News, doubts, suggestion

«.. Новая жертва... Это уже 5 за год.. Город стоит на ушах... пожалуйста, будьте осторожны и не ходите в безлюдных местах одни..» Слышится из новостных каналов телевизора. Снова очередная жертва одного маньяка. Орудия и почерк убийства те же, как сообщила пресса. Это ещё больше вводило народ в панику. Сейчас они будут запрещать детям ходить в публичные места, пугать страшным убийцей на ночь, пока сами ни в чём себе не будут отказывать, гулять, ходить на работу, встречаться с друзьями. Хэллебор считал это такой тупой безответственностью... Ведь жертвы маньяка варьируются по возрасту от 20 до 30 лет, и одним из таких несчастных мог оказаться другой любой взрослый. В любом случае, парня тоже пугала нагнетающая ситуация. Только он начал относительно недавно чувствовать себя в безопасности, как снова придётся трястись и оглядываться, банально возвращаясь домой с учёбы. Или придётся снова мучить Эндрю и Дэмиана, чтобы переночевать вместе. Либо же идти на крайние меры. Скрип двери в гостиную выводит Коула из транса, заставив вздрогнуть. Олеан с большим подносом напитков и сладостей, довольно пробирается к другу, выхватывает пульт и переключает какой-то развлекательный канал. Хэллебор, не до конца отошедший от недавних новостей, уставился на Олеана, который в свою очередь выглядел даже слишком безмятежно. Они вдруг пересеклись взглядами. Коул не отвернулся, находя в вороновых серых глазах то же спокойствие, которое требовалось ему самому. — Что? Что-то не так? — В новостях сказали, нашли новое тело. В нашем городе. В нашем районе. Ол закатил глаза. Как делал и все прошедшие разы, когда слушал о случае с маньяком. Невозмутимое хладнокровие. Коулу становилось от этого как и легче, так и тревожнее. Стоило ли беспокоиться тогда за обоих, раз ла Бэйл не считал ситуации с безжалостными убийствами чем-то серьёзным, чего стоило бы опасаться? — Коул, успокойся. Это наверняка очередной юноша-мужчина за 25 лет, аморальный урод, любитель поглядеть или распробовать молодняк. Мерзость. А ты не мерзкий, так что успокойся и живи спокойной жизнью. — Наверное, стоит принять это за комплимент? — Не беси меня и начинай есть. Я зря пыхтел над твоими конопешками? Все руки себе исцарапал... Олеан пытался поддержать Коула. Брюнет в это верил и понимал по чуть напряженным рукам друга. Если так его можно называть, учитывая, что между ними всё... как-то странно. Непонятно. Неоднозначно. Они были как бы и близки, очень близки, слишком, неприлично. Но с тем же витала между ними какая-то недоговорённость, стена, которая мешает перейти стадию "друзей" в что-то более однозначное и правильное для обоих. Коул обещает себе подумать об этом чуть позже. Он берет приготовленное Олеаном блюдо и кидает в рот на пробу. Неплохо. Даже удивительно. Ол обычно не любитель готовить, но в связи с нестабильным состоянием Коула после несданного экзамена, а после и сомнительных предложений от несостоявшихся в жизни молодых людей в подворотнях, ла Бэйл решил сделать исключение. Вообще, Коул так и оказался у белокурого в гостях. Не то чтобы веснушчатый сам не мог за себя постоять... Просто не то состояние. Не то время. А Олеан, как настоящий друг, выручил в нужную секунду и спас от нежелательных травм. Мдам, говно настроеньечко. — Настолько невкусные? Я старался. Слишком непривычно погрустневшим голосом отзывается Олеан. Коул снова завис в своих мыслях. Стыдно. — Нет-нет, это очень вкусно. Спасибо большое. Просто я удивлён, что они настолько хорошие. Пытался оправдаться Хэллебор, на что получил только понимающее хмыканье. Ла Бэйл смотрел в телевизор, пытался снова казаться беспристрастным, пока Коул вновь принялся бесстыдно рассматривать его профиль, отливающийся в темноте комнаты синим светом от экрана. Снова эта тишина... — Тебя никто не тронет. Ни дрянные гопники во дворах, ни маньяк. В горле у Коула был готов образоваться комок от такого твёрдого.. обещания. Никак иначе не назвать. Коул не знал, что чувствовать на сей счёт: раздражение или радость. — Я не беззащитная принцесса, не будь таким эгоистом. Он выбрал первое. Ол на это только привычно улыбнулся своей кривой ухмылкой, обнажая клыки зубов. Это выглядело для многих устрашающе. Для близких друзей — по-забавному мило. — Я знаю. Но от тебя такой унылой тоской веет, что не знаю, что лучше, придушить тебя и дело с концом или помочь тебе. Что-то новенькое — откровения от самого Олеандра ла Бэйла. Это обескуражило Хэллебора. Но не надолго. — Ох, спасибо, царь батюшка, что соизволили побеспокоиться о жалкой моей душоньке. Иногда я вспоминаю, что единственный, кого мне правда стоит бояться, это ты. Олеан хрипло посмеялся на это, отпив с одного из стакана газировку. Наконец-то... непринуждённость. — Да и не только тебе... Коул решил пропустить эту фразу мимо себя. Подобная несерьёзная жуть была нормальна для Олеана. — А если серьёзно. Ты совсем не боишься? — Чего бояться? Я цел. Тебе и Куинам ничего не грозит. Да и в принципе в нашем окружении ничего не поменяется. — Почему ты так в этом уверен? Разве... это не ужасно, как люди умирают у нас под носом от рук кого-то, кто, возможно, ходит даже среди нас? И самое страшное то, что за весь этот год не было ни одной зацепки, кто это мог быть. И кто будет следующим.. Может возраст жертв вообще не имеет значения, и кто-нибудь из нас или наших друзей станет очередной жертвой этой больной твари- — Коэлло Хэллебор. Останови свою панику. Коул оторопел от того, как строго прозвучало обращение. Седые брови, такие же белые, немного отливающие пеплом, как и волосы ла Бэйла, сошлись у переносицы, когда гневные и... о боже, блять, расстроенные глаза впились в янтарные Коула. Хэллебор не мог понять. Не хотел понимать, из-за чего и почему Олеан излучал то разочарование, то злость, то... Коул опять запутался. Говорить больше не хотелось. Просто уткнуться в телек и заснуть на ковре съёмной квартиры друга. Странного, неоднозначного, но нужного сейчас. Отвернуться брюнету не дала мозолистая, сильная, не удивительно, рука Олеана. Следующие слова ввели Хэллебора в ступор. — Переезжай ко мне. Ол не перестаёт удивлять. Кажется, Коул готов был свалиться в обморок прямо сейчас. — Мы переубиваем друг друга раньше, чем это сделает наш городской маньяк. Пытался пошутить Коул, но Олеан отреагировал иначе. Он обхватил лицо друга ладонями, держа всё так же крепко. Вороновые глаза пронзительны. Хэллебор не в силе противостоять им. — Не перебьём. Ты будешь в безопасности. И тебе не придётся бояться одному в своей хлипкой общаге или проситься к Куинам. Я тебя буду провожать и забирать, дам тебе всё, чтобы ты не беспокоился и не было даже повода. Я не настаиваю, но соглашайся. Голова начинала кружиться. Коул всё больше не понимал, что происходит и с чего Олеан так резко перешёл на милости... Честно, такое настораживало даже больше, чем новость о новом теле. — Если ты примешь предложение, обещаю, что никто не пострадает. Ты в том числе. Возможно... стоило бы дать шанс. Коул постарался успокоиться изо всех своих сил и только потом положил руку на ладонь Олеана, который всё ещё не отпускал чужие щёки. — Это угроза? — Считай как хочешь. Хочешь — будет угроза, и я самолично перетащу твои вещи сюда. Не хочешь — будет мирное предложение. В груди что-то приятно защемило. Стало неожиданно тепло и страхи отступили на второй план. Олеан сам предложим ему съехаться... И ладно бы только это, ради помощи. Но его ладони так мягко продолжали гладить Коула по щекам, а сам ла Бэйл с такой осторожностью вглядывался в глаза парня, выискивая явный ответ, что брюнет не сдержал нервной улыбки. — Займёмся этим завтра. Руки с лица исчезли, оставляя после себя только комнатную прохладу. Олеан отвернулся к телевизу, пряча лицо за расплетённой косичкой, видимо, предпочитая, чтобы Коул не видел тех бурных эмоций, которые могли отобразиться на его лице. Сам же Коул наконец-то позволил себе спокойно насладиться конопешками, которые, хоть и грубо, но были приготовлены с вниманием и заботой, которую Хэллебор наконец-то распознал.

***

«... Прошло около семи месяцев с последнего убийства гениального маньяка. Поиски всё ещё ведутся, но идут предположения, что таинственный потрошитель-мститель взял перерыв. Хотелось бы верить, что ушёл насовсем, а лучше, что пропал из нашего города навеки. Всё ещё будьте на стороже, опасность может подстригать нас в самом неожиданном месте.» Новости резко обрубаются. Коул вздрагивает. — Опять ты за своё. Накрутишь ведь себя. Олеан, такой домашний в своей растянутой футболке и шортах, вертит пульт, недовольно разглядывая парня на диване. Коул хмыкает, но сдаётся, склоняя голову так, чтобы оказаться под чужой теплой ладонью. — Просто проверяю. Удивительно, что именно после того дня это прекратилось. Правда, надолго ли..? — Надолго. Для новой партии ему понадобится через чур веский повод. Слова звучали твёрдо и убедительно. Коул почему-то верил Олеану. Так было проще, даже если сомнения грызли его. — Интересно, почему он прекратил. Ничего особенного, просто размышления о ненужном. Это стало в порядке вещей в бытовой жизни юношей, которые наконец-то пришли к тому, к чему так долго стремились, не осознавания этого. Пальцы Олеана вплелись в короткие локоны Коула, расчёсывая их. — Возможно, он просто нашёл для себя то, что считает куда важнее, чем расчётливое крамсание тех, кто ему неугоден. — Так считаешь? — Знаю. Коул не хотел сомневаться. Даже не думал. Но совсем крохотная мысль посещала его... Все догадки рассыпались, когда он натыкался на ехидный и с тем же умиротворенный взгляд серых глаз.