18 миль

У Бет от усталости защипало глаза. Её дыхание отдавалось в ушах, этот звук она слышала даже сквозь постоянный рев байка. Повсюду были ходячие, и при взгляде на них у неё каждый раз наворачивались слёзы. Но Бет отказывалась плакать. Она подавляла рыдания, чувствуя, что они застревают у неё в горле, словно какой-то физический предмет. Она уже достаточно выплакалась в жилетку Дэрила и не собиралась показывать ему свою слабость, хотя казалось он всё равно этого не замечал. Бет старалась держаться как можно дальше от него, но из-за резких движений байка её тело чаще всего оказывалось прижатым к его спине. Сначала она чувствовала только твердые линии и напряжение в его теле, но со временем почувствовала легкую дрожь, которая была единственным признаком того, что Дэрил тоже устал. Им нужно было выспаться, а для этого необходимо было найти безопасное укрытие. Они направлялись в её родной город, и Бет задумалась, где они могут остановиться. Она перебирала в голове подходящие варианты. Чем более целеустремлённой она становилась, тем меньше думала о Патриции. Старшая школа была заполнена ходячими, по крайней мере, это она знала. Семья никогда по-настоящему не говорила о положении в городе в присутствии Бет, и теперь она жалела, что не расспросила Мэгги об одном из её многочисленных походов в аптеку. В аптеке большие стеклянные окна и она вычищена, поэтому Бет предположила, что туда легко попасть, но для сна она не годится. На ум приходило только одно подходящее место. Оно находилось на окраине города и было уединённым. Люди говорили о нём вполголоса, потому что в маленькой богобоязненной общине заниматься этим бизнесом было нежелательно. Предполагалось, что Бет даже не подозревала о его существовании, но в старших классах это было предметом бесконечного ажиотажа. Другие дети говорили об этом осуждающе, но румянец, который обычно заливал их щеки, намекал на скрытое любопытство. Скандальность всегда приводил к этому. Бет подумала о местном борделе. Она никогда его не видела, и это было что-то вроде городской легенды. Возможно, это даже миф; она никогда не видела его своими глазами. Но ходили слухи, что он находится под землей и входом туда служит серая дверь с паролем, без которого не зайти. Если они смогут проникнуть внутрь, допуская, что все те истории верны, то на одну ночь они будут в безопасности. Бет выкрикивала указания Дэрилу, он точно им следовал, пока они не оказались в местности, которую можно было назвать промышленным районом маленького городка. По виду серая дверь вела лишь в какой-то сарай. Дэрил не выглядел особо впечатлённым, и Бет почти слышала, как он мысленно перебирает места, мимо которых они проехали, выбирая что-нибудь получше. Дэрил подергал дверь, но та не открылась. Он с минуту рылся в седельной сумке байка, прежде чем достать два металлических прутика. Он вставил их в замок, пока Бет стояла на страже. Воздух был прохладным, и Бет поёжилась. Приближалась зима, она это чувствовала. — Где ты научился вскрывать замки? — спросила Бет. — Там же, где научился навыкам межличностного общения. Следи за дорогой! — выругался Дэрил. Бет прикусила губу и пожалела, что ей не удалось сбежать с кем-нибудь другим. Прямо сейчас она нуждалась в чуточке доброты, а Дэрил Диксон был последним человеком, который мог её проявить. Дверь поддалась, и Дэрил сделался самодовольным. Он выглядел так, будто кто-то поспорил, что у него ничего не получится, а он только что доказал обратное. Когда он посмотрел на Бет, его лицо слегка вытянулось. Ей не нужны были слова, чтобы понять — он тоже разочарован тем, что застрял здесь с ней. Дэрил достал фонарик и повесил арбалет на плечо, чтобы было удобнее его доставать. Оставшуюся часть припасов он бесцеремонно пихнул в руки Бет. — Держись за мной, — грубо приказал он. Вид сарая был просто отвлекающим маневром; за входом сразу начиналась лестница вниз. — Может, мне запереть дверь? — прошептала Бет. Дэрил бросил на неё раздраженный взгляд. — Возможно, нам придется быстро сматываться отсюда. — покачал он головой и начал спускаться по лестнице. Теперь Бет держала рот на замке. Не её вина, что она не потратила половину своей жизни на борьбу за выживание. Она не задумывалась о таких вещах, как наличие чёткого плана отступления. И наверное после пережитого её мышление должно было измениться, но Дэрил мог бы быть менее придирчивым. Внизу лестницы была ещё одна дверь, и Дэрил молча передал ей фонарик. Бет была рада, что ей не нужно было задавать вопросы, чтобы понять, что нужно направить луч света на замок. Пока Дэрил возился с замком, Бет воспользовалась возможностью и осмотрелась. В этой лестнице не было ничего примечательного. Ступени были металлическими и функциональными, а стены — из обычного цемента. Бет услышала щелчок замка, открывшегося под действием инструментов Дэрила. Звук разнесся в прохладном сухом воздухе. Дэрил открыл дверь и направил свой арбалет в пустое пространство. Бет подвинулась, чтобы свет мог осветить комнату. Когда ничего не сдвинулось с места, Дэрил забрал фонарик обратно, при этом его пальцы коснулись пальцев Бет. Она попыталась не вздрогнуть, но не смогла, и Дэрил заметил это. Он грубо вырвал фонарик и шагнул в комнату. — Оставайся здесь, — раздражённо приказал он Бет, и она подчинилась, несмотря на желание пнуть его со всей силы по ноге за такой тон. Комната была небольшой. В ней находилась одна кровать и маленькая ванная. Здесь не было никого, ни живых, ни мёртвых. Дэрил одобрительно кивнул. Две двери, два замка, окон нет. Оставив Бет стоять на месте, он взбежал по лестнице, чтобы закрыть и запереть первую дверь. Бет осталась одна в темноте. Это продолжалось всего минуту, но этого было достаточно, чтобы все её страхи вернулись, а сердце забилось чаще. Затем Дэрил вернулся, завёл её в комнату и закрыл за ними дверь. На прикроватном столике стояли свечи, и Дэрил достал зажигалку. Комнату залил мягкий свет, после чего он выключил фонарик. Не хотелось тратить батарейки впустую. Теперь Дэрил по-настоящему осмотрел комнату. Он нахмурился. И он явно не ожидал увидеть здесь спальню, богато декорированную красным и фиолетовым, с обилием бархата. — Что это за место? — Бордель, — ответила Бет, присаживаясь на кровать. Она была слишком измучена, чтобы обращать внимание на то, что на ней могло происходить когда-то. Брови Дэрила взлетели вверх, и он порывисто отступил на шаг от кровати. И это он назвал её ребенком. Она видела, что на кончике его языка вертелось множество проклятий и жалоб, но Дэрил не произносил их, потому что любой конченый идиот понял бы, что это самое подходящее место, чтобы укрыться. — В чём дело, Дэрил? — вежливо уточнила она. — Здесь лишь занимались сексом, никто не умер. Взгляд Дэрила стал жёстче, и ей показалось, что он покраснел, но, возможно, его щеки стали такими только из-за чрезмерной красноты в комнате. При других обстоятельствах Бет вела себя по-другому, когда речь заходила о сексе, но она была слишком ошеломлена и измучена, чтобы просто моргнуть. По крайней мере, у неё было бы оправдание. Она была воспитанной, добропорядочной девушкой, а Дэрил выглядела как человек, который живёт в забегаловках и общается с такого рода людьми. Мать отчитала бы её за подобные мысли. Предрассудки не были признаком ни доброты, ни христианства. Бет сбросила обувь и забралась на кровать. Покрывала и простыни были заправлены. От них слегка пахло плесенью, но под ними чувствовался запах лимонного стирального порошка. Она наблюдала за Дэрилом сквозь сонные веки. Он стоял, прислонившись к стене, и выглядел потерянным. — Как ты думаешь, они живы? — пробормотала она. Любой другой успокоил бы её. — Скорее всего, нет, — ответил Дэрил. В тот момент Бет ненавидела его. Но сон уносил её сознание прочь, и она больше ни о чём не беспокоилась.

…

Думал ли он, что кто-то выжил? Честным ответом было то, что он не уверен. Но Дэрил был сбит с толку обстановкой и смущён тем, что она, казалось, беспокоилась об этом меньше, чем он сам. Он хотел причинить ей боль. Поэтому он сказал самую ужасную вещь, которую только мог придумать, уничтожив надежду на то, что её сестра, отец и парень всё ещё живы. Эти большие невинные голубые глаза какое-то время печально смотрели на него, но затем медленно закрылись. Дэрил почувствовал, как в животе у него закипает чувство вины. Настоящий бордель! Откуда Бет вообще узнала, где это находится? Ему следовало бы объясниться, рассказать, что он ненавидит эти заведения не из-за секса, а из-за того, сколько раз ему приходилось вытаскивать Мэрла оттуда после того, как тот нюхал, пил и просаживал все их деньги. Точнее, деньги Дэрила, поскольку Мэрл так и не смог удержаться на какой-нибудь работе. Но это не касалось Бет. Забавно, что древнейшей профессии удалось проникнуть во все уголки общества. На самом деле он испытывал к проституткам изрядную долю уважения. С большинством из них он был знаком. У них была тяжелая жизнь, и они были готовы замарать руки, чтобы выжить. Такой образ жизни не был идеальным, но они не голодали и не жили на улицах. Как и он, они были хитрыми и жёсткими. Ничего общего со спящим подростком рядом с ним. В комнате было холодно; вентиляционная шахта обеспечивала приток свежего воздуха и предотвращала попадание дыма в помещение. Бет вздрогнула во сне, и Дэрил понял, что ему следует пойти туда и укрыть её одеялом. Но он этого не сделал. Он смотрел на Бет так, словно она была опасным животным. Он не хотел подходить слишком близко и не хотел прикасаться к ней. Дэрил не мог объяснить этот внезапный порыв. Возможно, он просто бредил из-за недосыпания. Вместо этого он опустился в кресло, которое было скорее декоративным, чем функциональным, и подпер подбородок рукой. Сколько мужчин спускалось сюда, извращая простыни своими криками и стонами? Он обратил внимание на то, как контрастирует бледная кожа непорочной Бет с темно-фиолетовыми покрывалами. Дэрил откинулся на спинку кресла и закрыл глаза. Верхняя часть кресла, казалось, упиралась ему в затылок, но было приятно отключиться от всего происходящего. Одна за другой мышцы его тела начали расслабляться. Если бы ему удалось поспать хотя бы несколько часов, он смог бы придумать план. Бет знала местность, Дэрил знал, как сохранить им жизнь. Конечно, вдвоём они могли бы разыскать кого-нибудь из выживших. Он не хотел думать о том, каким будет следующий шаг, если они никого не найдут. Тогда они с Бет останутся одни. Перед его закрытыми глазами промелькнул её образ на кровати. Что-то в этой девушке вызывало у него желание оказаться от неё как можно дальше.

…

Только что Бет спала, а потом так же внезапно проснулась. Её щека лежала на ладони, которая каким-то образом оказалась у неё под головой. Свеча догорела на несколько сантиметров, и это была единственная вещь в комнате, которая указывала на течение времени. Её тело болело; она ощущала это как постоянный гул. Она стала бдительней. Прежнее оцепенение почти исчезло, уступив место сильному горю и растущему страху. Дэрил спал в кресле напротив неё. Его голова склонилась вперед, и она слышала его тихое дыхание. Спящий, он выглядел моложе и был спокойным. Морщинки вокруг его глаз разгладились. Ей стало интересно, умел ли Дэрил улыбаться. С улыбкой он мог бы показаться даже красивым. Бет моргнула, удивлённая тем, что изучает его таким образом, но его дремота предоставила ей возможность, которой у неё раньше не было. Обычно Дэрил, казалось, обладал почти сверхъестественной способностью точно чувствовать, когда на него смотрят. У него были растрёпанные волосы на лице, из-за чего он казался Бет старым. Она не знала его точного возраста и был ли он действительно старым, но для Бет разница казалась очевидной. Дэрил был взрослым мужчиной, а она — подростком. У него были красивые скулы и полные губы. И Бет вспомнила, какими поразительными могли быть его голубые глаза. Бет вдруг почувствовала себя неуютно и ей стало жарко, как будто она смутилась, и это чувство распространилось по всему телу. Бет поёжилась и заерзала на кровати. Как только она пошевелилась, Дэрил резко открыл глаза. Они встретились взглядами, и Бет застыла. Она почувствовала, как в животе у неё шевельнулся страх, но тут же рассеялся, ведь напряженность его взгляда сменилась раздражением, когда он осознал всю ситуации. Если он надеялся, что она исчезнет, пока он спит, то ему не повезло. — Ты мог бы поспать на кровати, — предложила Бет, хотя была рада, что он этого не сделал. Дэрил посмотрел на неё так, словно она сказала что-то оскорбительное. Он поднялся на ноги, прошёл в ванную и закрыл за собой дверь. После его ухода напряжение ещё сильнее спало, и Бет уже чувствовала себя более непринужденно. Она нашла бутылку с водой и сделала несколько глотков, ожидая возвращения Дэрила. Когда он вернулся, то был гораздо более спокоен, хотя, казалось, никогда не терял своей неугомонной энергии. — Вода не работает, — сказал Дэрил. Это огорчило её. Больше всего на свете Бет хотелось принять душ, чтобы смыть с себя воспоминания о прошлой ночи. — Очень жаль, — прокомментировала Бет и протянула ему бутылку с водой, которую он принял. Благодарности не последовало, но он и не набросился на неё, что, по своей сути, было для Дэрила признаком вежливости. Бет не пробовала упрекнуть его в том, что услышала перед тем как заснуть. Она хотела забыть это, потому что, если бы придала этому слишком большое значение, те слова стали бы правдой. Ей хватало знания о том, что Патриция мертва. Как бы трудно это ни было признать, Бет нуждалась в Дэриле. Она не знала, каким должен быть их план действий, и смотрела на него, как на путеводитель. — Что мы будем делать дальше? — в конце концов спросила она.

…

Дэрил вернулся на своё место, которое служило ему кроватью. Если в первый раз ему было неудобно садиться, то теперь всё стало ещё хуже. Бет смотрела на него с наихудшим чувством из всех. Надежда. Он знал, что она хотела от него услышать, но не мог сказать этого. Как бы сильно он ни хотел найти остальных, и не только для того, чтобы у него за спиной были компетентные люди, он должен был соблюдать осторожность. Упустив их след, ходячие потеряют и направление, и цель. Они, вероятно, продолжают переваливаться шаг за шагом, но могут пройти дни, прежде чем большая часть стада покинет эту местность. Не говоря уже о том, что прошлая группа Рэндалла, возможно, всё ещё скрывается где-то здесь. — Нам нужно найти другую ферму поблизости, — сказал Дэрил, почесывая затылок. Он вытянул ноги перед собой, разглядывая яркую картину на стене. Смотрел куда угодно, только не на Бет. — Мы не поедем на шоссе? — спросила Бет, стараясь, чтобы её голос звучал ровно, но это ей не совсем удалось. Ей лучше не плакать, иначе Дэрил запрёт её в ванной. — Может быть, завтра, — ответил он, понимая, что они могут упустить шанс найти кого-то, но не желал рисковать. Кроме того, если бы он хоть немного знает Рика, тот заметил бы пропажу припасов и сделал бы вполне логичные выводы. Он будет ждать где-нибудь поблизости, и Дэрил сможет выследить его. Если допускать, что Рик выжил. Лучше не упоминать эти размышления при Бет. — Мы должны быть терпеливыми, — объяснил Дэрил, назвав качество, которого ему обычно не хватало, за исключением тех случаев, когда он охотился. Бет кивнула и не стала спорить, какой у неё был выбор? Они оба знали, что она была бы мертва, если бы он не бросился спасать её в последнюю минуту. Дэрил был только рад, что это событие не заставило её таращиться на него, как на рыцаря в сияющих доспехах. По крайней мере, она была реалисткой в своих представлениях о том, кем он был. Мысли о том, какой беззащитной она была, заставили его внимательно её рассмотреть. Должно быть, он слишком долго пялился, потому что Бет скрестила руки на груди и порозовела. — Что? — спросила она. Дэрил сморщил нос. — У нас есть важное дело. Нам нужно раздобыть тебе оружие.