Терять больше нечего

Конец. Рано или поздно мир бы пришёл к концу войны. Правительство достигло согласия, и многие выдохнули с облегчением. Многих не стало, но умирали не только люди, но и города. Они разрушились, стёрлись с лица земли. Мы навсегда потеряли некоторые города: Часов Яр, Бахмут, Авдеевка, Мариуполь, Северодонецк, Соледар, Новотошковское, и это лишь малая часть. Война - это опасность, смерть, голод, страх, холод. Алексей знал всё это на собственной шкуре. Как жаль, что люди всегда приходят к этому, словно не видя других решений конфликтов. Как только они забывают одну войну, то происходит другая, и так по кругу. Они не могут без этого, люди так устроены. Ещё не одно поколение не выросло без войны. И если война не касается твоей страны, города, населённого пункта, улицы, дома, в конце концов, то это не значит, что её нет где-то в мире. Рано или поздно они бы все встретились со смертью. Кто-то был на волоске от встречи с ней, например, во время Великой Отечественной. Донской да и все были с ней рядом, смерти не удалось забрать их в тот раз, но не в этот. Начало июня 2100 года. Прошло достаточно времени с тех пор, как костлявая рука смерти коснулась последней надежды Ростова. Морской воздух - самый свежий и родной. Старая могила. Она была здесь единственной, расположенной на диком пляже. Вокруг неё росли деревья и в некоторых местах зеленела молоденькая травка, но первое место в этой лесной композиции занимает белая акация. Они росли прямо за могилой, создавая полукруг. Чёрная рубашка того же цвета, брюки и ботинки. В руках букет из десяти кровавых роз. Каштановые кудри с причудливым хохолком, зелёные глаза, которые раньше были словно степное поле, такие же яркие, насыщенные, сейчас были безжизненными, мёртвыми. Мимо могилы просто так не пройти, до неё нужно было идти по определённому маршруту и по нему же возвращаться, да долго, но это укромное местечко было скрыто от посторонних глаз или неудачливых людей, что во время прогулки набрались на могилу. Стоя перед старым крестом и смотря на фотографию, которая была аккуратно прибита к дереву, в голове возникла лишь одна мысль: "Почему не я?". На могиле лежало много разных живых цветов: сто две голландских розовых розы лежали с правого бока от креста, символизируя нежную и любимую дружбу. Этот букет от Донецка. Такого же цвета и количества, но уже лилий было от уцелевшего Харькова с левой стороны. Незабудки синего и гиацинты голубого цвета подчеркивали мудрость усопшего, и вправду этот человек просчитывал каждый шаг и каждый исход событий. Тюльпаны, ромашки, красные гвоздики, жёлтые нарциссы и большое количество красных и белых роз. Аккуратно положив свой букет к остальным, Алексей всё продолжал сидеть на корточках и смотреть на старую фотографию, где была запечатлена его жизнь, его душа. – Привет, Женя. Ну как ты тут? Я вот потихоньку, потихоньку, у тебя ещё один появился, представляешь? Женей назвали, на тебя так похож, ну прям копия. Донской замолчал, на сердце скреблись кошки, рассказать хотелось много чего, но почему-то не получалось, как будто ком в горле застрял. Выпрямившись, он закурил. – Ладно, Женя, я ещё приду, ты же знаешь, я всегда прихожу, даже когда нельзя. Идя обратно по песчаному берегу, взгляд упал на закат, который был как всегда прекрасен. Небо словно поделилось на две полосы: самый верх был ещё голубым и плавно переходил в оранжевый. Волны прибивали к берегу частички песка и ракушек. Прохладный ветерок приносил долгожданную свежесть. Жизнь идёт своей чередой, кто-то рождается, кто-то умирает, а море будет вечно.