...
27 декабря 2024 г., 10:59
Каждый человек переживает потерю по разному... Каждый человек индивидуален своим характером. Каждый из нас отличаются друг от друга. Столько разного люди открывают о себе, столько неизведанного в нашем поведении. Порой наши чувства, эмоции, поведение и привычки могут быть настолько похожими на одно, но при этом являться совершенно другим...
Может, именно потому столпы подумали, что он, Томиока Гию, не скорбел о смерти Ренгоку-сана?
Ренгоку Кёджуро смелый охотник, Ренгоку Кёджуро верный друг и учитель. Ренгоку-сана уважали все. В том числе и он сам: Ренгоку — человек необычной воли... И всё же человек. Вот кто такой столп Пламени... Че–ло–ве–к. Да, безмятежная маска. Опора для всех. Солнечный на вид, непоколебимый характер, — все равнялись на него, все считали его преданным другом. Гию, видимо, был единственный из столпов кто не ослеп подобно Гёмею... Может годами выработанный инстинкт, может врождённый талант видит ложь? Кто знает... Да и никто и не узнает. Для него было прекрасно видно что с ним что-то не так. Но он не понимает почему... Из толпы других столпов, с которыми общается такой человек как Кёджуро, могли не видеть этого. Не замечать то, как его пламя постепенно угасает. Медленно утихает, гаснет. Так, словно столп Пламени изо всех сил пытался вновь зажечь своё внутреннее «солнце». Но сколько бы попыток не было — не получается. Оно гаснет, сдувается тяжёлыми порывами, заливается водой выдержка, подымает в воздух свой последний вздох тёмно серым дымом и пеплом.
Как долго он выгорал изнутри? Как долго он мучается? Что случилось? Это всё, что мучило Гию в последние недели до смерти этого на вид открытого, но загадочного человека. Ренгоку Кёджуро. Пожалуй, Томиока и сам не знал, почему за столько лет «самозатворства» ему вдруг стало что-то кроме помощи Танджиро и Незуко, интересно... Но это не важно. Солнце охотников, опора столпов мертва. Похоронена за слоем холодной мёрзлой земли и прижата тяжёлым могильным камнем.
***
Жёлтые хризантемы. Гию всегда казалось что они чем-то похожи на Ренгоку. Яркие, красивые, необычные! Не удивительно что на его могилу Томиока пришёл именно с ними. С большим букетом этих ярких цветов, которые совершенно не подходили мрачной, тёмной атмосфере кладбища. На фоне могил и самих могильных плит они слишком выделялись, совсем не подходили эти яркие цветы для поминовения погибшего, на первый взгляд. Но только на первый. — Даже мёртвый ты вселяешь в охотников силу сражаться. Теперь каждый второй истрибитель хочет отомстить за тебя Ренгоку-сан. — Принесенные цветы были аккуратно поставлены рядом с букетами прошлых «гостей». Гию приложил ладони друг к другу. Простые молитвы об упокоении быстро слетели с его губ. Терять Ренгоку было сложно. Он так походил на Сабито... Яркие, добрые, незабываемые, вселяющие надежду и дарящие силу что бы вставать с колен. С виду такие непоколебимые, непобедимые... Но такие сломленные внутри. О том, что Ренгоку не по своей воле стал столпом Пламени, знали все. Его судьба была решена отцом после первого, правильно сделанного выпада катаной. Он ничего не решал. Только с улыбкой принял сказанный отцом в лицо, приказ. Старший сын клана Ренгоку. Кёджуро Ренгоку, новый столп Пламени, после ухода своего отца. Он до сих пор помнил его приход. Тогда его яркий вид, и как выразился бы Тенген, «блестящий» характер почти что слепил его привыкшие к темноте глаза. Он для Гию походил на снег, — он шёл и падал. Удивительный человек. С не менее удивительными желаниями и волей. Ему, холодному и замкнутому по своей натуре, никогда не стать таким же. Потому, а если быть проще и точнее, потому что этому человеку нет замены. Не одному человеку на этой земле нет замены. Это было сугубо его личное мнение. Его мнение. Так он считал, так ему так казалось. Огонь и вправду подходил ему отображая его душевное состояние, постоянно колебливающися в разные стороны, и даже из тлеющего уголька способный зажечь великое пламя, огонь не постоянный и блестяще-яркий. Гию не мог сказать о нём всё, он общался с ним редко. Но уж точно больше, чем с остальными столпами. В отличии от Шинобу, Кёджуро-сан никогда не казался ему раздражающим, даже наоборот, в будни этот энергичный молодой человек, бывает довольно таки спокойным. Хотя возможно только он его застал таким... Что впрочем уже не важно. — Гию, Гию Томиока! Задание, задание! Кар-рр, кар!.. Руки разъединяются, сам же Гию встаёт. Пора на службу, время не ждёт. Рассвет словно разлитой кровью раскрашивал некогда белоснежные облака в розово-алый. Природа медленно пробуждалась, выглянувшее из мрака солнце, с нежностью направило на холодные каменные плиты свои тёплые словно золотые лучи. — Видите, Ренгоку-сан. Природа даже сейчас красива, несмотря на века войн, проливающие на них кровь. Возможно ли что когда-нибудь и охотники заживут обычной жизнью? Где-то там в далике виднелся небольшой человеческий силуэт. Томиока же неспешно прошёл в лес спокойно стоящий около кладбища. Здесь он закончил что хотел.***
— Здравствуйте, Ренгоку–сан, я пришёл вас навестить... Сегодня ваша годовщина... — Парень в клетчятом хаори натянуто улыбнулся и посмотрел на надгробную надпись. Танджиро опустился в поклоне. Его замозолиные ладони впились в землю перед могилой. — Как думаете, смогу ли, я... стать таким же?
