ты моя несчастная любовь

Бан Чан курил на балконе, едкий прожигающий дым выходил из приоткрытых губ. Вдох и, снова лёгкие наполняются никотином, отравляя их. Мысли развивались так же быстро как и пар, а мороз щипал за щёку. Свитер не согревал, прохожие не обращали внимания, в прочем, как всегда. Обычный круговорот дней и времени. Смотря в пустоту, таким же пустым взглядом, Бан Чан искал смысл этой жизни. Такой серой, скучной, и с крытыми качелями, и на каждом повороте всё наравишься выпась, вылететь, не удержаться, соскользнуть, сорваться. А может и вовсе не держась за всё. Но, каким-то образом он всё ещё курил сигареты. Место, где он постоянно стоял, уже запомнило его параметры. И каждый раз всё больше рассыпалось от безысходности. Кажется только она что-то делала, да, шла своим чередом, забирая с собой все краски, которые могли радовать. Слово – жизнь, это уже страшно. Существовать, а не выживать, вот что хотят многие, Чан не исключение. Но жизнь решает по другому, подкидывая ему всё новые и новые испытания. И вот не договоришься же, человек не поймёт. Да кто из смертных, может понять жизнь? Которая высасывает из тебя жизнь. Иронично, но так и есть, она забирает своё, не оставляя тебе и капли. Все когда то умрут, верно? Почему бы не сделать это сейчас? Зачем ждать? Решать ребус судьбы? Искать то самое, под названием «избранный» тот, кто предназначен тебе. Серые силуэты мелькали, а Чан, как в замедленной съёмке, видел перед собой расплывчивый вид. Серое небо, серый снег, и вечер, который приближался слишком быстро. Сегодня он не выходил из дома, не хотелось, смысла не было. Работа? Он ничего не тратил, и не копил. Всё так же, нет смысла. Почему он ещё не откинулся? Ответ – так же нет смысла, тратить силы и терпеть боль, которая быстро пройдёт. Да и шанс мучиться ещё дольше присутствует. А в прочем, мучения ему были по вкусу, нож часто оставлял следы после очередного срыва. Они были частыми, каждый день Чан оставлял следы по всему телу. Больше всего он любил впиваться в кожу ногтями, столько гнева и ярости он вкладывал в каждое нажатие. Он ненавидел себя, свою жизнь. Да, у него был парень, Ли Минхо, но.. этот человек, по другому это и не назвать, не так часто захаживал к нему. Чану было известно о его похождениях на право и на лево, но ему было как-то всё равно. Тепла он не получал, и ему ничего не нужно было. Иногда этот парень приносил выпивку, и тогда двое пьяных парней устраивали перепих. Это не было похоже на что-то романтичное, любовью совсем не пахло. Лишь жёсткие шлепки, удары, удушения. Поцелуи.. они не для такого. Поцелуй это что-то нежное, воздушное, как вата, то, что может ощущать только влюблённые. Бан Чан и Минхо такими не были. Скрежет, это скрипучая дверь открывается, такая же тяжёлая как сердце у этих двоих. Минхо зашёл в тёмный коридор и, тяжело вздохнув, направился на балкон. Увидев Чана, Хо закатил глаза и ушёл на кухню. Гора не мытой посуды, не убранный стол и куча сигарет по всюду, «Он раскидывается сигарами?» что было от части правда. Минхо подошёл к холодильнику и взял от туда две бутылки алкоголя. Хлопнув дверкой, он направился в зал и плюхнулся на диван, включил новости. Опять эта нудятина, кто-то опять умер, а кто-то родился. Ничего не изменилось, говорят одни и те же люди, от которых уже тошнит. «Как же заебался» пронеслось в голове. Два человека, без смысла жизни существуют? Ох уж эта судьбинушка повеселилась, свела двух людей. Но как это произошло? Когда-то эти двое были молодыми стебельками, зеленеющими с каждым днём. В них играла энергия, но со временем они погасли. Потеряв всё дорогое, что у них было. Глоток, и ещё глоток, банка опустела. Кинув взгляд на фигуру стоящую за дверью, Минхо не выдержал и подошёл, открыв дверь. Холодный воздух вдарил в лицо, дыхание спёрло. Привычный запах сигарет снова окутал тело и забрался в нос. Ли не курил, но вот его парень да, что ж поделать, "Любовь" можно и потерпеть. Правда иногда это сильно надоедало и Хо срывался, набрасывался на Чана с кулаками и избивал его, за очередную сигарету. Да, Ли Минхо был вспыльчив. Не мог держать свои эмоции под контролем. Чан же наоборот. Ничего не скажет, даже когда стоило бы. Он молча принимал избиения, удары по лицу. Не видел смыла защищаться, сопротивляться или давать отпор. Довольно лёгкий способ откинуться, если в какой-то из раз Минхо не рассчитает свои силы и хорошенько отмудохает его. Чан мазохист, ему нравиться боль, чувствовать, не важно, физически или морально. Он поглощал её, как еда. Готов чувствовать на завтрак, обед и ужин. Оглянувшись Чан, взглянув на своего парня, разворачивается назад и делает очередную затяжку. Минхо тыкает бутылкой в бок парня, предлагая выпить. Но, кажется Чан уже выпивший, когда он открывает рот, чтобы что-то сказать, в нос ударяет запах алкоголя. Не получив ответ, Минхо открывает бутылку и делает глоток. Затуманенный взгляд Бан Чана мерзкий. Он похож на того мерзкого мужика, который поджидает тебя в подворотне. На улице -15°С, а этим двоим не холодно, алкоголь согревает. Ну или им так кажется. Взгляд Хо падает на губы напротив. Он отворачивается от них, чтобы не думать, и делает ещё глоток. Облизнув свои губы Ли мечется, между желанием поцеловать и врезать. Ему никогда не нравилась эта черта – курения парня. Это так выбешивало. Не выдержав Минхо дал смачную пощёчину. Чан от удара выронил сигарету из рук. Злобно посмотрел на рядом стоящего парня. Взяв за подбородок Ли притянул его в поцелуй. Между ними не было романтики, любви, но поцелуй, это как знак «я всё ещё чувствую к тебе теплые чувства» Играя в свои "игры" двое бесчувственных человека врали себе. Да, чувств может и не быть на первый взгляд. Но там, где-то в глубине души, в самом тёмном её углу, за кучей боли спрятаны чувства. Они настоящие, часто пытающиеся вырваться наружу. Хо впился в губы напротив так яростно, готовый откусить их целиком, Чан отвечал, отстраняться ему не хотелось. Почему то именно сейчас, сердце перестало биться. И ком в горле застрял. Он не могу напиться этими чувствами, этой любовью. Да. Поцелуй это язык любви, говорят же, «с кем попало не целуются» и это правда, ты можешь заниматься сексом или ещё много чего делать, но поцелуй – это святое. Это слишком хрупкое и ценное, чтобы раздавать его на право и лево. Бан Чан притянул к себе дрожащего Ли и взяв его личико в ладони поцеловал снова. Он посмотрел в глаза, из которых текли слёзы. За безразличием всегда есть чувства, всегда. Они притворялись слишком долго, представить страшно куда они скатились со своим эго. Каждый считал, что лишь его чувства и только их нужно беречь. Но а как же чувства партнёра? Он такой же как ты, боится за свои чувства, у него такие же тараканы в голове. Пара для этого и создана, чтобы помогать друг другу, чтобы быть вдвоём, а не по одиночке. Но о таких тонкостях совместной жизни эти двое не знали. Руки уместились на чужой талии, поцелуй переходил за рамки "обычного" страсть и нежность сплетались, как и тела. Минхо закинул свои руки на крепкие плечи, и встав на цыпочки, чтобы быть на ровне со своим парнем целовал его. Проходясь языком на чужим губам, кусая и снова целуя. Пьяные, но счастливые, вкус алкоголя смешался с запахом сигарет. Прикрыв глаза они не обращали никакого внимания, на то, что проходило вокруг. А вокруг, мир расцветал, птицы начинали щебетать, краски наполнили серый вид из окна. Тяжело дыша парни отстранились. Заглядывая в глаза, каждый пытался найти то, в чём нуждался. Но зрачки всего лишь блестели, внутренний мир всё так же был скрыт за толстой пеленой боли. Минхо облокотился о перила и отпил снова, курильщик и алкоголик, лучшая пара. Ветер обдувал два тела, а взоры двоих были направлены в глаза друг друга. Боль с любовью смешивались, сколько упущенных моментов прошло. Сколько можно было сделать. А что вообще не делать. Бан Чан отстранился, в голове всё смешалось. Что с его сердцем? Почему оно болит? Минхо, он.. что он сделал? Почему теперь больно.. Чан развернулся и ушёл. Накинув куртку с шарфом открыл дверь. Выйдя на улицу холодный порыв острого ветра ударил в лицо, дыхание сперло, а вздохнуть стало невозможно. Глотая воздух, Чан закашлялся. За этим всем наблюдал Минхо, который всё ещё стоял на балконе. Не оборачиваясь и не смотря в его сторону Чан ушёл, делая медленные шаги, опустив глаза и смотря себе под ноги. Что так резко всё перевернуло? То, что Минхо изменял? Или.. то, что Хана он мог любить больше? Но.. откуда столько мыслей. С чего бы они так волновали такого человека как Бан Чана? Того, кому жизнь пару минут назад не интересовала. Прохожие шли слишком быстро, звуки наполняли пространство, крики, гудки, шарканье, свист ветра. Много что изменилось, Чан стал смотреть на мир по другому. Минхо тот, из-за кого он всё ещё был в этом мире. Пиная снег, на голове собирались снежинки, одна упала прямо на нос, Чан шмыгнул носом, и вытер растаявшую снежинку, продивший мимо мальчик, указал на Чана пальчиком и сказал своей маме «у этого дяди сопля на носу..» мальчишка скрючился от отвращения, а мама покачала головой. – мальчик, у меня на носу новый год, как и у тебя, – и погладил мальчишку по голове, пошёл дальше. А ведь и в правду, скоро новый год, новая эра жизни. Может у них всё получится? Засунув руки в карманы, Чан включил музыку, она била по нервам, но так хотелось отвлечься, просто отдохнуть. Чтобы это круговорот мыслей хоть не на долго остановился. Просто ни о чём не думать. Забыть о проблемах. Под ногами хрустели снежинки, каждый шаг, как асмр, на лице появляется еле заметная улыбка. Не смотря вперёд, Бан Чан идёт, в наушниках музыка играет всё больше, начиная раздражать. Не увидев перед собой человека, Чан врезается. «Извини» вылетело из уст человека на против, подняв глаза Чан увидел его – Хан Джисона. Где-то там, умерла последняя нервная клетка, на которой вся нервная система Бан Чана держалась. Кажется это была последняя капля. Всё, что он так усердно подавлял. Скрывал. Рвётся на ружу, и больше он не в силах себя сдерживать. Чан дал смачную пощёчину Хану, приговаривая «это за Минхо» удар «это за всё хорошее» Чан стал избивать парня. Подумаешь случайно врезался. Хан.. он был крепким, смог выдержать такое. Он.. Чан и Хан были знакомы, их Минхо когда то познакомил. И все друг о друге всё знали. Так уж пошло у них, скрываться было не за чем или не было желания? Может сил, кто знает. – Чан, прекрати, – лежа на холодной земле говорит Хан, а в голосе ни капли боли, или сожаления, просьбы. Ноль эмоций. – если ещё раз, я вас двоих увижу вместе, забудь о хорошей жизни, это касается и Минхо. Бан Чан вытер нос и встав ушёл. Хан продолжил лежать, с ухмылкой. Полезет ли он ещё раз к этому ненормальному и его парню? Конечно нет, он же не сумасшедший. Старший вернулся домой полностью разбитый, но на душе было приятное ощущение. С самого начала он хотел это сделать, но из-за чего-то всё не мог. В комнате на диване как всегда сидел Минхо, с бутылкой в руках. Он был очень пьяный, на щеках румянец, а глаза почти не смотрели, он что-то мямлил, но разобрать его слова Чан не смог. Подойдя к дивану и поставив одну ногу между двух раздвинутых ног, Бан Чан притянул Минхо, завлекая в страстный поцелуй. Проникая языком в чужой грязный рот, чувствуя привкус алкоголя. Чан не стесняя стал напорно проникать внутрь. Он хотел его, после всего, что было. Минхо отвечал, его разум был затуманен. С его губ еле сорвалось «Хани~» старший замер, его как будто током ударило. Он посмотрел в глаза напротив так яростно, что Минхо даже протрезвел. – что ты сказал? Хан? Я покажу, кто такой Хан, и кто такой Бан Чан. Ты будешь простанывать моё имя, чтобы запомнил! Договорив, Чан прильнул к шее, выцеловывая её, каждый поцелуй сопровождался стонами Хо, а из губ Криса выходили чмоки, и поцелуе как букеты расцветали на изящной шее. Страсть накалялась. Бан Чан поднял Минхо и сел на диван, усадив младшего к себе на колени, он прижал его к себе, придерживая голову за затылок, чтобы не было возможности отстраниться или уйти от поцелуя. Нежно кусая нижнюю и верхнюю губы, Чан показывал свою любовь, руки расположились чуть ниже талии на красивом бедре Хо. Крис поглаживал его, даря ласку. Минхо, как одурманенный кот, ластился к старшему, он тёрся о чужое тело, постанывая. Искры летели во все стороны, и кажется, скоро начнётся пожар. Их сердца растаяли и наполнились любовью, страстью и душой. Да, черствость, которая была между ними, исчезла. Старший запустил в штаны Ли свою руку и медленно, не торопясь стал ублажать его, Минхо ёрзал, облизывал лицо Чана в знак благодарности. Он настоящий кот, который любит ласки. Из его губ вырывались обрывистые стоны семьи с одним именем «Чании~» тело дражадо, и было на пределе. Крис приходился рукой по самому чувствительному месту, касаясь головки, распределяя предъякулят равномерно по всему стволу. Касаясь тех самых точек, от которых Ли штырило, как кота от мяты. Минхо притянул Чана ближе, двумя руками притянув к себе, и снова целовал, он не мог больше скрывать, как сильно он любил эти губы. Они буквально сводили его с ума. Не давали покоя. Так и хотелось к ним прикоснуться, даже в самых страшных ссорах, Хо смотрел на эти губы, и не мог сопротивляться. Стоны вырывались прямо в чужой рот, а по ногам текла природная смазка. Нижнее бельё было уже мокрым, а хлюпающие звуки всё больше наполняли пространство. Чану это нравится. То, как его парень ластиться и просит больше. То, как смотрит, то как он хочет. Это всё сводило с ума. Ускоряя темп и делая ещё приятнее сжимая сильнее, Минхо, вскоре громко простонав имя любимого, излился на Бан Чана.