В Уиндоме всегда тихо

В пятницу уроки кончились довольно поздно, и до назначенного братьями Ширли времени оставалась пара часов. Казалось бы, за это время можно пообедать, немного поиграть или развлечься иным способом. Но благодаря Беверли они успели только переодеться. Приготовления начались с дома близнецов, девушка сначала решила одеть друга и брата. Адам никогда в жизни так тщательно не подбирал одежду, а это была лишь рядовая дружеская вечеринка, не свидание и не выпускной. Теперь ему было страшно. Парни перемерили почти весь гардероб Брендона, вещи нещадно были разбросаны на кровати, и у кого-то уйдет много времени, чтобы сложить их обратно. Адаму было искренне жаль своего друга. — Не пойдет, — категорично заявила Беверли, глядя на брата, который был одет в белую хлопковую рубашку с коротким рукавом (который был не совсем коротким и скрывал руку до локтя) и бледно-синие джинсы. — Рубашку отдай Адаму, она ему больше пойдет. — С чего ты взяла? — вздохнул парень, уже стягивая свою футболку. Ну, не совсем свою. — Ты у нас светлокожий блондин, белый тебе к лицу, свободные рукава скроют то, что у тебя руки как щепки, и перетянут взгляд на предплечья, которые выглядят очень хорошо со всеми браслетами. Грубо, прямо, и Адам не собирался с ней спорить. Ему, по большей части, было плевать, вот что он одет. Главное, что опрятно и в чистое. — Бренди, я помню, что у тебя было черное поло в белый горошек, найди мне его, — продолжала раздавать команды девушка. — Адам, тебе еще нужно надеть те льняные бежевые брюки, и ты станешь нашей сладкой карамелькой. — А я тогда кто? — приподняв бровь, поинтересовался Брендон. — Вот сейчас подберем тебе образ и определимся. В итоге, в том черном поло и светло-коричневых джинсах его нарекли подгоревшим тостом. Поизмывавшись над парнями, девушка удалилась к себе и устроила им показ мод. Как обычно, мнение зрителей не спрашивали. Итак, спустя почти два с половиной часа собралась компания из карамельного Адама с его бело-бежевым нарядом, чуть подгоревший хлебушек Брендон и клубничная жвачка Беверли в ее вельветовом ярко-розовом спортивном костюме со смешным количеством страз по бокам рукавов и штанин. Адам ненадолго заскочил домой, чтобы взять зубную щетку и сменную одежду, и после они втроем направились к дому Ширли. Второй раз входить туда был столь же волнительно, как и в первый. Их также встретил Люцифер, но не один, а с большим и страшным на вид доберманом. — Познакомьтесь с Рамзи, — блондин с усмешкой потрепал поистине адскую псину по голове, — она весьма добродушная, так что не бойтесь. Просто протяните руку и дайте себя обнюхать. Друзья так и поступили. К счастью, Рамзи действительно не проявляла агрессии. Утолив свое любопытство по поводу новых лиц на ее территории, собака потеряла к ним интерес и начала бегать по лужайке. Люцифер повел ребят в дом в тот домашний кинотеатр. Там находились всего два человека. Один был довольно высокий и худой мулат с невыразительным лицом и потрясающе красивыми светло-медовыми глазами. Рядом с ним словно неугомонный ребенок крутился невысокий белый парень с роскошной копной чуть волнистых светло-каштановых волос. — Познакомьтесь с моими младшими братьями, — проговорил Люцифер и поочередно указал рукой на мулата и мелкого паренька, — Рафаил и Гавриил. — Приятно познакомиться! — с очаровательной улыбкой подбежал к друзьям Гавриил и энергично стал жать руку каждому. Голос его был звонким, высоким, детским еще. Должно пройти еще несколько месяцев, прежде чем он начнет ломаться. Рафаил так же ответил рукопожатием только вел он себя гораздо сдержаннее и молчаливее. Там, где самый младший был неутомимым солнышком, мулат являлся недвижимым айсбергом. Вскоре пришел Михаил с подносом стаканов и большой бутылкой колы. Беверли помогла накрыть небольшие столики, пока Адам и Брендон двигали мебель, чтобы удобно устроиться перед экраном. Похоже, что эта комната не всегда используется как кинотеатр. И вот все было готово. Люцифер запустил фильм и погасил свет. Во время начальных титров все расселись. Близнецы выбрали себе кресло-мешок, Адам сел рядом с ними в угол дивана. Справа от него сел Михаил, еще правее устроились Люцифер и Рафаил. Гавриил вытащил кресло-мешок прямо перед серединой дивана и развалился на нем как король. В итоге Люцифер грубо пнул его, и младшему пришлось с ворчанием подняться, чтобы выключить свет. Как только комната погрузилась во тьму, кто-то щелкнул пультом и начался фильм. Первые кадры не предвещали ничего такого, но Адам интуитивно понял, что ребята выбрали какую-то комедию для просмотра. Так и оказалось, когда прошла заставка. Название фильма показалось ему знакомым, пускай он его и не смотрел. Фильм оказался забавным, Гавриил заливался смехом каждый раз, когда инопланетянин Пол как-то пытался поддеть своих земных друзей. Адаму шутки казались пошлыми и безвкусными. Он был немного обрадован, когда незаметно огляделся и увидел, что на лице Михаила застыла безразличная маска, а Беверли с Брендоном больше уделяли внимание попкорну, нежели фильму. Адам схватил зубами коктейльную трубочку и с досадой быстро обнаружил, что кола в стакане закончилась. Он завертел головой в поисках бутылки, но сдался уже через минуту, так ничего и не обнаружив. Что-то коснулось его локтя, отчего Адам вздрогнул. Это был Михаил, который держал в руках искомую бутылку. Он вопросительно поднял брови, и Адам благодарно кивнул, пододвинув свой стакан. Зашипели пузырьки в газировке, кожу обдало прохладой через тонкое стекло, и настроение улучшилось как по волшебству. На лице Адама появилась улыбка, и он даже посмеялся над парой шуток из фильма. И вот финальные титры. Рафаил поднялся с места, чтобы включить свет, Адам потянулся, чтобы разогнать кровь в затекших мышцах. — Как тебе фильм в этот раз? — услышал он вопрос от Михаила. — Неплохо, — парень пожал плечами. — Хотя многовато пошлого юмора на мой вкус. — Ой-ой, посмотрите, кто у нас стал правильным, — съязвила Беверли. У Адама возникло желание что-нибудь в нее кинуть. — Это другое, — уязвленно фыркнул он и отвернулся. Девушка заливисто засмеялась. — Да-да, — продолжала ухмыляться она, — как скажешь. — Ну, — поднялся Люцифер со своего места, разминая спину, — один раз посмотреть сойдет. Михаил и Рафаил кивнули, соглашаясь с ним. Лишь Гавриил обиженно нахмурился. — Эй! Классный фильм! — Для такой мелочи как ты, — Люцифер был безжалостен. За что в него полетел попкорн. — Не разбрасывайтесь едой, — строго произнес Михаил. — Приберемся и пойдем в гостиную. Старшего все послушали. Адам с друзьями не стали стоять в стороне и помогли братьям. После чего все переместились в просторную светлую гостиную. Пожалуй, эта комната была больше, чем весь дом Адама. Там были светлые обои, широкие карнизы с вензелями, лепнина на потолке, огромный камин напротив дверного проема, огромные окна, два светло-серых дивана и два кресла с широким журнальным столиком между ними. Два проема по обе стороны от камина вели в неосвещенные комнаты. Гавриил нырнул в ту, что находилась справа, пока остальные устраивались на местах, а Михаил пошел на кухню, чтобы принести еще напитки. Адам со своими друзьями уселся на диван, что был ближе к окну, Люцифер вальяжно развалился на кресле, а Рафаил сел на диван напротив Беверли. Гавриил вскоре вернулся с целой охапкой настолок и с гордым видом водрузил их на стол. — Ну, господа и дама, — он подмигнул Беверли, — выбирайте. На стеклянной столешнице лежали коробки с Монополией, Каркассоном, колода Уно, Манчкин и Либертекс. — Я выбираю Уно, — Беверли схватила маленькую коробочку с картами. Тут вернулся Михаил в одной руке он нес поднос со стаканами, второй зажимал подмышкой две бутылки газировки. — Монополия, — прозвучал его спокойный глубокий голос. Люцифер поморщился. — О, нет, это затянется на всю ночь, — возразил он. — Предлагаю Каркассон. — Я согласен с Люцифером, — впервые Адам услышал голос Рафаила. У него был чистый баритон, еще с хрипотцой от последствий мутации. Приятный, но Адаму больше нравился низкий тембр Михаила. — Мы не играли никогда в такое, — Брендон с любопытством поглядел на коробку с упомянутой игрой. — Не волнуйся, мы все объясним, — Гавриил плюхнулся на диван рядом со старшим братом, рядом сел Михаил. Младший потянулся к коробке и убрал остальные игры на пол. — Итак, это будет жаркая битва.