Верёвочки

**** Это был обычный филерный день для сюжета, но не для наших любимых персонажей. Джон, хоть и гениальный ученый, чувствовал, что недостаток информации мешает ему составить четкий план действий. Зацепок не было, но его острый ум не позволял бездействовать, снова и снова прокручивая все возможные расклады событий. Мозг, казалось, просто не мог отключиться. Это и было главной гордостью Джона: «Если человек мыслит, значит, он жив». Однако текущие обстоятельства заставляли его готовиться к любым, даже самым неприятным, исходам. Джон чувствовал себя истощенным — негативные мысли не давали ни уснуть, ни отдохнуть. «Может, простая беседа поможет отвлечься», — подумал он, и ноги сами привели его к Лололошке, который копался в грядках. Свекла, морковь, пшеница... Джон задумался: «Интересно, он выращивает это для себя? Но ведь я ни разу не видел, чтобы Лолошка хоть что-то ел. Тогда зачем он этим занимается? Возможно, работа с землей помогает ему успокоиться?» Закончив с делами, Лолошка заметил Джона. — Что ты здесь делаешь? — спросил он, отрахивая одежду от грязи . — Да вот, стою и наблюдаю, как ты убиваешь наше драгоценное время, — ответил Джон с явным сарказмом. — Значит, у достопочтенного Джона есть идеи, как мне более эффективно распределять свое время?! — вспылил Лолошка. Его раздражало, что ферма вдруг стала объектом критики. Как будто занятие чем-то другим принесло бы им хоть какие-то ответы. — Полегче, красотка, не горячись. — Тогда у тебя есть зацепки? — Нет, их нет, — признался Джон. Лолошка бросил на него недовольный взгляд. Хотелось спросить, зачем тот вообще пришел, но, приглядевшись, он заметил огромные синяки под глазами и уставший вид. «Видимо, Джон совсем не спал», — подумал он. — Выглядишь уставшим, — тихо сказал Лолошка. Его взгляд смягчился. Желание проявить к Джону сострадание росло. Он ведь не виноват в заражении Архея и также не может покинуть завесу. — Это не твоя забота, — резко отозвался Джон, пытаясь парировать жалость Лолошки. Но Лолошку было уже не остановить. Желание помочь Джону зажглось в нем ярче, чем он сам ожидал. — Мы ведь партнеры. Твое здоровье — залог успеха нашей миссии. Джону нечем было возразить. — Ну же, Джон, расскажи, что тебя тревожит? — спросил Лолошка. Джон почувствовал себя на приеме у психолога. Серьезный взгляд Лолошки ожидающий ответа не оставлял возможности сменить тему. Сняв очки и задумчиво посмотрев на них, Джон вздохнул. — Не то чтобы мои проблемы отличались от твоих. Но знаешь, что нас различает? Джон указал пальцем на свою голову. — Мой гениальный ум, конечно же. Который, увы, сейчас не дает мне спокойно заснуть, — произнес он с грустной улыбкой. Лолошка задумался. «Навязчивые мысли? Значит, его мучает собственный разум». Что бы ни тревожило Джона, было ясно одно: ему нужно помочь расслабиться. Но как? Едва ли в этом мире можно найти слона. Но есть универсальный способ снять стресс... Лолошка на мгновение задумался, когда в последний раз делил с кем-то ложе. Было ли это важно сейчас? Нет. Главное, согласится ли сам Джон. Всё-таки у Лолошки действовать выходило лучше чем думать. Два быстрых шага — и вот Лолошка уже стоял перед Джоном. Он осторожно взял лицо ученого в свои руки. — И что же я должен сделать, чтобы убрать эти черные мешки с твоего прекрасного личика? — мягко проговорил он, чуть прищурившись. Лолошка нарочно поддразнивал Джона. Или не нарочно? Трудно сказать. Джон явно не ожидал такого. Сначала шок, потом злость, ведь Лолошка цитировал его же фразы! От смущения или гнева щеки Джона залились легким румянцем. А большие пальцы Лолошки аккуратно скользнули по его скулам. Эта немая сцена продлилась всего мгновение, ведь Джон думал быстро. И нужно признать, обдумывать сценарий возможного перепихона с Лолошкой оказалось намного приятнее, чем прокручивать в голове варианты провала их миссии. Глядя на Лолошку с ехидной улыбкой, Джон взял его руки в свои. — Мы действительно можем кое-что сделать... Но только если ты сам не против, — произнес он с игривой интонацией. ****** Дом Джона был достаточно просторным, учитывая, что он жил там один. Светлый сон Лолошки мягко освещал все вокруг, создавая атмосферу, которая никак не подходила текущей ситуации. Но Джона всё устраивало. Он удобно устроился на своей кровати, стоящей в центре комнаты, и взглядом пригласил Лолошку присоединиться. Лолошка послушно сел рядом. В данный момент он чувствовал себя смущенным, но пути назад уже не было — именно он стал инициатором. А вот Джон выглядел совершенно спокойно. Уголки его губ слегка приподнялись, изображая легкую ухмылку, и казалось, что он наслаждается ситуацией. Забавляла ли его неловкость Лолошки? Определённо. Это не могло не злить Лолошку. Они смотрели друг на друга, и ещё мгновение — учёный начал бы смеяться. Лолошка почувствовал, как его сердце забилось быстрее. Он отчаянно перебирал идеи, как заставить Джона почувствовать ту же неловкость, что и он. И вот решение нашлось. Из своего инвентаря Лолошка достал несколько хлопковых верёвок общей длиной около восьми метров. Это были остатки после недавнего крафта, которые он уже счёл бесполезными. Однако выражение лица Джона заставило его передумать. Лицо учёного замерло в удивлении, и он долго не мог подобрать слова. Лолошка поспешил объясниться: — Я слышал, что Джон Дейви Харрис всегда открыт для нового. Поэтому подумал, что ты, возможно, согласишься, чтобы я попрактиковался на тебе. Лолошка смущённо опустил взгляд. Пока он боролся с внутренним стеснением, Джон уже успел представить себе несколько сценариев. Большинство из них показались ему скучными, но Лолошка удивил его своей выходкой. Учёный вздохнул, в его глазах вспыхнул интерес: — О, не переживай. Если это то, о чём я думаю, я готов. Но ты ведь не собираешься причинять мне боль, да? — Нет-нет, это шибари. Это не имеет цели причинить вред, — поспешно заверил Лолошка. — Это больше о красоте: эстетика узоров, которые полностью или частично обездвиживают. У Джона снова появилась ухмылка. Он снял очки, поднёс их к губам и, прищурившись, произнёс: — Не думал, что наш скромный Лолошка знаком с такой темой. Лолошка вспыхнул. Да, он интересовался японской культурой, но точно не из-за грязных мотивов. Это увлечение досталось ему от него — Что ж, — сказал Джон, вставая и снимая халат. — Твоя идея не так уж плоха. Ещё мгновение — и Джон стоял перед ним полностью обнажённым, излучая уверенность. Он скрестил руки на груди и посмотрел на Лолошку, который всё ещё сидел на кровати. — Ты собираешься оставаться одетым? — спросил он с лёгкой усмешкой. — Мне так комфортнее. К тому же сейчас я буду занят тобой, — ответил Лолошка, пряча смущение за деловым тоном. Лолошка потянулся руками к лицу Джона чтоб снять очки , ох похоже смушеним был не только он. — Ну что, я могу начать? Джон снова лёг на кровать и протянул руку, приглашая Лолошку присоединиться. — Давай. Лолошка встал над Джоном, накинул верёвку на его шею и начал плести первый узел. Его пальцы осторожно касались кожи учёного, вызывая лёгкую дрожь. Джон молчал, наблюдая за процессом, но изредка морщился от щекотки. Работа с верёвками расслабила Лолошку. Он погрузился в процесс, проверяя симметрию узлов. Закончив с передней частью, он осмотрел свою работу. Его взгляд невольно задержался на лице Джона. — Не думал, что скажу такое, но твой серьёзный вид и умелые ручки выглядят весьма возбуждающе, — произнёс Джон с игривой интонацией. Лолошка покраснел ещё сильнее, но, вернувшись к реальности, просто улыбнулся: — Сочту это за комплимент. Он продолжил плести узоры, продевая верёвки сквозь готовые петли, создавая звездообразный рисунок. — Расскажи мне что-нибудь, — попросил Джон, стараясь заглушить внутренний голос, который, даже сейчас, не давал ему полностью расслабиться. Лолошка наклонился ближе и прошептал ему на ухо: — Ты знал, Джон, что искусство шибари берёт начало в японских боевых техниках связывания — ходзё-дзюцу? Оно несло в себе не ту пошлость, что ты предполагаешь. Эти техники использовались, чтобы обездвижить пленника и подчеркнуть его статус. Узоры зависели от ранга и положения жертвы. Лолошка продолжал говорить, увлечённо рассказывая о японской культуре. Джон молчал, время от времени вздрагивая от прикосновений шершавых пальцев Лолошки. Его кожа, светлая и гладкая, поддавалась узорам, создавая эффектный контраст. Руки Лолошки, нарочно или нет, касались тела Джона чуть чаще, чем требовалось. Каждое движение отдавалось теплом.Тепло разливалось по телу Джона, от прикосновений и голоса Лолошки он чувствовал необыкновенное расслабление. Наконец-то внутренние голоса, которые не умолкали даже в самые тихие моменты, стихли. Учёный лежал с закрытыми глазами, наслаждаясь редкими мгновениями покоя. — С окончанием войн техники связывания перекочевали в обычную жизнь, — закончил свой рассказ Лолошка. Он сел напротив Джона, ожидая реакции. — Прошу ваши руки, — с улыбкой попросил Лолошка. Джон , ухмыльнулся не меняя положения, послушно протянул руки. И через несколько мгновений его запястья были аккуратно связаны. — Не жмёт? — уточнил Лолошка. Джон покачал головой: — Всё в порядке. Продолжай. Он полностью расслабился, доверив весь процесс своему партнёру. Ему нравилось тепло рук Лолошки, приятно обволакивающее прикосновение верёвки. Спокойный голос мечника окончательно погрузил его в состояние умиротворения. Джон настолько расслабился, что не заметил, как его тело отреагировало на прикосновения. — Ого… Такая густая... её так много, — прокомментировал Лолошка, заметив результат. Джон открыл глаза, чтобы понять, о чём говорит партнёр, и только тогда осознал, что произошло. Учёный покраснел, отчего его обычно хладнокровное лицо приняло смущённый вид. — Хорошая работа, Лолошка, — пробормотал он с легкой улыбкой. Одним движением Джон высвободил руки из узлов и поднялся с кровати. Он окинул взглядом собственное тело, украшенное аккуратными узорами, и удовлетворённо покрутился вокруг своей оси. — Выгляжу великолепно, не так ли? — спросил он с усмешкой, поправляя волосы. Затем, повернувшись к Лолошке, добавил: — Думаю, я должен отплатить тебе, симпапусик. — Джон, что ты собираешься сделаешь? — растерянно спросил Лолошка, наблюдая за тем, как учёный подошёл к нему ближе. — О, не переживай. Я всего лишь хочу сделать тебе приятно, — ухмыльнулся Джон и, не дожидаясь ответа, потянул с Лолошки штаны. Лолошка покрылся румянцем, прикрывая лицо руками. — Достойная реакция на такого гения, как я, — заметил Джон. Он явно наслаждаясь смущением партнёра. Учёный нарочно добавлял провокационные комментарии, чтобы раззадорить Лолошку, но тот продолжал прятать лицо. Джону наскучило и он не стал медлить и взялся за дело, стимулируя его своими руками. — Д-Джон, это необязательно… — пробормотал мечник, но учёный не обратил внимания. Он посчитал своим долгом отплатить за заботу, и спустя несколько минут Лолошка уже тяжело дышал, выпуская напряжение на руки Джона. — Ну вот, видишь. Не только у меня она густая, — хмыкнул Джон, вытирая руки. Пара щелчков магических пальцев, и вся комната вновь сияла чистотой, а одежда вернулась на своих владельцев. Вот она сила пустотной магий. — Та-дам! — артистично раскинул руки Джон, явно ожидая аплодисментов. Но их не последовало. Когда он обернулся, то заметил, что Лолошка всё ещё был в лёгком шоке от происходящего. — Спасибо за помощь, партнёр. Можешь уйти или остаться. В любом случае я собираюсь поспать. Постарайся мне не шуметь, — сказал он, закутавшись в одеяло. Лолошка медленно пришёл в себя. Он оглядел комнату, его взгляд остановился на аккуратно сложенных верёвках, которые лежали на тумбочке. Подумав, что может сделать из них, мечник остался в комнате. **** Когда Джон проснулся полностью отдохнувшим, он заметил спящего Лолошку, который свернулся калачиком рядом с ним. На тумбочке красовалась аккуратно связанная фигура слона из верёвки. Джон улыбнулся и нежно провёл рукой по волосам своего Лолошки. - с добрым утром