Как никогда раньше

После того, как Армагеддон не случился, и всего, что за этим последовало, на самом деле ничего не изменилось. С чего бы? У каждого из них есть свой дом, своё место, свои предпочтения; а кроме того, они ангел и демон. Они были близки всю свою долгую-долгую жизнь, настолько близки, насколько могли, настолько близки, насколько осмеливались, да, но это всё равно было не совсем близко. У каждого из них есть свои причуды, свои слабости; их жизни не очень-то сочетаются друг с другом. Теперь у них есть то, чего они хотели. Они могут проводить вместе столько времени, сколько захотят, не оглядываясь друг на друга, и они так и делают - ходят на концерты и в кино, в театры и музеи, гуляют по парку. Когда один спрашивает, другой отвечает "да". Они могут, и они делают это, и этого достаточно.

⁂

Они выпивают в книжном магазине; Кроули засыпает на диване. Азирафаэль занимается книгой и вежливо игнорирует его храп, а затем тихо беспокоится из-за его бормотания во сне, пока Кроули не просыпается, не скатывается с дивана и не падает на пол с громким стуком, опрокидывая при этом несколько стопок книг. Кроули несколько раз моргает, качает головой и бормочет самое грязное ругательство, которое Азирафаэль давно от него не слышал. - Будь аккуратен, - это звучит резче, чем он хотел, с укором. Кроули смотрит на него какое-то время, бледный, с широко раскрытыми глазами и потерянный; затем выражение его лица меняется и становится привычным, нарочито безразличным. - Ах, ты же меня знаешь. Я всегда аккуратен. - Недостаточно аккуратно, - язвительно говорит Азирафаэль, - посмотри на все эти книги. Мне понадобится целая вечность, чтобы разложить их по местам. - Их надлежит вернуть на место, - фыркает Кроули, - они пролежали в этих кучах не меньше полувека. - Тем не менее. Возможно, ты повредил переплёт, а на его правильную починку всегда уходит много времени. - Ты можешь просто сотворить чудо, не так ли? - Это не то же самое, что делать это вручную, - Азирафаэль понимает, что звучит раздражённо, но не может остановиться. Кроули хмурится. - Но ты уже делал это раньше. Я знаю, что делал. - Это не то же самое, что прежде, - повторяет Азирафаэль, - я всегда могу сказать, с какими из них мне пришлось творить чудеса. Нахмуренное лицо Кроули становится упрямым. - Ну. Ничего бы не случилось, если бы ты держал их на полках. Или если бы твой древний диван не был таким чертовски неудобным. Азирафаэль хмуро смотрит на него. - Ну. Если мой диван такой неудобный, почему ты до сих пор здесь? У тебя в квартире есть отличная кровать. Может, тебе лучше пойти спать туда? Кроули поднимается на ноги, хватает свои солнцезащитные очки, которые он небрежно бросил на столик, и надевает их с большим усердием, чем, по мнению Азирафаэля, было необходимо. - Ты прав. Может, мне стоит. - Прекрасно. - Прекрасно, - Кроули закатывает глаза, что заметно даже за солнцезащитными очками, и выходит из книжного магазина, не сказав больше ни слова. Он не хлопает дверью, но очень близок к этому. Азирафаэль поднимает упавшие книги, очень аккуратно складывает их и так же аккуратно не чувствует себя виноватым.

⁂

Они не разговаривают друг с другом целую неделю. Азирафаэль в основном сидит в книжном магазине и читает; он напоминает себе о том, что они годами, десятилетиями, столетиями не виделись, и старается не чувствовать себя одиноким. Затем Кроули звонит, чтобы пригласить его в театр, и на какое-то время всё снова становится нормально.

⁂

Они всегда встречаются в книжном магазине, а не в квартире Кроули. Единственным исключением была ночь после того, как Армагеддон не состоялся, но тогда они оба думали, что книжный магазин исчез. В остальном... ну что ж. Кроули, как он надеялся, ясно дал понять, что Азирафаэль всегда, всегда будет желанным гостем, несмотря ни на что, но, тем не менее, книжный магазин - это знакомое и безопасное место, и поэтому они всегда встречаются в книжном магазине. Они всегда встречаются в книжном магазине, за исключением... за исключением того, что Азирафаэль только что появился, просто заскочил, чтобы пригласить Кроули на обед, весело заявив, что всё равно был неподалёку - что вполне справедливо, они живут совсем рядом друг с другом, за исключением... За исключением того, что Азирафаэль находится в его квартире, с осторожным любопытством оглядываясь по сторонам, изучая при дневном свете то, на что он лишь мельком взглянул в тихой, пугающей темноте их единственной ночи здесь; и это глупо, это так глупо, он знает Азирафаэля шесть тысяч лет, ангел знает его лучше, чем кто-либо другой, но это заставляет его чувствовать себя неловко, и, очевидно, это болезненно заметно. И поэтому он бормочет что-то о том, что ему нужно полить свои растения, и чуть ли не убегает. Как оказалось, это была невероятно глупая идея, потому что Азирафаэль последовал за ним. Конечно, последовал. Как только Азирафаэль входит в дверь, растения тянутся к нему, словно он - солнце, а они вечно жили во тьме; их листья шепчутся, и Кроули понимает, что они рассказывают ангелу о нём. - Конечно, я кричу на них, - выпаливает он. Он ничего не может с собой поделать. Он всегда знал, что это произойдёт, и лучше вскрыть нарыв, не так ли, как бы больно это ни было. Лучше покончить с этим быстро, а не растягивать. Азирафаэль слегка хмурится, и между его бровями появляется едва заметная морщинка. - Правда? - Конечно, - огрызается Кроули, слишком резко, - я же демон, разве нет? Растения узнают его по голосу, если не по чему-то другому. Они поспешно отпрянули от Азирафаэля, выпрямились и начали дрожать. Азирафаэль нахмурился ещё сильнее. - Мой дорогой... - В противном случае они не будут хорошо расти, не так ли? Они не будут делать ничего только потому, что я о них забочусь. Я демон, - какая-то его часть, совсем маленькая, знает, что всё должно быть совсем не так, и смотрит на остальную часть, как на аварию с участием тридцати машин на автостраде, но он так расстроен... зол... напуган... что не может остановиться. Он не знает, как остановиться. - На Земле или где-либо ещё нет ничего, что могло бы. Ты бы знал, не так ли? Азирафель делает полшага к нему, широко раскрыв глаза и протягивая руку. - Кроули. - Конечно, ты бы хотел. Ты бы хотел, чтобы я снова стал ангелом. Азирафель отшатывается на несколько шагов назад, как будто его ударили, прижимая руки к груди, на его лице читается боль. Растения полностью замерли; на мгновение, на два, тишина становится оглушительной, удушающей, такой абсолютной, что у Кроули звенит в ушах. Медленно, очень медленно внешний мир возвращается. Ветер шелестит шторами в другой комнате, где он оставил дверь на балкон приоткрытой; слабый шум машин на улицах далеко внизу; самолет, пролетающий над головой; еще тише - печальная сирена вдалеке. - Я думаю, тебе стоит уйти, - выпаливает Кроули низким, хриплым голосом, как будто он кричал, хотя на самом деле это было не так. Так ли это было? Азирафаэль, кажется, хочет что-то сказать, но затем его лицо становится непроницаемым. - Да. Да, я думаю, что должен. И он уходит, а у Кроули в ушах снова звенит от последствий его поспешного чуда. Кроули берёт пульверизатор, опрыскивает свои растения, осматривает их на предмет повреждений и лишь слегка ругается, когда не находит ничего подозрительного. Он очень старается не смотреть на пустое место, которое Азирафаэль оставил в комнате, и так же старательно не чувствует себя виноватым.

⁂

Они не разговаривают друг с другом целый месяц. Кроули отправляется в долгие поездки, намеренно нарушая все правила дорожного движения, какие только может, и говорит себе, что он ни от чего не убегает, что он предпочитает, чтобы Азирафаэль не был рядом и не жаловался на его вождение; и в любом случае, если он оглянется на последние шесть тысяч лет, то поймёт, что они провели больше времени порознь, чем вместе, и это всегда было нормально. А значит, и сейчас всё нормально. А потом Азирафаэль звонит, чтобы пригласить его на обед, и если он чувствует, что внезапно снова может дышать, то никому не нужно об этом знать. Всё меняется. Всё в порядке.

⁂

Они пьют в книжном магазине; Кроули засыпает на большом и удобном диване, под массивной, новенькой книжной полкой, забитой книгами. Азирафаэль сидит рядом, в своём любимом кресле, и читает книгу; когда Кроули начинает бормотать во сне, он откладывает книгу, наклоняется вперёд и нежно гладит Кроули по волосам, пока тот не успокаивается. Утром они идут завтракать в одно из любимых кафе Азирафаэля.

⁂

Они ужинают в квартире Кроули. После ужина Кроули проводит Азирафаэля по квартире, комнату за комнатой, показывая ему всё вокруг, и знакомит его со своими растениями. Затем он ведёт его наверх, в сад на крыше, и знакомит с другими своими растениями, каждое из которых по-своему уникально, и тихо, запинаясь, объясняет. Они сидят там всю ночь, разговаривая и глядя на звезды.

⁂

В квартире Кроули есть книги, которые он туда не клал, разбросанные по комнатам, как листья, гонимые ветром, собранные в небольшие стопки, как сугробы, накапливающиеся на столиках и в углах. Кроули совершает ошибку, подшучивая про это над Азирафаэлем; Азирафаэль, судя по всему, воспринимает это с юмором, но когда он уходит, книги тоже исчезают. В следующий раз, когда Азирафаэль приходит в гости, в квартире Кроули появляется новое кресло. Оно почти такое же, как в книжном магазине, только чёрное, потому что у Кроули тоже есть свои стандарты; и изящная современная лампа, которая выглядит немного устрашающе, но тем не менее отбрасывает тёплый свет прямо на кресло, идеально подходящее для чтения; и очень показательно пустая книжная полка рядом с ним. В квартире Кроули есть книги, которые он туда не клал, и каждый раз, когда они переполняют книжную полку, появляется ещё одна.

⁂

В первый раз, когда он находит пару солнцезащитных очков Кроули, оставленных в книжном магазине, Азирафаэль просто пожимает плечами и кладёт их на кассу, полагая, что Кроули заберёт их в следующий раз. Но он этого не делает; вместо этого остаётся ещё одна пара. Затем ещё одна. Затем ещё одна. В конце концов Азирафаэль чудесным образом переносит их в бардачок Бентли, где, как он знает, Кроули хранит свои запасные части, а затем следующие три дня тихо переживает из-за этого. Он не хочет случайно снова заставить Кроули почувствовать себя нежеланным. Но Кроули не упоминает об этом, так что, должно быть, всё в порядке. Или, может быть, он просто ещё не заметил. Неделю спустя Кроули приглашает его на пикник. Стоит ясный солнечный день, более тёплый, чем можно было бы ожидать в начале весны; к тому времени, как они добираются до Хайгейтского леса, Кроули снимает пиджак и закатывает рукава, а Азирафаэль тоже снимает пальто, развязывает галстук-бабочку и расстёгивает первые пуговицы рубашки. Разумеется, они проводят большую часть дня вместе. Только поздно вечером, через несколько часов после того, как Кроули высадил его у книжного магазина, Азирафаэль понимает, что забыл свой галстук-бабочку в Бентли. Это не проблема, у него есть несколько одинаковых галстуков-бабочек, но он надеется, что Кроули не будет возражать. Не проходит и десяти минут, как галстук-бабочка, довольно странно сложенный в форме утки, чудесным образом падает ему на колени вместе с запиской, в которой просто написано: "Спасибо за солнцезащитные очки. - К." Азирафаэль улыбается и убирает галстук-бабочку в ящик, не разворачивая его. Кроули до сих пор иногда забывает свои солнцезащитные очки в книжном магазине. Азирафаэль гораздо осторожнее со своим галстуком-бабочкой, но к галстуку-бабочке в итоге присоединяется галстук-змея и галстук-дельфин.

⁂

У Кроули есть ключ от книжного магазина. У Азирафаэля есть ключ от квартиры Кроули. Разумеется, их чары уже давно настроены так, чтобы они могли входить друг к другу, а запертая дверь никогда не была настоящим препятствием для существ, которые могут просто волшебным образом её открыть. Это не проблема.

⁂

В поисках идеального места для пикника они уезжают всё дальше и дальше от Лондона, пока даже при такой скорости, с которой Кроули ведёт машину, им не приходится сокращать время пикника, чтобы успеть туда и обратно за день. Они начинают время от времени ночевать в отелях типа "Постель и завтрак", и хотя Кроули очень тщательно подбирает их по вкусу Азирафаэля, он видит, что ангелу не совсем комфортно. Азирафаэль не спит, Азирафаэль проводит ночь, чаще всего за чтением; это очень давняя привычка, и её нарушение, отсутствие книг, когда они проводят ночь вне дома, выбивает его из колеи. Однажды Кроули предлагает Азирафаэлю взять с собой несколько книг, но в итоге всё только ухудшается. Азирафаэль всё время беспокоится, что забудет книги и они потеряются, а когда они приезжают в отель типа "Постель и завтрак", в итоге оставляет их в Бентли. В следующий раз, когда они отправляются в путешествие, Азирафаэль не берёт с собой никаких книг, а Кроули ничего не говорит.

⁂

Очевидно, что Азирафаэль считает, что время от времени проводить ночь в неудобной постели - приемлемая плата за время, которое они проводят вместе, но Кроули в этом не уверен. Должно быть какое-то решение. Возможно, у них будет собственное жильё. Коттедж, живописный и относительно уединенный, как и все отели типа "Постель и завтрак", в которых они останавливались; не место для постоянного проживания (он знает, что Азирафаэль никогда не оставит свой книжный магазин), но место, которое они могут использовать в качестве базы, когда находятся вдали от дома, место, где Азирафаэль может оставить свои книги и знать, что они будут в безопасности, как сейчас в квартире Кроули. Бросив косой взгляд на Азирафаэля, чтобы убедиться, что тот не видит, что он делает, Кроули открывает на телефоне сайт по поиску недвижимости. Он просто посмотрит, что можно найти. Если он в итоге купит коттедж, а Азирафаэлю не понравится эта идея... что ж. Деньги - не главное. Это не будет большой потерей.

⁂

В последнее время Азирафаэль много размышляет. Может, он и тугодум, но он внимателен, и без книг, которые занимали бы его по ночам, пока Кроули спит, у него было много возможностей поразмыслить о том, что он заметил. Каждый раз, когда они уезжают из Лондона на ночь, Кроули проводит довольно много времени в саду того отеля типа "Постель и завтрак", в котором они останавливаются, трогая цветы и листья и тихо бормоча себе под нос. И Азирафаэль не может не думать о том, что Кроули не помешало бы прогуляться по саду. Он, конечно, знает, что Кроули никогда не покинет Лондон. Кроули живёт быстро, бурно и безрассудно, а большой город предоставляет для этого бесчисленные возможности, и Азирафаэль не может представить, что Кроули когда-нибудь откажется от этого - особенно ради кого-то вроде него. Но если бы у него был коттедж где-нибудь в тихом, отдалённом месте, они могли бы проводить там выходные, и Кроули мог бы ухаживать за садом. Кричать на него, даже если он находится в достаточно отдалённом месте... хотя Азирафаэль надеется, что Кроули уже достаточно настрадался, вымещая свою злость на растениях. Коттедж с подходящим садом в нужном месте будет нелегко найти, и, скорее всего, он будет стоить дорого, но у него нет ничего, кроме времени. Как только они вернутся в Лондон, он начнёт искать агентов по недвижимости.

⁂

- Боюсь, в данный момент мы закрыты. - Ах, я надеялась поговорить с мистером Феллом? Это Энн Мартинс, из агентства недвижимости Seavills and Co. Азирафаэль смотрит на Кроули. Демон, судя по всему, мёртв для этого мира, он растянулся на диване и слегка похрапывает, несмотря на то, что сейчас едва ли два часа дня. - Говорите. - Я смогла договориться о просмотре заинтересовавшего вас коттеджа в следующий вторник, но, как вы знаете, он находится в довольно отдалённом месте. Кто-то ещё тоже попросил о просмотре... я надеялась, что вы не будете возражать против присутствия ещё одного потенциального покупателя?

⁂

- Нет, всё в порядке. Я не против, - если коттедж так хорош, как о нём говорят, он станет его собственностью. Немногие люди смогли бы сделать такое же предложение, какое может сделать он; а если они заупрямятся - это не то, что не может исправить удачно применённое чудо. - Замечательно. Тогда приятного вам вечера, мистер Кроули, и я увижусь с вами во вторник. - Да. Берегите себя.

⁂

Просмотр проходит совсем не так, как ожидала Энн. Она бы никогда не произнесла этого вслух (в конце концов, она профессионал), но за эти годы у неё сформировался очень чёткий набор ожиданий относительно того, какую клиентуру привлекает такая недвижимость, как коттедж, который она сегодня показывает; и ни один из двух потенциальных покупателей им не соответствует. Конечно, мистер Кроули ездит на блестящем, безупречно ухоженном винтажном автомобиле, но он также одет как потрёпанный рокер из нескольких десятилетий назад, а на его лице - совершенно ненужные солнцезащитные очки, которые полностью скрывают его глаза. И, конечно, мистер Фелл старомоден, но не в том смысле, что он "достаточно богат, чтобы не заботиться о моде", как она привыкла, а в рассеянной, небрежной манере, которая сильно напоминает ей покойную бабушку. И, конечно, есть ещё тот факт, что они остановились как вкопанные и целую минуту смотрели друг на друга, когда приехали в коттедж, но в то же время яростно отрицали, что знают друг друга, когда она спросила. Они очень стараются не смотреть друг на друга, пока она показывает им коттедж, за исключением... Когда мистер Кроули написал электронное письмо, чтобы узнать о коттедже, он, казалось, особенно заинтересовался библиотекой - уютной комнатой с большим камином и встроенными книжными полками от пола до потолка. Но когда она показывает им эту комнату, он просто стоит в дверях и смотрит, пока мистер Фелл осматривается, проверяя каждую деталь и радостно бормоча себе под нос. И мистер Фелл, разговаривая по телефону, казался очень заинтересованным в саду и обширной прилегающей территории; но именно мистер Кроули сразу же подходит к растениям, наклоняется, чтобы осмотреть клумбы, и нежно гладит листья деревьев, пока мистер Фелл наблюдает за ним. Энн смотрит, как они смотрят друг на друга, когда думают, что их никто не видит, и думает, что понимает. Когда просмотр заканчивается, мистер Фелл вежливо улыбается ей. - Не могли бы вы оставить нас на минутку, дорогая? Она кивает и смотрит, как они уходят от неё, чтобы встать под одним из деревьев в саду. Они о чём-то говорят; похоже, они спорят, но говорят так тихо, что она не слышит ни слова. Когда они возвращаются, то спрашивают, могут ли они сделать совместное предложение; когда она подтверждает, что это возможно, они называют сумму, которая более чем в два раза превышает запрашиваемую цену. Контракт подписывается уже на следующий день.

⁂

Азирафаэль снова пересаживается с одного кресла на другое, слегка подпрыгивая и довольный. - О, я просто не могу решить. Они оба такие удобные. И так чудесно отреставрированы! Хозяйка антикварного магазина, дружелюбная пожилая женщина, с которой Азирафаэль сразу же нашел общий язык, улыбнулась ему. - Я так рада, что вы так считаете, мистер Фелл. Я сама выполняю большую часть реставрационных работ. Азирафаэль сияет. - Ну, это просто замечательно! Вы должны гордиться собой. - Надо было просто пойти в "Икею", - бормочет Кроули себе под нос. Азирафаэль и женщина тут же оборачиваются к нему с одинаковыми выражениями ужаса на лицах. Кроули поднимает руки в знак капитуляции и уходит, чтобы найти тёмный уголок, где можно будет немного переждать. Они покупают оба кресла, диван в тон и два массивных книжных шкафа.

⁂

Зная, как Кроули трепетно относится к своим растениям, Азирафаэль очень надеялся, что они проведут в садовом центре большую часть дня. Но Кроули уже целый час рассматривает стеллаж с фиалками, изучая их растение за растением, лист за листом. - Если ни один из них не подходит, нужны ли нам вообще фиалки? - в конце концов, решается Азирафаэль. Все фиалки кажутся ему красивыми, ни одна из них не выглядит больной, но он не знает, что ищет Кроули. - В саду есть мята, - говорит Кроули тоном человека, делающего самое страшное заявление, тоном, который Азирафаэль отчётливо помнит по последнему разговору об Армагеддоне. - Да..? - на самом деле в саду коттеджа довольно много мяты; изначально она явно должна была расти на небольшом участке, но давно разрослась повсюду. Когда они осматривали сад, Кроули нахмурился и пробормотал что-то неразборчивое, но явно угрожающее себе под нос; а мята откровенно проигнорировала его, чего Азирафаэль никогда раньше не видел у растений. - Мне нужны хорошие растения, чтобы бороться с этим, но ни одно из этих, - Кроули окидывает взглядом всю полку с фиалками сверху донизу, - не внушает мне особой уверенности. Большинство фиалок начинают дрожать, и этого достаточно, чтобы затряслась вся полка. Азирафаэль вздрагивает; Кроули закатывает глаза и крепко держит полку одной рукой, а другой гладит растения. - В этом нет необходимости, - говорит он, и строгость его тона противоречит мягкости его прикосновения. Фиалки перестают дрожать; Кроули ещё раз пристально смотрит на них, затем кивает сам себе, берёт несколько цветков и аккуратно кладёт их в тележку. Азирафаэль замечает, что избранные - это те, кто не боялся.

⁂

Они остаются в коттедже на выходные. Кроули проводит всю субботу, работая в саду, пока Азирафаэль читает в тени яблони. Стоит тёплый солнечный летний день, и через несколько часов они оба переодеваются в рубашки с короткими рукавами и шорты. В воскресенье Азирафаэль готовит завтрак и очень старается не смеяться, пока Кроули, громко ругаясь, исцеляет свой солнечный ожог. Они посещают несколько антикварных рынков, обедают в местном пабе, катаются по побережью, а затем возвращаются в коттедж на ужин. На этот раз готовит Кроули. Они возвращаются в Лондон в понедельник утром. Азирафаэль оставляет книги, которые принёс, в коттедже.

⁂

Сколько бы книг ни приносил с собой Азирафаэль во время визитов, у него никогда не заканчивается место на полках. Каждый раз, когда он почти заполняет книжный шкаф, появляется ещё один и все книжные шкафы настоящие. Комнаты, конечно, очень красивые; коттедж большой, но не настолько, и они очень быстро договорились, что внутри он должен быть больше, тем более что им обоим нужно было личное пространство для своих вещей. Тем не менее, все книжные шкафы настоящие - некоторые очень старые, некоторые совсем новые, все уникальные, все хранят прикосновение людей, которые их создали. Всё по вкусу Азирафаэлю, хотя он лично приобрёл только те два предмета, с которых всё началось. Азирафаэль проводит пальцами по полкам, смотрит в окно на сад, где Кроули спорит с мятой, и улыбается.

⁂

Кроули сражается с мятой; мята сражается с Кроули. К середине сентября они заключили своего рода перемирие. Мята больше не разрастается, но и не собирается уступать свою территорию фиалкам. Однажды, когда они уезжают, Азирафаэль оставляет Кроули ждать в Бентли, а сам ненадолго возвращается в коттедж, утверждая, что забыл недочитанную книгу, которую хочет взять с собой в Лондон. Кроули не придаёт этому значения. Наступает холодная осень, а за ней и ещё более холодная зима; в итоге они возвращаются в коттедж только следующей весной. Когда Кроули осматривает сад, он видит, что мята сильно разрослась и, он готов поклясться, немного увяла; фиалки заполонили большую часть участка. Он по-прежнему не обращает на это внимания, вплоть до обеда, когда Имоджен Фотергилл, местная мегера, фанатичка и, к сожалению, трёхкратная победительница конкурса на лучший сад в деревне, подходит к ним в пабе и громко обвиняет в том, что они тайно посадили мяту в её саду. Кроули может лишь с удивлением наблюдать, как Азирафаэль вежливо, но холодно замечает, что их дома находятся на противоположных концах деревни, что их не было несколько месяцев и что любой опытный садовник наверняка заметил бы нашествие мяты до того, как она разрослась так сильно, как она описывает. Азирафаэль, конечно, не утверждает прямо, что Имоджен, должно быть, сама посадила мяту и потеряла контроль над ней, но намёк ясен как день. Имоджен пытается возразить. Азирафаэль непреклонно затыкает ей рот. Через пять минут они привлекают внимание значительной аудитории; кажется, что там собралась половина деревни, которая прогуливается возле паба и демонстративно не подслушивает. Они слишком британцы, чтобы хлопать, когда она кричит и топает ногами в бессильной ярости, но Кроули видит, что они хотят это сделать. Убедившись, что на них больше никто не смотрит, Кроули ловит взгляд Азирафаэля, улыбается и беспомощно качает головой. Азирафаэль слегка краснеет, опускает голову, ухмыляется и возвращается к своей трапезе.

⁂

- Мы не заберем эту статую. - Мы не... постой, какая статуя? Ты же не имеешь в виду… - Нет, кафедра, очевидно, будет, мы можем поставить её в саду. А вот эта, - Азирафаэль решительно указывает в конец коридора, - не будет. В коттедже для неё нет места, и я не хочу ставить её в саду. Соседи будут сплетничать. Кроули делает отважную, хотя и тщетную, попытку не покраснеть и воздерживается от замечания, что сад принадлежит скорее ему, чем Азирафаэлю, и что ближайшие соседи находятся более чем в миле от них. Азирафаэль прав. И всё же: - Они борются, ангел. - Я уверен, что так и есть. Мы всё равно не возьмём её. Кроули не дуется, потому что хочет сохранить то немногое достоинство, что у него осталось. - Хорошо. Он бы солгал, если бы сказал, что не будет скучать по этому - вспоминая, он понимает, что это был один из первых признаков того, что он заинтересовался Азирафаэлем не только как соперником. Однако в этом процессе они оба от чего-то отказываются, и это даже не обсуждается. Если Азирафаэлю не нравится статуя, что ж, тогда статуя исчезнет.

⁂

- Ты уверен, что не хочешь взять их? У нас есть место. - Я уверен. Они... - Азирафаэль делает паузу. Он не скрывает своих странностей; он бы никогда не подумал, что намеренно выставит их напоказ. Но это же Кроули, - они приманки. - Приманки? - Ты, конечно, замечал, что иногда я обслуживал клиентов, которых было невозможно остановить… - Как ужасно для книжного магазина, когда покупатели действительно хотят покупать книги, - невозмутимо говорит Кроули, а затем тут же расплывается в улыбке, словно желая убедиться, что Азирафаэль понимает, что он шутит, - как будто были какие-то сомнения. Азирафаэль ухмыляется ему в ответ. - Да, хорошо. В таких случаях я считаю полезным иметь в магазине книги, которые мне не особенно интересны, и перенаправлять на них таких покупателей, чтобы они всё равно были довольны покупкой книги... - Но тебе не придётся отдавать книгу из твоей коллекции, чтобы они ушли, - заканчивает Кроули, кивая, - умно. Значит, просто оставим их здесь. - Действительно. Юный Ньют может продать их от моего имени, как и любые другие бесполезные книги, с которыми я, несомненно, столкнусь в процессе пополнения своей коллекции. - Верно, верно, - Кроули делает паузу, словно колеблясь, а затем глубоко вздыхает, - ты ведь знаешь, что тебе не обязательно это делать, верно? Я имею в виду, отказываться от магазина. Ньюту не нужна работа, Анафема достаточно богата, чтобы содержать их обоих, а даже если бы и не была, мы могли бы помочь им другими способами... и я знаю, как ты привязан к магазину, ты мог бы просто оставить его, продолжать ездить туда-сюда, ты и так всегда работал по нерегулярному графику, и ты знаешь, я не против тебя подвозить, я не против... - Кроули. Кроули тут же замолкает, обрывая себя на бессвязной мешанине согласных. Азирафаэль улыбается. - Я хочу.

⁂

Две недели спустя они всё ещё распаковывают вещи. Несмотря на то, что они очень медленно переезжали в коттедж больше года, за свою долгую-долгую жизнь они оба накопили много вещей, и поэтому там много коробок, большинство из которых не подписаны. Кроули имеет дело с особенно большим экземпляром, в котором книг больше, чем он может вместить, и он натыкается на что-то, что явно не является книгой. Она выглядит как миниатюрная версия статуи, которая раньше стояла у него в квартире, вплоть до мельчайших деталей. Когда он достаёт её из коробки, то обнаруживает, что она намного тяжелее, чем должна быть, что она очень близка к весу полноразмерной статуи, если судить по его ощущениям. - О, вот куда она делась, - Азирафаэль подходит и выхватывает статуэтку из рук Кроули, затем, пока Кроули смотрит ему вслед, подходит к почти пустой книжной полке и осторожно ставит на неё статуэтку. Полка зловеще скрипит; они оба одновременно протягивают руки, чтобы укрепить её с помощью чуда.

⁂

Они не возвращаются в Лондон. Времена года сменяют друг друга; первый в этом году снегопад застаёт их в коттедже. Азирафаэль свернулся калачиком на одном конце дивана, который раньше стоял в книжном магазине, согнув колени и поджав ноги, и читает; Кроули растянулся на оставшемся месте, удобно откинувшись назад и положив голову на ноги Азирафаэля. Азирафаэль переворачивает страницу и на мгновение замирает, отрываясь от книги, затем протягивает руку и нежно гладит Кроули по волосам. - Кроули? - Да? - Кроули не отрывает взгляда от телефона, но слегка извивается, подставляя спину, как кошка. - Ты же знаешь, что я люблю тебя, верно? - Да, ангел, конечно, знаю. Азирафаэль кивает сам себе и возвращается к чтению, продолжая перебирать пальцами волосы Кроули. Несколько минут царит тишина, нарушаемая лишь потрескиванием огня в камине; затем Кроули издаёт сдавленный звук и роняет телефон себе на лицо, болезненно вскрикнув. - Азирафаэль. Азирафаэль не может сдержать смешок. - Да, мой дорогой? - Я... я имел в виду... я тоже, - Кроули поднимает взгляд, широко раскрыв глаза, - я люблю тебя. Ты... ты ведь это знаешь, да? - Конечно, - Азирафаэль улыбается ему сверху вниз, - конечно, знаю. - О, - Кроули улыбается в ответ, сияя, как первый рассвет в мире, - о, хорошо.