CONSORTIUM: Консильери двух Господ

Именно те страсти, природу которых мы неверно понимаем, сильнее всего властвуют над нами. А слабее всего бывают чувства, происхождение которых нам понятно.

Бан Чан всегда держал все под контролем: своих людей, свои слова и поступки, но в какой-то момент вся его жажда контроля сыграла с ним злую шутку. С появлением Консильери клана Ким, все полетело ко всем чертям. Сначала Чан как одержимый собирал информацию, потом опрометчиво пришел в дом Хонджуна один, а сейчас обнаружил себя по пояс раздетым в его спальне. Нет, его не опаивали, он пошел сам, добровольно, ведомый любопытством и жаждой, что раздирала на куски, стоило только взглянуть на Сонхва. Узлы на джутовой веревке сильнее затягивались и впивались в кожу даже при незначительном движении. Крису казалось, что температура его тела повышается с каждым новым узлом, который так виртуозно завязывал Консильери. В это время Хонджун сидел на кровати, изредка прикладываясь к виски, и любовался происходящим. - Думаешь, гото будет достаточно? - Поинтересовался Ким и склонил голову набок, придирчиво оценивая представшую картину. - Ни в коем случае. Я объединю ее с хиши карада, - не отвлекаясь от связывания ответил Сонхва. - У Господина Бана красивое тело. Ромбы подчеркнут рельефность торса, а узлы как раз придутся на чувствительные точки. То, как эти двое сейчас повседневно беседовали, раздражало. Бан Чан дернул плечом, в попытке высвободиться, но руки за спиной были крепко связаны. Опрометчивый рывок натянул веревки срывая с губ Главы стон досады и такого нового для него удовольствия. - Осторожнее, Господин, - ласковые ладони Сонхва легли на плечи, мягка оглаживая ключицы и спускаясь на напряженные грудные мышцы. - Вы можете покалечится. Расслабьтесь. Через несколько минут вы почувствуете то, ради чего сюда пришли. Гипнотическим у Советника Хонджуна был не только взгляд, но и голос. Он звучал ровно, уверенно и возбуждающе. - Хонджун, должен признать, тебе невероятно повезло с Консильери, - выдохнул Чан, расправляя плечи и подставляясь под руки мужчины. - Согласен, - Хон отсалютовал ему стаканом и залпом осушил его. - Сонхва всегда точно знает, что мне нужно прямо сейчас. Его проницательность порой пугает даже меня. - И что же сейчас нужно мне? - Спросил Крис, глядя на Советника через упавшую на глаза челку. - Отпустить контроль, расслабиться и развеять сжирающее изнутри одиночество, - Пак обошел мужчину и сел к нему на колени, медленно затягивая веревку на его шее. - Я наполню вас сегодня. До краев. Лицо Консильери не выражало никаких эмоций, в отличии от голоса, который выдавал своего хозяина. Невозможно было не расслышать легкую хрипотцу, обжигающую на выдохе губы Чана. Он поддался вперед, но Сонхва ловко намотал веревку на кулак и оттянул его от своего лица, заставляя запрокинуть голову назад и открыть шею. - Я бы на твоем месте был хорошим мальчиком, Чан, - Ким неторопливо избавился от галстука и расстегивал сорочку. - Но ты не на моем месте, - сдавленно усмехнулся Крис. Веревка на шее сильнее затягивалась, степенно перекрывая доступ к воздуху. - Чтож, самое время поменяться, - щелчок пальцев Хонджуна стал сигналом. Сонхва резко отстранился, ослабив тягу. - Мне кажется, нам нужно помочь ему настроится на нужный лад. Как думаешь, Сонхва? Советник словно прочитал мысли Господина, улыбнулся в ответ и отошел к комоду у окна. Бан Чан напрягся. Внезапная смена сцены, которую спровоцировал его комментарий, пугала, как и эти двое. Между ними чувствовалась особая связь, будто они считывали друг друга на уровне импульсов. Неизвестность сжигала изнутри, разгораясь и разгоняя адреналин по венам. Кристофер спешно облизал пересохшие губы, стараясь не смотреть на Хонджуна, стоявшего напротив. Демоническая улыбка осветила его лицо, сделав его еще более зловещим и сумасшедшим. Сердце сдавленно билось внутри, как будто его тоже опутали джутовые веревки, лишая возможности полноценно сокращаться. Бан Чан нашел взглядом Сонхва, который, плавно покачивая бедрами, приближался к нему. Консильери медленно опустился на колени между его расставленных ног, ловко закрепил веревочный каркас, окончательно лишая Чана возможности двигаться. - Мы не сможем идти дальше, пока вы не смиритесь со своим положением, Господин Бан, - Хва посмотрел на мужчину снизу вверх и накрыл ладонью пах. - Вы возбуждены. Стоят ли ваши принципы того, чтобы лишать себя удовольствия? Снова этот гипнотический тон, абсолютно путающий мысли и лишающий воли. Крис мотнул головой и рефлекторно качнул бедрами, за что получил удар в живот, выбивающий резкий выдох. Хонджун вновь усмехнулся, любуясь разворачивающим действом. Контрастность между Чаном и Хва будоражила воображение: с одной стороны, мускулистый обездвиженный Глава Клана, с другой, изящный, изводящий его Консильери чужой семьи. Ким опустил руку, поглаживая себя по напряженной плоти, требовавшей внимания, которую сдерживала лишь ткань брюк, неприятно надавливая молнией ширинки. Сонхва дал несколько секунд Бан Чану прокашляться и расстегнул его штаны, отгибая белье. Эрегированный член с тихим шлепком по лобку освободился от плена ткани, а Крис облегченно выдохнул сквозь сжатые зубы. Эмоции, которые сейчас его обуревали, сложно было описать словами. Он одновременно хотел трахнуть Пака в рот, чтобы яйца били его по подбородку, а головка члена жестко толкалась в глотку, до слез, до мольбы остановиться, но в тоже время ему хотелось полностью отдаться в распоряжение этому искусителю, без остатка передав права на себя и свое тело. Длинные пальцы крепко сжали основание члена, медленно поднимаясь по стволу, словно выдаивали из него густую смазку, что уже крупными каплями выступала на головке. Бан Чан усвоил урок, а потому, как бы ему не хотелось, он замер, лишь наблюдая за происходящим и задержав дыхание. Ласки слишком распаляли и сводили с ума, до скрипа зубов. Тугое кольцо из пальцев остановилось под самой головкой. Снова одарив партнера взглядом, Сонхва склонился к члену и широким движением собрал капли смазки языком, пуская по телу Чана электрический разряд. Кончик языка пощекотал уздечку, а после тщательно вылизал уретру, надавливая на нее, словно желая проникнуть внутрь. Крис сдавленно застонал, поставив ноги на носочки, но стоически терпел, чтобы не подмахнуть навстречу. Слюна Хва обильно стекала по головке, на пальцы, а затем и на ствол, обжигая нежную бархатистую кожу. Чан закрыл глаза и откинул голову назад, жалобно заскулив, даже не представляя, что его ждет дальше. В свободной руке Консильери что-то сверкнуло. Это оказался тонкий металлический катетер. Держа его за навершие в виде шарика, Сонхва облизал гладкий стержень и крепче сжал орган Бан Чана. Тот нехотя открыл глаза и напрягся всем телом так, что веревки скользили по сочленениям мышц, вновь подливая масла в домну возбуждения. - Не дергайтесь, Господин Бан, тогда больно не будет, - ласково проговорил Пак, водя кончиком катетера по уретре, словно примериваясь. - Он небольшого размера, но этого будет достаточно для того, чтобы вы не кончили раньше времени. Холод металла и первобытный страх заставили мошонку подтянуться, выдавая состояние Криса. Сонхва, не обращая на это внимания, принялся вводить стержень в уретру, периодически спуская по нему свою слюну. Член ощутимо обмяк в руке, поэтому ласки не заставляли себя ждать. С каждым поступательным движением, катетер все глубже и глубже погружался в орган, вызывая дискомфорт, который тут же гасился умелыми ласками Консильери. Когда из головки торчал лишь ограничительный шарик, Сонхва поднялся со своего места и погладил подрагивающего Бан Чана по голове, стирая со лба испарину, которая казалось, покрывала не только лицо, но и все тело. - Отлично, - похвалил Хонджун выдержку Криса, который за все время не издал ни звука, только периодически морщился. - А теперь твоя очередь помочь Сонхва. Грубо нажав на щеки мужчины, Ким заставил его открыть рот и заложил на язык два пальца, мягко надавливая. Чан повиновался, обхватывая пальцы Хонджуна, жадно облизывая их. Мужчина не узнавал себя, не понимал, как такое могло случится с ним. А уж тем более он не понимал своего рвения выполнять все это, возбуждаясь еще сильнее. Член наливался кровью, от чего стержень ощущался иначе. Это было сродни бесконечной эякуляции, но в то же время, ужасным ограничением. Ладони Консильери уперлись в бедра Главы Бана, позволяя Сонхва наклониться и прогнуться. Его сорочка уже была расстегнута и открывала торс, который венчали ровные порезы разной степени заживления. Ким обошел своего Советника и коротко приказал: - Шире. Пак повиновался, расставляя ноги, пристально смотря на Бан Чана. Звякнула пряжка ремня, а за ней последовал облегченный выдох Кима, который расстегнул сначала свою ширинку, а затем резко оголил ягодицы Сонхва, наградив их звонким шлепком. Глаза мужчины слегка закатились, а губы распахнулись. Пальцы Хонджуна бесцеремонно ворвались в неподготовленное тело Консильери, заставляя его качнуться, сократив расстояние между его лицом и лицом Криса, который смотрел на это с широко распахнутыми глазами и не дышал. - Узкий… Бан Чан, хочешь, я буду делиться впечатлениями? - Участливо спросил Ким, насмешливо блестя глазами. - А может быть, ты хочешь послушать Сонхва? Движения пальцами продлилось недолго. Хону не терпелось заменить их собой, чтобы наконец-то оказаться в этом желанном теле. Толчок — по комнате раздалась симфония звуков: мелодично-болезненый стон Хва и шлепки ягодиц о бедра. Ким взял его резко, не дав возможности перевести дух. Бан Чану казалось, будто он сходит с ума. Всегда отстраненное лицо Сонхва сейчас было таким эмоциональным. Покрасневшие щеки, закатывающиеся от удовольствия глаза и приоткрытые губы. Его всхлипы и стоны будоражили, а веревки и этот чертов катетер вызывали злость, выходящую с рычанием. Он тянулся к чужому Консильери, одержимо жаждал стать частью этого безумия. Хонджун крепко держал бедра Советника, проникая в него до самого основания, и всякий раз запрокидывал голову назад, упиваясь близостью и реакцией их наблюдателя. Кристофер Бан был на грани. Это ощущение Киму было знакомо. Каждую близость, когда Хва открывался ему, Главу разрывали противоречивые чувства, на грани безумия. Просто соития всегда было недостаточно. Сонхва никогда не было достаточно. Чувствуя близкую развязку, Хон покинул тугую задницу партнера, вызвав у того разочарованный стон, и похлопал его по бедру, разрешая. Пак дрожащими пальцами извлек стержень из органа Бан Чана, отбросив в сторону, а сам развернулся и направил его член в себя, оседлав его колени. Крис зарычал и откинулся назад, чувствуя по всей длине члена горячее давление стенок прямой кишки. - Чан, ты же не оставишь его без оргазма? Потерпи, пока он не кончит первым, - Хон улыбнулся подходя к ним ближе. Сонхва притянул его к себе ближе, вбирая в рот пульсирующий член Господина, который вот-вот извергнется семенем. Жадно, остервенело высасывая его, мужчина ритмично насаживался на пенис Бан Чана. Оказавшись между двумя Господами, Хва самозабвенно отдавался обоим. Без остатка, без каких-либо условностей. Все происходящее было настолько правильно, настолько гармонично, что кружилась голова. Бурный оргазм не заставил себя ждать. Обильно излившись на брюки Криса, Сонхва не останавливался, хоть силы и покидали его. Ведь главный долг Консильери сделать все на благо Господина. А сейчас он был не просто Консильери, а Консильери двух Господ. - Минхо, что ты тут делаешь? - Уён схватил за руку члена чужого клана, когда тот сновал по коридорам Дома Клана Ким. - Если тебя здесь увидят, я не смогу тебя прикрыть. - Блять, Ён! - Вздрогнул Ли и выдернул свой рукав из цепких пальцев Чона. - Я ищу Господина Бана. Меня впустил дворецкий и попросил подождать… - А ты не стал ждать? - Усмехнулся парень. - Пойдем, я провожу тебя в кабинет. Уён поманил Ли Ноу за собой прямиком в сторону спальни Хонджуна. Не доходя до двери, Минхо резко остановился и удивленно уставился на дверь. Из-за нее отчетливо слышались стоны. Они определенно точно принадлежали Господину Бану, его Господину. - Что-то не так? - С кем он? - Минхо сжал кулаки. - Слушай, возможно это не то, что ты подумал… - Уён, не гони, ты глаза и ушил этого клана. - Рыкнул Ли Ноу. - С кем он? Чон поджал губы, явно не желая говорить. Конечно он знал, что происходит за дверями спальни Господина Кима. Парень подбирал правильные слова, но чем дольше он молчал, тем злее становился Ли. - С Сонхва… Он ходит к нему с тех пор, как Пак вернулся из вашего дома. - Покажи, - казалось Консильери Клана Бан не поверил своим ушам. - Я сказал покажи. Уён огляделся по сторонам и подошел к картине, висевшей рядом с дверью. Щелкнув скрытым рычагом, он отодвинул ее и отошел в сторону. Минхо заглянул во встроенные в стену окуляры. В комнате было сумрачно, лишь две прикроватные лампы тускло освещали постель. Там, на черных простынях, Бан Чан медленно брал Сонхва сзади, крепко прижимая к широкой груди. Ли резко отпрянул от окуляров и поджал губы, явно о чем-то размышляя. Чон закрыл картину и виновато потупил взгляд. Он не знал, что сказать в такой ситуации. - Держи, - Консильери первым нарушил молчание и протянул кулон, который всегда носил при себе. - Ты же это искал? С этой информацией Господин Ким сможет по камушкам разнести Клан Бан. - Подожди, ты отдаешь это мне? - Уён округлил глаза, но забрал кулон без промедления. - Предательство за предательство, - ответил Минхо и спешно покинул дом. Информатор смотрел ему вслед до тех пор, пока бывший Консильери не скрылся из виду. Стоило Ли уйти за поворот, как Чон сменился в лице. От досады и сожаления не осталось и следа. Он хитро улыбнулся, подбрасывая кулон в руке. - Так просто, как конфетку у ребенка отнять. Пак Сонхва, ты чертов гений. Снимаю шляпу, Консильери клана Ким, - кинув взгляд на дверь, из-за которой теперь доносились стоны из трех голосов, направился в сторону кабинета. - Вот это я понимаю — поимели чужой клан.