Материал №93

Утренние лучи солнца упрямо пытались пробиться сквозь плотные белоснежные занавески, которые преграждали им путь в затенённую комнату. Ткань хоть и выглядела лёгкой и воздушной, но была достаточно плотной, дабы приглушить свет и оставить большую часть пространства в полумраке. Однако апрельское солнце, как капризный художник, не терпящий преград, настойчиво находило щели и пробивалось в некоторые тёмные уголки. Оно словно хотело напомнить о приближении долгожданной летней поры. Ведь это время, когда каждый, будь то школьник или рабочий, найдёт возможность для отдыха. Для одних это время долгих каникул после утомительных учебных дней, для других — заслуженные отпуска, которые позволят сбросить с плеч накопившуюся тяжесть рабочих будней. Кто-то готовится к новому этапу жизни, предвкушая начало школьного пути, и ещё даже не догадываясь, сколько лет учёбы, интриг, вдохновений и новых открытий его ожидает. Или ещё кто либо, с нетерпением мечтает о поездке на курорт, где можно забыть о повседневных заботах. Но даже этот весенний ласковый день, несмотря на свою небольшую как для такой поры прохладу, был особенно хорош. Утро — словно обещание светлого будущего, шанс увидеть в новом дне награду за усилия и труд. Всё вокруг дышало пробуждением и лёгкостью. Взгляду всегда попадались маленькие цветы в вазонах, которые, как и люди, начинали оживать от освещения и городского шума. Они впитывали жизнь и освежающие, нежные лучи, с трепетом слушая, как где-то под окном аж восьмого этажа пробегают прохожие, слышался звонкий детский смех и беспечные разговоры. Школьники с рюкзаками на плечах собирались в шумные компании, громко перекрикиваясь и делясь шутками, а их голоса разливались по улице, становясь частью утренней симфонии большого города. Птицы тоже не остались в стороне. Эти удивительные создания заполнили своими трелями пространство между бетонными стенами, умудрившись найти своё пристанище даже здесь, в центре суеты. Их пение было как напоминание о том, что природа всегда рядом, даже если город и пытается её вытеснить. Однако вся эта гармония вдруг прервалась неожиданным звуком. Гул и скрежет пронзили пространство, нарушая спокойствие и стабильность прежней какофонии — пчела, залетевшая в окно, казалось, сама не понимала, как оказалась здесь. Возможно, её занёс порывистый ветер в открытое окошко, а может, заманил запах цветов или сладких духов, витавших в воздухе. Пчела начала неистово биться о занавеску, пытаясь вырваться из неожиданного плена. Её жужжание заполнило комнату, пересекаясь с шумом машин за окном. Спустя несколько минут борьбы, утомившись, пчела наконец нашла лазейку и с триумфом вылетела в центр комнаты. Теперь, когда пространство открылось перед ней, она принялась кружить по нему, словно исследуя каждый его уголок. Её крылья двигались так быстро, что напоминали два маленьких пропеллера. Комната была в творческом беспорядке, впрочем, как и её хозяйка. Стены, окрашенные в яркие цвета, придавали помещению ощущение хаоса, которое дополняла раскиданная мебель. Постель, словно перенёсшаяся сюда из эпицентра урагана, была небрежно скомкана: зелёное одеяло свешивалось с края белой кровати, а подушка того же оттенка что и одеяло покоилась на полу. Рядом с ней валялись ножницы, моток нитей небесного цвета и какой-то огромный отрез ткани, что-то оставленное в середине творческого процесса. Видимо, хозяйка комнаты пыталась что-то сшить или доделать, но силы её покинули, и она уснула прямо посередине занятия. На кровати, раскинувшись как звезда, лежала юная девушка. Она выглядела так, словно уснула не по своей воле — в повседневной одежде и с абсолютно хаотичной причёской. Её наряд был настолько ярким и необычным, что казался частью модного показа или экспонатом футуристической коллекции. Оверсайз штаны кислотно-зелёного цвета, сшитые из необыкновенной ткани, напоминали зеркало, отражающее свет. Материалом явно был, хоть и не стопроцентый, но полиэстр. Бирюзовое боди с небольшими вырезами по боках украшали две яркие звезды: одна жёлтая, а внутри неё ещё одна поменьше, но фиолетовая. Под верхним шаром просматривался ещё один топ — из более сдержанных, пастельных оттенков. Тот же узор был и на длинных нарукавниках до локтей, где радужные полоски чередовались с белыми. Бирюзовые резинки на руке завершали странный, но, ещё до ночи, гармоничный образ. Возле дамочки расположился чёрный кот, свернувшись в калачик. Девушка спала безмятежно, пока та самая пчела, словно решив разрушить её идиллию, не подлетела к щеке. Почувствовав щекотку, девушка перевернулась на другой бок, но пчела не сдавалась. Взъерошенные волосы разлетелись ещё сильнее, когда девушка подняла руку и попыталась прогнать незваного гостя. Хрясь! Колючая боль пронзила палец, и сон прервался. – Да что же это такое… – пробормотала она с досадой, открывая глаза, веки которых всё ещё были тяжёлыми. Несмытый макияж подчеркнул её сонный взгляд и бледную кожу. Казалось, что вчера она просто рухнула на кровать от усталости и даже не удосужилась привести себя в порядок. Она встряхнула рукой и что-то мелкое и едва различимое полетело за кровать. Светлые голубые глаза устремились на телефон, который она ели нащупав, нашла позади себя. Экран резанул по глазам, заставив её поспешно уменьшить яркость. В комнате царил полный беспорядок, который передавал ощущение лени и безысходности, а день ведь только начинался. Увидев время на телефоне, девушка резко ахнула, будто не веря собственным глазам. – 7:30?! – вскрикнула она так громко, что её голос отразился от стен, словно комната сама испугалась этого известия. Сонливость тут же улетучилась, как утренний туман, и в один миг она подскочила с кровати, с такой скоростью, что одеяло, свисающее с края, шлёпнулось на пол. Шатаясь на ногах и поправляя волосы, любительница поспать бросилась к окну и с силой рванула плотные белые занавески. Солнечный свет, мгновенно заполнив комнату, ударил по лицу, заставив её вновь зажмуриться и поморщиться. Яркие лучи словно говорили: «Доброе утро! Ну что, проспала?». А пульсирующая боль в указательном пальце тут же напомнила о себе неприятным покалыванием. Она опустила взгляд на боевое ранение, полученное в следствии борьбы с насекомым, внимательно его рассматривая. Жало пчелы гордо торчало в коже, вызывая лёгкий зуд и красноту вокруг укуса. Девушка тяжело вздохнула и уже со здравым рассудком поняла, что без пинцета тут не обойтись. Нужно действовать быстро, пока палец не начал опухать. Она направилась к полочкам, на которых всегда хранились всевозможные мелочи: резинки для волос, блёстки, кисти для макияжа, странные пуговицы, нитки и ещё целая коллекция нужных и ненужных вещей. Первая полочка, несмотря на тщательный осмотр, была пустой. Вернее, заполненной чем угодно, но не тем, что требовалось. – Ну конечно, – проворчала девушка, почесав затылок. Она перешла ко второй полке, вытягивая из неё какие-то коробочки и маленькие футляры, но результата это не принесло. Пинцет будто растворился в пространстве. На третьей полке картина не изменилась, и у неё уже начинали сдавать нервы. «Неужели я оставила его в ванной? Нет, точно нет!» – подумала она. Полка номер четыре маячила прямо перед ней, как недосягаемый приз, потому что даже на носочках её рука не могла дотянуться. Времени было в обрез, а терпеть эту боль становилось всё сложнее. Она огляделась по комнате, нашла взглядом рабочий стол и побежала за стулом. Тот был завален книгами, бумагами и очередным комком ткани. Откинув всё на пол одним махом, она потащила стул к полкам, в процессе спотыкаясь о чёрного кота, который уже успел расположиться в другом месте и недовольно мяукнув, отбежал в сторону. – Извини, друг, но у меня ЧП, – пробормотала девушка, кряхтя и пододвигая стул вплотную к полке. Она взобралась на него, балансируя, как цирковая гимнастка, и вытянулась вверх. Ещё чуть-чуть… Рукой она зацепилась за какие-то контейнеры, которые с грохотом упали вниз, но среди лавины из безделушек мелькнуло то, что она искала. Пинцет! Он лежал на самом краю, блестя металлом. Девушка победоносно схватила его и, с облегчением вздохнув, спрыгнула на пол. Не теряя ни секунды, она уселась на кровать и принялась спасать свой бедный палец. Пинцет осторожно потянулся к жалу. Вдох-выдох. Секунда неловкости – и вот тонкий осколок пчелиного оружия был наконец извлечён. Она пристально осмотрела свой не самый желанный трофей, затем кинула на стол, с мыслями о том что выбросит после пар. В этот момент в голове вспыхнула мысль о том, что же сегодня за день и почему не так важно было не проспать. Воспоминание ударило словно молотком. – Физкультура! – произнесла она с таким отвращением, будто это слово было проклятием. Первая пара по расписанию была её самым ненавистным предметом, особенно для будущего дизайнера. Бегать круги и отжиматься, когда вокруг столько вдохновения и возможностей? Нет уж! Решение пришло моментально, и оно было столь же логичным, сколь и привычным: прогулять. Ей даже стало немного легче на душе. – Проживу без физкультуры, – пробормотала она, вставая на ноги. Поняв, что теперь у неё есть лишнее время, засоня обрадовалась ещё больше. Она даже может поесть! Впрочем, в этот момент она и не заметила, что боль в пальце почти утихла. Это была заслуга маминого метода: холоднющая вода и прикладывание льда, который девушка автоматически начала применять. Студентка перешла в соседнюю комнату от её спальни. Следом, она подошла к небольшому холодильнику в углу комнаты, достала кубик замороженной воды и осторожно приложила его к ранке. – Так-то лучше, – тихо произнесла она, наконец почувствовав долгожданное облегчение. Улыбнулась сама себе в зеркало, отражающее всю эту картину: помятый, но яркий наряд, взлохмаченные волосы, следы вчерашнего макияжа под глазами и светлые весёлые глаза, которые медленно наполнялись жизнью. Но время шло, и оставаться на месте было нельзя. День только начинался, а значит, пора заняться чем-то важным. Правда, что именно считать важным — это ещё предстояло решить. Голубоглазая посмотрела на электронные часы на столе и в этот момент девушка вспомнила о главном: долгий месяц работы, наполненный бессонными ночами, наконец принёс результат. Прошлой ночью, когда за окном ещё царил мрак, а город погрузился в сон, она дошила последние штрихи – завершила тот самый проект, на который тратила каждую свободную минуту, каждый нерв и каждую крупицу своего вдохновения. Это было не просто задание. Колледж выдал им почти философский вызов: создать наряд, который отразит любую черту человеческого характера. Многие студенты выбрали очевидные пути — дерзость, амбиции, решительность. Но она, не задумываясь, выбрала искренность. Эта черта всегда вызывала у неё особое уважение. Хоть это только частично касалось её, искренние люди, как она считала, — это те, кто не боится быть собой, чьи слова и поступки всегда чисты и открыты, словно родниковая вода. Искренность ассоциировалась у неё с нежной простотой, лёгкостью и природной красотой, лишённой притворства и пафоса. Платье, которое юная дизайнерка создала, было её творческим манифестом. Макси-длина, словно символ глубины и величия внутренней честности. Основой послужил мягкий, летящий шёлк нежно-голубого оттенка, напоминающий безоблачное небо – ясное и бесконечное. Юбка свободно спадала каскадом лёгких складок, будто бы воздух сам её поддерживал. Корсет, выполненный из тонкой белоснежной ткани, сшит был с аккуратной вышивкой, где причудливые узоры напоминали трещины на тонком стекле, но это только на первый взгляд. Приглядевшись, можно было увидеть невероятную картину, будто сам мороз разрисовал окно, оставляя за собой сеть с нано-орнаментом. Это и есть символ несовершенства и неуязвимости, которые и делают искренность такой ценной. Особой деталью стали полупрозрачные рукава-перчатки из нежного кружева, тянущиеся до середины рук. Их текстура была будто соткана из самого света, а узоры в виде тончайших линий и россыпей точек напоминали импульсы — такие же, как те, что возникают в человеке, когда он решается говорить правду. На груди, аккуратно и почти незаметно, она вышила маленький символ: распустившийся бутон лилии — знак чистоты и открытости, с которым у неё всегда ассоциировалась выбранная черта. Закончив платье ещё глубокой ночью, она едва могла поверить, что справилась. Ткань, нитки, иглы и недосып – всё это наконец-то завершилось, превратившись в идеальное отражение её замысла. Теперь, глядя на своё творение, девушка осторожно достала из ящика на рабочем столе небольшой листок. Чистый, без единого лишнего следа, он ждал целый месяц лишь двух важных слов. Ученица взяла в руку ручку, немного повертела её пальцами, словно раздумывая, но затем уверенно вывела своё имя, буква за буквой: Даттэ Нэтсу. Имя, которое впервые прозвучало в этой тишине, казалось, обрело новую значимость, став частью завершённого труда. Она аккуратно сложила листок пополам и булавкой прикрепила его к корсету платья. Лист лежал ровно, словно ещё одна деталь, завершающая картину. Всё. Проект был готов не только на физическом уровне, но и морально. Теперь предстояло доставить его в колледж, установить на манекен и наблюдать, как он расскажет свою историю перед преподавателями и другими студентами. Но для Нэтсу нету ничего невозможного. Глядя на прикреплённый к платью листок с подписью, Даттэ на мгновение позволила себе расслабиться. Теперь стоит подготовиться и успеть довезти это великолепие до колледжа. У неё уже начало урчать в животе, и девушка, вспомнив о вчерашнем ужине, направилась к холодильнику. Открыв дверцу, она с улыбкой достала лоток с пловом, приготовленным по фирменному рецепту её мамы. Это блюдо всегда ассоциировалось у неё с домом, уютом и детством. Вчера днём, когда она заехала навестить мать, та, как всегда, не отпустила её с пустыми руками, передав этот лоток с особенной теплотой. Нэтсу быстро разогрела плов в микроволновке, и уже через пару минут аромат специй разлился по комнате, вызывая мгновенный аппетит. Она села за небольшой столик, поставив пред собой тарелку. Горячие зёрна риса, пропитанные запахами специй, мягкими овощами и кусочками нежного куриного мяса, буквально таяли во рту. Лёгкий вкус карри и тмина дополнял блюдо, оставляя послевкусие. Вкус был таким насыщенным, что она почти забыла о своих заботах, полностью сосредоточившись на поедании блюда детства. Насытившись, Нэтсу отставила тарелку и быстро прибралась на кухонном столе, убрав оттуда чашки с вчерашнего дня и положила их в старую посудомойку, так и не включая её. Теперь пришло время привести себя в порядок. Она направилась к зеркалу в ванной, достала ватный диск и средство для снятия макияжа. Вчерашний макияж, размазанный после ночных усилий, наконец исчез, уступив место чистой коже. Девушка тщательно умылась прохладной водой, почувствовав, как усталость немного отступила, а затем почистила зубы, наслаждаясь свежестью мятной пасты. Далее нужно было заняться волосами. Голубоглазая села перед зеркалом и, расчесав свои длинные русые пряди, приступила к любимой причёске. Для начала Нэтсу аккуратно уложила чёлку так, чтобы та мягко обрамляла лицо. По бокам девушка оставила две тонкие пряди и быстро накрутила их на плойку, создав лёгкие волны. Остальные волосы она собрала в два слегка небрежных "бантика", которые придали её образу немного непринуждённости. Закрепив результат лаком, девушка добавила финальный штрих — зелёную заколку, которая отлично сочеталась с её взглядом, придавая немного детского вида причёске. Настал час выбрать одежду. Нэтсу окинула взглядом своё боди, но быстро отмела эту идею – такой наряд точно не был бы одобрен в колледже, не смотря на его креативность, но всё же вырезы по бокам дадут о себе знать. Решив оставить штаны которые были на ней изначально, она достала из шкафа фиолетовую футболку. Цвет придавал ей уверенности, а простой крой отлично подходил для учебной атмосферы. Быстро прогладив одежду, она переоделась, почувствовав себя гораздо комфортнее. Заключительным этапом стал макияж. Юная леди внимательно посмотрела на своё отражение, отметив тёмные круги под глазами – следствие бессонной ночи. С помощью консилера она быстро их скрыла, вернув себе свежий вид. Подводка и нежные тени придали выразительности глазам, ресницы она покрыла тонким слоем туши, добавив им объёма. Немного блеска на губы, румяна на скулы и хайлайтер на выступающие части лица завершили образ. Готовая и собранная, Нэтсу внов оглядела себя в зеркале, поправила заколку и улыбнулась. Теперь она могла идти навстречу новому дню и своим успехам. Покончив с макияжем, Даттэ бросила быстрый взгляд на часы и вздохнула с облегчением — времени было не так уж мало. Она схватила свою жёлтую сумку, но уже в дверях её осенило. — О нет, — выдохнула она, резко разворачиваясь и хлопая себя по лбу. — Чехол! Платье – следствие безкрайной работы, всё ещё висело на манекене, никак не упакованное. Запихивать это произведение искусства в чехол для костюмов было задачей не из лёгких. Нэтсу схватила свободный чехол с вншалки и вернулась к манекену. — Ладно, прости, шедевр, но нам придётся постараться, — проворчала она, осторожно снимая платье. Она попыталась аккуратно сложить его и натянуть сверху чехол, но ткань постоянно цеплялась за молнию, а тяжёлый корсет никак не хотел ложиться как надо. В какой-то момент Нэтсу даже показалось, что платье живёт собственной жизнью, сопротивляясь попыткам быть упакованным. — Ты издеваешься?! — фыркнула она, пытаясь протиснуть наряд внутрь. Наконец, приложив немного больше силы и ловкости, чем хотелось бы, она застегнула молнию чехла и успокоилась. Убедившись, что всё безопасности, девушка прислонила чехол к стене и вновь схватила свою жёлтую сумку. Теперь оставалось положить всё самое необходимое: телефон, ключи, блокнот с набросками, блеск и тушь, чтобы вдруг поправить детали на месте, и бутылку воды. Поняв, что ничего не забыла, Нэтсу застегнула сумку и положила на своё плечо. Она в попыхах обулась в свои фиолетовые кроссовки на платформе с жёлтыми шнурками. Это была её любимая пара обуви — яркая, удобная и идеально дополнявшая её сегодняшнюю футболку. Закинув чехол с платьем за плечо с другой стороны, дизайнерка с лёгким сердцем шагнула за порог. Дверь закрылась с негромким щелчком, и она стремительно направилась к лифту. Внутри же отошла к стенке, облокотившись на неё вместе с тяжёлым грузом. Стараясь поймать равномерное дыхание после всей утренней суматохи, девушка подняла глаза на светящиеся цифры этажей. Наконец лифт с тихим звуком остановился на первом этаже. Нэтсу вышла из здания и вдохнула свежий утренний воздух. Лёгкий ветерок коснулся её лица, и она на мгновение замерла, наслаждаясь ощущением. Солнце уже поднялось, освещая двор ярким светом, и город просыпался вместе с ней. — Вперёд, — прошептала она себе, сжимая ручку чехла и шагнув в сторону автобусной остановки.