Три не сказанные слова

      Война часто отбирает у тебя самое дорогое, что только может быть на свете. Чжун Ли знал об этом не понаслышке. О подобных потерях вообще очень сложно забыть, даже если ты будешь тщательно стараться. И никакая «эрозия» не сможет стереть из памяти все те крики и сцены, что иногда преследуют его по ночам.       Более чем за шесть тысяч лет он успел повидать всякое. Самый старый из Архонтов, Чжун Ли, Бог Камня и Контрактов, был свидетелем многих значимых событий. И в то же время уже совсем не помнил о том, откуда появился сам. Был ли он человеком, или был создан Селестией? Была ли такая сила у него изначально, или же ему ее даровали другие боги? Не мог вспомнить он и того, как получил свое Сердце Бога.       Зато каждый заключённый им контракт отпечатался в памяти намертво, словно четко выбитый на камне и хранящийся под небьющимся стеклом. Лица друзей, пронесшиеся огненными всполохами сквозь его жизнь и сгоревшие в огне войны. Пятьсот лет назад выжили далеко не все. Кто-то после тех событий и вовсе лишился рассудка и погиб спустя какое-то время.       Сам уже бывший Архонт никому никогда не признался бы лишь в одном. В том, что очень боится забыть именно ЕЁ. Ту, что так увлекалась механикой и любила цветы. Ту, что искренне любила людей и учила их жить по своим четырем заветам. Ту, что когда-то давно звали Гуй Чжун.              Впервые они встретились в том месте, что сейчас носит название Тростниковые острова. Архонт пыли продемонстрировала ему свое новое изделие, названное «Памятью о Пыли». Интересный конструкт, который выглядел тогда весьма необычно и очень интересно.              — Владыка Камня, попробуйте разгадать ее секрет, — звонкий голосок девушки был подобен переливу колокольчиков.       — Я попробую. Это будет весьма интересно… — Рекс Ляпис, он же Чжун Ли, принял из рук Архонта Пыли изобретение и стал рассматривать его.       — Не торопитесь. Я оставлю его вам. А когда разгадаете, тогда и отдадите обратно, — она мягко улыбнулась ему, а затем сорвала одну из глазурных лилий, что цвели у них под ногами и напоминали живой ковер.              Гуй Чжун очень любила именно эти цветы.              Они тогда стали союзниками, и сам Чжун Ли с готовностью помогал Гуй Чжун и ее народу обосноваться в Долине Гуйли. Долине, названной в честь их союза. Деловые отношения постепенно переросли в близкую дружбу, чему оба Архонта были только рады.              За ней было интересно наблюдать, когда они с Гуй Чжун и Адептами собирались на горе Аоцан и обсуждали насущные дела. Видеть, как она спорит с Хранителем Облаков о механике и пытается что-то доказать, не забывая слушать и возражения. Как весело шутят с Владыкой Песен и Скитаний, взявшей потом имя Мадам Пин.       Гуй Чжун всегда была рада встрече с ними. И всякий раз приносила на встречи свои новые изобретения, рассказывая об их свойствах и пользе. Именно она стала создателем той баллисты, которую было решено назвать в честь ее создательницы.       А ещё она очень любила различные загадки и могла часами пропадать в очередном труднодоступном месте, пытаясь разгадать секрет. В такие моменты Гуй Чжун неуловимо менялась, становясь крайне серьезной и сосредоточенной. Далеко не каждый мог увидеть ее такой. Возможно, что вообще никто. Никто кроме самого Моракса.              Чжун Ли и тогда знал, что счастливые дни не смогут длиться вечность. Как Архонт Войны, он прошел далеко не через одну битву. И до встречи с Гуй Чжун его смело можно было называть каменным, бесчувственным, безжалостным. Он никогда не щадил своих врагов, уничтожая одного за другим. Не щадил и после того, как все закончилось. И все же та судьбоносная встреча многое изменила в его жизни.              — Моракс, посмотри сюда! Все же из небесного дворца открывается великолепный вид на все земли, правда? — Гуй Чжун мягко улыбнулась, как могла улыбаться лишь она одна.       — Да. Это зрелище стоит того, чтобы подняться на такую высоту, — Повелитель Камня и Контрактов подошёл ближе к ней, с искренним любопытством смотря на собственные земли с высоты птичьего полета. Зрелище действительно открывалось фантастическое.              Розовые облака, словно море, накрывали долину, что была у них под ногами, а чуть дальше виднелось их с Гуй Чжун детище, долина Гуйли. Ветер здесь отчего-то совсем не доставлял дискомфорта. Наверняка Архонт Пыли предусмотрела и такой вариант, чтобы посетителям ничто не мешало здесь.              — Скоро начнется война, Гуй Чжун. Я это чувствую. Будет лучше, если ты найдешь убежище для людей, — тихо произнес он, касаясь ладонью ее плеча и едва слышно вздыхая.       — Вот оно что… А я все думала, почему ты такой мрачный и задумчивый. Все будет хорошо, Чжун Ли! Мы справимся со всем вместе. Обещаю тебе! — взгляд таких родных глаз в данный момент отражал небывалую уверенность и спокойствие. Словно Гуй Чжун действительно не испытывала страха.       — Обещай, что будешь беречь себя! – Моракс заключил ее в объятия и устало посмотрел в ту сторону, где уже не было видно солнца. Небо окрасилось в тот момент в какой-то жуткий кроваво-красный цвет, из-за чего Архонту стало не по себе.       — Обещаю! — ответила на это Гуй Чжун, и явно хотела что-то добавить, но так и не сказала.       — Знаешь, я… Я сделаю все возможно, чтобы ты не пострадала, — все же добавил он тогда, нехотя разжимая объятия.              Уже тогда Архонт понимал, что Гуй Чжун необходима ему, как воздух.              Сейчас это воздушное чудо посещают немногие. Однако, сам Чжун Ли старается почаще здесь бывать, старательно вспоминая каждое мгновение, проведенное с ней. И как же тяжело было всякий раз не думать о том, что могло бы быть, если…              Он пришел тогда слишком поздно. Архонт Пыли была повержена в неравном бою и сейчас лежала сломанной куклой на поляне, где росли глазурные лилии. Только теперь часть цветов была испачкана в крови той, кого сам Повелитель Камня и Контрактов искренне любил.              — Гуй Чжун! — он бросился к ней, прижимая к себе так бережно, словно в его руках лежала хрупкая статуэтка.       — Мо-ракс… — Архонт с явным трудом открыла глаза и едва заметно улыбнулась. Даже сейчас, смертельно раненая, она была прекрасна. И эта увядающая красота навсегда впечаталась в память мужчины.       — Сейчас подойдут остальные и смогут тебе помочь. Я же просил тебя быть осторожнее! Почему ты не послушала меня? — впервые с тех пор, как они вообще были знакомы, сам Чжун Ли впадал в отчаяние. Умом он понимал, что никто не успеет помочь, но слабая надежда на лучший исход все равно оставалась.       — Все будет… хорошо. Я… Я всегда… буду рядом с тобой… Чжун Ли… Забудь о «Памяти Пыли»… Ты не обязан… отгадывать… ее… — Гуй Чжун не выдержала и зашлась кровавым кашлем, испытывая при этом явно сильную боль.       — Гуй Чжун! Не смей так говорить! Все будет хорошо, я же обещал защищать тебя! — под конец его голос предательски дрогнул.       — Не… переживай… Чжун Ли… Я… Я тебя… — ее губы вновь тронула улыбка, но на этот раз полная печали. Архонт Пыли из последних сил подалась вперёд, касаясь окровавленными губами его собственных губ.       — Я не смогу без тебя! Ты… Я… — заговорил вновь Архонт, когда смог отстраниться.       — Прости… Мы встретимся… однажды… — последние ее слова были очень похожи на едва слышный шелест ветра. А в следующее мгновение тело Гуй Чжун обратилось в пыль, распадаясь в руках Чжун Ли.       — Гуй Чжун! – с губ Архонта в то же мгновение сорвался отчаянный крик.              То был первый и последний раз, когда он давал так волю своим чувствам. Только в тот день, только в тот миг Чжун Ли позволил себе эту слабость. Потому что потерять ту, которую любишь всем сердцем. Ту, которая всегда была рядом. Ту, которая стала смыслом жизни. Ту, которую он сам не уберёг, хотя обещал.              — Я ведь так и не сказал тебе тогда. Не успел… Я люблю тебя… — тихо произнес Чжун Ли, проводя кончиками пальцев по старым каменным плитам.              Солнце на небе уже не было видно, но вот сами облака на этот раз окрасились в необычный золотистый свет. И лишь маленькая звёздочка где-то над Драконьим Хребтом приветливо сверкнула бывшему Архонту в ответ на его слова.