Красное солнце Стамбула

      На Стамбул опускалась ночная темнота. Закат догорал, и красное солнце садилось за горизонт.       Хандан Султан сидела на тахте в своих покоях… Точнее, покои были не ее, а тех султанш, что так же, как и она сейчас, оказались по воле падишаха за пределами главного дворца и сердца империи — Топкапы. В груди молодой султанши, словно натянутые струны, готовые разорваться от горечи и любви, билось с неукротимой силой сердце. Взгляд ее души застыл в невидимых оковах прошлого. «Как быстро летит время», — думала она и словно видела, как молодость уходит, сменяясь тенями тоски и беспокойства.       Хандан подняла голову. В отсветах заката она видела блеск и роскошь убранства покоев, достойных матери падишаха, но они не могли развеять ту тьму, которая окутывала ее сердце.       «Я вложила в него все, что было у меня, всю себя я отдавала сыну… Я учила его писать и читать, когда он был совсем маленьким, я была его защитницей, его самой преданной сторонницей. Но что я получила взамен? Интриги, дворцовые игры, предательство, даже от тех, кто должен быть моими союзниками. Я охраняла будущее моего льва, но кто теперь защитит меня от одиночества и страхов?»       Взгляд Хандан затуманился слезами, но никто не видел этого, и никто не слышал ее.       «Я чувствую, что время уходит. Оно бежит, как песок сквозь пальцы… И я ничего не могу сделать, чтобы остановить его. Печально быть матерью, когда собственный сын начинает видеть в тебе лишь тень. И как же трудно отступить, когда жизнь требует этого!       Но я не сдамся! Я буду ждать, и терпение мое однажды будет вознаграждено. И я вернусь. Я буду сильнее, чем прежде!»       Ночь окутывала дворец. Хандан опустила голову и повернулась к окну. Вдали за линией горизонта догорало красное солнце Стамбула.