Прозрение без очков

Гермиона и Рон возвращались в Хогвартс, пытаясь отговорить Гарри от завладевшей им идеи отомстить Сириусу Блэку. Но Гарри не слышал и не слушал друзей: откровение о том, что беглый преступник был близким другом его родителей и предал их Волан-де-Морту, слишком сильно повлияло на него. — Гарри, да пойми ты, — почти кричал Рон, — Блэк взрослый волшебник, пожиратель, единственный беглец из Азкабана! Он знает такие чары, о каких учителя нам ни за что не расскажут! Даже если ты найдёшь его, то не победишь, а погибнешь! — Рон прав! — кивала головой Гермиона, пытаясь поспеть за мальчиками. — А как же мы? О нас ты подумал? Что будет с нами без тебя? При этих словах она застыла на миг, вспоминая тролля, зашедшего в женский туалет два года тому назад. Тогда она выжила благодаря Гарри, вспомнившему о ней, кинувшемуся на шею монстру, чтобы отвлечь его от неё, стоявшей без движения от ужаса. Тогда она восхитилась Гарри Поттером, столь храбрым, добрым, милым... От последней мысли щёки Гермионы покраснели. В последнее время она всё отчётливее понимала, что Гарри ей нравится. И могло ли быть иначе? Только с ним у неё были достаточно тёплые отношения. Не в Рона же ей влюбляться? Рональд, конечно, хороший друг, но как партнёр в семейной жизни... Раздавшийся крик вывел её из размышлений о Гарри, Роне и отношениях внутри их группы. Гермиона увидела, что Гарри, увлёкшись спором с рыжим другом, не заметил, как лестница пришла в движение, покачнулся, чудом удержавшись на ногах. Но на его лице уже не было очков, и Гарри подслеповато щурился, оглядываясь по сторонам. Гермиона ойкнула, подбежала к друзьям. Вместе с Роном они повели Гарри к мадам Помфри: искать очки смысла не было — упав с высоты, они наверняка разбились вдребезги, а спешащие по своим делам ученики окончательно привели их в негодное состояние. Поэтому надо было попросить у медсестры заказать новые. Ведь не единственный же Гарри носитель очков в Волшебном мире. Мадам Помфри выслушала учеников, сняла с Гарри необходимые мерки, что-то записала на листе пергамента. — Ну вот, — сказала она. — Новые очки прибудут через неделю. — Когда? — переспросил Гарри, думая, что ослышался. Целую неделю ходить без очков, не видя совершенно ничего! Это же кошмар! — А ты что, думал, что на Рождественские каникулы только школьники отдыхают? — спросила мадам Помфри, наливая успокоительное и подавая его Поттеру. — Нет, сейчас ты нигде ни одного работника не найдёшь, все ушли в отпуск, праздновать. — А нельзя ли через ту же неделю просто исправить зрение Гарри? — спросила Гермиона. Медсестра покачала головой. — Увы, нет. Вы, мисс Грейнджер, возможно, не знаете этого, но плохое зрение — норма для семьи Поттеров. В середине прошлого века один из его предков, мракоборец, в погоне за одним из преступников получил наследственное проклятие. И все его потомки, в их числе мистер Поттер, имели очень плохое зрение. Поэтому нет, его зрение исправить нельзя. На этом разговор был окончен, и трое друзей покинули больничное крыло. — И как мне учиться всю эту неделю? — убито спросил Гарри. — И ходить по школе? — Мы поможем тебе! — заверила его Гермиона быстрее, чем успела обдумать свои слова. Гарри нужна была помощь, и она ему поможет! Гермиона хотела добавить, что учителя войдут в его положение, но промолчала: если Макгонагалл или Стебль сумели бы понять ситуацию и закрыли бы глаза на написанное чужой рукой эссе, то от Снегга ожидать такой доброты к неслизеринцу, тем более к Гарри Поттеру, было глупо. Дойдя до гостиной, Гермиона и Рон усадили Гарри на диван, и Рон отвёл её в сторону. — Гермиона, — начал Рон, опуская глаза, — давай водить его по замку будешь ты. Гарри ведь за руку придётся водить, и если его заметят со мной... в общем... Гермиона взглянула на Рона с удивлением. Что такого может произойти, если ученики или учителя увидят, как он помогает своему другу? Но решила не спорить. — Тогда ты напишешь за него домашние задания! — отчеканила она, не желая, чтобы Рон бездельничал. Рон с готовностью кивнул, удивив подругу ещё больше.