Первый снег

Всё началось после этой дурацкой планёрки в конце лета. Джисок, как обычно, пришёл на работу в офис к девяти утра. Как обычно, собрался с коллегами в зале для переговоров. Как обычно, умирал от скуки во время обсуждения доходности их компании. Самым унылым, как обычно, был доклад аудитора Ким Чонсу, который, как обычно, сделал бесконечное количество замечаний отчёту каждого сотрудника в их отделе. Как обычно, он придирался к каждой запятой, как самый вредный дотошный препод. Весь отдел, как обычно, задержался в переговорной на двадцать минут и, как обычно, после планёрки сотрудники перетекли в комнату отдыха для перерыва на утренний кофе. Как обычно, большинство коллег разбились на маленькие группки по три-четыре человека и болтали о том о сём. Как обычно, Джисок получил так много критики от Чонсу, что их дискуссия вышла за рамки собрания, даже когда они покинули переговорную. И, как обычно, Джисок не мог это игнорировать, отвечая подколками на претензии своего раздражающего коллеги. Как обычно, их разговор превратился в лёгкую перепалку, которая уже давно никого не удивляла и была просто привычным белым шумом для всех присутствующих. Но вдруг какой-то дьявол потянул Джисока за язык и он случайно сказал то, чего обычно никогда не говорил: — Ты такой очаровательный, знаешь.  И после этого в комнате для перерыва воцарилась необыкновенная тишина. Джисок засомневался, что вообще знал, что такое «тишина» до этого момента. Ещё секунда такого тяжёлого всеобщего молчания и Джисок бы точно начал нервно оправдываться и сказал бы что-нибудь вроде: «Да шучу я, расслабьтесь вы все, боже...». Но Ким Чонсу отреагировал быстрее. Он просто развернулся и вышел из помещения. А остальные вновь продолжили свою болтовню, будто ничего и не было. Будто бы всё было как обычно. Но Джисок не мог перестать думать о том, что сейчас случилось. Он бы вообще не обратил на это внимание и забыл бы об этом в следующую же секунду после произошедшего. Если бы не реакция Чонсу. Чонсу просто ушёл. Но почему он ушёл?.. Почему он не фыркнул, не скривил гримасу отвращения, не отшутился, ничего такого? Просто молча ушёл. Джисок не сделал никаких выводов после этого события, он просто держал воспоминание о нём в своей голове и даже не знал, что хочет с этим сделать. Следующие рабочие дни решили всё за него. Когда в очередной раз они начали ругаться из-за какой-то ерунды, Джисок ответил Чонсу по-новому. Посреди их спора о правильном использовании функций в экселе, Джисок вдруг замолчал и посмотрел на коллегу в упор. После этого, он медленно положил руку на спинку стула за спиной Чонсу и начал приближать к нему корпус своего тела до бесцеремонно маленького расстояния между ними. Ким Чонсу исчез немедленно. Теперь Джисок точно убедился, что это оружие работало, и собирался отпугивать надоедливого коллегу, если тому снова вздумается докучать ему. Шансы стали предоставляться быстрее, чем можно было желать. Сначала Джисок просто защищался. Когда Чонсу решал докопаться до него издалека, со своего рабочего места, то Джисок подходил к столу, облокачивался о поверхность, склоняясь над коллегой, и долго глядел в его глаза. Или слегка закусывал нижнюю губу и растягивал таинственную улыбку, когда Чонсу обрушивал на него свою ценную критику. Но самыми эффективными оказались двусмысленные фразочки, которые Джисок произносил низким томным голосом, как только ему начинал надоедать поток очередных требований и мелких претензий. «Покажешь мне, как это правильно делается? Только здесь слишком шумно, как насчёт подсобки? Там нам никто не помешает...» «Мне кажется, твой ротик может заниматься более интересными вещами вместо этого, ты так не считаешь?» «М-м-м, неужели я снова заставляю тебя кричать? Интересно, насколько громким может быть твой голос... Хочешь проверить?» «Здесь стало так душно, тебе не кажется? Нам с тобой уже давно следовало раздеться...» «Ты действительно хочешь обсуждать это прямо сейчас? Не стоит ли нам лучше заняться друг другом?» И это работало. Каждый раз. Чонсу иногда пыхтел от негодования, проглатывая какие-то ругательства, но ничего больше не говорил и просто уходил, оставляя Джисока в покое. В конце концов, Джисок так увлёкся, что стал этим злоупотреблять и принялся совсем бестактно флиртовать с Чонсу, даже когда тот с ним не спорил, и у них вообще не было разговора. Джисока это развлекало. Ему нравилось, что стоило лишь подмигнуть Чонсу, как тот сбегал от него куда подальше. Это было весело. Позже Джисок размышлял зачем вообще сказал ту глупую фразу после планёрки, но в его голове это имело логику. Он думал, что произнёс эту подколку достаточно саркастичным голосом, чтобы Чонсу понял, что Джисок его высмеивал, а не заигрывал. Джисок вкладывал совсем противоположный смысл в свои слова, но Чонсу похоже понял всё совсем не так. И, по удивительной иронии, Джисок был от этого в выигрыше. Наконец, впервые за всё время работы в компании. Вообще, у них с Ким Чонсу с самого начала всё не заладилось. С самого первого собрания, когда Чонсу разнёс отчёт Джисока в пепел, а он, чувствуя себя уязвлённым, ответил ему в том же тоне. Потом они только и делали, что спорили и ругались друг с другом. Их конфликт приобрёл хроническое течение, потому что Чонсу всегда находил к чему придраться, а Джисок не заставлял себя ждать с ответной реакцией. И это длилось уже настолько долго, что стало просто частью будних дней в офисе. Ким Чонсу действовал на нервы. Он вечно был не доволен отчётами Джисока, вечно придирался к нему, вечно кривил лицо, и фыркал, и закатывал глаза, и цокал. Скорее всего, Джисок ему просто лично не нравился, и поэтому Чонсу всего лишь спускал пар, выражая свою неприязнь. Джисок не терпел этого и не собирался становиться его игрушкой для битья, так что Чонсу всегда получал язвительные издёвки в ответ. В один момент, Джисок даже начал получать какое-то болезненное удовлетворение от их столкновений, хоть ему и не хотелось признавать это.  Судя по всему, ни один из них не собирался прекращать их высокие отношения, и они изо дня в день находили новые поводы поссориться. Всё было так, до того дня, когда Джисок не обнаружил самое действенное средство против Ким Чонсу, который теперь просто убегал, не предпринимая никаких попыток отбиться или выразить своё недовольство. Хотя у Джисока сложилось впечатление о Чонсу, что он был из тех людей, которые всегда знали, что ответить и стремились оставить последнее слово за собой. Это было так не похоже на него.

❄️❄️❄️

Вскоре, Джисок заметил, что из его жизни стали пропадать споры с Чонсу, а позже и сам нервирующий коллега. Джисоку даже показалось, что он начал забывать, как Чонсу вообще выглядит. Было ли это связано с тем, что в середине осени весь финансовый отдел переехал на другой этаж, Джисок не знал. Но он подозревал, что Чонсу не просто так теперь практически не выходил из своего нового кабинета. Похоже, теперь у Чонсу появилось гораздо больше работы и он был занят самостоятельным исправлением ошибок в отчётах Джисока, вместо того, чтобы придираться к нему, заставляя его самого переписать всё с нуля. Какое-то время Джисок наслаждался тишиной и спокойствием без нападок Чонсу на него. Наконец-то, ничто не беспокоило Джисока во время работы. Можно было мирно заниматься своими задачами, которые требовали большой концентрации, или болтать с коллегами в перерывах. Похоже, можно было даже наплевать на правильность своих отчётов и составлять их лениво, не задумываясь о том, как точно они написаны. Но что-то будто было не так. Джисока начало гложить какое-то странное чувство, которое он пока не мог распознать. Он словил себя на этом, проходя мимо кабинета Чонсу и задерживаясь перед дверью с табличкой «АУДИТОР». Джисок был уверен в том, что мог увидеть, если бы зашёл в его кабинет. Он мог поклясться, что Чонсу сейчас работал за своим компьютером, немного выдавая губы вперёд и хмуря брови, а отрывался от монитора только чтобы записать что-то в блокнот своим каллиграфическим почерком, неосознанно слегка отгибая мизинец во время письма. На его столе были стопки документов с выглядывающими цветными разделителями, канцелярский степлер и несколько синих шариковых ручек в подставке, всегда с колпачками на них. Каждый сотрудник в их компании потерял хоть один колпачок от шариковой ручки, пока работал в офисе, но только не Ким Чонсу. Он никогда ничего не терял, всегда был внимателен и собран, и всё у него было на своих местах, чего он постоянно требовал и от остальных. Ещё у него был блок жёлтых самоклеящихся стикеров, куда он выписывал ошибки, которые надо было исправить в отчётах и клеил их на документы. Пару раз эти стикеры с замечаниями оказывались у Джисока на лбу, когда он особенно сильно разозлил Чонсу. На его столе стояло квадратное керамическое кашпо, из которого выглядывали толстые веточки с блестящими овальными листьями. У этого растения было смешное название, но Чонсу зачем-то дал ему имя. Джисоку казалось, что просто звать растение замиоку́лькасом было бы уже достаточно весело. По правую руку от Чонсу всегда стояла стеклянная бутылка воды, очищенной и минерализованной, конечно же. Можно было утверждать, что Чонсу сидел в этом кабинете точно так же, как он сидел раньше в общем зале, когда был для Джисока просто частью интерьера их отдела. Осознание того, что Джисок помнил маленькие привычки Ким Чонсу во время работы, смущало. Что-то в этом всём было не так.

❄️❄️❄️

Однажды произошёл нелепый случай, который заставил Джисока размышлять об этом ещё больше. Он поднимался на свой этаж по внутренней эвакуационной лестнице, которая служила самым быстрым проходом для перемещения по зданию от кафетерия на первом этаже до облагороженной зоны отдыха на самой крыше. Дверь на лестничную площадку открылась, и вышел Ким Чонсу с охапкой каких-то скоросшивателей, папок-коробов и стопок бумаг.  То ли он не выспался, то ли тяжёлый взгляд Джисока повлиял на него, но Чонсу оступился и чуть не грохнулся на бетонную лестницу. К счастью, Джисок был рядом и моментально среагировал, успев придержать коллегу, а на ступеньках оказались только бумаги и файлы. Они переглянулись и провели целую секунду уставившись друг на друга. Но затем одновременно отскочили в разные стороны, словно такая близость доставляла им обоим невыносимый дискомфорт. Джисок сначала замешкался, а потом решил всё-таки помочь Чонсу собрать разлетевшиеся в разные стороны бумажки, после чего протянул их коллеге. Чонсу забрал документы, не взглянув на него, но коротко кивнул Джисоку и быстро ушёл. Хотя, это произошло так быстро и почти неуловимо, что, возможно, Джисоку и показалось.

❄️❄️❄️

Очередная неловкая ситуация случилась на собрании по тимбилдингу, когда всех заставили выполнять идиотские задания на сплочение коллектива. Для выполнения одного особо странного, Джисок угодил в пару к Чонсу. Им пришлось вдвоём стоять на листе бумаги А4, на протяжении целых трёх минут. Для того, чтобы выполнить это задание им предстояло не просто удерживать равновесие, а встать настолько близко, что их тела должны были соприкасаться друг с другом почти целиком. Джисок решил, что у него нет выхода и обхватил корпус Чонсу обеими руками, чтобы они могли стоять ровно. Через несколько секунд на его плечи легла тяжесть рук Чонсу и осторожно обвила кольцом его шею. Теперь Джисок грудью прижимался к корпусу Чонсу и зачем-то старался хорошенько запомнить этот момент. Он чувствовал Чонсу очень хорошо.  Слишком хорошо. Джисок вдруг осознал насколько Чонсу был крупнее его самого и как захватывающе это ощущалось. А ещё у него горячее тело... В смысле, тёплое, конечно. Джисок не понимал жалел ли о том, что не застегнул пиджак перед этим заданием, потому что их тела разделяли только ткани хлопковых рубашек, которые теперь казались слишком тонкими. Джисок чувствовал жар и мягкость тела Чонсу сквозь слои их одежды. Честно говоря, в глубине души он пришёл в восторг из-за того, что получил возможность выяснить каким был наощупь Ким Чонсу. Одно дело — спорить с ним о всяком бреде вроде аналитики баз данных, совсем другое — узнать, как он пахнет, как выглядит вблизи его шея и как ощущаются его бока под кончиками пальцев. Сейчас они были ближе, чем когда-либо. И Джисок не был уверен, что ему этого никогда не хотелось. Джисок не должен был смотреть в лицо Чонсу, но сделал это. Было так странно видеть его рядом с собой, рассматривать его лицо вблизи, чувствовать, как его дыхание едва касается собственной щеки. Чонсу скосил взгляд куда-то в пол, из-за чего его глаза казались полностью прикрытыми. Наверно, Джисок бы хотел словить сейчас его взгляд. Интересно... Вот так стоять обнявшись со своим раздражающим коллегой было самым странным стечением обстоятельств, которые случались в жизни Джисока. И, тем не менее, он понимал, что не хотел бы это прекращать. Не то, чтобы это было то о чём он всегда мечтал, скорее ему хотелось бы просто распробовать это ощущение. Понять, что именно Джисок чувствовал. Запомнить, как ощущался Ким Чонсу, когда не шипел на него, не ворчал из-за пустяков, не кривил губы перед тем, как озвучить очередное едкое замечание. И когда не убегал от него. Чонсу отстранился от Джисока, как только тренер объявил о завершении задания.

❄️❄️❄️

Как-то раз Джисок зашёл в комнату отдыха, чтобы прихватить что-нибудь для быстрого перекуса во время работы. За столиком сидел Ким Чонсу с привычным недовольным видом и разговаривал по телефону. — ...Я так уже делал, мне не помогают эти инструкции! Да не хочу я знать, что такое драйвера, утилиты и деинсталляторы. Я хочу, чтобы мой компьютер нормально работал... — ворчал Чонсу, не замечая, что в комнате для отдыха появился кто-то ещё. — Нет, я не буду никого вызывать. Они скажут, что смогут прийти в течение трёх рабочих дней. Сегодня пятница, ко мне точно никто не придёт, завтра и послезавтра офис не работает, в понедельник у всех планёрка, а во вторник об этом вспомнят, но у них не будет времени ко мне зайти и, наконец, в среду они назначат мне выезд. На четверг.  Джисок не хотел подслушивать чужой разговор, но услышал всё это пока делал себе кофе. — Нет, не «ну и что»! Ты знаешь, что будет в четверг? Второе число! А мне нужно сдать заключение до тридцать первого! — сокрушался Чонсу. — Ха-ха, очень смешно... Думал, ты мне поможешь, спасибо, блин. Ладно, маме привет передай. Пока. Джисок дождался, пока коллега отложит телефон и тяжело вздохнёт, а затем позвал его. — Ким Чонсу. Ожидаемо, Чонсу не стал оборачиваться к нему, узнав по голосу, кто остался с ним наедине в комнате отдыха. — М?.. — коротко отозвался Чонсу. Но Джисок не хотел разговаривать с его спиной поэтому обошёл обеденный столик за которым сидел Чонсу и встал перед ним. — Если у тебя какие-то проблемы с компьютером, то я могу тебе помочь. Чонсу не ответил, даже взгляд не поднял. — Ну, если тебе это действительно необходимо. Если нужна будет помощь, а техник так и не придёт, то... — Джисок запнулся, поняв, что с ним не хотели разговаривать и вообще иметь каких-либо дел, так что это добровольное предложение улетало в бездну прямо на его глазах. Поэтому, после заминки, он скомкано договорил, — просто... Скажи мне, я помогу. А после этого он вышел из комнаты отдыха с горящим, непонятно от чего, лицом. И что на него нашло? Зачем он сунул свой нос в чужие дела?.. Тем более в его дела.

❄️❄️❄️

Уже на выходных он забыл об этом и, когда вечером понедельника к нему подошёл Ким Чонсу, Джисок сильно удивился. Он сначала даже подумал, что из-за того, насколько плохо составлял отчёты в последнее время, Джисок вовсе забыл сдать последний из них, но Ким Чонсу напомнил ему совсем о другом. — Так ты мог бы... Посмотреть в чём там дело?... — тихо спросил он. — А? — Компьютер... Ты сказал, что можешь помочь. — А! — вспомнил Джисок, тут же вставая со своего места. — Да, конечно. Пошли. На самом деле, Джисок не был специалистом в этом, он просто в детстве провёл очень много времени за компьютером, столкнувшись с большинством проблем, которые могут возникнуть у обычного пользователя, а ещё, знал, как искать информацию. Он проверил в чём дело, покопался в настройках, обновил некоторые программы, воспользовался несколькими инструкциями из свободного доступа в интернете и возродил стабильную работу компьютера Чонсу. Кроме того, Джисоку удалось восстановить некоторые важные данные, которые Чонсу считал безвозвратно утерянными. Джисок мог наблюдать, как лицо его вечно напряжённого коллеги посветлело, и Чонсу, в целом, словно расслабился впервые за долгое время. Было в этом что-то... — Спасибо... — выдохнул Чонсу. — Да не за что. — отмахнулся Джисок и поспешил покинуть кабинет. Потом он ещё некоторое время крутил в голове эту короткую тихую благодарность и ощущал внутри какое-то приятное тепло.

❄️❄️❄️

Почему-то каждая их встреча была случайной и неуклюжей. Джисок шёл в переговорную из своего отдела, набирая сообщение с указаниями для новых стажёров. Когда он повернул за угол, то врезался в кого-то и только потом понял, что это был Чонсу. — Ох, извини... — Прости... Они одновременно извинились, после чего Джисок вновь уткнулся в экран телефона и продолжил путь в переговорную. — Джисок...  Его имя, произнесённое Ким Чонсу так странно звучало, что Джисок тут же оглянулся, удивлённо вытаращившись на коллегу. — Да? — Ты... — начал Чонсу, перекручивая пальцами шариковую ручку. — Занят в эти выходные?.. — В воскресенье занят, да. А в субботу пока нет... А что? — задумчиво ответил Джисок. Он подумал, что Чонсу сейчас «обрадует» его новостью о каком-то обязательном корпоративе, который должен состояться в эти выходные или напомнит о том, что надо сдать отчёт или ещё что-то такое, но... — ...Пошли на свидание. Что?.. — Что?! — воскликнул Джисок. — Что? — растерянно взглянул на него Чонсу. — Ты сказал... На свидание? — принялся выяснять Джисок. Он был не из тех людей, кто бы сделал вид, что не понял или проигнорировал бы то, что услышал. Джисок намеревался вытащить всю формулировку в точности, как она была сказана. При необходимости задокументировать её и заверить нотариусом. — Да. — подтвердил Чонсу, отводя взгляд. Да? — На романтическое? — уточнил Джисок недоверчиво. Чонсу кивнул, не поднимая глаз. — С тобой? Я и ты? Мы вдвоём? — Ага... — лицо Чонсу заметно покраснело, и он стал довольно часто моргать. Джисок также обратил внимание на то, что у синей шариковой ручки в руках Чонсу отсутствовал колпачок... Вот это картина. Улыбка сама собой расплылась на лице Джисока, и он довольно протянул: — Куда пойдём? — ...Погуляем? — севшим голосом предложил Чонсу. — Ты был в Северном парке? Чонсу впервые взглянул на него и медленно покачал головой. — Давай там? Там красиво. — Хорошо... — Хорошо. Они ещё несколько секунд просто молча стояли, не зная, как закончить этот разговор. — Тогда в субботу?.. — робко спросил Чонсу. — Да, — подтвердил Джисок. — давай в три часа около главного входа? — Давай... Они разошлись, но Джисок потом ещё долго прокручивал в памяти этот разговор.

❄️❄️❄️

Был уже почти конец декабря, но природа не торопилась об этом вспоминать. Температура на улице колебалась от плюс одного до плюс трёх градусов по Цельсию весь последний месяц. Из осадков город накрывал только дождь или туман, а небо было постоянно затянуто густым занавесом серо-белых облаков. Деревья давно сбросили с себя последние разноцветные листья на жухлую траву и замерли понурыми кривыми палками. Джисок всегда тяжело переносил это время года. Он предпочитал не выходить из дома в свободное время, чтобы не видеть это тоскливое зрелище. Хотя, даже встречи с друзьями или другие развлечения не могли надолго отвлечь его от меланхоличной пелены, кутающей сознание в осенне-зимний период. Однако, Джисок по доброй воле оказался у главного входа в Северный парк, в три часа дня, в субботу, в конце декабря. Сейчас всё происходящее вокруг стало каким-то интересным и окрашенным в яркие цвета. Джисок будто надел очки с линзами, делающими всё, на что бы он не посмотрел, насыщенно цветным. У него было ощущение, что таких цветов и оттенков он даже летом в самый солнечный день не видел. И внутри он чувствовал какую-то вибрирующую наполненность. Как будто полностью выспался впервые за долгое время. В его теле клокотала энергия, которую можно было направить на всё, что только вздумается. Джисок был таким лёгким, он мог сейчас всё. Изнутри Джисока грело ожидание чего-то приятного, что он не мог предугадать, но точно знал, что оно будет. Чёрт, он чувствовал что-то подобное только в далёком детстве... Странное забытое ощущение. Слишком наивное для такого пасмурного дня, как сегодня и слишком глупое для такого взрослого человека, которым был сейчас Джисок. Он заметил Чонсу издалека и почему-то энергии в теле стало ещё больше. Пришлось удерживать себя, чтобы не запрыгать на месте, как резиновый мяч. Чонсу был в своём широком тёмно-синем пальто с мягким светлым палантином, обмотанным вокруг шеи и спадающим по его плечам. Волосы в аккуратной причёске, как всегда, гладко блестели и Джисок был уверен, что они мягкие и пушистые, если до них дотронуться. — Привет. — поздоровался Чонсу. Это казалось настолько нереалистичным, что Джисок на какое-то мгновенье решил, что ему всё снилось. Но всё было по-настоящему. Чонсу пришёл. На самом деле. Чтобы встретиться с ним, с Джисоком. Вместе. Вдвоём. Наедине. — Отлично выглядишь. — ляпнул Джисок вместо приветствия. Чонсу выдохнул и отвёл взгляд, теряясь. Может быть, ему тоже не до конца верилось во всё, что происходило. — Идём, я покажу тебе одно красивое место. — Джисок махнул рукой и направился вперёд. Он потащил Чонсу по своим любимым тропинкам вглубь парка до озера, вокруг которого росли пышные ветвистые ивы. Возможно, Джисоку так казалось из-за своего хорошего настроения, но в парке действительно было красиво. И это «красиво» было больше, чем просто приятный вид на окружающий пейзаж. В этом парке было хорошо. Джисок надеялся, что Чонсу чувствовал то же самое. — Смотри-ка, здесь столько уток! — показал Джисок пальцем в сторону птиц, медленно переплывавших от берега к берегу. Утки были довольно крупными. Они казались ленивыми, не заинтересованными в своих новых зрителях, продолжая чистить перья или нырять под воду в поисках перекуса. — ...На тебя похожи. — тихо сказал Чонсу. Джисок взглянул на Чонсу и увидел, как его губы тронула лёгкая улыбка. — На меня? И вовсе не похожи... Чонсу не стал возражать, а лишь приглушённо усмехнулся. Джисок не мог понять природу этой усмешки, но ему захотелось поймать этот звук ещё раз. — Меня в детстве щенком называли, — вдруг вспомнил Джисок. — все говорили, что я похож на собаку. Но я сам не знаю на кого больше похож. Мне, вообще, Green Day нравятся, я хотел быть похожим на вокалиста... Его зовут Билли Джо Армстронг, он легендарный. Вот сравнивали бы лучше с ним... — Джисок не мог остановить поток беспорядочной болтовни, которая одолела его по странной причине. Уголки губ Чонсу не переставали изгибаться в лёгкой улыбке, которую Джисок видел настолько редко, что не мог насмотреться на это явление. — ...А тебя когда-нибудь с кем-нибудь сравнивали? — Меня в детстве называли тираннозавром... Джисок вдруг весь словно сдулся. Он медленно посмотрел на Чонсу, не зная какую эмоцию использовать. Джисок хоть и любил поддразнивать коллегу, но никогда не позволял себе переступать грань. Всё-таки, иногда дети могли быть слишком жестоки... — Почему?.. — спросил слабым голосом Джисок. — Я очень любил динозавров. — объяснил Чонсу. — У меня всё было с динозаврами. Книги про динозавров, наклейки с динозаврами, фигурки и игрушки динозавров. Коллекционные карточки, значки, вся канцелярия и даже одежда с динозаврами. Я особенно любил тирекса и считал его самым крутым. Ну, и... Возможно, я слишком усердно доказывал всем вокруг, что именно он самый крутой динозавр. Или, может, я был среди всех своих динозавров просто одним из них. Мысленно хватаясь за этот доверчивый тон, которым Чонсу рассказывал ему о своём детстве, Джисок запоминал палитру новых интонаций этого бархатного голоса. Джисок чувствовал себя дураком, из-за того, что неправильно всё понял. Его смутило щетинистое ощущение готовности подраться со всеми, кто посмел, по его предположениям, когда-то обижать Чонсу. — Значит, ты был на стороне тех, кто любил динозавров в детстве? — Ага. А ты? — Я любил космос. — гордо объявил Джисок. — О... — понимающе закивал Чонсу. — Да. Я знал о космосе всё. У моих родителей, кстати, дома осталась моя гигантская библиотека книг о космосе, астрономии и планетах.  Джисок принялся болтать об этом, пока они обходили озеро вокруг. Он рассказал о том, что его макет планет Солнечной системы победил на школьном конкурсе, а потом, как он ездил в обсерваторию за городом наблюдать в телескоп за ночным небом. Неловкость между ними постепенно таяла, хотя воздух в парке становился всё прохладнее. Джисок заметил, как у Чонсу от холода порозовели уши, щёки и нос. И, как у него изо рта вырывались клубы пара, пока он рассказывал о самом ужасном родительском собрании в начальной школе, после которого ему целый месяц не покупали сладкого. Иногда в их разговоре возникали паузы, но это больше не казалось пугающим. Во время таких пауз было о чём поразмышлять и... — Ты тоже. — М? — Ты тоже отлично выглядишь, Джисок... Холодный воздух колол его щёки и ладони, но внутри гудело мягкое тепло. Джисок почувствовал, как его носа коснулась крохотная капелька и подумал, что начался дождь. Он пожалел, что не прихватил с собой зонт, ведь тогда у него была бы возможность взять Чонсу под руку и идти под зонтом, как в романтическом фильме... В романтическом фильме?  Да что на него вдруг нашло, в самом деле?! — О?... Снег пошёл? — неуверенно пробормотал Чонсу. Джисок взглянул наверх. Мелкие капельки сменились белыми крупинками. — Точно, снег...  Пока Чонсу любовался падающими снежинками, и в его глазах бликовал свет от включившихся фонарей, делая тёмные зрачки похожими на отполированные драгоценные камни, Джисок смотрел на него. Ким Чонсу в своём огромном пушистом палантине с румяными щёчками и блестящими глазами, на фоне опускающихся на парк сумерек и тихо падающих снежинок, выглядел волшебно. Так хотелось всё испортить... — А ведь это же первый снег. — сказал Джисок предостерегающе. — Да... А что? — Ну, как в той примете.  — В примете? Что за примета? — не понимал Чонсу. — Когда выпадает первый снег, нужно поцеловать человека справа от тебя... А то, сам понимаешь... Всю жизнь будут преследовать неудачи.  Чонсу смущённо посмотрел на Джисока, а Джисок уставился на него в ответ. Он оглянулся вправо, а потом вновь вернул взгляд к Чонсу. — Справа от меня никого нет... — пожал плечами Джисок. Чонсу замедлил шаг, а потом и вовсе остановился на месте. Наверно, это была дурацкая шутка, потому что Чонсу выглядел неважно. Джисок развернулся к нему и уже подумал сказать, что не было никакой приметы, и он просто дурачился, но Чонсу медленно подошёл к нему с очень серьёзным видом. А потом так же медленно наклонился к нему и прикоснулся губами к его щеке. Ох... Чонсу отстранился от него и отвернулся, собираясь продолжить путь по тропинке, которую заметало снежными хлопьями. Джисок дрожал всем телом, но определённо не от холода. Его пробирало какое-то оживление и избыток странной энергии. — Ого! — воскликнул вдруг Джисок. — Теперь справа от меня стоишь ты... Растерянность во взгляде, который Чонсу послал Джисоку, делала его таким крошечным и милым, что плакать хотелось. — ...А первый снег всё ещё идёт. — выдохнул Джисок. Чонсу взглянул наверх, а потом вновь на Джисока, будто тот поведал ему какое-то удивительное открытие. Джисок шагнул к Чонсу и без долгих размышлений поцеловал его в губы. Он и подумать не мог, что у Чонсу были такие мягкие губы. Не то, чтобы он думал о губах Чонсу раньше, хотя, Джисок был удивлён, что не думал. Ведь, теперь он узнал, каково это — целовать Ким Чонсу. Целовать Ким Чонсу. И как это вышло? А, впрочем, уже не важно. Главное, что теперь Джисок знал. У Чонсу были прохладные нежные объёмные щёки, которых Джисок касался пальцами, и изящные мягкие горячие губы, которые он пробовал своими. Ему было слишком сложно прекратить целовать их и он бы вряд ли остановился, если бы им не перестало хватать воздуха. Джисок опустил руки в район пояса Чонсу и обхватил его настолько, насколько смог. Чтобы после того, как они липко отстранятся друг от друга, Чонсу всё ещё был рядом и прижимался к нему. Оставив пару поцелуев в уголке губ и на щеках Чонсу, Джисок дал им возможность немного отдышаться. Он чувствовал, как холодный кончик носа Чонсу касался его щеки и как горячее дыхание из его рта обдавало его шею. Джисок склонил голову, пытаясь заглянуть Чонсу в глаза. — Итак... Как давно ты влюблён в меня? — спросил Джисок самоуверенно. Чонсу фыркнул. И закатил глаза. Джисок и подумать не мог, как сильно соскучился по этому... — Ты первый начал! — Чонсу слегка пихнул его в плечо. — Это всё из-за тебя... — Из-за меня? Вообще-то, это ты пригласил меня на свидание. — Вообще-то, это ты вдруг начал флиртовать со мной. — Вообще-то... Я начал флиртовать с тобой, потому что мне было весело дразнить тебя. — говорил Джисок, посмеиваясь. — Было так уморительно кошмарить тебя этими подкатами и сбивать тебя с толку. Чонсу ошеломлённо ахнул: — Ты... Я прожил пять стадий принятия того факта, что нравлюсь тебе! Перевернул весь свой мир с ног до головы, а ты просто шутил всё это время?! — Ого... Значит, ты так много думал обо мне. Чонсу начал игрушечно толкаться и издавать злой звук, похожий на рычание, но Джисок не собирался отпускать его из объятий. — Но почему ты избегал меня? Разве тебе нечего было ответить на это? Я уж подумал, что ты стесняешься меня, потому что я тебе нравлюсь. — Ха?! Ничего подобного! — Чонсу ядовито усмехнулся Джисоку в лицо. ...Нет, правда. Джисок, действительно, ужасно по этому скучал... — Я избегал тебя, потому что ты вёл себя странно и пугающе. Что, вообще, можно было ответить на такое?! — И, всё-таки, тебе нравилось, что я флиртовал с тобой... — растянул довольную улыбку Джисок. — Ведь, благодаря этому, ты осознал свои чувства ко мне. Чонсу нахмурился, надулся и скрестил руки на груди. Он выглядел оскорблённым до глубины души. Джисок хотел выпить каждую его недовольную реакцию до дна. — Ты мне тоже нравишься, Чонсу. — тихо серьёзно сказал Джисок. — Может быть, я не совсем шутил, когда заигрывал с тобой... Он не отводил взгляда от лица Чонсу и имел наслаждение наблюдать за тем, как недовольство сменяется глубоким смущением. Было очень тепло. То ли из-за того, что они до сих пор прижимались друг к другу в объятии, то ли из-за того, что их дыхание согревало друг друга. То ли из-за взгляда Чонсу, скользнувшего к губам Джисока. Он стал медленно приближаться к лицу Чонсу, но остановился в нескольких сантиметрах от него, чтобы дождаться нетерпеливого движения и горячей обволакивающей мягкости на своих губах. Они целовались, даже после того, как снег прекратил идти.