Опекун

Утро понедельника выдалось для Гарри на редкость удачным. А всё благодаря крохотной букве «В» на его эссе по лихорадочной траве, которое он написал для Снейпа на прошлой неделе. «У» за работу о лунном камне настолько выбило его из колеи, что для нового сочинения Гарри залез в такие древние фолианты по зельеварению, которые и профессор-то, наверное, никогда в жизни не открывал. Зато результат стоил того: от Снейпа эта маленькая «В» в уголке пергамента ощущалась как здоровенная «П», и всю дорогу до Большого зала он не мог скрыть счастливую улыбку. — Прекрати лыбиться, — проворчал Рон, которому в очередной раз влепили «С». — Так светишься, что аж глаза слепит. — Хотел бы, да не могу, — сказал Гарри и в который раз посмотрел на сжимаемый в руках пергамент, чтобы убедиться, что ему это не приснилось. — А по-моему, у Гарри есть все основания радоваться, — вступилась Гермиона. — Он постарался и заслужил свою оценку. И тебе, Рон, тоже не помешало бы хоть на денёк перестать носиться со своей метлой и заняться домашней работой. — Если бы я мог, то так бы и сделал, — пробубнил себе под нос Рон, когда они сели за стол. — Но скоро матч со Слизерином, а я всё ещё пропускаю слишком много мячей. Мне надо больше тренироваться, иначе Анжелина меня прикончит. — Ты преувеличиваешь, — попытался подбодрить его Гарри. — Ты неплохо играешь. Просто теряешься, когда она на тебя орёт. — А мне кажется, он, наоборот, приуменьшает, — послышался насмешливый голос Фреда, который вместе с Джорджем и Ли Джорданом возник за их спинами. — Я тоже думаю, что Ронни стоит заранее выбрать страну для эмиграции на случай поражения, — добавил Джордж, и вся троица уселась слева от Гарри. Рон опустил голову и сжал в кулаке ложку. — Отстаньте от него, — вмешалась Гермиона. — Рон хорошо играет, когда не нервничает, — (на слове «когда» близнецы многозначительно переглянулись). — Лучше скажите, был ли у вас уже урок с инспекцией? — Буквально перед обедом, — отозвался Ли Джордан. — Заклинания. — И как всё прошло? — в один голос спросили Гарри и Гермиона. Фред пожал плечами: — Да никак. Амбридж села в углу и что-то записывала в свой розовый блокнот. А Флитвик, как всегда, вёл себя вежливо, словно она ему совсем не мешала. После урока Амбридж задала пару вопросов Алисии о том, как обычно проходят занятия. Алисия ответила: «Всё замечательно», — на том всё и кончилось. — Не думаю, что у Флитвика будут проблемы, — заметил Джордж. — У него всегда все хорошо сдают экзамен. — А у вас что после обеда? — спросил Фред, повернувшись к Гарри. — Трелони... — невесело протянул тот. — ...и Защита от Тёмных Искусств, — уточнила Гермиона. — Ну тогда желаем удачи, — хором отозвались близнецы. Однако Гарри не пришлось дожидаться Защиты, чтобы повидаться с Амбридж. Он сидел на привычном месте в самом дальнем углу кабинета прорицания, лениво наблюдая, как Трелони в очередной раз раскладывает колоду карт Таро, бормоча что-то себе под нос. Сегодня та была в особенно подавленном настроении, которое становилось только хуже с каждой выложенной картой, и причина нашлась довольно быстро. Как только с начала урока прошло пять минут, скрипучий люк снова открылся, и в него втиснулась профессор Амбридж в её неизменном розовом костюме. Атмосфера в классе резко изменилась: с таинственно-меланхоличной на гнетуще-напряжённую. — Добрый день, профессор Трелони, — приторно улыбаясь, начала Амбридж. — Надеюсь, вы получили мою записку с датой и временем инспекции? Трелони поспешно выпрямилась и набросила на плечи ещё одну шаль, словно это могло защитить её от нежеланной гостьи. — Я предвидела ваш визит. Прошу... присаживайтесь... — Она сделала широкий жест в сторону небольшого столика, заваленного истёртыми книжками и чашками с засохшими остатками листьев. Но Амбридж только слегка поморщилась от заполнившего всё помещение резковатого запаха ладана и предложением не воспользовалась. Вместо этого она скользнула по кабинету оценивающим взглядом, открыла сумочку с брелоком в виде котёнка и извлекла оттуда блокнот. Все в кабинете с замиранием следили за развернувшимся действом, поэтому щелчок замочка на обложке в повисшей тишине прозвучал как выстрел. — Как приятно видеть, что ваши уроки проходят в... традиционной манере, профессор, — произнесла Амбридж своим медовым девчоночьим голоском, но глаза оставались холодными. — Давайте посмотрим, чему же вы учите наших юных дарований. Надеюсь, всё строго в рамках утверждённой учебной программы? Трелони судорожно сглотнула, и Гарри краем глаза заметил, как тряслись её пальцы, когда она взялась за ближайшую книгу. — Да-да, конечно... — кашлянув, быстро заговорила она. — Сегодня мы продолжим изучение вещих снов. Это очень... кхм... сложная дисциплина, требующая глубокой сосредоточенности и тонкой душевной организации... Амбридж сделала в блокноте несколько быстрых пометок. — Глубокая сосредоточенность... тонкая душевная организация... — пробормотала она, выпучив глаза, отчего стала ещё больше похожа на жабу. — Может быть, покажете нам пример, профессор? — Пример? — переспросила Трелони с паникой в голосе. — Конечно, разумеется... Она резко повернулась к ближайшему ученику. А так как всё это время Трелони, сама того не замечая, отодвигалась подальше от Амбридж, то им оказался Гарри. — Мистер Поттер, не покажете ли нам, что вы уже успели записать в свой дневник? Гарри вздохнул, осознав, что ему не отвертеться, и протянул Трелони домашнее задание, стараясь не встречаться взглядом с Амбридж, которая теперь следила за ним, не моргая. Придумывание странных сновидений стало его любимым развлечением во время самых скучных уроков (включая Защиту от Тёмных искусств), так что сейчас дневник был заполнен под завязку. Даром что написана там была всякая ересь. — М-м-м... — протянула Трелони, поднеся дневник почти к самому носу, чтобы лучше разобрать его каракули (Гарри и сам признавал, что почерк у него так себе). — Я вижу... тень... беду... несчастье... О, сколько печали... — Так-так-так, — неожиданно прервала её Амбридж. — Это чрезвычайно... любопытно. И подобный вывод вы сделали на основании..? — Согласно «Оракулу снов», если в сновидении возникает тёмная фигура, это может предвещать неудачу — к примеру, нападение сов или потерю чайной чашки. А если во сне появляются падающие звёзды, следует остерегаться неудач в магических практиках и быть готовым к внезапному появлению слишком самоуверенных любителей розовых костюмов... — Вы праправнучка знаменитой ясновидящей Кассандры Трелони, не так ли? — перебила её Амбридж. — Да, — ответила Трелони, приосанившись. Амбридж тут же сделала очередную пометку в блокноте. — И вы утверждаете, что обладаете способностью предвидеть будущее? — Безусловно! — воскликнула Трелони, надменно вскинув голову. — Дар ясновидения — редкий и недооценённый талант, доступный лишь избранным. — Понятно, понятно, — улыбка Амбридж стала ещё более хищной. — В таком случае, может, вы предскажете, что я сделаю в следующий момент? Трелони замерла, и в её взгляде явственно мелькнул испуг. Гарри и все остальные ученики напряжённо уставились на профессора. — Э-э... полагаю... вы собираетесь... сделать новую пометку в блокноте? — рискнула она. Амбридж тихо хихикнула и что-то зачеркнула в своих заметках. — Профессор Дамблдор всегда высоко ценил... разнообразие подходов к преподаванию, — наконец заявила она, защёлкивая блокнот. — Однако Министерство считает, что некоторые методы обучения нуждаются в пересмотре. Мы ещё продолжим этот разговор. Развернувшись на каблуках, Амбридж направилась к выходу, её шаги ритмично стучали по деревянному полу. Трелони проследила за ней до самого проёма в полу и облегчённо выдохнула только когда над кудрявой головой захлопнулся люк, но Гарри заметил, что её руки всё ещё дрожали. Как только надоедливой инспекторши не стало, по классу прокатился радостный вздох. Рон тихонько фыркнул: — Да уж, если кто-то и мог предсказать это «шоу», так точно не она. Гарри нахмурился: — Всё это очень плохо. Похоже, Амбридж собирается избавиться от всех преподавателей, кто ей не по душе. — Что ж, по Трелони я скучать не буду, — пожал плечами Рон, убедившись, что она не слышит. Гарри посмотрел на провидицу, которая теперь сидела в своём кресле с отсутствующим видом. Было ясно, что инспекция здорово помотала ей нервы. — Это пока вместо неё не прислали кого-то вроде Амбридж, — тихо заметил он.

***

Несмотря на то что Гарри помирился с друзьями, всё свободное время он всё равно старался проводить в библиотеке, смываясь от них по любому (пусть даже самому дурацкому) поводу. Однако через неделю после похода в Хогсмид его всё-таки нашли. — А мы всё гадали, где ты постоянно пропадаешь, — раздался сверху голос Гермионы. Гарри оторвался от книги и посмотрел в сторону говорившей, но увидел только верхнюю часть её лица. Окончательно утвердившись в своём решении о поиске новой Тайной комнаты после встречи с Томом (тот и сам был отличным зельеваром, а значит, про Амортенцию и так знал лучше него), он обложился всеми доступными изданиями «Истории Хогвартса», а также жизнеописаниями основателей и их семей. Поэтому всё пространство вокруг него сейчас занимали книги, выложенные так, словно он пытался построить из них крепость. Или скорее склеп, так как судя по объёму, который предстояло изучить, его здесь же и похоронят. — Ну, теперь загадка раскрыта. — Гарри откинулся на спинку стула и потер уставшие от многочасового чтения глаза. — Я всё это время был здесь. А вот что по-настоящему странно, так это то, что ты сама впервые появилась тут только сейчас. — Раньше я была занята вязанием... но теперь у меня снова появилось достаточно времени для чтения. Гермиона поставила сумку на пол и села на стул рядом с Гарри. — Значит, ты уже изучила мой подарок? — Думаешь, я способна не прочитать подаренную мне книгу? — притворно возмутилась Гермиона. — Тем более если это подарок от тебя? — Она окинула взором возведённую Гарри книжную стену. — Кстати... как тебе удалось её найти? — Видел похожее издание в прошлом году, когда готовился к испытаниям, — пожал плечами тот. — Просто тогда я совсем забыл об этом, а потом не было подходящего момента... — Честно говоря, не замечала за тобой такой тяги к знаниям, — заметила Гермиона, а потом, будто опомнившись, добавила: — Ты только не подумай, что это плохо или я как-то обвиняю тебя... Просто странно. — Не переживай, — улыбнулся Гарри. — В конце концов, Рон прав: я много думал летом о всяком и теперь смотрю на многие вещи иначе. Наверное, поэтому и веду себя немного по-другому. — Ты просто повзрослел, Гарри. Это нормально — особенно после всего, что случилось. — Возможно, — согласился Гарри, хотя сам взрослым себя совершенно не ощущал. Скорее наоборот: чем больше он узнавал, тем большим ребёнком себе казался. — И над чем ты сейчас работаешь? — Гермиона вытянула руку и взяла верхнюю книгу из ближайшей стопки. — «История Хогвартса»? — Да... — Гарри развернулся на стуле и нервно прикусил губу. — Только, пожалуйста, не смейся. Я... ищу Тайную комнату. — В смысле? Ты забыл, как в неё попасть? Или... — Гермиона наклонилась ближе, понизив голос: — Это как-то связано с твоими видениями о... Сам-знаешь-ком? Шрам снова болит? — Нет, со шрамом всё в порядке, — Гарри придвинулся к ней и тоже заговорил вполголоса. — Я ищу другую Тайную комнату. Комнату Кандиды Когтевран. Понимаешь, мне тут кое-кто намекнул, что среди когтевранцев ходит легенда об этой комнате, и я подумал: раз у Слизерина была своя, то почему история про комнату Кандиды тоже не может быть правдой? — Гарри... — Гермиона поджала губы. — Кто тебе вообще об этом сказал? Может, это просто чья-то шутка... — Чжоу Чанг. Она взглянула на него с непонятным сочувствием. — Понимаю, что из-за твоих... чувств к Чжоу ты можешь не видеть всей картины. Но ты уверен, что она не водит тебя за нос? Ну, из-за смерти Седрика... — Каких чувств? — искренне удивился Гарри. — Думаешь, она специально рассказала мне про эту комнату, рассчитывая, что я впустую потрачу время на её поиски? Это же нелепо. И потом, она, конечно, из Когтеврана, но не настолько гениальна, чтобы продумывать подобные стратегии. — Ну, я имею в виду... — Во-первых, откуда ей знать, что я не решу, будто это просто одна из школьных баек, а примусь судорожно искать её? А во-вторых, кто вообще в своём уме может предположить, что меня заинтересует библиотека? — Библиотека? — переспросила Гермиона. — Ну, Когтевран же была очень умной и всё такое... Поэтому, по легенде, в её комнате находится библиотека, — пояснил Гарри. — И ты ищешь её, потому что..? — Потому что мне нужна эта библиотека. Гермиона некоторое время просто молча накручивала локон на палец, смотря куда-то мимо Гарри. — Ладно... — наконец произнесла она, фокусируя взгляд на его лице. — Возможно, в том, что тебе рассказала об этом Чжоу, и правда нет ничего такого. Просто один из тех слухов, которые постоянно гуляют по школе. Но зачем тебе эта библиотека? Я имею в виду... — Гермиона обвела взглядом стоящие вокруг них стеллажи с книгами. — Тут и так полно всего. А ведь есть ещё запретная секция. Что ты хочешь найти там такого, чего здесь нет? — Знаешь... — Гарри помедлил, понимая, что ему снова придётся врать. Но другого выхода у него не было. — После схватки с Волдемортом я осознал, как мало знаю. Всё, что я делал там, — это только прятался и уклонялся. Я же всего лишь школьник, а он — сильный и опытный волшебник. Поэтому и подумал, что мне нужно противопоставить что-то... неожиданное. Он ведь тоже учился в Хогвартсе и, скорее всего, читал, если не все, то многие из этих книг. — Гарри махнул рукой на шкафы. — Но если я найду то, о чём даже он не знает... Думаю, это даст мне преимущество. — Понятно. — Гермиона задумчиво постучала пальцами по столу. — Ну, раз существует реальная Тайная комната Слизерина, то, в теории, и у других основателей тоже могла быть своя. Так что это сильно повышает наши шансы. Она пододвинула к себе один из томов «Истории Хогвартса». — Ты... поможешь мне её найти? — в глазах Гарри вспыхнула надежда смешанная с сомнением. — Шутишь, что ли? Это же целая новая библиотека! — улыбнулась Гермиона. — Спасибо, — тихо произнёс Гарри и тоже улыбнулся, оглядев сваленные вокруг горы книг. Теперь его положение выглядело чуть менее безнадёжно.

***

Три недели усердных поисков — и ноль результатов. Перелопатив почти всю открытую часть библиотеки и даже подключив к этому Рона (который, впрочем, без особого энтузиазма листал книги, а зачастую и вовсе клевал носом, пока Гарри с Гермионой корпели над страницами), они так ни на шаг и не приблизились к разгадке комнаты Кандиды Когтевран. Гарри на всякий случай даже уточнил у Тома, знает ли он что-нибудь об этой легенде. Но оказалось, что тот впервые слышал об этой комнате, хотя, как и ребята, не исключал возможность её существования. — Больше не могу, — простонал Гарри и упал лицом на чистый пергамент, чуть не опрокинув чернильницу. Учёба, домашние задания, тренировки по квиддичу и нескончаемые книги полностью заполнили его будни. Чтение, конспектирование, сравнение, анализ — всё сливалось в единый кошмар, и даже сны Гарри теперь состояли не из образов, а из слов, складывающихся во что-то бессвязное. А когда начинало казаться, что они принимают вид хоть какого-то подобия адекватного текста, он всегда просыпался. Вот и сейчас ему надо было написать эссе по истории для мистера Бинса, но сил даже на то, чтобы просто поднять перо, уже не было. — Да ладно тебе, не раскисай, — подбодрила его Гермиона (хотя сама выглядела не лучше) и отложила учебник. — Я ведь говорила ещё неделю назад, что нам не обязательно так стараться. Напиши сочинение — и устрой себе выходной до завтра. Или даже до послезавтра. — Согласен, — подключился к разговору до этого дремавший на стуле Рон. — Надо как-то отвлечься. — Может, в другой раз? — вздохнул Гарри, поднимая голову и пытаясь изобразить улыбку. — Мне действительно нужен отдых, но... не сегодня. Завтра ведь по расписанию очередной поход в Хогсмид? Как насчёт того, чтобы мы на целый день официально взяли «отгул»? — Идёт! — оживился Рон и ободряюще хлопнул Гарри по спине. — А то ещё зачахнешь совсем. — Отличное решение, — удовлетворённо кивнула Гермиона. — Хотя я всё равно считаю, что отдых можно совместить с чем-то полезным. Например, заглянуть в книжный магазин... Гарри только закатил глаза. Он уже смирился, что Гермиона всегда найдёт способ извлечь пользу из любого занятия. На следующий день в Хогсмиде царила типичная для выходных суета: повсюду сновали ученики разных факультетов, наперебой обсуждая предстоящие экзамены, последние сплетни или просто прицениваясь к местным лакомствам. Воздух пропитывали чарующие запахи сливочного пива, горячего шоколада и пряностей, отчего слегка кружилась голова, а настроение становилось более приподнятым, даже несмотря на слякоть под ногами. С неба моросил мелкий дождик, который то и дело превращался в колючие снежинки. Плащи прохожих темнели от влаги, а в зеркалах луж отражались разноцветные витрины волшебных магазинов. Гарри, стараясь не теряться в толпе, постоянно держался на два шага позади Рона и Гермионы, но в какой-то момент, когда Гермиона буквально потащила их в «Дэрвиш и Бэнгз» за новыми перьями, воспользовался удобным случаем и незаметно отстал, спрятавшись под козырьком ближайшего магазина. Над дверью висела выцветшая вывеска, из которой было совершенно не ясно, что здесь продаётся, а в витрине красовались разноцветные баночки с непонятными снадобьями, вокруг которых сновали крошечные фигурки — то ли волшебные игрушки, то ли обычные заводные куклы. Гарри рассеянно глядел на эту двигающуюся инсталляцию, не особо вникая, что в ней разыгрывалось. Но стоило ему чуть расслабиться, как знакомый голос заставил его вздрогнуть: — Привет, Гарри! Он обернулся и увидел Чжоу Чанг. От прохладного ветра и мокрого снега её щёки порозовели, а в глазах светилось волнение. — Как дела? — спросила она, приветливо улыбаясь. Гарри сглотнул, стараясь показать, что ничуть не удивлён её появлению. — Привет, Чжоу. Нормально. А у тебя? — Прекрасно, — отозвалась она и, привстав на носки, посмотрела на витрину за Гарри. — Нашёл что-нибудь интересное? Гарри ещё раз мельком скользнул взглядом по разноцветным баночкам и слегка пожал плечами: — Да нет... Просто задержался, сам не знаю почему. — Ясно. — Внезапно Чжоу понизила голос, и в её тоне прозвучало лёгкое, почти игривое кокетство. — Кстати, как продвигается изучение амортенции? Гарри отвёл глаза и, вдохнув прохладный воздух, ответил: — Ну... я в процессе. — Узнал что-то интересное? — Нет, — он пожал плечами, стараясь говорить равнодушно, хотя внутри неприятно кольнуло раздражение при мысли о том, сколько времени он убил в библиотеке, пытаясь отыскать хоть какую-то информацию, и как мало при этом добился. — Просто сильнодействующее любовное зелье. Его легко распознать по характерному аромату. — Правда? — Чжоу сделала полшага вперёд. — И чем оно пахнет? «Волдемортом» — чуть было не вырвалось у Гарри из-за всплывшего в памяти горьковатого запаха магии. Он помотал головой, стараясь отогнать непрошеные воспоминания. — Для всех по-разному, — ответил он несколько сухо. Снег вперемежку с дождём косо падал на мостовую, заставляя щуриться. Прохожие поднимали воротники и спешили укрыться в тепле, а Гарри почувствовал, как холод начинает пробираться под мантию. Чжоу несколько секунд всматривалась в его лицо, будто пытаясь разгадать, что творится у него на душе: — Ты выглядишь измождённым, — тихо отметила она. — Кажется, со всеми этими... исследованиями у тебя совсем нет свободного времени. Ты хоть иногда отдыхаешь? Он смутился: уже в который раз ему намекают на то, что он плохо выглядит. Возможно, в последние дни он и правда чувствовал себя чуть более невыспавшимся, чем обычно. Но это же не повод так сразу справляться о его состоянии. — Всё нормально, — отозвался он, выпрямляясь. — Просто немного устал. Ты и сама знаешь, год перед СОВ... Вся эта учёба утомляет. Чжоу, внимательно слушая его, слегка наклонила голову набок, и тёмная прядь волос скользнула по её щеке. — Знаешь, ты вовсе не похож на человека, которого просто утомили уроки. Мне кажется, или тут что-то другое? От её пристального взгляда Гарри ощутил, как в груди что-то сжимается. Он считал, что за последнее время неплохо научился прятать переживания и не выдавать тревоги, но Чжоу, видимо, замечала то, что другие не могли. — Да нет, правда, — ответил он, стараясь выглядеть убедительно. — Всё хорошо. Просто накопилось много дел... Чжоу почти незаметно сделала ещё полшага ближе, поправив выбившуюся прядь. Её голос стал ещё тише, словно она не хотела, чтобы кто-то слышал. Хотя рядом с ними и так никого не было. — Может, тебе стоит как-нибудь отвлечься? — предложила она. — Можно было бы вместе выпить сливочного пива или просто прогуляться вдвоём... Гарри на миг представил, как они сидят в «Трёх метлах» — в тепле и уюте, среди кружек с пенной шапкой и звяканья ложечек о тарелки. Но от этой мысли тут же стало не по себе: слишком много разговоров, неловкости, лжи... Он чувствовал, что не готов к такой встрече — особенно учитывая непокидающее его ощущение недосказанности между ними после прошлых событий. — Спасибо, конечно, но... у меня сейчас правда куча дел, — сказал он, стараясь звучать вежливо. — И... мне, наверное, уже надо идти. А то, понимаешь, друзья будут искать... Он сделал вид, что смотрит по сторонам в поисках Рона и Гермионы, хотя точно знал, что они всё ещё рассматривают еженедельники с зачарованными страницами, которые сами напоминают о важных событиях, а также громко вопят, если посмеешь забыть о дедлайне. В этот момент дверь магазина рядом с ними распахнулась, и на улицу вышел Эрни Макмиллан, держа в руках какой-то продолговатый свёрток, завернутый в плотную бумагу и перетянутый лентой. — О, Поттер! — крикнул он, заметив Гарри и Чжоу. — Я давно тебя искал. Видел эти мерзкие статьи в «Пророке»... Просто отвратительно, как Министерство всё переворачивает. — Э-э... ну да, — Гарри поморщился при воспоминании о желтушных заголовках. Хорошо хоть после первого сентября о нём больше не вспоминали. — Мы, Макмилланы, всегда поддерживали Дамблдора, так что знай: я и моя семья на твоей стороне, — заявил Эрни гордо, будто Гарри об этом просил. «Пожалуйста, хватит», — подумал Гарри, глядя на него с изумлением, и снова почувствовал, как к горлу подступает ком. Обычно такие разговоры с кем-то за пределами круга близких друзей были невозможны, и его это вполне устраивало. Но теперь, когда всё больше людей подходили к нему с поддержкой, он всё сильнее чувствовал, насколько её недостоин. — Э-э... спасибо большое, Эрни, — наконец выдавил Гарри. Макмиллан довольно кивнул, махнул им на прощание и двинулся дальше по улице, пробираясь сквозь густую толпу. Где-то вдали раздался взрыв мини-фейерверка — кто-то из студентов решил развлечься и, далеко не отходя, опробовать покупку из лавки «Зонко». Гарри проводил Эрни взглядом и почувствовал, как усталость, от которой он пытался избавиться прогулкой по Хогсмиду, накатывает с новой силой. Но прежде чем он успел хоть что-то сказать, Чжоу снова заговорила: — Видишь, не все считают, что ты выдумываешь... На Когтевране тоже многие думают, что Министерство что-то темнит. Так что ты всегда можешь поговорить с нами. Гарри неловко потупился. Он и так постоянно испытывал чувство вины из-за Седрика рядом с Чжоу, а теперь оно и вовсе разрослось до каких-то астрономических масштабов. Не говоря уже о том, что он просто не привык к такому вниманию и поддержке со стороны. А теперь и не хотел привыкать. — Спасибо, Чжоу. Я... я подумаю об этом, — выдавил он с вымученной улыбкой. — Ладно, мне и правда пора к Рону и Гермионе. — Хорошо. До встречи. Гарри успел отойти на пару шагов, когда вдруг вспомнил о комнате. Он резко остановился и развернулся: — Слушай, Чжоу, — крикнул он, вынуждая её обернуться. — А кто у вас в Когтевране самый... эрудированный, что ли? Ну, такой, кто знает об истории буквально всё. Чжоу посмотрела на него с лёгким удивлением. — Хм-м, зависит от того, что тебе нужно. У нас все любят копаться в книгах... — Она задумалась, постукивая пальцем по подбородку. — Энтони Голдстейн неплох, но он больше по заклинаниям. Падма Патил увлекается древними пророчествами... Но если говорить именно об исторических фактах и легендах, то, наверное, Майкл Корнер. Он обожает рыться в архивах и постоянно тусуется в библиотеке. Думаю, он мог бы помочь. — Майкл Корнер, да? Понял, спасибо, — Гарри кивнул, запоминая. — Не за что, — Чжоу широко улыбнулась и шутливо добавила: — Только не говори ему, что это я тебе подсказала, а то он задерёт нос выше Астрономической башни. Гарри усмехнулся и, помахав ей на прощание, отправился на поиски друзей. Вскоре впереди показались знакомые силуэты — видимо, Рон всё-таки уговорил Гермиону не пропадать слишком долго за выбором самопишущих перьев. Поправив воротник, Гарри глубоко вздохнул и зашагал им навстречу. Неприятный холод внутри никак не хотел отпускать, напоминая, какое количество вопросов осталось без ответов. Но теперь, по крайней мере, у него появилось новое имя, за которое можно зацепиться.

***

Гарри сидел за столом в библиотеке и лениво листал очередную книгу по зельеварению, потому что поиски — поисками, а домашку для Снейпа никто не отменял. Однако его мысли всё равно витали совсем в другом направлении. Он искоса взглянул на Гермиону, которая сидела напротив, склонившись над очередным свитком пергамента, и что-то старательно записывала. — Эй, Гермиона, — собравшись с духом, тихо позвал он, чтобы не привлекать внимание проходившей мимо них мадам Пинс. В последнее время библиотекарша уже не так раздражённо фыркала при его появлении, но их столу всё равно уделялось повышенное внимание. — Хм? — не отрывая глаз от листа, отозвалась Гермиона и сделала очередную пометку. — Майкл Корнер ведь староста в Когтевране, да? Ты знаешь, как он выглядит? Гермиона приподняла голову и нахмурилась. — Майкл Корнер? А зачем он тебе? — Просто... — Гарри пожал плечами, стараясь выглядеть равнодушно. — Надо спросить кое-что. Гермиона поджала губы и внимательно посмотрела на Гарри, словно физиогномист, пытающийся по лицу человека разгадать его тайны. — Ну хорошо, — после «сканирования» выдохнула она. — Высокий брюнет... Часто сидит вон там, — Гермиона чуть наклонилась и едва заметно кивнула в сторону дальнего стола, за которым, судя по форменным значкам, как раз расположились несколько когтевранцев. Гарри проследил за её взглядом и прищурился, пытаясь определить, кто из ребят может быть Майклом. — Вон тот? — уточнил он, указывая на темноволосого парня, который в этот момент разговаривал с другим когтевранцем, которого, насколько Гарри помнил, звали Терри Бут. Гермиона слегка склонилась над столом, чтобы получше разглядеть указанного Гарри студента. — Да, это он, — подтвердила она. — Но сомневаюсь, что он тебе что-то расскажет. Он довольно замкнутый и... нудный. В другом конце читального зала Терри поднялся, чтобы вернуть книгу на полку. — Разберусь, — выдохнул Гарри, понимая, что это его шанс, и встал из-за стола. — Спасибо. — Гарри, — предостерегающе окликнула его Гермиона, когда он уже собирался уходить, — только не делай глупостей! Но Гарри лишь отмахнулся и двинулся к столу когтевранцев. Староста факультета Кандиды был так поглощён изучением увесистого фолианта о магических растениях, что не сразу заметил его приближение. Поэтому когда Гарри встал рядом с ним и откашлялся, чтобы привлечь к себе внимание, его плечи заметно дёрнулись. — Привет. Ты — Майкл Корнер? Несколько мгновений парень разглядывал Гарри с настороженным прищуром, прежде чем сухо отозваться: — Да, это я. «Гермиона была права: разговор будет непростым», — подумал Гарри. Но отступать было нельзя. — Я Гарри, — на всякий случай представился он, хотя сомневался, что Корнер не знает его имени. — Гарри Поттер. — Знаю, — невозмутимо ответил Майкл, очевидно подразумевая под этим: «А то я слепой?» — Тебе что-то нужно? Гарри опустился на стул напротив, стараясь выглядеть как можно более непринуждённо. — Да... э-э... есть один вопрос. Ты же вроде сильно умный, да? Брови Майкла слетелись к переносице. — Это комплимент или упрёк? — Скорее комплимент, — Гарри вежливо улыбнулся. — Я тут слышал, что на вашем факультете любят болтать про разные тайные комнаты. — Тайные комнаты? Судя по тому, как тот тут же распрямился и отложил книгу, эта тема действительно интересовала Майкла. — Ну, что якобы в Хогвартсе существует тайная комната Кандиды Когтевран. Говорят, там чуть ли не секретная библиотека. И я подумал: кто же знает об этом больше, чем староста-когтевранец? Майкл на секунду задержал взгляд на Гарри, а потом ухмыльнулся, словно ему задали наивный вопрос. — Многие любят её обсуждать. Все эти тайны, спрятанные знания... — Он пожал плечами. — Легенда, конечно, красивая, но ты же понимаешь, как всё это обычно бывает... Гарри прищурился, внимательно наблюдая за Майклом. — Ну да... А ты сам что думаешь? — Думаю, — протянул староста Когтеврана, лениво покручивая перо в руках, — что в любой легенде есть доля истины. Правда, не всем хватает упорства докопаться до сути. — А многие пытались? — Насколько я знаю, всегда находилась хотя бы парочка любопытных с каждого курса, — ответил Майкл, избегая смотреть Гарри в глаза. — И что, все безуспешно? — небрежно поинтересовался Гарри. Майкл чуть заметно улыбнулся и мельком взглянул на книгу, как будто разговор перестал его занимать. — Насколько мне известно, — произнёс он уклончиво. — Ты ведь сам понимаешь, что если подобные места вообще существуют, то обнаружить их не так-то просто. Нужно понимать, на что обращать внимание, где смотреть... Гарри почувствовал лёгкое напряжение. В голосе Майкла слышалось слишком подчеркнутое равнодушие, словно за этим стояло нечто большее. — И нет ни одной подсказки, где именно стоит искать? — спросил Гарри, стараясь заглянуть ему прямо в глаза. — Трудно поверить, что за столько лет никто из Когтеврана так и не догадался, где может быть эта... комната. Вы же вроде как славитесь сообразительностью. Майкл пожал плечами, чуть наклонившись назад. — Скажем так... я знаю, куда точно не стоит заглядывать. Но это же совсем другая история, верно? Гарри пару секунд смотрел на него, пытаясь понять, действительно ли в его словах скрыта какая-то важная деталь — или это просто игра. В этот момент как раз вернулся Терри Бут. — Эм... привет? — поздоровался тот, недоумённо смотря то на Гарри, то на Майкла. — Да, привет. Прости, что занял твоё место. Я уже ухожу. — Гарри вытер вспотевшие ладони о брюки и встал. — Спасибо за информацию, Корнер. — Рад помочь, Поттер, — ухмыльнулся Майкл и вернулся к чтению. Не до конца уверенный, получил ли он хоть малейшую зацепку, Гарри направился обратно к столу, за которым его уже ждала не только Гермиона, но и Рон. — Ну как? — тут же принялась выпытывать она, едва Гарри уселся перед недописанным эссе. — М-м? — Ты ведь расспрашивал его о комнате, да? Что он сказал? — Кого спрашивал? Кто что сказал? — Рон переводил взгляд с одного на другую. — Стоило мне отойти на полчаса и вы уже снова что-то придумали. — Ничего мы не придумали, — устало вздохнул Гарри, снимая очки и потирая глаза. — Чжоу упомянула, что Майкл Корнер лучше других подкован в истории и старинных легендах. Вот я и решил расспросить его о библиотеке Кандиды. — И? — Гермиона с нетерпением наклонилась вперёд. — И толку мало. Сплошные намёки: «Не знаю, где она может быть, но точно знаю, где её нет». Странный тип, если честно. — Ясно, — разочарованно выдохнула Гермиона. — В принципе, чего-то подобного и следовало ожидать. — Ну, я хотя бы попытался, — заключил Гарри, макая перо в чернильницу. Теперь, когда этот вопрос был решён, можно было вновь с чистой совестью вернуться к зельеварению.

***

Несколько дней спустя Гарри всё ещё не мог избавиться от ощущения, что за уклончивыми ответами Майкла Корнера скрывалось нечто большее. Он то и дело вспоминал странную манеру разговора старосты Когтеврана: Майкл как будто просто не хотел делиться знаниями о комнате Кандиды, а его намёки оставляли слишком много пространства для воображения. Решив не отпускать эту нить, Гарри все эти дни старался время от времени следить за парнем — повсюду таскал с собой Карту Мародёров и то и дело незаметно вытаскивал её на уроках, в Большом зале и спальне. Однако ничего подозрительного за Майклом Гарри так и не заметил. Каждый день одна и та же рутина: уроки, еда, библиотека, короткая прогулка по двору. Но он не сдавался. В четверг вечером, дождавшись, пока комната опустеет, он, как обычно, вытащил из сумки свёрнутый пергамент, сел на край кровати, развернул карту и постучал по ней кончиком палочки: — Торжественно клянусь, что замышляю шалость и только шалость, — прошептал Гарри. Чернильные линии тут же заплясали по пергаменту, превращаясь в детализированную схему запутанных коридоров Хогвартса. Имя Майкла Корнера Гарри нашёл почти сразу: тот находился в гостиной Когтеврана. Ничего интересного. Гарри вздохнул, свернул карту, но через полчаса любопытство взяло верх, и он снова развернул пергамент. На этот раз надпись «Майкл Корнер» медленно перемещалась по четвёртому этажу западного крыла. Гарри нахмурился: обычно там редко кто ходит без веских причин. Да и зачем? — Куда ты идёшь, Корнер? — проворчал он вполголоса, следя, как точка с именем Майкла пересекает коридор и останавливается у каменной стены, которую Гарри помнил как глухой тупик. Странно. Одна минута. Две. Пять. Гарри, непроизвольно вцепившись в одеяло, во все глаза смотрел на карту. Но Майкл не двигался. Возникла идея: «Может, там потайной проход?», но он тут же отмёл её. Всё складывалось слишком хорошо, чтобы быть правдой. В итоге Майкл простоял в узком коридоре целых десять минут, а затем спокойно развернулся и пошёл обратно. — Что ты там забыл? — пробормотал Гарри, наблюдая, как Майкл возвращается в башню Когтеврана, а потом, покружив немного по гостиной, останавливается в спальне. Ничего больше. Но даже то, что он видел, уже выглядело слишком подозрительно. На следующий день, дождавшись большого перерыва между уроками, Гарри решил не тянуть с осмотром загадочного коридора и проверить всё при дневном свете. «Если там и вправду есть что-то, лучше осмотреться, пока все заняты», — подумал он. — «А если уж днём там ничего не найду, то можно продолжить наблюдение ночью». Придумав для друзей оправдание (срочно нужно вернуть учебник в библиотеку), он свернул в тот самый западный коридор четвёртого этажа. Но, дойдя до конца, Гарри разочарованно выдохнул: только серые стены, пара натюрмортов с толстым слоем пыли на рамах, факелы под потолком и паутина в углу. Обычный тупик, никаких намёков на тайные двери или швы в каменной кладке. — Может, Майкл просто прятался здесь... или прятал что-то? — пробормотал Гарри, проводя ладонью по холодному камню. Однако на ощупь никаких признаков вырезанных рун или скрытых механизмов не обнаружилось. Всё было точно так же, как и в любых других заброшенных уголках Хогвартса — древним и мрачным. — Потерял что-то? — внезапно раздался мечтательный голос за спиной. Гарри вздрогнул и резко обернулся. Перед ним стояла хрупкая девочка с спутанными светлыми волосами и широко распахнутыми, как будто чуть затуманенными, серыми глазами. Её шею украшало ожерелье из крышек от сливочного пива, а голова была наклонена набок, словно она пыталась разглядеть что-то у него за плечом. Но Гарри точно знал, что там, кроме голой стены, ничего не было. — Э-э... — он почувствовал себя неловко. — Нет, просто... гуляю. — Ты выглядишь так, будто ищешь кого-то, — заметила она рассеянно. — Или... что-то. — А ты? — буркнул Гарри, уклоняясь от ответа. — Что ты здесь делаешь? — Ботинки ищу, — спокойно сказала девочка. — Нарглы их иногда прячут. У них это любимое занятие — воровать обувь, знаешь? Гарри опустил взгляд и увидел, что она и впрямь стоит босиком прямо на холодном каменном полу. — Нарглы? — переспросил он, даже не попытавшись скрыть удивление. — Ну да, — подтвердила она, словно это самая обычная вещь в мире. — Любят забирать всё самое нужное. Ты Гарри Поттер, да? — Да, — ответил он, пытаясь вспомнить, слышал ли раньше о каких-то нарглах, крадущих обувь. — А ты? — Я Луна. Луна Лавгуд, — представилась девочка, протягивая руку. Гарри немного замялся, но всё же пожал её ладонь. — Приятно познакомиться, — пробормотал он. Луна кивнула, по-доброму улыбаясь, а потом слегка наклонилась вперёд и почти заговорщицким полушёпотом произнесла: — Знаешь, если что-то ищешь, главное — не забыть оглянуться вокруг. Порой то, что тебе нужно, может лежать совсем рядом, но быть незаметным. Иногда нужно смотреть на вещи под другим углом. Гарри неопределённо кивнул, не зная, что ответить. Луна Лавгуд казалась жутковатой, но в то же время от неё исходила аура искренней доброжелательности. — Кстати, я верю тебе, — продолжила она. — В то, что Сам-знаешь-кто вернулся. Гарри растерянно моргнул. Он ждал всего чего угодно — очередных псевдофилософских комментариев или новых историй о каких-то непонятных магических существах, но уж точно не этого. — Правда? — осторожно спросил Гарри. С одной стороны, волшебным образом он не чувствовал рядом с Луной того же давления, что при общении с другими, поэтому ему было приятно осознавать, что столько людей на самом деле не поверило всем этим сплетням и не считало его сумасшедшим. С другой — Луна и сама казалась личностью крайне... неординарной. Так что было непонятно, придавала ли её вера в его слова им вес или, наоборот, его обнуляла. — Конечно, — Луна пожала плечами. — Если бы он не вернулся, Министерство не вело бы себя так странно. Оно, конечно, всегда что-то скрывает, но в этот раз слишком сильно старается. Это подозрительно, не находишь? Гарри молча кивнул. Её интонация была такой спокойной и непринуждённой, будто они обсуждали погоду или вкус тыквенного сока, но за её словами скрывалось нечто большее — понимание, которого у многих не было. — Да, пожалуй, — наконец произнёс он, испытывая странное облегчение. Луна ещё немного постояла, рассеянно осматривая коридор, а затем улыбнулась: — Мне нужно идти искать дальше. Если вдруг увидишь пару стоптанных башмаков — сообщи, хорошо? — Конечно, — пообещал Гарри, всё ещё пытаясь переварить её последнее заявление. Луна легко махнула рукой и, мурлыкая что-то под нос, умчалась за угол. Гарри проследил за ней, пока та не скрылась из виду, и снова повернулся к пустой стене. «Нужно просто посмотреть под другим углом». Несмотря на отсутствие каких-либо улик, его чувство, что когтевранцы что-то скрывают, только усилилось. Иначе почему их всех тянуло в одно и то же место? Им тут мёдом намазано? По дороге на ужин Гарри машинально провёл рукой по холодной каменной стене, задумчиво глядя перед собой. Мысли вертелись вокруг недавней встречи с Луной и её странных слов. Внезапно его взгляд зацепился за нечто странное — пара школьных туфель, связанных между собой за шнурки, болталась на одном из факелов. И размер пары намекал на то, что владельца он не так давно видел перед собой. Гарри остановился и осмотрелся, но коридор был пуст. Тогда он достал палочку и отлевитировал обувь к себе в руки. «Ну, Луна будет рада», — подумал он, ощущая слабый запах трав, исходящий от ботинок, и запихнул их в свою сумку. С этими мыслями он направился в Большой зал. Оказавшись там, он быстро нашёл взглядом блондинку за столом Когтеврана, которая что-то высматривала в перевёрнутом вверх тормашками журнале, не обращая внимания на то, как поглядывали на неё все остальные ученики. Гарри подошёл и аккуратно положил ботинки на лавку рядом с Луной. — Кажется, ты их искала, — сказал он, улыбаясь. Луна с сияющими глазами взглянула на обувь, а затем посмотрела на Гарри: — Спасибо. Я знала, что они найдутся. Всегда находятся, когда ты перестаёшь их искать. Гарри сдержал улыбку, не зная, что ответить на столь философский подход к потере обуви. Поэтому просто кивнул и отправился занимать место, провожаемый любопытными взглядами не только с гриффиндорского и когтевранского, но и с других столов. — Нашёл новую подружку? — с ухмылкой спросил Рон, когда Гарри подошёл к друзьям. Гермиона толкнула Рона в бок и внимательно посмотрела на Гарри поверх книги, а потом зачем-то снова на стол Когтеврана. — Больно же! — выкрикнул Рон, потирая ушибленное место рукой, но она не обратила на это никакого внимания. — Ты знаком с Луной Лавгуд? — настороженно спросила Гермиона. — С сегодняшнего дня, — пожал плечами Гарри, опускаясь на своё место и забирая у Рона тарелку с куриным пирогом. — Случайно встретил её в коридоре на четвёртом этаже. Она искала свои ботинки. Рон, который в этот момент как раз поднёс стакан сока ко рту, издал странный булькающий звук. — Ботинки? В коридоре? — Ага. Она сказала, что их украли какие-то нарглы. Но я думаю, что просто кто-то из ребят с факультета решил над ней подшутить. А ты её знаешь? — Просто слышала некоторые слухи. Она довольно... своеобразная. — Ты хотела сказать странная? — усмехнулся Гарри. — Это и по её ожерелью из крышек от пива понятно. А что касается слухов... Про кого они нынче не ходят? — Чжоу на вас очень странно посмотрела, — как бы невзначай заметила Гермиона, снова спрятавшись за учебником. — Во-первых, не читай за едой. — Гарри выдернул книгу из рук и, наплевав на возмущённый взгляд, запихнул её к себе в сумку. — Вдруг ты испачкаешь страницы или прольёшь что-нибудь. — Я всегда очень осторожна, когда дело касается... — Или кто-то другой, — многозначительно поднял брови Гарри, всем видом давая понять, что книгу он не вернёт. — А во-вторых, причём тут Чжоу? — Ну... — резко смутилась Гермиона, — разве она тебе не нравилась? — Да, — вмешался Рон. — Ты же её даже на бал приглашал. — Нравилась, но... — Гарри потыкал вилкой в пирог, не зная, как продолжить. — Она красивая и всё такое... Но когда я вижу её, то сразу представляю Седрика, и... — Ох, Гарри, — выдохнула Гермиона и неловко похлопала его по плечу. — Прости, я не знала... — А что такого-то? — спросил Рон, за что получил ещё один толчок от Гермионы. — Давайте лучше поговорим о чём-нибудь другом, — сказал Гарри, сочувственно посмотрев на скривившегося Рона. — Тогда объясни, что ты сам забыл в пустом коридоре на четвёртом этаже, хотя направлялся в библиотеку? — Именно об этом я и собирался вам рассказать, — спохватился Гарри. — Помните, я говорил, что мне показалось странным поведение Майкла Корнера? Так вот, я решил за ним проследить (Гермиона со скепсисом посмотрела на него, но он проигнорировал этот взгляд) с помощью карты Мародёров. Несколько дней не было ничего подозрительного, а вчера вечером, почти перед самым отбоем, я заметил, что он торчит в этом самом коридоре. Вот сегодня и решил проверить. — И как? — тут же заинтересовался отошедший после удара Рон, который, видимо, решил залечивать травмы едой, так как накладывал себе уже второй кусок пирога. — Ну, кроме ботинок Луны, ничего подозрительного не нашёл. Просто тупик. Но Майкл провёл там довольно много времени. Гермиона нахмурилась. — Ты думаешь, он связан с комнатой Кандиды? — У меня нет доказательств, но он точно что-то скрывает, — уверенно сказал Гарри. Рон отложил вилку и задумчиво посмотрел на него: — Думаешь, там находится какой-то тайный ход или что-то такое? — Пока не знаю, но если он там ошивался, значит, место не такое уж и простое. Гермиона вздохнула и покачала головой: — Надеюсь, ты не ввяжешься в очередные неприятности. Гарри усмехнулся, хотя сам уже представлял, как вечером снова достанет карту и будет следить за Майклом. Неприятности? Да это его второе имя.