Отчуждение

Вандер бежал, охваченный страхом, близким к истерике. Ещё десять метров. Пять. Всего один поворот. Он доберётся. Он успеет... Когда ноги выносят Вандера из-под темноты арки, он несколько мгновений, кажущихся вечностью, пытается сориентироваться. В голове мысли обрывками в хаотичном беспорядочном движении, словно синтетические хлопья снега в снежном шаре. Но у Вандера нет времени, чтобы дать мыслям осесть и успокоиться — его оглушает и ослепляет то, что происходит вокруг. И ещё страх. За детей, и особенно — за Вайолет. И ещё одна мысль. Червоточина. Вандер не анализирует конкретно её, потому что ничем хорошим это, очевидно, не кончится. Ну и зря. Он оказывается совершенно не готов встретиться к Силко лицом к лицу. Силко стоит, улыбаясь, и смотрит на него почти ласково. Словно он рад его видеть. Вандер помнит эту улыбку, но не искаженную прячущейся на дне издевкой. И в глубине глаз Силко сейчас тлеет ненависть. Вандеру некогда овлекаться на все это. Прошлое осталось в прошлом. Что бы между ними ни происходило раньше. Хотя он и помнит. И никогда не забывал об этом, хотя и запрещал себе думать. *** — Налей мне ещё. — Тебе хватит. — Ты зануда или моя мамаша? Вандер невозмутимо протирает стол. И не отвечает, потому что знает, что отвечать бесполезно. На любой аргумент у Силко найдётся сразу несколько. — Ты решил меня игнорировать? Что-то новенькое, — посмеивается Силко и заправляет прядь за ухо неловким движением, чтобы та не лезла в пустой стакан. Вандер бросает на этот жест короткий взгляд и опускает глаза в стол. Ему становится немного жарко от крови, прилившей к шее. В баре душно и накурено, хотя уже и пусто — предпоследнего посетителя пришлось выгонять пинком под зад. Но с последним такие методы... Он бы просто не стал. Не стал и не смог. И не хотел. Силко поднялся с места, слегка качнулся с сосредоточенным выражением на лице, со звоном толкнул к Вандеру стакан по столешнице. Зацепившись дном за скол в дереве стакан опрокинулся набок и покатился по кругу по инерции. Вандер перехватил его и поставил на стол. — Не дури. Я помогу, но наливать больше не проси, — сурово. — А мне не нужна помощь, — поджал губы Силко. — Мне нужно моё пиво. Вандер не мог на него сердиться. Просто не мог. Он обошёл барную стойку, встал рядом, обвивая рукой чужую талию, и помог встать ровно. Силко был тонкий как лоза и тут же припал к нему всем телом. — Силко, — мягко позвал Вандер. — Давай я отведу тебя наверх, немного проспишься и пойдёшь к себе. Силко медленно поднял наискосок и вверх голову. Смотрел нечитаемым взглядом на лицо Вандера. Прядь из-за уха от движения дрогнула и соскользнула вниз. — Ва-андер, — протянул Силко и повис на нем. Впрочем, учитывая разницу в их комплекции, Вандер мог подхватить его двумя руками и просто дотащить. Мысль мелькнула и пропала. — Нет. Я не хочу. — А что же ты хочешь? — улыбнулся Вандер. Капризный Силко был просто очарователен. — Я хочу... — Силко смотрел на него покрасневшими глазами, облизнул губы и замолчал. Вандер снова почувствовал, как ошпарило жаром шею. — Давай хоть до кровати дойдём. Силко вывернулся из его рук, неловко и неуклюже, зацепив высокий стул, — и оперся спиной и локтями о барную стойку. — Нет, не хочу, — снова сказал Силко и наклонил голову набок. Вандер как завороженный глядел, как Силко стягивает худыми пальцами резинку с волос — и те с пучка сыплются на затылок и шею чёрными волнами. Вандер шумно сглотнул внезапно вязкую слюну. — Вандер, — снова позвал Силко, но уже иначе. Вкрадчиво и опасно. Он явно был не настолько пьян, как пытался показать. Это была ширма. И поманил к себе пальцами. Вандер послушно подошёл к нему, ведомый бессмысленно, словно бычок на убой. Силко смотрел на него снизу вверх, в чёрных нефтяных глазах заплескалось веселье и похоть. Вандер не знал, по каким правилам нужно играть сегодня, так что остановился совсем близко, не трогая. Просто смотрел и ждал. Силко улыбнулся, легко, одними уголками рта, — и протянул одну руку к паху Вандера, не отрывая взгляда от его лица, словно конечности не имели к Силко никакого отношения. Накрыл ладонью член поверх штанов и с силой надавил и сжал. А сам смотрел в глаза и невинно улыбался. — Всегда в боевой готовности. Вандер не стал спорить, тем более, что это была правда. С одним уточнение. Это работало далеко не со всеми. Силко забавлялся, гладил и мял его через штаны и смотрел снизу вверх. Вид у него был лукавый и довольный. Было видно, что реакция ему льстит. Вандер не выдержал и развернул его лицом к стойке, навалившись сверху, но не всем весом, а держа большую часть на руках. Просто немного вдавил Силко животом и грудью в столешницу. Силко охнул, как будто не ожидал этого. А может и правда не ожидал, но тут же прильнул к нему, выгнув спину и отведя бедра назад. Вандер провел ладонью по худой груди к животу поверх мятой кожанки и грубовато нырнул ладонью в штаны. Огромная его ладонь едва не до предела натянула ткань. Силко шумно задышал и раздвинул ноги. Он едва доставал носками обуви до пола в такой позе, но цеплялся за столешницу, закинув на неё локти. Вандер не водил по члену, нырнул сразу под него пальцами и надавил под яйцами. Недалеко от входа. — Вандер, — выдохнул Силко и попытался стянуть с бёдер одежду. Вандер удержал его второй рукой. Одной его ладони хватило на два чужих запястья, чтобы свести их на пояснице Силко. Силко часто задышал и прогнулся сильнее, заерзав под ним. — Не дергайся, — я все равно ничего не планирую, — Вандер не врал, без подготовки с его комплекцией удовольствия от происходящего Силко едва бы получил. Так что он хотел просто посмотреть, потрогать и оставить в покое. И таки довести до кровати. — Напрасно. Я что зря готовился? Из Вандера мгновенно словно выбило весь воздух. Не веря он сам дёрнул с бёдер Силко штаны и бесцеремонно нырнул пальцами между ягодиц. Все было скользким от смазки и пальцы проходили легко. Они застонали одновременно — Вандер от неожиданности, а Силко от облегчения. — Давно? — Весь вечер. — Матерь божья, — осевшим голосом выдавил Вандер и добавил сразу два пальца. Входило легко, с ощутимой тугостью, но гораздо легче, чем без подготовки. — Вандер, — жалобно проскулил Силко, пряча лицо в стол под завесой волос и упавшей чёлкой. Вандер слегка подрагивающими пальцами расстегнул ремень и приспустил штаны обнажая член. По сравнению с бледными ягодицами Силко, головка была почти багровой. И огромной. Вандер развёл большими пальцами чужие маленькие ягодицы и обнажил колечко входа. Припухшее от возбуждения и масляно и влажно блестящее. Головка скользнула внутрь почти без сопротивления. Силко взвился, вскинулся и снова опал грудью на стол, сжимая пальцы на дереве. Вандеру казалось, что у него плывёт мозг. И никаких связанных мыслей. Они спали не первый раз. Даже не десятый. А может и не сотый. Но все равно Вандеру нравилось делать это снова и снова. Каждый раз как в первый. Он сгреб Силко в охапку обеими руками и вмялся, въехал в него плавным движением до самого основания. Они застонали вместе: Силко — глухо и протяжено в стол и волосы, с хорошо читающимся в голосе наслаждением, и Вандер — хрипло, негромко и коротко, куда-то в плечо Силко. Надо было не двигаться. Хотя бы несколько секунд. Вандер сильно рисковал спустить уже сейчас — так его опасно подтолкнула к краю скользкая и горячая теснота. Почему так — только с Силко? Вандер не знал и не хотел гадать. Просто секс с другими не вызывал у него и десятка тех эмоции, которые вызывал Силко. И Вандера неизменно удивлял собственный восторг каждый раз. — Чего раньше не сказал, черт ты? Я думал, чего ты сегодня такой нервный? Испытывал моё терпение на прочность. Силко под ним ощутимо дрожал всем телом и шумно дышал через нос. Кончик уха, который видел Вандер, был ярко красным от прилившей крови и манил провести по нему языком, но для этого нужно было отвести с лица Силко волосы, а Вандер не хотел. Понимал, что для Силко это оплот защиты, под которым он может позволить себе быть именно таким. Жадным до ласки, похотливым, податливым и уязвимым. Ещё Вандер знал, что он был таким только для него. Для всего мира высокомерный, отстраненный, холодный. Со всеми своими женщинами ведущий. И ни одного мужчины. Кроме Вандера... Вандер повел бёдрами медленно и осторожно, будто не доверяя самому себе. Член скользил внутри, давил на простату, массировал мягкими фрикциями вперед-назад — Силко обмяк как желе, он бы наверное и сполз, если бы Вандер не держал его собой, телом и руками. Через завесу волос было видно как он кусает губу. Вандер одной ладонью нырнул Силко под куртку, не прекращая мягко двигаться, провел с нажимом по липкой мокрой коже груди и помял сосок, покрутил в пальцах. Силко сквозь зубы постанывал, его тело подавалось вперёд на толчках и немного оползало, когда Вандер выходил. Он так и дышал, еле-еле со стонами через раз. — Вандер, — попросил он со стоном — и Вандер понял его и выпрямился, выпуская из объятий. Смял ладонями чужие бедра и натянул на себя Силко, глядя то на его лицо под волосами, то вниз на собственный крупный член, блестящий от смазки и мелькающий в дырке. Движения из мягких и плавных стали грубоватыми и резкими, Вандер не церемонился. На бёдрах проступали темнеюшие синяки, но он знал, что Силко потом будет наслаждаться их тянущей болью. Силко задрожал всем телом, гибкий и стройный он весь подобрался и напрягся, потянулся одной рукой к своему члену и начал дрочить. Вандер не видел этого, только торчащее двигающееся ритмично плечо. На задворках мыслей мелькнуло сожаление, что нельзя одновременно и ебать, и сосать. Потому что ему с такой силой хотелось заставить кончить Силко ртом, что набежала вязкая слюна. Вандер бы запросто сделал это, если бы мог сейчас. И точно сделает в другой раз. Силко выгнулся, кончая куда-то на узорчатые панели барной стойки под столешницей. Вандер сделал несколько небрежных толчков и кончил глубоко внутрь. Обычно Силко это не любил, но сегодня молчал. — Вандер, — хрипло позвал он, когда они затихли и замерли так в обнимку. Силко грудью на столешнице, а Вандер вокруг него. — М? — Вандер с прилившей щенячьей нежностью зарылся губами в шею и костлявое плечо. — Свали, я хочу встать, — Вандер послушно отстранился. Обмякший член выскользнул из влажного входа, они оба поморщились от дискомфорта и привели одежду в порядок. Силко стоял перед ним, уже практически такой же собранный как и всегда. Только глаза блестели радостью и сытым довольством. Вандер притянул его к себе за талию, пока Силко собирал волосы обратно в небрежный пучок. Силко закинул голову вверх, глядя на него со своим невозможным выражением. Вандер любил его, как никого другого. Но что-то между ними мешало говорить об этом вслух, так что вместо слов он наклонился и нежно поцеловал сухие потрескавшиеся и искусанные губы. Силко не отвечал, но и не отталкивал. Он вообще редко отвечал, как будто поцелуи для него были интимнее, чем секс. Сейчас тоже не ответил, только позволил себя целовать, прикрыв глаза. — Останешься у меня сегодня? — спросил Вандер и потерся щекой о чужой висок. — Нет, ты невыносимо храпишь, — Силко вывернулся из его объятий, а по лицу мелькнуло что-то похожее на раздражение и досаду. Вандер знал это выражение. Силко хотел бы остаться. И хотел бы признаться. Но просто не мог. Какие-то моральные принципы или презрение к слабости? Черт его знал. Вандер и не настаивал. Он спокойно принимал все, что было и довольствовался этим. Даже если хотел большего. Даже если хотел все. *** Силко натравил на него своих мутантов без тени сожаления в лице или глазах. Как будто был искренне рад, что, наконец, с ним покончит. Вандер думал, что смог бы убить его. Но знал, что нет. Кем бы Силко ни стал, но это было по его, Вандера, вине. Он бы не смог. Силко стоял над ним. Надменный, с ледяным выражением лица без капли тепла. Вандер вспомнил, как эти глаза смотрели на него с мягкой нежностью, плещущейся в глубине. Вместо пучка теперь были короткие волосы. Это был не его Силко. Уже давно нет.