"По пути с вечностью..."

Корабль Тульпар плыл в космосе, ничего не предвещало беды. Как вдруг корабль тряхнуло настолько сильно, что Аня в своем кабинете упала на пол. Свонси и Дайске уже приближались в главный отдел, не понимая, что происходит. Аня тоже вышла к ним. Они все решили пойти в кабину пилота. Подходя к ней, они увидели сидящего на полу Джимми.

Все застыли в замешательстве, воздух наполнился запахом озона и пронзительным звуком тревоги. На коробле включилась Тревога и мигали красные огни, а в динамиках раздался торопливый голос: «Обесточение системы! Необходима помощь!»

— Системы выходят из строя! Нам нужно собраться в кабину пилота, чтобы восстановить связь с модулем! — Сказал Дайске тяжело дыша. Вдруг...не успев ничего обдумав произошёл Взрыв. Дайске и Свонси отбросило по разным сторонам. Аня Влетела в стену, а Джимми тоже отбросило.

Среди искр взрыва, появился ОН — темный силуэт, резко выделяющийся на фоне ослепительного света и хаоса. Время, казалось, замерло, и все вокруг погрузилось в октановые тени — дым, клубящийся у его ног, искры, танцующие в воздухе, отражались в его глазах, полных решимости и непокорности. Шум, исходящий от взрыва, сливался с дыханием звезд, унося в никуда все, что было известно.

Через два дня после взрыва на космическом корабле «Тульпар» жизнь на борту начала медленно возвращаться в привычное русло. В воздухе по-прежнему витал запах горелого металла и сгоревших проводов, а стены, когда-то сверкающие сталью, теперь представляли собой картины страха и разрушения. Экипаж, казалось, сжимался в своем горе, но, несмотря на это, в глазах каждого виднелись проблески надежды.

— Свонси, что там с кораблем? Насколько все плохо? — Спросил Джимми, подойдя к Свонси. — Проблема со вторым двигателем, пробито крыло... И все везде завалено пеной! Если ты не видишь... — пробурчал тот — Свонси хватить тебе бурчать! — вдруг вмешался в разговор Дайске — Мелкий, а ты не мешай! Не видишь взрослые разговаривают! — нахмурился Свонси — Ой, все, Иди ты. -сколько у нас запасов? -снова Задал вопрос Джимми -на месяцев четыре хватит..... -а может посмотрим в хоз-отсек? Там точно что то полезное будет! -снова вмешался Дайске -ДАЙСКЕ! -прикинул на него Свонси -хватит вмешиваться! -Свонси! Не кричи на паренька, он ведь дельную идейку подкинул! — И как ты собираешься его открыть Умник? Для того что бы открыть хоз-отсек, нам нужен сканер паролей! А он остался в Кабине пилота! Если тебе он так нужен, то валяй! — сказал Свонси и отвернулся.

Джимми пожал плечами и пошел в кабину Пилота. Быстро забрав Сканер, он мельком осмотрел всю кабину "все забито пеной... " подумал он вздохнув. через некоторое время, когда все уже собрались у хоз-отсека, Джимми подошел и Отсканировал код. После чего ввёл его на аппарате. Дверь скрипнула и медленно начала открывается. вся команда дружно вошла в Отсек и Осмотрелась. Вдруг Аня заметила шевеление среди коробок, она осторожно подошла и сдвинула одну. В этот же момент она с криками отпрыгнула оттуда.

Среди бесформенных коробок, словно декорации беспорядка, лежал парень не старше двадцати трёх. Его тело казалось безжизненным, но его грудь едва заметно шевелилась, Вокруг сплошным слоем растекалась тёмная лужа крови, густая, как смола, которая, казалось, впитывала свет. На его животе туго были перевязаны бинты, Дайске, вскочив, как будто был в проходе между реальностью и зловещим миром, подбежал и, не раздумывая, поднял его на руки

— Ребят, он ещё дышит... — пробормотал Даня, страх и надежда переплетались в его голосе. Но не успел он завершить свою мысль, как к ним подоспели остальные члены отряда. Джимми, с жаром в глазах, забрал парня из рук Дайске, — Дай его мне, надорвешься еще, а Ане тебя лечить. У нее уже есть заноза... — с командирским тонам произнес Джимми, оттесняя остальных. — Джимми, его надо отнести ко мне в медпункт, Я его осмотрю и поменяю бинты. На крайний случай дам обезболивающее. — протянула Аня

Когда они Отнесли его в Мед пункт, Джимми уложил его на кушетку а сам ушёл. Аня осмотрела Паренька. Выглядел он не лучшим образом. Его Ребро было сломано. Одежда уже давно пропиталась кровью. На руке и груди остался довольно сильный ожог. Аня сняла с пострадавшего рубашку и кинула её в раковину, что бы потом замочить. Она сняла Старые бинты и выбросила их, так как они были уже не пригодны. Достав из своего шкафчика новые бинты, медсестра умело перебинтованной рану на груди. Не забыв Перед этим опробовать. К этому времени очнулся и Керли -постролавший капитан судна. Аня взглянула на него и сразу же метнулась к шкафчику пытаясь найди обезболивающие. Раздались слабые хрипы, которые перерастали в стоны. А после и в вопли.

Из коридора послышался голос Джимми: — Аня! Заткни его как нибудь! Бесит уже!

Аня в спешке уронила одну пачку обезболивающих. Она быстро взяла таблетку в руку и подошла к капитану. Она немного замешкалась, но все таки открыла ему рот и протолкнула лекарство. Через некоторое время Хрипы прекратились. И Аня облегченное вздохнула. Подойдя к ракавине, она взяла в руки рубашку и начала её застирывать от крови. Рю кровь с рубашки от стиралась, но остались пятна. Аня отжала её и аккуратно развесила на стуле. А сама села за стол, взяв ручку начала заполнять нужные документы. Переодически вздыхая.

Вскоре паренек очнулся, его сердце колотилось, словно пыталось вырваться из груди. Сумасшедший сон или реальность? Перед глазами расплывались силуэты, но в памяти всё еще горел обрывок последнего момента, когда он был рядом с "братом". Тихие улыбки, шутливые поддразнивания — все это разбилось в крах, оставив его в полнейшем смятении. Он медленно поднялся на локтях и огляделся вокруг. В тусклом свете, лампы на потолке,он увидел на соседней койке полу-труп; глаза, лишённые жизни, смотрели в пустоту. Парень отшатнулся от ужасного зрелища, его душа наполнилась холодом.

В тот же миг его внимание привлекла девушка, сидевшая за столом. Она заполняла документы с сосредоточенным выражением лица, её пальцы быстро скользили по страничкам. Аня подняла голову и нежно улыбнулась, словно луч солнечного света пробился сквозь облака.

— О, вижу, вы уже проснулись! Как себя чувствуете? — её нежный голос звучал как мелодия, наполняя пространство ритмом заботы.

Она встала из-за стола и подошла к нему, присев на край койки с легкостью.

— Чувствую себя... замечательно? Не знаю, правильно ли будет сказано — он вздохнул, бросая взгляд на Аню, — Спасибо, красотка, — произнёс он, подмигивая ей и ощущая, как легкое смущение обволакивает его душу, словно мягкий плед в прохладный вечер.

Однако этот мгновенный момент счастья вдруг прервала внезапная пульсация боли. Юноша зажал рукой ребро и тихо выдохнул, внутренне ругая судьбу за столь неуместное вмешательство.

— У вас, случаем, нет обезбола? — обратился он к врачу, — Ребро сильно заболело, — добавил он, стараясь скрыть свою слабость за шуткой, но в его голосе всё же слышался налёт беспокойства. — Да, конечно! - воскликнула она, с лёгкостью перемещаясь к шкафчику, будто была на репетиции известной пьесы, где все шаги продуманы заранее. В её движениях сквозила манера настоящей актрисы, которая давно уже привыкла к антуражу повседневной жизни. Она вынула из глубины полки упаковку с обезболивающими и, слегка сжав руку, протянула одну таблетку парню. - Чтож... Откуда ты такой взялся? - не удержалась от комментария она. - Нам вроде говорили... Нас на корабле только пятеро будет... Про шестого ничего не говорили... Да и не мог ведь ты просто из воздуха появиться! - её голос изменился, наполнившись игривым недоумением, отточенным уверенным юмором.

Парнишка остановился, словно невидимая сила сковала его слова. Он колебался, пытаясь найти подходящие фразы, которые не только украсили бы его мысли, но и сделали бы их понятными.

— Фактически, как бы тебе сказать..., — пробормотал он, стараясь подвести её к сути размышлений. Между ними возникала невидимая нить, связующая их через неопределённость, пронизывающая пространство, как воздух, обнимающий их сухими ветрами осеннего дня. Он искал образы и метафоры, но всё, что ему хотелось, – это сделать её частью своего мира, поделиться тем, что укрывалось за скромными стенами его разума. У Ани немного приоткрылся рот: — да ну... Ну не... Она не могла поверить в то, что только что услышала. Входная дверь с треском распахнулась, и в кабинет влетел Дайске, совершенно не замечая мрачной атмосферы, окутывающей помещение. Его глаза горели любопытством и тревогой. — Он очнулся!? — выдал он, подбегая к кушетке, будто не замечая, как его голос эхо отдается в пустых стенах. — Что ты узнала про него? Он инопланетянин? Как он появился у нас на корабле? — он, казалось, хотел задать ещё кучу вопросов, но Аня не могла позволить этому хаосу продолжаться. Она прервала его, прикрыв ему рот рукой, искренняя настороженность отразилась на её лице. — Во-первых, не кричи, во-вторых, не так быстро. И вообще, зачем ты сюда пришёл? Пострадавшему нужен постельный режим! Я не разрешала тебе входить сюда! — её голос был полон строгости, но в глубине души она понимала, что его беспокойство вполне оправданно. — Ой, да ладно тебе, Ань! — нахмурился Дайске, отвернувшись, словно хотел сбросить с себя ответственность за свои слова. Но его внимание всё ещё было приковано к загадочному существу, лежащему на кушетке, как будто этот человек, пришедший из незнакомого мира, мог изменить всё их существование. — Я как бы еще здесь нахожусь... — произнес парень с легкой иронией в голосе, оборачиваясь к Ане, которая, казалось, сразу оценила его манеру. — А кстати, меня Дайске звать, ее как уже понял, Аня. — Выпалил мальчишка — JDH, или же Джон Дейви Харрис, или по простому, Джон, — уточнил тот, спохватившись. — Нифига загнул! -удивился Дайске — Дайске, вон отсюда. Керли покой нужен, а ты тут разбушевался, потом поговорите. — Слова Ани были холодны, как ледяная рука, отталкивающая обоих от разговора. — Ладно-ладно, чего взбесилпсь так, — тут же утихомирился Дайске, собирая свои мысли, словно пуховики перед тем, как выйти на мороз. После этих слов, он быстро вышел из меда, оставив Джона и Аню в одиночестве. — Так, расскажешь откуда ты, и чем занимаешься? — спросила она, искренне разглядывая его, словно пыталась прочитать историю, скрытую за изношенными манжетами его рубашки. — По одежде можно подумать, что ты доктор... но я могу и ошибаться. — Ты права, я могу быть и доктором, но в большей степени, я учёный, изобретаю, или создал..автоматов тоже.. — начал Джон, его голос звучал уверенно, но в то же время с легкой ноткой удивления. — Так вот, честно, легче сказать не получится, — продолжил он, — поэтому скажу тебе посложнее: я не из этого мира, если быть точнее, не из этой вселенной вовсе, что да как говорить не буду, запутаешься. Это все, что тебе пока надо знать. — Раз ты из другой Вселенной.... То... Как ты..? Это же невозможно!.. — Ну знаешь, невозможно в какой-то мере, возможно. Я ученный, да еще и демиург. Джон ехидно провел рукой по воздуху, и из желтых частиц, материализовалась маска. — Смотри как могу. — Я первый, а первые, это что-то на подобии Богов... ты только никому не говори. Джон показливо подставил палец к губам Ани. — О себе я рассказал, тогда... что насчёт тебя, Красотка? — Моё имя Аня.... Мы везем по космосу какой то груз...! А так,я работаю здесь мед сестрой.... — пожала плечами та — я даже не знаю что о себе рассказать — она перевела взгляд на бинты — раны довольно серъезные.. Но не смертельные.... Полежишь здесь месяц, и будешь как новенький! — улыбнулась та —месяц... ну ладно. Я тогда пойду осмотрюсь?-спросил Джон — Не думаю что ты сможешь встать.... У тебя поврежденно Ребро.... Ну можешь попробовать...

После короткой, но напряженной паузы, проникнутой неясностью и страхом, Харрис встал с места. Мгновенно его тело застыло в неестественной позе, и острая боль пронзила грудь , словно невидимая игла глубоко уколола его. Но, как только он попытался сделать шаг, боль, к счастью, исчезла так же внезапно, как и появилась.

— Вроде не болит, — пробормотал он себе под нос, стараясь прогнать тревожные мысли. — Ань… хотел спросить, — произнес он с легкой неуверенностью, жестом указывая в сторону полу-разложившегося создания, — Что это за полу-труп там лежит? — А... Это... Это наш капитан. Он часто казался непоколебимым, как скала на горизонте, но сейчас его тело лежит здесь, истерзанное последствиями страшной аварии. Я не могу избавиться от мысли, что он был нашим светом в темные времена, и теперь это светило тускнеет. Он довольно сильно пострадал, крови слишком много и ожогов. Я не знаю, сколько он еще сможет протянуть в этом состоянии. Обезболивающие заканчиваются, и это еще больше усиливает мою тревогу, угнетая не только физическую боль, но и ту безысходность, — Она медленно перевела взгляд на Керли, будто искала в его глазах какую-то надежду, но только встретила страх и отчаяние. Глубокий вздох, который она сделала, казался заглушительным в тишине, словно отправляя на дно сердца еще одну волну горечи. — Джимми все время жалуется, что стоны Керли его раздражают! Но что я могу сделать? . Каждый звук от Керли причиняет мне боль, но в то же время напоминает, что мы все еще здесь, что мы все еще боремся за справедливость. — Могу помочь! — В его глазах загорелся огонек.. Продолжение следует...