Монстр

— Лью, ты точно хорошо себя чувствуешь?       Алиса* не могла не заметить странности в поведении прокси своего Хозяина. Даже не особо наблюдая за ним, просто выполняя свою работу, горничная Оффендермена задаётся вопросом: почему зомби уже несколько дней ходит сам не свой? Вчера он чуть не согласился «сходить по бабам» с Оффендером, позавчера пытался пнуть Инглеберта Хампердинка (за что получил нагоняй), а ещё раньше отказывался заходить в свою комнату. Последнее больше всего удивило Алису… Обычно Вудс при любой удачной возможности сбегал в комнатку в конце западного коридора второго этажа. Девушка много раз пыталась убраться там, просто чтобы выполнить свой долг перед Хозяином, но Лью никогда её не пускал. Одному дьяволу известно, что там происходит, но последнее время Вудс обходит дверь в свою же комнату чуть ли не за километр.       Теперь же парень круглые сутки бродит по месту обитания Оффендера и его прокси, словно привидение, смотрит куда-то в пол мертвыми глазами и бормочет себе под нос.       За 300 лет службы она повидала многое. «Многое» в доме первого извращенца Параллели стоит воспринимать как «всевозможную жесть». Алиса никогда не задала бы этот вопрос, если бы Льюис хоть как-то отреагировал на пуделя Арк, который пытается укусить руку «домашнего призрака» уже минут двадцать.       Собака скачет за зомби, который ходит по гостиной, и старается откусить хотя бы палец. Раньше наглый пёс за такое получил бы от Вудса убийственный взгляд, от чего собачка тут же убежала к хозяйке, сверкая пятками. Однако сейчас парень совершенно не замечает вообще н-и-ч-е-г-о. — А? Что? — Он дёргается и резко поворачивается в сторону Алисы, присевшей на доисторическом диване. Глаза парня распахнуты, зрачки сужены, волосы взъерошены, руки нервно теребят конец чёрно-белого шарфа, ноги дрожат и еле держат хозяина. И при такой напряжённости он никак не реагирует не только на собаку — он игнорирует даже вылезшего из носа червяка. — У тебя… на лице… — Девушка указывает пальцем на собственный нос, намекая на небольшой косметический дефект. Парень пару секунд стоит, затем медленно подносит дрожащую руку к лицу и одним движением скидывает червя. — И на твою конечность открыта охота. — Парень поворачивается в сторону пса. Пудель смотрит на Льюиса, Льюис — на пуделя… И после этого собака начинает скулить и бросается прочь из гостиной. Девушка откладывает книгу, вздыхает и, собравшись с мыслями, обращается к парню: — Лью, ты меня сильно беспокоишь… — А? — он опять резко поворачивается к девушке. Кажется, в шее зомби что-то громко хрустнуло. — Что-то не так? — Начнём с того, что ты не спишь уже несколько дней. — Я вообще не могу спать, если ты забыла. — Парень пытается улыбнуться, но это лишь больше озадачивает горничную. Точнее, её озадачивает то, что она видит у него во рту. Господи, там же полно червей… — Ты полностью забил на себя. Когда ты последний раз причёсывался? — Ну… Не… Пх, буэ-э… — не выдержав такого наплыва червей, он выплёвывает их прямо на недавно очищенный от собачьих отходов ковёр, сложившись пополам и обхватив руками живот. Серовато-зелёная масса с червями в придачу не сильно радует девушку. Она кривится и закрывает рот рукой. И ей это всё убирать… Раньше Вудс старший никогда себе такого не позволял, являясь одним из самых приличных жителей Параллели. Что же случилось? То дрожит как осиновый лист, то блюёт прямо на пол, то… — Лью, иди и отдохни. — твёрдо произносит Алиса, смотря прямо в тусклые зелёные глаза Вудса старшего. Сложившаяся ситуация требует решительных мер. — А? — парень выпрямляется и стирает рукавом остатки слюны с лица. — Отдохни. Иди в комнату и попытайся хотя бы просто полежать.       Глаза зомби ещё больше расширяются от ужаса. Да что не так с этим парнем?! — Но… я же…       Девушку это начинает раздражать. Лью никогда раньше с ней не спорил. Никогда. Слово Алисы всегда было для него законом. Это логично, главнее девушки в этом доме только сам Оффендермен, их Хозяин. Даже если бы она сказала повторить какой-нибудь идиотский цирковой трюк Смеющегося Джека, то прокси обязательно это сделал бы.       Почему же сейчас парень упрямится?       Не желая и дальше слушать неразборчивую речь живого мертвеца, горничная встаёт с дивана, достаёт свой любимый нож, стремительными шагами подходит к Вудсу, топая тяжёлыми сапогами на весь дом, и приставляет оружие к его шее. Такое ощущение, что она сейчас перережет не горло, а гнилой фрукт. Как зомби ещё держится-то? На одной братской любви? — Это приказ, Льюис Вудс, — она злобно смотрит прямо в его испуганные глаза. И для эффекта добавляет: — Приказы не обсуждаются.       Зомби застывает. Гробовая тишина держится пару минут, после чего её нарушают вопли Арк и смех Оффендера где-то в глубине дома.       Вудс делает робкий шаг назад. Он явно понимает, что надо слушаться Алису, но не хочет этого делать. До дрожи в коленях не хочет. Он то открывает рот, готовясь что-то возразить, то закрывает его, смотря по сторонам, словно рядом могут валяться аргументы. Дыхание у него прерывистое, словно каждый вдох даётся парню с большим трудом, глаза бегают, руки сами не знают, чем ещё себя занять. — Алиса, я… — Лью, — девушка немедленно прерывает его попытки что-то придумать. Она не намерена слушать ложь. — Что произошло? — Н-ничего… — однако он понимает, что таким нелепым враньём от горничной Безликого не отделаться. Он видит, что она начинает злиться. Девушка, сложив руки крестом на груди и притопывая ногой, ждёт правду. И она не отступит, пока не узнает всё. Вздохнув, Лью поправляет волосы и медленно говорит: — Я… Я… Должен признать… я ощущаю себя монстром…       Их беседу неожиданно прерывают вопли Оффендермена: — Слим Пикенс, да, он поступает правильно! — далее следует грохот, звук бьющегося стекла, лай и маты Арк. — Он сбрасывает бомбы в ад, да, сбрасывает бомбы в ад! — Хватит смотреть дерьмовые старпёрские фильмы и называть Советский Союз адом! — затем кричит не своим голосом Арк. — Опять… — Оффендер и Арк часто ссорятся. Ну, точнее, первый что-то вытворяет, а вторая его за это ругает и пытается бить. Спрашивается: кто тут ещё Хозяин, а кто — прокси? Однако в такие моменты их лучше развести по разным углам, пока никто не пострадал. В данной ситуации эта роль выпадает Алисе, так как Лью не в состоянии что-то предпринять. Раздраженно вздохнув, она направляется в сторону криков. Где-то на середине лестницы, ведущей на второй этаж дома, она поворачивается к парню. Тот стоит в той же позе, словно боится пошевелиться. — Лью, пожалуйста, иди к себе. Поговорим об этом чуть позже.       На этом их разговор закончен. Алиса уходит разнимать Арк и Оффендера, Лью остаётся в гостиной. Вскоре он уходит в свою комнату. Но есть одна неучтённая Алисой деталь — его лицо… А если быть точным — его мысли. Она проигнорировала ураган мыслей в голове зомби. С одной стороны, девушка не может заглянуть в его мозг, но и позже Алиса займется своими делами, а не сразу же вернётся к Лью.       Тем самым допустив роковую, непростительную в данной ситуации, ошибку.

***

      Выйдя из душа, девушка быстро вытирается, надевает пижаму — на самом же деле просто самое длинное из всех платьев жертв Оффендера, что попадали в Параллель — и направляется в свою комнату. Горничная уходит спать позже всех и встаёт раньше всех.       По дороге Алису терзают мысли о Льюисе. Что не так с ним, чёрт возьми?       Если подумать, то он уже несколько недель такой, просто последнее время это ярче проявляется. Где-то три недели назад он стал витать в облаках. Но ладно, бывает такое, что он «зависнет» и либо не реагирует ни на что, либо реагирует чертовски медленно. Особенности потрепанного смертью мозга, так сказать. Две недели назад он стал говорить странные вещи про смерть. Он не из тех, кто любит говорить про смерть, поскольку знает о ней больше других. Но две недели назад фразы вроде «а было бы мучительно умереть от заражения крови» исходили от него весьма… часто. Нет, в Параллели и без него все об этом говорят, но когда ты обсуждаешь с ним погоду, а он внезапно говорит про смерть от удара тупым предметом, то это даже последнему больному ублюдку это покажется странным. Но самое странное произошло неделю назад.       Он перестал ходить к Джеффу. Он перестал даже говорить о нём.       Обычно Лью только и говорит о младшем брате, чуть ли не восхваляя его по поводу и без. Также он всегда умудряется сбежать посреди задания на другой конец Параллели, взглянуть на братика и быстро вернуться. Недавно он повздорил с Арк; она предложила ему уйти жить к брату, раз ему так не нравится здесь. Тогда Лью застыл, посмотрел на Арк, как на полную дуру, и сказал, что скорее переспит с Оффендером. Тогда все присутствующие не могли поверить своим ушам, даже Инглеберт Хампердинк соизволил поднять голову.       Что-то тут явно не чисто. Думает постоянно о чём-то своём, трясётся, говорит о смерти, внезапно стал так странно относиться к Джеффу…       Неужели…       Да нет, это безумие. Лью бы никогда этого не сделал, он же любит его… Можно даже сказать, что любит далеко не обычной братской любовью. Но иных вариантов горничная, к глубокому сожалению, не видит. Как ещё можно объяснить странное поведение Льюиса?       Он хочет сделать это, ужасно хочет. Но боится.       Пока боится.       Алиса застывает, уронив одежду на пол. Она уже стоит у двери в свою комнату, но теперь ей нужно в совершенно другое место. Причём срочно.       Быстро развернувшись, девушка на максимальной скорости бежит в сторону комнаты Вудса старшего. " — Господи! — проносится у неё в голове. — Он хочет убить Джеффа! Чешир, он хочет убить Джеффа!»       Пролетев очередной поворот, она оказывается прямо у двери в его комнату и, дернув ручку, сдерживает мат. Заперто. — Льюис Вудс! Немедленно открой! — Нет ответа. — Я сказала «немедленно»!       Но ответа всё нет и нет, сколько бы она ни била несчастную дверь. Может, он спит? Нет, он же не может спать… Логично, он же чертов зомби! Что ж, это требует решительных мер. Собравшись с духом, Алиса отошла от двери и с разбега ударила по преграде. Горничная проделывает это снова и снова, психует и бьёт чуть ли не двумя ногами сразу. В конечном итоге дверь поддаётся.       То, что увидела горничная, заставило её ужаснуться и усомниться в адекватности прокси своего Хозяина. А ведь когда-то она считала его одним из самых адекватных существ в этом ужасном мире. Да и в людском. В какой-то мере…       Абсолютно всё свободное место на стенах — а его из-за небольшого количества мебели очень много — занято фотографиями. Учитывая личность хозяина комнаты, нетрудно догадаться — это фотографии с Джеффри Вудсом. Джефф на прогулке, Джефф на задании, Джефф в ванне, Джефф играет в компьютерные игры, Джефф играет в карты с КагеКао, Джефф читает комиксы, Джефф, Джефф и ещё раз Джефф. Некоторые изрядно затёрты, и Алиса даже не хочет знать почему. На старой кровати валяется плюшевая игрушка Джеффа. Ещё на столе лежит пара открытых альбомов с фотографиями Джеффа из прошлого.       Если смотреть по меркам Параллели, то это могло выглядеть даже мило. А что? Братская любовь, все дела, плевать, что она перешла уже все границы.       Вот только всё это великолепие разрушено.       Фотографии изорваны. Игрушку словно растерзал дикий зверь. Царапины везде: на стене, на мебели, даже на полу и потолке. Дверца шкафа вообще расколота надвое и теперь валяется где-то в другом конце комнаты. И везде красуется надпись, написанная чьей-то кровью (скорее всего, этого странного трупа в углу, но кто это и откуда?), — «ИСЧЕЗНИ». Это словно из уст Лью равносильно «иди спать» его брата.       К своему ужасу, Алиса была права.       Лью действительно собрался убить Джеффа.       Нет, Алисе плевать на судьбу Вудса младшего; он не входит в её зону ответственности, как и все прокси Слендермена. Девушку волнует больше старший из братьев. Никто не знает, какая муха его укусила, но наверняка скоро это пройдёт, и он будет сильно сожалеть. К тому же, есть правило, запрещающее прокси убивать прокси без приказа Хозяина.       И за нарушение этого правила полагается смерть. — Оффендермен! — вопит во всё горло Алиса. — Оффендермен! Сорвавшись с места, девушка как можно быстрее бежит в обитель Хозяина.       Лишь бы Лью не наделал глупостей!

***

      По улицам Параллели, как всегда, ходят разные уроды: гномы, призраки, живые трупы, изуродованные люди и прочие существа. Идя против потока, зомби смотрит куда-то себе под ноги, сжимая в руке верный тесак. Он даже не помнит, где именно его взял, но столько голов снёс этой штукой, что уже обидно расставаться со старым «напарником». Лью вообще не любит изменения и в душе весьма консервативен, но сейчас ему предстоит круто изменить свою жизнь.       Почему? Так надо. Так ему говорит внутренний голос, внутренний монстр, который с каждым днём становится всё сильнее.       Можно подумать, что это Салли, но его давно нет. Лью уже месяц не слышал старого друга, а через неделю после его пропажи пришло… что-то иное.       Зомби наконец добрался до места назначения. Оглядев полуразрушенный особняк, он заметил нужную табличку на каком-то древнем жутком языке. Лью хорошо разбирается в языках, но этот он видел только в Параллели. Он не владеет причудливым языком, но давно выучил значение именно этой надписи — «Слендермен». Если говорить коротко, то тут обитают Слендермен и его прокси. Сам Безликий наверняка сейчас отсутствует, как и многие другие прокси. Ночь, как никак, пора выходить на задания. Но Вудс точно знает, что один человек всё же остался, поскольку у него сегодня выходной. И этот человек сейчас сидит на крыльце, читая какой-то принесённый с Земли комикс. Судя по всему, он недавно тренировался, так как даже с нескольких метров видно, что толстовка вся мокрая.       Лью делает ещё пару тяжёлых шагов и оказывается на расстоянии вытянутой руки от брата. Тот поднимает голову, кидает куда-то за спину комикс и встаёт, с радостью приветствуя гостя: — О, Лью, сто лет тебя не видел! — Джефф делает шаг навстречу брату, чтобы обнять его, но тот резко отходит, чем немало удивляет младшего. — Э? Лью, ты чего?       Молчание. Вудс старший продолжает смотреть под ноги, но теперь ещё и бормочет. Джефф, не имея блестящих умственных способностей, совсем не понимает шутки, но не нужно быть гением, чтобы понять — с Лью что-то не так. — Хей, чувак, — Джефф подходит чуть ближе и кладёт руку на плечо брата. Тот вздрагивает. — Ты как? В норме? — Джефф… — тихо хрипит Лью, но убийца слышит его. Он смотрит куда-то в сторону и добавляет: — Ты же знаешь… — Что?.. — Я… — парень не может собраться с мыслями. Они прыгают в его голове, скачут и летают на баллистических ракетах, не давая зомби спокойно всё высказать. Тряхнув головой, он продолжает: — Я никогда не позволил бы тебе увидеть свою худшую сторону… — Чего? — на лице Джеффа отразилось непонимание. О какой «худшей стороне» говорит брат? Что тут вообще происходит? — Ну, э-э-э… ты даже не орал на меня никогда? Но к чему ты… — Я держу её взаперти, но я не могу контролировать это…       Зомби тяжело дышит. Он дрожит. Он большими от страха глазами смотрит теперь не в ноги или куда-то в сторону, а прямо в глаза брату, что пугает младшего. Гнилая рука сжимает оружие всё крепче, так и хочется зарядить психопату со страшной улыбкой, но… Что-то всё ещё мешает ему это сделать. Какая-то часть Лью всё ещё соображает и мыслит трезво, она не даёт ему поднять руку на брата и сделать задуманное.       Но монстр внутри всё же берёт контроль. — Допусти-и-им, — протягивает Джефф. Он, дурак, всё ещё ничего не понимает, но инстинкт подсказывает ему хвататься за нож в кармане толстовки и защищаться. Он не знает, откуда это взялось и зачем вообще это нужно, но что-то прямо кричит в его голове, что пора бить. И это явно эффект не психического расстройства, а здравый смысл. — Так что… Держись от меня подальше.       Эти слова прозвучали как гром среди ясного неба.       Что? Что этот идиот только что сказал? Он пришёл в дом Джеффа (ладно, не совсем его дом, но он тут живёт) и говорит ему держаться подальше? Убийца прямо так и сказал: «Что за херню ты несёшь?»       Джефф даже не знает, что делать: злиться или попытаться помочь брату. Вудса вся ситуация уже бесит, но ведь брат явно не в своей тарелке — по нему это прекрасно видно, он трясётся и сейчас словно в обморок упадёт. — Я… я… — Да говори уже! — Джефф больше не может это терпеть. Ему интересно, что тут происходит. — Что «ты»? Что «ты» делать-то собрался?!       Молчание.       Далеко раздаются жуткий смех, крики и ещё какие-то странные и ужасные звуки. На ночном небе летают птицы и похожие на них создания. Оба Вудса смотрят друг другу в глаза. Один держится за тесак, а второй уже тянет руку в карман толстовки. И на это у него есть весомые причины, ведь неожиданно он увидел, что место страха в глазах Лью занимает…       Гнев? — Я чувствую ярость. И я не смогу сдержать её. — Замахнувшись, Лью наносит удар тесаком в то место, где секунду назад был бок Джеффа, но тот успевает вовремя отскочить назад. Встав, младший с удивлением смотрит на старшего, не понимая, что тот вообще творит. — Джефф, беги! — Лью, какого чёрта ты… — но закончить фразу ему не даёт очередной удар. Ещё и ещё, атака за атакой, Джефф на автомате уворачивается от каждой, но всё ещё вообще не понимая происходящего. В какой-то момент он упал прямо у ограждения, и, к его счастью, тесак вонзился прямо в деревянную вставку в заборе. Пока Лью пытается его вытащить, Джефф быстро перекатывается, подпрыгивает и забегает в дом, захлопнув за собой дверь.       Прислонившись к ней спиной, он стал думать.       Чёрт. Чёрт-чёрт-чёрт! Он, конечно, предполагал, что однажды Лью психанет, и такое случится. Та же Джейн постоянно ныла: Лью — придурок, он дурак, раз простил Джеффа… Но иногда строила теории, что это «хитрый план по усыплению бдительности недо-Джокера, чтобы потом его прихлопнуть».       Джефф иногда даже думал, что это звучит логично и может произойти. Но не настолько же быстро! Или может ему мозги промыла Аркенсоу? Чёрт возьми, сто процентов это она! Но сейчас не до неё, надо как-то спастись от брата… И никакого нет дома. Прекрасно! Тут он явно не в безопасности, ведь дверь-то хлипкая, и для зомби сломать её — это как два пальца об асфальт. Да что там дверь, он бы нашёл другой способ проникнуть в дом! При желании Лью даже президента США без проблем отправит на тот свет, ещё и в своих лучших традициях все отверстия ему успеет зашить. К тому же, он Джеффа знает как облупленного: т: он прекрасно помнит все его привычки и методы борьбы, знает, как Джефф мыслит и так далее. Это уже грандиозная проблема.       С другой стороны, Джефф тоже хорошо знает брата…       Знал.       После становления зомби, предугадать действия Лью стало практически невозможно. Может, это из-за разрушающегося мозга? Или из-за прогрессирующих проблем с головой у Джеффа?       Размышления Вудса младшего прерывает тесак, проломивший дверь в сантиметре от его лица. Не желая становиться жертвой ножа больного на голову зомби, убийца убегает в глубь дома. Тем временем дверь слетает с петель, стоило Джеффу сбежать из прихожей. В облаке пыли виден силуэт парня в черно-белом шарфе и длинном плаще. В руке он сжимает своё любимое оружие и улыбается, но из его безумных глаз текут слёзы. — Кошмар только начался.       Джефф бежит по коридору. Чёрт, почему в этом доме почти нет дверей?! Да-да, Слендер хочет знать всё и обо всех, но он прекрасно видит весь дом и с дверьми! А так и от сумасшедшего старшего брата не спрячешься! Вот поедет крыша у Сплендора, припомнит прокси этот случай Хозяину…       Где-то позади раздаются тяжёлые шаги. Он идёт за ним, причём идёт очень быстро. Не бежит, но и этого достаточно.       Чёрт, куда бы спрятаться?       Шаги ускоряются.       Он чувствует — его догоняют.       И вот тесак почти задел Джеффа, но вместо этого Лью лишь отрезал часть толстовки. «— Чёрт возьми! — про себя выругивается Джефф и прибавляет скорость. Впереди стоит огромный шкаф, наполненный старыми книгами. Безглазый его потом убьёт, но сейчас какая разница-то?! Добежав до шкафа, он со всей силы ударяет ногой, от чего массивная конструкция падает прямо перед носом зомби. Джефф тем временем уходит дальше. — Твою мать, зал!»       Зал — самое большое помещение в доме, а ещё там много всякого хлама, среди которого легко спрятаться. Поэтому Джефф рванул именно туда.       Вбежав в нужную комнату, он быстро оглядывается в поисках укрытия. Надо срочно где-то спрятаться, а потом напасть из засады и победить. Пробежав взглядом по всем возможным вариантам, Вудс остановился на старой кровати, которая за каким-то чертом стоит тут уже много лет. Быстро прошмыгнув под неё, он ложится так, чтобы в любой момент можно было выкатиться, встать и напасть. Но сейчас не об этом, сейчас он затаивает дыхание и ждёт.       Тихо.       До ужаса тихо.       В зале бегают крысы, где-то в кучке лежат и воняют остатки человеческих и не совсем человеческих тел, валяются разные предметы: от мебели до порножурналов Утопленника. Почему вообще так темно? Ах, да, занавески закрывают единственное огромное окно, не давая лучам света проникнуть внутрь. В воздухе летает пыль, повсюду грязь и паутина. Чёрт, когда тут вообще последний раз убирались? Да никогда, кому это вообще надо? И ещё эта гнетущая тишина… Ох, он опять там завис что ли? Или очухался и сейчас думает, как вообще он тут оказался?       Но тут в коридоре, из которого он пару минут назад выбежал, раздаётся оглушительный грохот. Что Лью там, чёрт возьми, делает?! Сразу же после этого раздаётся звук шагов.       Он приближается. Джефф затаивает дыхание.       В комнату входит Лью. Он стоит немного, оглядывается и с улыбкой кричит: — Бра-а-атик, выходи-и-и! Я тебя не обижу!       Ложь. Наглая ложь. Как он вообще может так неумело врать?! В принципе, Лью никогда не умел врать. Хотя, когда надо было соврать ради Джеффа, то у него вполне неплохо получалось. Может быть, Джефф просто думал, что брат не умеет врать, когда на самом деле он прекрасный лжец? Может быть, он врал все эти годы и лишь сейчас показал свою истинную сущность?..       Иногда Джефф думал о таком варианте. Лью никогда его не любил, а лишь издевался. Брат всегда ругал людей, которые восхищались им (от незнакомцев и учителей до родителей) и принижали Джеффа — просто за то, что он не такой «правильный», не «хороший», не как брат. Лью был успешнее во многом, но он не считал, что Джефф от этого становится плохим. Старший брат постоянно говорил: «Я люблю тебя», «Ты прекрасен», «Не слушай их»…       Если это ложь?       Если Лью его ненавидит?       Если старший брат решил закончить этот спектакль?       От урагана мыслей внутри Джеффа всё скрутилось. Нет, его брат… Да, чёрт возьми, именно его брат и врал всю жизнь! Он был точно таким же, как и Джейн, просто умело скрывал это, старался подобраться поближе и теперь вонзил нож в спину!       Его единственный верный друг оказался врагом. Джефф до боли сжимает зубы.       Ну, ничего, подойди поближе, и тебе мама не покажется…       Это всё, конечно, неправда, но попробуйте в данную минуту убедить в этом Джеффа.       Зомби всё стоит. Один чёрт знает, что он задумал. И тут он делает первый шаг. Он медленно, не спеша ходит по комнате. Останавливается у стола. С размаху пинает его ногой; мебель отлетает на метра два-три назад. Смотрит на то место, где недавно стоял стол. Ошибочка, Джеффа тут нет. Продолжает ходить. Подходит к занавескам и, схватив их, сдирает с карниза. Свет немедленно проникает в комнату, на пару секунд ослепив зомби. Вновь открыв глаза, он смотрит за окно. Джефф не знает, что брат там высматривает и зачем. Может, это отвлекающий манёвр? Лью вполне на такое способен. Он смотрит куда-то на улицу и улыбается; Вудс младший чётко это видит. — Джефф… — обращение зомби эхом отдалось в зале, убийца вздрагивает. — Я должен признаться… что ощущаю себя монстром.       Тут он повернул голову в сторону кровати. Он улыбается, плачет и смотрит прямо в глаза Джеффу. Чёрт, нашёл. Вудс быстро выкатывается из-под кровати, встаёт на ноги, готовый к атаке. Он зол. Чтоб вас всех, Джефф до ужаса зол. Его бесит сложившаяся ситуация. — Так какого хрена? — шипит он. — Какого хрена, Лью?!       Ответа не следует. Они стоят друг напротив друга, готовые разорвать друг друга на кусочки, хотя оба понимают, что это неправильно. Что заставляет их сделать это? Лью — разрушенный мозг, отказывающийся нормально работать? Джеффа — гнев, порождённый ложными выводами? Возможно. Но они оба знают: так не должно быть. Оба знают, что надо сейчас просто извиниться друг перед другом, обняться, успокоиться и пойти напиться.       Но уже слишком поздно.       Первым атакует Джефф. Он быстро подбегает к брату и вонзает нож глубоко в плечо зомби, на что тот хватает младшего за шею и откидывает куда-то в сторону. Нож остаётся торчать в конечности Лью. Без лишних колебаний он вынимает его, вызвав фонтан крови. Джефф хотел бы встать, но прямо в ногу ему прилетает тесак. Вскрикнув, он мысленно материт брата.       Он не может идти, рана слишком глубокая.       Лью делает несколько небольших, но быстрых шагов, пока Джефф пытается встать. Но стоило ему чуть-чуть приподняться, как зомби пинает его ногой прямо в челюсть, от чего Вудс опять падает. Встав рядом, Льюис прижимает брата ногой к полу. Тот рычит и пытается пихаться, но старший сильнее. Он всегда был умнее и сильнее, даже после смерти — на то он и старший. — Я тебя ненавижу! — вопит Джефф. — Херов лжец, лучше бы ты сдох!       И вновь тишина, нарушаемая лишь странными звуками с улицы.       Слова Джеффа эхом отдаются в голове Лью.       Ненавидит.       Братик. Его. Ненавидит.       В принципе, это было ожидаемо. Ничего удивительного. Он напал на него, испугал, сам довел до такого состояния.       Он знал, что братик легко выходит из себя. Знал и всё равно сделал это. На что ещё он рассчитывал? На прощение? На то, что он сможет поранить братика, а тот скажет: «Да ладно, всё нормально, не парься на эту тему»?       Вовсе нет. Он же намеревался убить его. Какая разница, что о тебе думает мёртвый?       Лью присаживается. Он видит, что Джефф ничего не может сделать. Тренировка и беготня сильно измотали убийцу. Он пытается отбиться от Лью руками, но тот без задней мысли заезжает по ним тесаком. Хлещет кровь, Джефф вопит. Повсюду кровь и крики, смешанные со смехом. Да, Джефф смеётся, смеётся, как бы издеваясь над братом, мол, смотри, ты меня ранил, но мне-то плевать, хоть я и верещу от боли! Смотри, ты, неудачник! — Братик… — тихо, почти неслышно произносит Вудс старший. Джефф не хочет его слушать. А слёзы всё продолжают течь из тусклых зелёных глаз зомби. Или уже монстра? — Я тоже ненавижу то, чем я стал. Он хочет мою душу, он хочет моё сердце… — Так убей его, чёрт возьми! — Джефф резко перебивает брата. Он дергается и продолжает кричать, пока кровь продолжает попадать на его изуродованное лицо: — Убей, чёрт возьми, убей!       Нечто зловещее повторяет что-то внутри. Это не Салли, даже не чёткий голос.       Убей!       Убей! — Прикончи его к ебням собачьим!       «Что-то внутри» кричит всё сильнее, монстр внутри почти сорвался и вот-вот завершит задуманное. — УБЕЙ ЖЕ, ТЫ, НИЧТОЖЕ… — крик убийцы оборывается вместе с его жизнью. Тесак пронзает горло Джеффри Вудса. Льюис Вудс плачет, не хочет вытаскивать тесак. Он смотрит на измученное лицо брата, в котором смешались гнев и непонимание. Может, если оставить оружие так, то он будет жить? Да, тогда всё будет хорошо… Всё будет хорошо, точно! — Хватит врать себе же, лжец… — одними губами произносит зомби, вытаскивая тесак. Алая жидкость тут же заливает его лицо, одежду и всё вокруг. Тело Джеффа ещё пытается издавать какие-то звуки, но вскоре замирает. Сердце тоже останавливается, а суженные зрачки перестают реагировать на свет.       Конец. И тут же Лью приходит в себя.       Но уже слишком поздно. Перед ним лежит изуродованное тело брата с широким разрезом на шее. Да, слишком поздно… Лью аккуратно садится рядом и приобнимает тело. Он не может поверить, что сделал это, но он уже стал плакать, устал кричать. Он устал, пока боролся с необъяснимым желанием убить братика. Что это вообще было? Выходка дефектного мозга? Или тайное желание, жившее в нём очень давно? Может, последняя воля исчезнувшего Салли? Льюису уже всё равно, ничто уже не вернёт брата. Даже старуха Смерть ему сразу сказала, что Джефф немедленно попадёт в ад и не сможет вернуться ни при каких условиях, даже если Лью ещё лет двадцать будет за ней ходить. Поэтому он просто приобнимает брата, что перед смертью возненавидел, его, и аккуратно целует его в лоб. — Спокойной ночи, бра… — договорить ему не дал белый длинный вектор, моментально пробивший грудную клетку.       Льюис застывает. Адская боль пронзает тело. Сдерживая неописуемое желание закричать, он смотрит в другой конец комнаты. Там стоят трое: Слендермен, Оффендермен и горничная Алиса. Первый с печалью осматривает слегка потрёпанный зал, не желая смотреть на труп бывшего прокси. Второй скорее с раздражением смотрит на Лью, притопывая ногой и выкуривая очередную сигарету, хотя Слендер всегда запрещал курить в своём доме. Алиса же с ужасом смотрит на братьев. Она не успела. Она так торопилась, но всё равно не успела, таким образом лишь обрекла товарища на смерть.       Может быть, это и хорошо, что Оффендермен сейчас убьёт его, ведь тогда не придётся жить с болью от смерти Джеффа. — Я… — тихо начинает Лью. — должен признать, я чувствую себя мо…       Белый вектор резко вырывается из грудной клетки в голову, пронзая сердце, лёгкие, горло и мозг, нанося несовместимые даже с такой «жизнью» травмы. Для зомби это уже слишком. Кусок черепа валяется там, кусок мозга — тут, и повсюду кровь. Очень много крови, гноя и червей.       И это единственный след, который оставил Льюис Вудс в этом мире. — Нехуй было правила нарушать, — Оффендер плюёт куда-то в сторону, за что получает по голове от Слендера. — Ладно-ладно, мои прокси помогут убрать это дерьмо!       Пока Безликие переругиваются, Алиса продолжает с ужасом смотреть на это месиво, оставшееся от её парней. Если бы она только заметила пораньше, если бы только она тогда поговорила с ним, а не ушла разнимать тех двух идиотов.       Но уже поздно.