нашла. Что насчёт второй половинки?       Хван постоянно сидела на разных сайтах знакомств, смотрела тысячи анкет, переписывалась с сотнями людей и пару раз старалась перейти хотя бы на уровень друзей, а не простых знакомых.       Но ничего не получалось.       Кто-то не приманивал её из-за поведения, кто-то из-за отношения к ней, к кому-то она просто не привязывалась, хотя общалась на протяжении, казалось бы, полугода. Главной её проблемой было то, что она быстро привязывалась к интересным людям. Но, несмотря на их увлечения и рассказы, их характер был не на уровне Йеджи.       И так было всегда, все школьные и почти студенческие годы. Почему почти? На последнем курсе она познакомилась на одном сайте знакомств с милой девушкой. Ей понравилась её анкета и профиль, только вот... Эта девушка немного пугала её. Она казалась строгой и холодной, а потому, Йеджи просто кинула её анкету в архив, чтобы если она всё-таки наберётся смелости, смогла бы познакомиться.       Между этим, она уже написала одной даме. Они быстро нашли общие интересы, но, как сама собеседница, девушка была скучной. Хван, будучи не совсем опытной как в дружбе, так и в отношениях, просто сразу сказала, что ищет исключительно девушку и если её новая знакомая не хочет этого, то и времени тратить Йеджи не хочет.       Но не успела она этого написать, как её недоподруга призналась ей в чувствах. Хван впала в ступор. «Но мы ведь общаемся всего пару часов...»       Да, конечно, в анкете упоминалось, что дама быстро привязывается, но Йеджи не думала, что настолько сильно. Тем не менее, общение они продолжили.       Прошло 4 дня. Обычно шатенка примерно понимала, стоит ли человек её времени или нет. Она старалась привязываться. Писала первая. Называла девушку милыми прозвищами. Искала подкаты. Но вдруг, в тот самый четвёртый вечер, ей говорят, что сердце её знакомой уже занято.       «— Это было максимально странно, — делится своими мыслями с Феликсом девушка, сразу после произошедшего. — Но я рада, что не привязалась к ней».       И Йеджи всё же решает написать той даме, чью анкету оставила у себя в архиве. Она переходит на профиль, внимательно изучает его и, поборов свой страх, быстро печатает: «Не против познакомиться?»       И они действительно знакомятся. Хван видит эту некую связь между ней и Рюджин, но ничего не говорит. Первые 3-4 дня они не особо часто общаются и списываются изредка. Проходит чуть больше времени и девушки начинают общаться всё чаще и чаще. Обеим приходится ложиться почти под утро, ведь так не хочется заканчивать диалог. Но даже несмотря на это, Йеджи чувствует что-то странное.       Шин Рюджин, девушка, что старше её на два года, оказывается пусть и интересным, но очень холодным собеседником. Конечно же об этом упоминалось в анкете, так же как и о том, что привязывается Рюджин не быстро, для этого должно пройти как минимум полгода. Только вот, Хван ведь не думала, что это будет серьёзное общение.       Как и не думала, что помимо того, что привяжется за неделю, влюбится в Шин Рюджин по уши.

***

      — Миён, я вляпалась... — начинает диалог Йеджи. Подруга вздыхает, кивая головой, мол: «Что случилось?». — Что делать, если я случайно влюбилась в одну девушку...       — Признаться и жить спокойно. Если будет не взаимно, то мои личные сообщения для тебя всегда открыты, как и Феликса, в принципе.       — Так легко? А совет какой-нибудь или...       — Иди уже, я больше чем уверена, что эта твоя мадам тоже чувствует к тебе что-то.

***

      — Миён, не поверишь! — Йеджи прыгает на кровать, счастливо прикрывая глаза. Чо хмыкает и спрашивает, что же ответили ее подруге. — Рю сказала, что частично взаимно, но так как это мои первые отношения, она хочет, чтобы мы узнали друг друга чуть получше, а потом начали встречаться! Боже мой, пусть она и кажется холодной, но она так мило заботится обо мне!       — Ну вот видишь, а ты боялась.       — Только... Меня немного напрягают эти качели. Они... Бывают иногда. Но это из-за её плохого настроения, наверное.       — Возможно и так. Ты мне, к слову, ничего не рассказала о ней. Поделишься немного?       — Конечно, миссис «мой личный психолог», — смеётся младшая и начинает свой рассказ.       — Хм, знаешь, мне кажется, что тебе стоит быть аккуратнее с ней, — оповещает Миён, и Хван кивает, ведь в чём-то даже согласна с онни.

***

      Проходит месяц. За это время произошло многое. Рюджин и Йеджи часто ссорились, хоть и мирились. Но вообще-то, мирилась только Хван, ведь была той, кто постоянно признавал свою вину. На самом деле, ни с кем другим она бы так не поступала. Но Шин очень нравится ей. Именно поэтому она принимает все унижения и ссоры, глотая это всё, забывая и смотря на Рюджин собачьими глазками.       И вот, они начинают свои отношения. Шатенка счастливая скачет по комнате, хлопая в ладоши и обзванивает Миён и Феликса, вместо слов лишь крича в трубку.       Они с Рюджин решают съехаться. Да и тем более, к тому моменту Йеджи в наследство от бабушки получает квартиру. Также у Шин есть своя, но Хван слёзно умолила старшую жить у неё. С того момента они стали привыкать друг к другу, проводить больше времени вместе, постоянно гулять за ручку и смотреть разные фильмы.       Проходит несколько месяцев, с в отношениях иногда бывают прежние качели, но тем не менее, Йеджи всё ещё без ума от своей девушки. Да и на фоне её выпуска из университета, она не хочет замечать каких-то лишних проблем. Они всё равно обсудят всё вечером.       И пусть это ни к чему не приведёт. Сам вид того, что они разговаривают друг с другом, есть, а это может значить, что у них здоровые отношения.       Выпускной бал проходит на ура и Йеджи получает три букета, от каждого близкого человека. Но букет Рюджин был самым шикарным. Нежные розовые пионы красиво подчеркивали чёрное атласное платье Хван, в идеале дополняя образ.       — Рюджин-а, а у меня для тебя тоже будет подарок, — шепчет на ушко старшей шатенка. — Только дома, — прикусив мочку уха, Хван довольно хихикает, ведь прекрасно знает, что брюнетка поняла намёк.       — Какая непослушная девочка, разве можно говорить своей онни такие вещи, когда она ведёт машину, м? — подмигивает старшая, наблюдая за румянцем на щеках своей девушки. — Плохая девочка, тебя надо наказать.       — Рюджин-и, — Хван прикрывает лицо руками, чуть пища от покалывания в щеках. От слов старшей живот начинает приятно сводить, а в голове появляются очень навязчивые образы.       — Уже думаешь, на какую длину я буду...       — Рюджин! Тише, — Йеджи визжит, стесняясь ещё пуще прежнего. Шин беззлобно смеётся и вдруг останавливается, оповещая, что они у дома.       — Ну что, пошли тебя наказывать? — подмигивает брюнетка и кивает в сторону выхода.

*Спустя два года*

      — Йеддон, это нормально, просто значит, что она не твоя судьба... — подбадривает Феликс, обнимая младшую. Миён стоит рядом, быстро кивая головой.       — Я думала, что мы всегда будем вместе! Всегда! — Хван срывается на животный крик. Через тонкие стены весь этот шум наверняка слышен соседям. Да и хер с ними, Йеджи сейчас совершенно не до них. Сейчас шатенка лишь и делает, что крутит в мыслях слова: «Я причиняю тебе боль, нам надо расстаться».       — Всё пройдёт. После расставания всегда такая реакция. Тем более, если ты очень любил человека.       — Я выпрыгну из окна! Прямо сейчас выпрыгну! Пустите меня! — Хван дёргается, но парень с девушкой быстро ловят её и заключают в свои объятия, пока она продолжает реветь. — Ну почему она меня бросила?! Я... Я настолько ужасна?... — Йеджи перестаёт плакать, вместо этого начиная заикаться и чуть задыхаться.       — Джи, сестрёнка, тише-тише, успокаивайся. Миён, успокоительное, срочно, — командует Ли, и блондинка сразу же кивает, убегая за нужным препаратом. — Йеджи... Йеджи, ты меня слышишь? — парень чуть похлопывает подругу по щекам, чтобы проверить, в состоянии ли она вообще.       — Так, бегом пить, она сейчас сознание потеряет! Йеддон! Милая, ты слышишь нас?       — Слышу, — еле лепечет Хван с закрытыми глазами. Друзья вздыхают, переглядываясь. — Хочу спать.       Ли тут же берёт её на руки, донося до комнаты. Аккуратно уложив младшую на кровать, он укрывает её одеялом. Шатенка просит выйти и парень кивает. Только он выключает свет и выставляет одну ногу за порог комнаты, как слышит: «Рюджин-а... Моя Рюджин-и...», поворачивается и замечает, как судорожно Хван обнимает подушку, шепча имя своей возлюбленной.       — Мы же можем как-то исправить ситуацию? — вздыхает Феликс и Миён, немного подумав, отвечает.       — Йеджи тот человек, что быстро привязывается, это мы знаем. Ей одно доброе слово скажи — она уже твоя. А тут они ещё и два года встречались... Вот уж не знаю. Конечно да, это со временем пройдет. Только вот когда — мы не знаем и узнать не можем.

***

      — Ликс, а с Рюджин точно всё хорошо? Может, ей плохо без меня?       — Йеджи, тебе пора себе внушить, что она и без тебя в порядке. До утра из-за неё не спать — паршиво, если честно. Она такая же как все, с кем тебе рядом не место.       — И в чём её обвинять?... У каждого ведь своя жизнь, — невинно хлопает глазами девушка, смотря на двух друзей перед собой. — Я ей напишу.       — Не смей! — вдруг спохватывается Феликс. — Не влюбляйся, милая, не люби, пожалуйста.

*Спустя полгода*

      Договорившись с Миён и Феликсом о встрече в кафе, Хван скучающе сидела за столиком, ведь решила прийти на полчаса пораньше, чтобы посидеть одной. И это получилось бы прекрасно, если бы ее идиллию не испортила какая-то незнакомая девушка.       — Привет, милашка, не против познакомиться? — она протягивает руку, чтобы Йеджи её пожала, но вместо этого шатенка лишь отрицательно кивает.       — Извини, я люблю другую, — незнакомка стоит пару секунд, после чего любезно кивает, извиняется за беспокойство и отходит от столика.       — И сколько ты ещё будешь отказываться от знакомств? — звучит голос позади, и Хван дёргается. — Это я, — Миён садится напротив. — Знала, что ты придёшь раньше, поэтому... Одну тебя оставлять сейчас опасно, уж прости.       — Так хорошо меня знала только... — Йеджи пару секунд смотрит на подругу, и стоит её глазам чуть заслезиться, как она шмыгает носом и отворачивается к окну.       — Как часто ты вспоминаешь о Рюджин?       «Каждую секунду» — хотела бы ответить Хван, но лишь пожимает плечами. Она и не забывает Шин Рюджин.       Она помнит, как раньше после работы бегом бежала в метро и за пару минут оказывалась дома. А сейчас она неспешно выходит из своего кабинета, выключает свет во всём офисе, так как другие рабочие давно ушли, прогуливается до дома через парк и в свою тёплую квартиру заходит лишь в 20 с лишним часов.       Она помнит, как раньше, выходя из магазина, они с Рюджин делили пакеты между собой, и обычно самые не тяжёлые тащила Йеджи. Они были набиты вкусняшками, кучей напитков, не забывали и про бытовые покупки, но они были значительно меньше. Сейчас Хван выходит из магазина лишь с самым важным, а чаще всего и вовсе заказывает доставку.       Она помнит, как раньше, чувствуя себя очень плохо, Шин по одному лишь взгляду понимала, что это не есть норма. И Хван не могла отпереться, ведь Рюджин читала её так же легко, как открытую книгу. Одна слеза — и Йеджи уже лежит в объятиях возлюбленной, пока та шепчет на ушко добрые слова, успокаивает. Сейчас Йеджи просто не видит смысла плакать.       Она помнит, как раньше, стоит ей только выключить свет в той комнате, где сидели они с Рюджин, как старшая начинала свои сильнодействующие прелюдии и смущала младшую до самых алых щёк. А там уже и ночь выходного дня перетекала в утро за самыми любимыми играми девушек. Сейчас Йеджи почти всегда и ходит с выключенным светом, не находя смысла включать его.       — Йеджи?... Ладно, давай поговорим честно. Ты ведь всё ещё любишь её?       — Я? Нет, я просто...       — Знаешь, я недавно видела её и... Она такая же побитая, как и ты. Дело не моё, конечно, но если ты скучаешь по ней...       — Ты думаешь, что я могу написать ей?       — Конечно можешь, но только вот, хочешь ли?       Йеджи уже подхватывает свой телефон, как вдруг замечает сообщение от контакта «Рюджин-и». Она смотрит на иконку приложения пару минут и, решившись, заходит. — Привет. Можем поговорить?