Я рядом, слышишь?

Заходя наконец в пустую, темную квартиру, Серафим сразу ощутил привычный холод, веющий из глубины коридора. Забив на незапертую входную дверь, устало бросил рюкзак в полку. С силой ударил кулаками по холодной стене, прислоняясь к ней же головой. Наконец-то рядом не было никого, наконец-то он может перестать держать в себе эмоции, скрывая их за хоть и милой, но натянутой, вымученной и неискренней улыбкой. Эмоции, которые копились уже очень долго, эмоции, которые переполняли его все сильнее. Эмоции, которые уже приносили боль. Держаться Серафим больше не мог. Рывком развернувшись, он оперся спиной о стену, рвано всхлипывая. Из глаз потекли слезы. Ноги вдруг ослабели, задрожали, и Сидорин сполз вниз по стене, не обращая внимания на то, что сейчас декабрь, и вся плитка, служившая полом в прихожей, залита серыми лужицами растаявшего грязного снега. Он почувствовал, что сердцебиение ускоряется. Кровь стучала в ушах, создавая угнетающий шум. Ему начало казаться, будто вокруг заканчивается кислород, ему нечем дышать. Непонятный и беспочвенный страх накатывал с каждой секундой, становясь только сильнее и заполняя собой каждый миллиметр сознания. Страх настолько сильный, что Сидорина начала бить дрожь, а из глаз еще сильнее потекли слезы. Он пытался сконцентрироваться на дыхании или в принципе хотя бы на чем-то, но не получалось, и ему становилось лишь хуже. Из последних сил жадно ловя ртом воздух, Серафим дрожащей рукой дотянулся до телефона, выпавшего из кармана. Не с первого раза, но все же смог ввести пароль, нажал на «экстренный вызов». Нужный номер был закреплён, и это Серафима и спасло: в таком состоянии он ни за что не смог бы ввести его, хоть заветные одиннадцать цифр помнит наизусть. Слышны стали длинные гудки звонка. Но Серафим больше держаться уже не мог. Сердце колотилось, как бешеное, страх накатывал волнами, с каждым разом все сильнее и сильнее, кислорода стало катастрофически не хватать. Вокруг сгущались тени, Сидорин ничего не различал, да и не видел сквозь пелену слез, застлавшую глаза. Помутненный разум не мог контролировать собственное тело, руки дрожали. Мелькнула радость, что Сидорин успел набрать номер — сейчас он уже не смог бы даже включить телефон. Однако все эмоции тонули в бесконечном непонятном страхе, накатывающем с новой и новой силой. Сквозь нарастающий шум в ушах Серафим различил голос из трубки, но ответить не смог — и так воздуха не хватало. Спустя пару минут экран погас — собеседник сбросил звонок. Ему не помогут. Что теперь будет, неизвестно. Сидорина трясло все сильнее, никак не получалось нормально сделать вдох, еще и нос заложило. Вот уже появилось ощущение, будто он погружается в пустоту, его окутывает темнота… Как вдруг из тьмы его вырывает голос, доносящийся словно сквозь толстый слой ваты: — Серафим! Серафим, ты меня слышишь? Сидорин не был в состоянии произнести ни слова, его трясло. Тут он почувствовал, как его руку прижимают к груди, и голос, все же добиравшийся до разума: — Дыши со мной, пожалуйста. Спокойней, давай, ты сможешь… Серафим помотал головой. Он не понимал, кто сейчас рядом с ним, не понимал, что ему нужно делать и что вообще происходит. По щекам скатывались слезы, страх не отпускал. Постепенно он все же услышал то, что ему говорили. Правда, пытался сделать то, что просят изо всех сил, но никак не получалось взять себя в руки. Однако через какое-то время у него наконец получилось сделать нормальный вдох. Потом еще один. И шум в ушах затихал, он даже мог уже что-то различить. Перед собой он увидел стоящего на коленях Андрея, обеспокоенно выглядывающегося в его глаза. Увидев, что Серафим тоже на него смотрит, спросил: — Сим, тебе лучше? Сейчас спокойнее? Сидорин не ответил, просто кивнул, прерывисто вдохнув. — И хорошо. Давай, успокаивайся, я здесь. Еще минут двадцать прошло, пока Сидорин приходил в себя. Спустя это время он смог уже даже произнести несколько слов, а Андрей помог ему подняться на ноги. Взяв лицо парня в свои ладони, Федорович провел большими пальцами по щекам, вытирая слёзы, и произнёс: — Кот, все хорошо, я рядом. Слышишь? Сидорин несколько раз кивнул, после прижимаясь к обнявшему его в ответ Андрею. Проговорил тихо: — Спасибо тебе. Огромное… — Ну что ты, — улыбнулся Андрей, касаясь губами макушки парня. — Я рад, что успел помочь.