Последняя из рода Учих.

Обито остался молча сидеть, когда Ямато заявил на всю округу, что она невеста Шисуи. — Вот это совпадение, я думал, больше не осталось Учих! — Рок Ли взялся из ниоткуда и уже присоединился к компании на зеленой поляне. — Где ты нашел её, Обито? — спросил Гай, но тот уже выпал из этой реальности. "Шисуи, Итачи, клан", — все это перемешалось в его голове. — Серьёзно, девчонка Шисуи? — Генма перекинул сенбон и уселся рядом. — Почти никого не осталось из её поколения, — Ямато посмотрел куда-то в сторону. — Да, тяжелое было время, — добавил Гай. Разговор с Какаши был одним из неприятных в её жизни. Она как раз возвращалась после беседы с ним в жилье, которое он любезно предоставил ей. Но липкое и тяжелое чувство не оставляло девушку в покое, и она снова и снова прокручивала их диалог в голове. — Меня нечем здесь держать, — уверенно ответила она, стоя перед Хокаге. — У меня нет родителей, мне неинтересна Коноха. — Я знаю, — Какаши устало потер висок. Сама девушка была удивлена не меньше Обито, что она сохраняла такое спокойствие. Учихам это было свойственно. Сдержанность и хладнокровность были основами их характера, потому что они слишком много теряли. — Как вы собираетесь меня здесь держать? — ей вдруг стало интересно, что предложит ей этот Какаши, которого она знала как одинокого и грустного шиноби. «Как так вышло, что теперь он Хокаге?» Его кабинет выглядел опрятно, несмотря на кучу бумаг и какие-то коробки. Пахло приятно, да и сам он выглядел привлекательно, не отталкивая. Сакуко не была пессимистична и не бросалась из крайности в крайности, поэтому некий интерес вся эта затея у неё все-таки вызывала. — Я пока не знаю, — он подыграл ей, и они словно начали немую игру между собой. — Но шиноби патрулируют деревню двадцать четыре на семь, и ты на вряд ли сможешь сбежать. —На вряд ли? — хмыкнула девушка. "Он что хочет проверить меня?" — Да, ты все-таки Учиха, не стоит тебя недооценивать, — Сакуко растерялась от такого комплимента, если это можно так считать, но Какаши вовсе и не хотел подлизываться, он просто был хорошими стратегом и политиком. — Я не могу здесь остаться, — ответила девушка искренне. — Всех шиноби-отступников собираются казнить. Операция по зачистке уже началась, — Сакуко прищурилась, не сразу вверяясь его словам. — Зачем? — Решение пяти каге после войны, — ответил Хатаке, твердо смотря ей в глаза. – Учиха - клан Листа. Она замолчала, осмысливая происходящее и все равно не доверяя ему. — То есть, вы меня спасли? — Считай так. Мы просто потеряли слишком много людей, — ответил Хатаке. — Расскажите ещё про город, — Наруто все не отставал. Сакуко уже изрядно устала от него. "И как вообще меня занесло на этот чертов фестиваль!" — она даже не знала, что Коноха так быстро оправится после войны. Она ожидала разруху и покалеченные лица людей, но вместо этого увидела надежду и счастье. Ну и презрение к себе конечно. "А ведь раньше все было наоборот..", — с грустью подумала она. Если раньше не просто восхищались кланом, то точно боялись. Сейчас её глаза больше ничего не стоили. Лишь эксперименты со стороны деревни. Наверное, поэтому Какаши и держит её, а не из соображений её безопасности. Плевать он хотел на неё. "Может, лучше уйти пока не поздно?" — Наруто-кун, — звонкий женский голос нагнал их. "Это еще кто.." — с неким пренебрежением Сакуко оглядела подбежавшую девушку с розовыми волосами. — О, а вы.. — Да, Учиха, — закончила за неё девушка. — Спасибо, Наруто Узумаки, я пойду. — Но.. — он не успел ничего сказать, как её тело моментально исчезло. «Где его носит?» — Обито огляделся. Он ждал Какаши, который так отчаянно хотел поговорить. Но тот не объявился на фестивале. Собственно, за этим Учиха и пришел сюда. А в итоге оказался втянутым в разговоры шиноби и этот нелепый праздник. Ему было все равно чем завтра собирался заняться Гай или почему Ямато опоздал и что за срочное дело передала Шизуне. Ему в принципе было плевать на эту деревенскую жизнь, поэтому ему вскоре стало скучно. И, оставив компанию, он отправился к Хатаке. Свет горел в окне кабинета хокаге, когда Обито подошел к зданию. Он быстро переместил себя и постучал для приличия. — Ещё работаешь? — А-а, — Какаши сонно взглянул на друга и слабо кивнул. — Уже поздно? Фестиваль закончился? — Уже одиннадцать, — Обито окинул кабинет взглядом. Казалось, работы становилось только больше. Он даже забыл, что вообще собирался поговорить с ним. — Черт, не успел разобрать сегодня, — Хатаке закрыл глаза и вздохнул. Учиха не имел права советовать, поэтому промолчал. Да и что можно было поделать с этими делами и обязанностями хокаге? — Как девчонка? — небрежно кинул Какаши, и почему-то Обито стало неприятно. Он стерпел "девчонка", когда это кинул Ямато, когда повторил Генма, а теперь еще и Хатаке. Словно она была никем, словно она болезнь, от которой нужно избавиться. А еще Учихам было свойственна надменность и гордость, потому эти слова задели его. Обито ожидал, что Хатаке будет с ней обходителен и проявит большее уважение. «Ведь это один из самых могущественных кланов на грани вымирания!» Да и со стороны деревни он ожидал немного другого. "Она ведь девушка..", – подумал он, и в голове проскочила мысль, что мир, который он так отчаянно искал, и не наступит вовсе. — Девчонка? — нервно переспросил он, не в силах сдерживаться. — Ага, Учиха, — но Хатаке ничего не заподозрил и не поднимая головы, кивнул. — Я не следил за ней, — успокоился Обито и голос заледенел. — Найди то, что ей дорого в Эдо, — спустя некоторое время молчания говорит Какаши и поднимает свой глаз. — Мы не слишком далеко заходим? – Обито это уже все начинало не нравится. — Мы должны оставить её здесь, — Хатаке прозвучал так, словно у него был скрытый план на неё, которым он не собирался делиться с другом. Обито медленно поплелся домой. В этот одинокий и пустой район Учих, где никто не жил. Оно было построено так, словно было отдельной деревней внутри Конохи. Полуразрушенное его никто не спешил восстанавливать. Никому не было дела ни до этого, ни до Учих. В деревне ощущалась скрытая неприязнь каждый раз, когда Обито пытался жить. Никто ничего не говорил ему в лицо, но точно знал, что его ненавидят. Ненавидят Саске, который ушел скитаться. Ненавидят Итачи, который устроил резню, Мадару, Фугаку и теперь еще и «эту девчонку» как выразился Какаши. И их нельзя было винить. У них были все права ненавидеть. «Может, и вовсе не стоило приводить её сюда?» Не успел он подумать о ней, как почувствовал её чакру. Он скрыл свою, но почему-то хотел, чтобы она заметила его, и они поговорили. Что сказать он правда не знал. Сакуко использовала шаринган, но просто сидела на дереве недалеко от его дома. Кажется, она была сосредоточена. Потоки чакры точно и ритмично проходили через неё. Она выбрала удачное место, чтобы ей никто не мешал. Обито с трудом вспоминал девушку в своём детстве. "Значит, Шисуи.. Кто ходил вместе с Итачи?" Она была неприметной. Училась как и все. Он помнит, что была одной из немногих девушек, у кого шаринган пробудился в раннем возрасте. Теперь он начинает немного вспоминать. Был скандал, что Учиха вышла замуж за парня из другого клана. Для мужчин взять жены из другого клана было нормой, а вот женщинам это было запрещено. Тем не менее, ее мать вышла за простого парня, который даже не был шиноби. Они жило обособленно, мало с кем общались. Их дом был на самом отшибе района Учих, и им даже запрещали вывешивать герб дома. Когда у них родился сын, случился еще один скандал, потому что у мальчика не было никакой силы. Он был простым человеком с самыми обычными карими глазами. А простому человеку было нечего делать в Конохе. Постоянные скандалы и непринятие общества довели мать. Но когда она родила девочку, и у неё оказалась чакра, в семье появилась надежда. А потом погиб отец, старшего брата отослали, и мать с дочерью остались вдвоем. Что случилось Обито уже не знал. Но слышал, что её шаринган пробудился раньше его. Сакуко вдруг спрыгнула с дерева и отправилась куда-то в противоположную сторону. Он не хотел следить за ней или останавливать. На какой-то момент он даже захотел, чтобы она бежала и стала свободной.