no one

Сеул погрузился в хаос. Все, что еще вчера казалось стабильным рассыпалось, как песок сквозь пальцы. Звуки сирен сливались с устрашающим ревом толп, которые больше не были людьми. Зомбиапокалипсис начался внезапно и без предупреждения как гроза в безоблачный день. Люди бежали в разные стороны, а за ними, неумолимо, двигались зомби. Их тела выглядели изуродованными, но они были очень быстрыми, как хищники, почувствовавшие запах крови. Город падал. Обломки цивилизации рушились прямо на глаза, а Джисон стоял среди этого хаоса, чувствуя, как его собственная жизнь разбивается так же, как разбиваются окна под напором зомби.  Его соседка Сохи, которая всегда угощала его горячим кимчем, теперь рвала на куски кого-то со второго этажа. Ее лицо было обезображено яростью и голодом. Джисон смотрел на нее через запертую дверь своей квартиры. Это был последний барьер между ним и миром, превратившийся в кошмар. 19.05 Телевизор умолк, а вместе с ним последние надежды на помощь. На экране осталась только мерцающая надпись: «Останьтесь дома. ПОДОЖДИТЕ ИНСТРУКЦИЙ.” – Ждать, – пробормотал Джисон, вытирая пот со лба. — Они даже не представляют, что здесь происходит. Парень считал себя мастером одиночества. В его жизни и до зомби-апокалипсиса не было много людей, с которыми он действительно был близок. Но происходящее сейчас превзошло все его страхи. Он посмотрел на свои запасы: несколько бутылок воды, пакет риса, пачка рамён и немного консервов. Этого хватит на несколько дней, но не больше. За дверью квартиры были зомби. Он слышал, как они стонут и скребут стены, ища новую жертву. Его сердце билось так громко, что казалось, будто оно звучит по всей комнате. «Я должен что-то сделать. Если останусь здесь, я умру», – подумал Джисон. 20.05 Когда ночь опустилась на город, Джисон решил действовать. Он собрал свой рюкзак: бутылка воды, монтаж, фонарик и кухонный нож, который, как он надеялся, сможет стать оружием. Хан открыл окно на третьем этаже и посмотрел вниз. Пожарная лестница вела к узкому переулку, где на данный момент не было видно зомби. Джисон вдохнул глубоко и полез вниз. Каждый шаг был дрожащим, каждый звук казался ему смертельным сигналом. Когда он ступил на землю, тьма поглотила его. Лишь тени двигались вдали. «Тихо. Медленно», сказал он себе, сжимая монтировку.  Ему удалось пробраться в небольшой магазин на углу. Запасы были жалкими: несколько батончиков, бутылка воды и… одна банка пива. – Прекрасно, – пробормотал Джисон, пряча все это в рюкзак. Его целью было добраться до железнодорожного вокзала. Он слышал от соседей, что там организовали эвакуацию, но теперь сомневался, правда ли это. 26.05 Джисон научился прятаться.  Джисон бродил по улицам, прячась от зомби. Он научился различать их слабости: они плохо видят, но реагируют на звук. Проблема была в том, что иногда тишина была хуже шума. На узкой улице среди заброшенных машин он вдруг услышал голоса. Это были не крики, а что-то вроде разговора. Джисон сразу напрягся: люди или еще одно безумие? Он осторожно выглянул из-за машины и увидел парня с темными волосами, одетого в черную куртку. Он держал биту с металлическими шипами. Позади него стоял еще блондин, держащий лук, а на плечах висел набор стрел. — Ты уверен, что это сработает, Феликс? — спросил первый парень, пока они осматривали машину. — Ну, если мы найдем топливо, то да, — ответил, как поняв Хан, Феликс, поглаживая лук. Джисон решил рискнуть. — Эй! — окликнул он, но тут же поднял руки, показывая, что не грозит. Черноволосый парень резко обернулся, наставив битую в его сторону. — Кто ты? — строго спросил он. — Я… меня зовут Джисон, — сказал он, стараясь звучать уверенно. — Я сам. — Сам, говоришь? — черноволосый слегка опустил биту, но все еще держал ее наготове. — Как ты вообще сюда попал? — Через те переулки, — ответил Джисон, указывая назад. — Я услышал ваши голоса. Думал, может, мне удалось найти людей. — Ты игрок, что ли? — усмехнулся блондин с луком. — Такое счастье редкость. — Заткнись, Феликс, — перебил его черноволосый. – Как давно ты видел зомби? — Час назад. Они были на соседней улице, — ответил Джисон, взглянув в их глаза. Феликс и Хенджин переглянулись. — Ты выглядишь истощенным, — сказал Феликс. — Если ты сам, то иди с нами. — Феликсе, может, не надо? Мы его даже не знаем, — возразил Хенджин. — А у тебя есть лучшая идея? Нам и так нужна помощь, особенно если мы хотим двигаться дальше. Джисон молча стоял, наблюдая за их спором. Его сердце громко колотилось: они могли его принять к себе или оставить умирать. — Ладно, — вздохнул Хенджин, но потом строго посмотрел на Джисона. — Только не делай глупостей. — Обещаю, — сказал Джисон, чувствуя слабое облегчение. ~~~ Феликс и Хенджин привели его в небольшую заброшенную школу, которую они сделали своей базой. Там Джисон встретил еще четырех парней: Бан Чана, парня с крепким взглядом; Чанбина, который выглядел грозным; Синмина, постоянно что-то писавшего в блокноте; и Чонина, казавшийся самым молодым из всех, но удивительно искусный с ножами. — Вы как все здесь вместе оказались? — спросил Джисон, оглядывая их. — Долгая история, — ответил Чан, сжимая в руках карту города. — Мы держимся вместе, потому что это единственный способ выжить. — А теперь ты часть нашей компании, — добавил Феликс с теплой улыбкой. — Посмотрим, насколько он полезен, — буркнул Чанбин. — Он пережил сам эти дни, — заметил Хенджин. — Это уже что-то. Джисон не был уверен, это начало новой надежды или новых проблем. Но сейчас у него было одно: люди, рядом с которыми можно бороться. 27.05 Джисон чувствовал себя, словно попал в другой мир. К тому моменту он всегда выживал сам, полагаясь только на себя. Но сейчас среди этих незнакомцев он чувствовал, что его жизнь может измениться. Его новые спутники не были просто случайными людьми — у них было ясное понимание того, как выживать в этом апокалипсисе, и казалось, что каждый из них был ценным. Первым с ним познакомился Феликс. Этот парень всегда был на позитиве, его глаза сияли оптимизмом даже в этих темных временах. Он подсел к Джисону у огня, горящего в центре школы, и начал легкий разговор. — Так ты не из этой части города, да? — спросил Феликс, вытаскивая из бутылки воду. — Нет. Я из южной части Сеула, — ответил Джисон, глядя на свою тарелку. — Просто сейчас все меняется так быстро… даже не успеваешь понять, как оказываешься в другой реальности. — Мы все здесь из-за этого, — усмехнулся Феликс. — А здесь, — он указал на других ребят, — мы нашли способ держаться вместе. Пока они говорили, к ним подошел сидевший с другими Чан, обсуждавший планы на следующий день. Джисон почувствовал, что его присутствие здесь не было случайным. — Это Бан Чан нас все собрал и не дал умереть к этому времени, — сказал Феликс. Чан кивнул головой, не теряя серьезного выражения лица. — Я организовал группу, поэтому отвечаю за наше будущее, — сказал Чан, глядя на Джисона. — Решения принимаются вместе, но основные направления моя ответственность. — Разумеется, — кивнул Джисон. Чан был лидером, несомненно. Он был уверен, но не слишком строг, а его глаза имели в себе что-то спокойное и решительное, что сразу внушало доверие. Впоследствии к ним присоединились и другие. Чанбин, постоянно находившийся на связи со всеми, проверял карты и координаты, постоянно искал варианты маршрутов для эвакуации. Его речь была прямой, без лишних слов, но каждое его слово имело значение. — Если хочешь выжить, учись никому не доверять, даже тем, кто кажутся лучшими друзьями, — сказал он Хану, когда ехали по одному из маршрутов. — Мы пережили немало из-за людей, считавших, что могут сыграть за счёт нас. Теперь мы находим решение сами. Джисон наблюдал за ним, понимая, что у каждой из этой группы есть свой подход к выживанию. Сынмин, тихий и сосредоточенный, более подверженный планированию, был единственным, кто не проявлял ни одного эмоционального проявления. Он просто работал, а другие наблюдали за ним, словно он был каким-то загадочным элементом группы. И вот когда они собирались отправляться в следующее путешествие за припасами, к ним неожиданно присоединился еще один парень. Минхо. Из всех, кого видел Джисон, Минхо был одним из самых интересных. Его вид сразу привлек внимание — крепкий, с выражением человека, который пережил не одно сражение, и все же оставался цельным. Он был одет в грязную одежду, из мачете, которое он держал упрямой рукой. Его глаза не выражали страха, только решительность. — Я слышал о вас, — сказал Минхо, приблизившись к группе. — Мне пришлось убегать из другого района, но я слышал, что вы держитесь вместе. Можно ли присоединиться? Чан, по-видимому, не был уверен на первый взгляд. Он внимательно осмотрел Минхо. — Как ты узнал о нас? — спросил Чан, пристально глядя на него. — Не трудно, — ответил Минхо, улыбаясь. — Слухи быстро распространяются в этом городе. Я один, и мне нужны люди, с которыми можно поступать. У меня есть навыки. Все молчали, ожидая реакции Чана. – Что ты можешь предложить? – спросил он. — Я могу найти нужное горючее, знаю, где есть старые военные склады. Могу снабдить группу необходимым. И честно говоря, я не верю, что сам смогу выжить здесь долго. Чан разглядел его еще несколько секунд, а потом кивнул. — Хорошо, — сказал он, и все в группе немного расслабились. — Но ты работаешь вместе с нами. Без сомнений к решениями. Минхо улыбнулся и кивнул. — Я понял. Я с вами. ~~~ С этого момента Минхо стал частью группы. Джисон сразу заметил, как изменился их подход к выживанию с его приходом. Минхо быстро вписался в ритм, придавая группе новые идеи, что казалось, становилось еще важнее. Его опыт оказался полезным не только в плане поиска запасов, но и в том, чтобы они не тратили лишних сил впустую. Он умел рассчитывать шансы, находить слабые места у зомби и быстро реагировал в опасных ситуациях. С каждым днем ​​Джисон все больше чувствовал, что он не один в этом мире, а эта группа людей могла бы стать его новой семьей, даже в этом ужасном мире. 02.06 С каждым новым днем ​​Джисон чувствовал, как все больше привыкает к своей новой реальности. Люди вокруг него становились больше, чем просто союзниками. Они уже были чем-то большим — на некотором уровне даже семьей, ведь каждый из них был готов отдать последнее, чтобы помочь другим. Сегодня, как и вчера, группа отправлялась в поиски запасов. Минхо взял на себя ответственность за безопасность во время передвижения. Он двигался тихо, но уверенно, избегая шума, и казалось, что с ним не может случиться ничего дурного. Джисон же, хотя и заботился о собственной безопасности, часто не мог не обращать внимания на его походку – настолько он был спокоен и уверен в себе. В тот момент, когда группа продвигалась из-за заброшенной части города, Джисон ненадолго отстал от основной группы. Он склонился, чтобы обыскать одну из старых витрин магазинов. Вдруг его внимание привлек знакомый звук - кто-то спокойно приближался к нему, без суеты. Джисон поднял голову и увидел подошедшего к нему Минхо, немного наклонившись вперед, пытаясь оценить ситуацию. — Что ищешь? — спросил Минхо тихо, глядя на Джисона. Его взгляд был сосредоточен, но в нем просматривалась также определенная мягкость, которая, казалось, была только для Джисона. — Просто проверяю, есть ли здесь что-нибудь полезное, — ответил Джисон, все еще осматривая полочки. Минхо сделал несколько шагов к нему, наклонился и, не сказав ни слова, помог вытащить несколько бутылок воды из полочки. Джисон снова посмотрел на его руки, которые, кажется, почти осторожно и с какой-то невидимой заботой брали бутылки. Этот жест был необычным, но, несомненно, Джисон чувствовал, что что-то изменилось в их взаимодействии. Это было больше, чем просто помощь. Это было нечто, что он не мог объяснить, но ощущаемый в глубине души. — Ты всегда такой? — спросил Джисон, пытаясь сделать тон беззаботным. Минхо слегка усмехнулся, но не ответил сразу. Он уложил бутылки в рюкзак Джисона и посмотрел на него. — Если ты хочешь, я могу показать, как действовать в таких ситуациях, — сказал он после паузы, его голос был спокойным и рассеянным, но Джисон чувствовал, как это было больше, чем просто предложение. Джисон ничего не сказал. Только кивнул. ••• В школе, которая стала их укрытием, атмосфера была немного легче, чем на улице. Ребята делились своими впечатлениями от миссии, смеялись, шутили, а иногда просто сидели вместе в тишине. Сынмин, обычно замкнутый, сегодня был неожиданно расслаблен. Он сидел рядом с Чонином, парнем, всегда сохранявшим покой даже в самых опасных ситуациях. Они обсуждали новые припасы, которые удалось найти, и несколько улыбались друг другу, обмениваясь взглядами. — Заметил ли ты, как они начали проводить больше времени вместе? — шептал Чонин Сынмину, когда другие ребята были заняты проверкой карт. Тот коротко кивнул, и глаза его мягко встретили взгляд Чонина. Это был спокойный момент, но в их глазах можно было увидеть больше, чем просто дружбу. Это была связь, возникшая еще до апокалипсиса. — Не думал, что в этой ситуации все так сложно, — сказал Сынмин, взглядом указывая на вернувшихся на базу Минхо и Джисона. Чонин мягко усмехнулся, но не ответил. Он понимал больше, чем казалось на первый взгляд. ~~~ После нескольких дней вместе Джисон начал замечать, как Минхо меняется. Хотя он всегда был будто холодным и спокойным снаружи, между ними появилась тишина, заполненная чем-то больше. Он помогал Джиссону на миссии, а ночью, когда все ложились спать, оба часто оставались на страже. Однажды вечером, когда они сидели на крыше школы, охраняя базу от возможных угроз, Джисон посмотрел на Минхо. Его силуэт был отчетливо виден в лунном свете. Минхо вытащил сигарету, закурил ее и передал Джисону одну. — Ты давно куришь? — спросил Джисон, принимая сигарету. — Не очень, — ответил Минхо, взглянув на него из-за дыма. — Но сейчас неважно. Джисон промолчал, но почувствовал, как сердце стало биться чуть-чуть быстрее. Между ними было много невысказанных слов, которые, казалось, были только в воздухе, как туман, но они оба чувствовали это. — Может, завтра… — подняв взгляд на луну, он продовжил — У нас может быть будущее? Будущее вместе? — сказал Джисон, пытаясь развеять напряжение в воздухе, но ещё больше вгоняя себе в неловкость. Минхо взглянул на него, и его глаза стали мягче. — Мы найдем способ. Всё будет хорошо. — И, как всегда, его слова имели в себе покой, передававшийся Джисону. Это была их маленькая связь. И как бы они ни старались сохранить дистанцию, что-то все же понятно — они были частью что-то большего. Что-то, что не имело значения в этом сломанном мире. ~~~ В ту ночь все изменилось. Школа, которая стала их пристанищем, больше не была безопасной. Прошло несколько дней после того, как Джисон и Минхо проводили последний вечер вместе на крыше, обмениваясь теми молчаливыми взглядами, которые становились все более значимыми. Им удалось организовать более-менее устойчивую базу, а запасы начали поступать регулярно. Баррикады во всех входах и окнах школы, надеясь, что смогут покинуть это место до тех пор, пока не начнется новая волна угроз. Но в этот вечер… Угроза пришла гораздо быстрее, чем они ожидали. Все началось с того, что охранявший один из выходов Сынмин заметил необычные движения за ограждением. их место укрытия. Ситуация стала критической, когда один из зомби прорвал баррикады на лестнице. Это было достаточно, чтобы всех охватила паника. — Выходите, — крикнул Чан, когда услышал шум в коридоре. Группа бросилась к двери, пытаясь втиснуть себя в узкий коридор, где было много препятствий и, конечно, немало паники. Тень, двигаясь бесшумно и уверенно, словно зная, что делает. Когда они выбежали во двор, за ними сразу хлынула туча мертвых. — Что будем делать? — кричал Феликс, пытаясь собрать всех. — Бегите в парк, — крикнул Чан, уже пытавшийся посчитать, сколько у них есть, пока враги не придут ближе. Группа ринулась вперед, все стиснув зубы, стараясь не обращать внимания на шум позади. Хотя между ними была невидимая стена, Джисон чувствовал себя, словно снова зависит от него. Но здесь все изменилось. Они достигли парка и первые остановились на небольшой линии обороны, где можно было хотя бы временно остановить натиск. Джисон увидел, что Минхо отстал. Он уже не бежит рядом, и сердце Джисона пропустило несколько ударов. — Минхо-хён! — крикнул он, останавливаясь. Минхо, шедший последним, повернулся, и на его лице можно было увидеть напряжение. Он держал руку на лезвии ножа, и что-то изменилось в его выражении. — Все в порядке, Джисон. Я с тобой. – Это были короткие слова, но его голос был таким, что Джисон почувствовал себя спокойнее. Но, как только они начали двигаться дальше, ситуация резко изменилась. В темноте парка, среди тени деревьев, появилось еще больше зомби. Хан почувствовал, как давление на его грудь усилилось. Его палец сжал оружие, но вдруг он почувствовал тяжелый толчок в спину — это был Минхо, не только защищавший его, но и пытавшийся вывести из этой ситуации. — Ты не сам, Ханни. Я буду с тобой до конца. Время было на грани, и каждый из них понимал, что следующий шаг может стать последним. Они вынуждены были покинуть школу и искать новое место, потому что эта битва была уже проиграна. Только одно было неизвестно — сколько опасностей ждет впереди. 04.06 Ночь была темной, когда они, истощенные и испуганные, добрались до нового укрытия. Но даже после того, как удалось отбиться от толпы зомби, их сердце билось не из-за радости, а из-за усталости и страха. Они чувствовали, что этот отдых будет временным. Где бы они ни скрывались, опасность была на шаг впереди. Новое укрытие было старым магазином вблизи заброшенной промышленной зоны. Окна были заколочены досками, а двери, хотя и держались на месте, выглядели так, будто вот-вот сломаются. Они начали работать, пытаясь укрепить периметр, перекрыв все потенциальные входы. Чан снова сразу взял на себя роль организатора обороны, что не удивительно, учитывая его спокойную уверенность в критических ситуациях. Джисон и другие ребята работали быстро, пытаясь создать безопасное укрытие, которое дало бы им хотя бы несколько суток покоя. Уже через несколько часов, когда все, наконец, смогли собраться внутри, чувствовалась почти тишина — только шум пустых улиц за стенами и звук тяжелого дыхания после долгих часов бега. — Спокойно, — сказал Чан, вытирая пот со лба. Он стоял у двери, проверяя состояние укрытия, и осматривал каждого из них, словно оценивая. — Нам нужно отдохнуть, и завтра мы отправимся дальше. Но эта фраза приобрела совсем другое значение, когда они сели на пол, чтобы отдохнуть, и начали обсуждать планы на следующий день. Джисон садился рядом с Минхо, чувствуя, как тяжелый воздух наполняет комнату. Все были уставшие, и даже Феликс, который всегда был оптимистом, молчал. Но это не было их величайшим страхом. В тот вечер, когда они устроили охрану, все начало идти не так. Джисон не мог уснуть. Его мысли постоянно возвращались к тому, как быстро изменилась их жизнь. Те же стены, тот же вид, тот же страх. Он стал понимать, что больше ничего не будет, как прежде. Даже если выживут, их существование будет таким, что с каждым днем ​​они потеряют больше. Между тем, Минхо не мог заснуть рядом, лежа на старом одеяле. Он чувствовал себя так, будто даже эти стены не могли его защитить. Ребята могли бы быть сильными, но этот мир был слишком жесток, чтобы кто-то из них оставался невредимым. Вдруг на страже услышали необъяснимый шум. Чонин, который следил у окна, остановился, услышав что-то за стеной. Он сделал знак всем быть готовыми. — Что-то не так… — сказал Чонин, голос его был спокоен, но едва слышен от напряжения. — Тихо, но... кто-то приближается. Минхо и Джисон сразу поднялись. Ребята быстро набросили свои вещи и скрылись за обломками мебели, готовые к тому, что им придется отбиваться. Через несколько минут они услышали легкие шаги за дверью. Вдруг дверь взорвалась, и в помещение влетела группа зомби. Они были совершенно хаотичны, с улыбками на разрушенных лицах. Это был их момент — последний шанс выжить. Группа начала действовать мгновенно. Минхо бросился к переднему входу, сразу обезвредив несколько ближайших зомби. Чан и Чанбин вместе с Феликсом и Хенджином взяли на себя тыльную часть, отражая нападение по другим направлениям. Все работали слаженно, но ни один не смог предотвратить худшее. То, что произошло дальше, оставило незабываемый след в их сердцах. Зомби сломали одну из боковых стен, и во время отступления один схватил Чонина. Это произошло так быстро, что он даже не успел среагировать. Все, кто был рядом, бросились на помощь, но в тот же миг они заметили, что его уже нет. Чонин был мертв. Зараженный, ему больше нельзя было помочь. Минхо, Джисон и другие бессильно остановились, глядя на то, как все кончилось для него. — Нельзя было это допустить… — сказал Джисон, его голос был едва слышен от эмоций. Его сердце было разорвано в клочья. Это произошло так быстро, и он не смог ничего поделать. — Мы все еще живы, — тихо ответил Минхо, его голос сохранял покой, но в нем была невыразимая боль. Он посмотрел на Джисона, заметив, как тот расстроен, как никогда раньше. Минхо положил руку на его плечо. — Чонин бы не захотел, чтобы мы останавливались из-за этого. Мы должны идти дальше. Джисон только молчал. И хотя он знал, что Минхо прав, чувство утраты не оставляло его. Чонин был не просто членом их группы, а частью их мира к катастрофе. И сейчас его не было. Они быстро покинули магазин, но больше уже не было времени для шуток или покоя. Все были готовы идти до конца. Времени оставалось очень мало. Минхо и Джисон шли рядом. Они были готовы ко всему, даже к тому, что еще больше потеряют. Но они не могли вернуться. И то, что произошло с Чонином, лишь подтвердило одно: апокалипсис не будет милосерден ни к одному из них. 07.06 Чувство потери после смерти Чонина оставалось тяжелым, и каждый из группы носил это бремя на своих плечах. Сынмин окончательно закрылся от команды, ему это было особенно тяжело. Парень не мог избавиться от мыслей о том, что не смог помочь Чонину, что он просто не успел. Они остановились в одном из пустующих домов на окраине города, пытаясь восстановить силы перед следующим движением. Все устали, но больше всего это было заметно в Джисоне. Он сидел на старом полу, склонив голову, обвивая руки вокруг колен. Минхо подошел к нему, не говоря ни слова. Он встал рядом и сел. Конечно, Минхо мог бы отступить, дать Хану простор для одиночества, но со временем он понял, что самая большая помощь заключается не в словах, а в присутствии. — Ты не можешь изменить случившееся, — сказал Минхо мягко, без давления. Его голос был спокоен, но в нем чувствовалась та самая надежность, которую Джисон начало не хватать за последние дни. Хан не ответил, но почуствовал, как дыхание становится более ровным, когда Минхо сидел рядом, не требуя ничего, не пытаясь заставить его говорить. Это было больше, чем просто поддержка. Это было тихое обещание, что он не один. Старший скользит рукой по полу и осторожно прикасается к бедру Джисона, его прикосновение было мягким, но достаточно слышимым, чтобы напомнить о присутствии и поддержке. Джисон сжимает губы, но чувствует, как этот контакт расслабляет его. — Ты всегда был сильным, Хани. И мы вместе пройдем это. Джисон медленно приподнимает голову и поглядывает на Минхо. В глазах Хан отражалось столько эмоций: грусть, боль, но и благодарность. Он осознает, как важно иметь ряд людей, которым можно доверять в этом новом, жестоком мире. Он не может сказать этого словами, но его взгляд сам говорит о нем. Чувство близости становилось таким сильным, что даже шум за окнами не мог их разделить. Минхо держит его взгляд. И хотя между ними не было никаких слов, их тишина была такой понятной и важной. Джисон тихо вдыхает, словно найдено то, что он искал, но не решался просить. И тогда, с ощущением того, что этот момент может быть последним спокойствием перед новыми бурями, Минхо перемещает свою руку на спину Джисона, осторожно прижимая его к себе. Это не было агрессивным или спешным жестом. Он не ожидал, что Джисон ответит на это. Но Хан слегка наклоняется к нему, не отрывая глаз. Это не была интимная сцена, но их тесная близость стала больше, чем просто эмоциональной поддержкой. Это был момент, когда оба поняли, что для каждого из них другой стал частью этого нового мира. Они были не просто друзьями. Они стали тем, на кого можно положиться, даже в самые темные времена. Минхо, улыбаясь в знак поддержки, тихо произносит: — Мы вместе. И это все, что имеет значение сейчас. Джисон делает глубокий вдох и сжимает кулак. Он готов идти дальше, потому что знает, что у него есть кто-то, кому он может доверять полностью, и, возможно, выжив сумеет счастливо вместе жить в новом мире. И даже если реальность вокруг будет разваливаться, они смогут выстоять. Минхо остается рядом, наблюдая за Джисоном. Он знает, что этот момент изменил кое-что в их отношениях. Но он также дал понять, что у них многое впереди. И, возможно, это только начало их пути — пути, который они пройдут вместе. 12.06 Жизнь продолжалась, но она стала намного тяжелее. После потери Чонина ребята не могли расслабиться даже на минуту. Страх перед новыми нападениями зомби и опасность с каждым днем ​​росла. Они не имели другого выбора, кроме как двигаться дальше, хотя сердце каждого из них было переполнено печалью и потерями. Они нашли временное убежище в старом доме на окраине города. Дом выглядел не лучше — крыша протекала, а стены были повреждены, но она обеспечивала хоть какую-то безопасность. Они сделали все, чтобы укрепить двери и окна, а также построили несколько баррикад. Однако это был только отложенный приговор, и все это понимали. Джисон часто сидел на подоконнике, наблюдая за миром за окном. Его взгляд был далек, потерян. Он старался не думать о случившемся, но не мог. Прошлые потери оставались на его плечах, как тяжелый груз. Феликс подходит к нему, сидя рядом, не обращая внимания на погоду. Они не говорили многое, но их молчаливая поддержка была бесценной. — Ты не можешь постоянно тянуть это на себе, — сказал блондин, слегка сгорбив плечи от усталости. Его голос был мягким, но с серьезностью, требовавшей внимания. — То, из-за чего мы пришли, никто не виноват. Мы только должны жить и выжить ради себя, будущего, которое нас ждет. Джисон только кивнул, но ответа не последовало. Он все еще держался за надежду, даже если ее оставалось очень мало. Грустно, но он чувствовал, что каждый день становится все труднее. После нескольких дней покоя они узнали, что в округе снова появилась большая группа зомби. Это была их худшая новость за последнее время. Они поняли, что оставаться здесь больше нельзя. Но в этот раз стало еще хуже. Ночью, когда группа начала готовиться к эвакуации, они услышали крики. Это были крики Феликса. Он вышел во внешний двор, чтобы проверить ситуацию, но его поймала группа зомби. Это было невозможно предположить: их было больше, чем они ожидали. Ликс боролся до последнего, но его уже заразили. Находившиеся рядом побежали на помощь, однако было поздно. Он был мертв, и эта боль была тяжелой для каждого из них. — Нет! — кричал Хенджин, пытаясь побежать к нему, но Минхо остановил его, схватив за руку. — Нельзя. Мы не спасем его. Ты не сможешь. — Его голос был жестким, но в нем чувствовалась боль. Это было решение, которое ему предстояло принять ради всех. Джисон стоял рядом, его сердце оборвалось, но он не смог двигаться. Боль было невозможно выдержать. Потому они забрали все, что могли, и отправились в новую путь. Еще один урон, еще один удар. Они все еще не знали, выйдут ли из этого живыми. Покидая дом, все почувствовали, как свежая ночная прохлада проникает в их кости, как каждый шаг отдаляет их от того, что было их домом хотя бы на несколько дней. И снова они двигались дальше. Обнаружив новое укрытие в пустой школе, ребята начали работать над тем, чтобы обеспечить безопасность. Но каждый шаг был тяжелым, каждое действие казалось запоздалым. Никто не мог спать, каждое движение вызывало тревогу. Минхо вернулся к Джисону, когда они устроили ночной караул. Тихо подошел к нему и, не говоря ни слова, обнял его за талию. — Мы всё это переживем, — сказал он тихо. Джисон почувствовал тепло Минхо, почувствовал, как его присутствие стало еще более важным и необходимым. Это был не просто жест. Это было обещание — они выдержат, даже если мир вокруг них будет разрушаться. Прошлое оставалось позади, но их отношения — это новая связь, этот путь, который они проходили вместе, — все больше становится их силой. — Спасибо, — сказал Джисон, и хотя это было только одно слово, оно означало больше, чем он мог сказать в тот момент. Они знали, что новая угроза неизбежно приближается. Но то, что они были вместе, было уже чем-то важным, чего они не могли потерять. 15.06 Джисон сидел на коленях в темном углу одной из классных комнат старой школы. Он старался не думать, не чувствовать, но всякий раз, когда его взгляд скользил по поврежденным стенам, его душа снова переживала каждую потерю. Феликс. Чонин. Каждый раз, когда он пытался собрать мысли, они снова шли к тому самому месту — к моменту, когда каждый из них мог бы быть жив, если бы не случилась та или иная несчастная ситуация. Слова Минхо, его безмолвная поддержка, оставались в сердце Хана, но это было недостаточно, чтобы избавиться от ощущения разрыва внутри. Все остатки надежды постепенно распадались, и он чувствовал, как разрывается между желанием оставить все и борьбой за жизнь. Он не мог понять, почему он до сих пор здесь, почему просто не оставить все. В этот момент в дверь тихо постучали. — Можно? — Это был Чанбин. Его взгляд был серьезным, но Джисон заметил, что он пытается не нарушить висящую между ними тишину. Хан молча кивнул, и Чанбин тихо вошел, закрывая за собой дверь. Он присел на стул перед ним, молча наблюдая за Джисоном, словно ожидая, что тот заговорит первым. У Хана не было сил для разговоров, но знал, что Чанбин — один из тех, кому можно доверять. — Как ты? — спросил Чанбин, его голос был мягким, но с невнятной тревогой. Парень не ответил сразу. Он снова взглянул на потрепанные стены, на старую мебель, хранившую следы прошлых владельцев. Больше, чем физическое пространство, он чувствовал себя изолированным от мира. — Чувствую, что не в состоянии двигаться дальше, — сказал Джисон, не поднимая головы. Его слова звучали тихо, но каждое слово было тяжелым, тяжелым, как камень. — Все это кажется бессмысленным. Я… я не знаю, стоит ли бороться, будет ли что-то дальше… Чанбин, несмотря на очевидную усталость в его глазах, не отводил взгляда. Он мог понять Джисона больше, чем кто-либо другой. — Я тоже так себя чувствовал, — сказал он, и хотя в его голосе не было упреков, в нем была скрыта глубокая мудрость, полученная от многих трудностей. — Но если мы сдадимся, то что будет с оставшимися? Мы не можем позволить себе верить, что все окончено, даже если это кажется слишком тяжелым и ненужным. Джисон закрыл глаза, пытаясь понять слова Чанбина. Он чувствовал себя таким истощенным, таким пустым, будто все его силы уже были израсходованы. Он чувствовал холод внутри себя, и каждый раз, когда пытался дышать глубже, этот холод становился только сильнее. — Но я не знаю, сколько еще я могу это выдержать, — тихо сказал он. — Сколько еще могу выживать… Чанбин не ответил сразу. Он склонил голову, а потом тихо произнес: — Ты не один. Мы все здесь и мы поможем тебе. Ты не обязан держать все это в себе. В его словах было больше, чем просто поддержка. Они были напоминанием о том, что в разваливающемся мире есть еще люди, которые не отворачиваются от тебя, даже когда ты кажешься безнадежным. Джисон сидел в тишине, несмотря на то, что он только что услышал. Его сердце было переполнено неопределенностью, но слова Чанбина каким-то образом зажгли маленький огонек надежды внутри. — Я не знаю, смогу ли это выдержать, — сказал Джисон, еще раз глядя на Чанбина. — Но… я попробую. Для вас. Чанбин улыбнулся, и в его глазах отражалась эта тихая надежда, которая была так важна в этот момент. — Ты не должен этого делать для нас, — ответил он, слегка улыбаясь. — Ты делаешь это для себя. Потому что ты заслуживаешь шанса. И я верю, что ты его найдешь. Джисон снова вздохнул, но на этот раз почувствовал, как маленькая часть боли рассеивается, уступая место чему-то другому — чему-то большему. Он не был готов отказаться. Пока не готов. И если он постарается найти силы, даже из-за боли и потерь, то, возможно, он сможет пережить это. Чанбин поднялся, потихоньку приближаясь к двери. — Если тебе нужно будет поговорить или просто побыть с кем-то, я всегда рядом, — сказал он, прежде чем выйти. Джисон остался один в комнате, но на этот раз с меньшим чувством разрыва. Он знал, что этот путь еще далеко не завершен, но, может, маленький огонек надежды все еще тлеет внутри него. 18.06 Время стало размытым в новом мире, где каждый день был одинаковым и одновременно другим. Джисон закончил замечать, сколько дней прошло. Они меняли места, и обыденность казалась похожей. Все, что он ощущал, это постоянное движение, постоянная опасность и невозможность остаться на месте. Их группа сокращалась. Каждый раз, когда они находили новое укрытие, каждый раз, когда они пытались восстановить силы, кто-то снова не возвращался, кто-то не выдерживал напряжения или, к сожалению, стал жертвой зомби. В этот раз они осели в заброшенном здании в окрестностях одного из городских районов. Это было не идеальное место, но, казалось, не было выбора. Потолок протекал, стены обваливались, но это стало еще одним местом, где можно было собраться, решить следующий шаг. Они закрыли все возможные входы и старались быть осторожными. Джисон сидел на полу в одной из комнат, обернув колени руками. Его глаза выглядели пустыми, они не видели ничего конкретного, просто стену перед собой. Порой он спрашивал себя, почему продолжает идти вперед. Может, чтобы не сдаться? Может быть, просто не хотел оставить своих товарищей? Может, боялся смерти? Но что, если однажды его уже не будет? Продолжат ли они двигаться? Прошло несколько дней после того, как они снова потеряли одного из своих. На этот раз это был Хенджин. Его не стало во время очередной встречи с группой зомби. Они даже не успели спасти его. Внезапно появившиеся на их пути зомби оставили их без шанса. Это был еще один удар для Джисона. Ему тяжело было держаться. Он был разбит, не знал, как принять удар. Хенджин был одним из тех, кто сначала держался в стороне, но впоследствии открылся и начал его поддерживать, всегда пытался поднять настроение, даже когда все шло не так. И сейчас его не было. Все в группе были в глубочайшей скорби, но продолжали идти вперед. Джисон чувствовал, что потеря была еще больше, чем просто смерть одного из них. Это был еще один кусочек безнадежности и собственной веры в то, что они смогут выйти из этого. Однажды вечером, когда боль от потерь и давление окружающего мира стала еще более невыносимой, Джисон сидел в темном коридоре, ведущем к их временному укрытию. Туманно-летний ветер хлопал по окнам. Он не замечал, как проходит время, и не чувствовал, что еще оставалось важным. Неожиданно рядом с ним появился Чан. Он молча присел, держа в руках несколько сломанных проводов. Не спрашивал ничего, просто сидел рядом, изучая его молчаливую тишину. — Я не знаю, почему мы все еще продолжаем двигаться, — тихо сказал Джисон. — С каждым днем ​​я все больше чувствую, как мой мир рушится. Я уже не уверен, сможем ли мы еще найти хоть какую-то цель. Чан спокойно посмотрел на него, его взгляд был полон тихой разумности. — Ты имеешь право чувствовать себя так, — ответил он. — Мы все устали. И мы все больше теряем. Но я знаю, что важно помнить: мы еще вместе. И пока мы не потеряли друг друга, есть еще шанс. Джисон снова закрыл глаза, пытаясь найти в себе силы поверить в это. Он чувствовал, как на сердце тяжелеет бремя, которое не покидало его. Что бы они ни делали, куда бы они ни шли, он не мог заставить себя принять, что все это имеет какой-то смысл. — Но что, если мы проигрываем? — его голос был тихим, почти безнадежным. Чан улыбнулся едва заметно. — Тогда мы просто будем бороться до последнего. Знаешь почему? Потому что у нас все еще остались мы. Пока ты дышишь — ты должен боротся до последнего. И хотя эти слова казались простыми, они приносили определенное облегчение. Они были далеки от магии, которую мог бы дать отличный результат. Но это была реальная связь, связь, которую он чувствовал всякий раз, когда разговаривал с кем-то из команды. Они были вместе, несмотря на все происходящее. В течение нескольких дней, когда они начали готовиться к очередному переходу, Джисон заметил, что от него снова ждут готовности, что от него снова ждут уверенности в команде. Но он не был готов. Его силы были исчерпаны. Его внутренний мир казался все более изолированным. Тогда он вспомнил слова Чана и еще раз подумал о том, что нельзя потерять себя, пока есть хотя бы одна надежда. 23.06 Ночью, когда все уже были устали и улеглись спать, Джисон остался в одиночестве в их убежище. Он сидел на полу, впервые за много дней, не пытаясь заглушить свои мысли. Все внутри него было тихо, но в то же время чувство пустоты становилось все громче. В темноте казалось, что даже сама атмосфера прижимает его к земле. Он уже не чувствовал себя частью этой группы, хоть и пытался держаться, хотя и старался не сломаться. Тем не менее, он был. Здесь. Еще жив. На мгновение он задумался: стоило ли оставаться таким слабым? Тихо скрипнула дверь, и в комнату вошел Минхо. Джисон сразу понял, что Минхо не спал — его взгляд был тяжелым, да и сам он выглядел как-то изнеможенным. Но когда их взгляды встретились, Джисон увидел что-то другое, что-то важное в глазах Минхо. Это было больше, чем просто забота или скрытая тревога. Это было нечто большее напоминающее понимание. Минхо подошел к нему, но не сел. Он поставил руки на бедра, и, молча взглянув на Джисона, понял, что тот в глубоких мыслях. — Ты не спишь? — наконец-то нарушил молчание Минхо. Джисон слегка покачал головой. — Просто… мысли не дают покоя, — ответил он, стараясь звучать как всегда, но в голосе все равно звучала невидимая тревога. — И ты тоже не спишь. Минхо тихо засмеялся, но смех был невнятным, с ноткой усталости. — Ты же знаешь, что я не могу просто лечь и спать, когда все вокруг нас падает, — его слова звучали просто, но у них было больше переживаний, чем он хотел показать. Между ними наступила тишина. Тишина, которая была чем больше, чем просто отсутствие звуков. Она была напряженной, как невысказанные слова, висевшие в воздухе. Джисон не знал, что ему сказать. Он чувствовал, что Минхо что-то хочет добавить, но тот держался, ожидая молча. — С тобой все хорошо? — этот вопрос был больше, чем просто забота. Минхо, кажется, заметил, как Джисон меняется, как начинает терять себя в тени происходящего вокруг них. Джисон на мгновение закрыл глаза, а потом посмотрел на стоявший рядом Минхо. — Нет. Не хорошо. — его голос был тихим, но решительным. — И это не просто из-за зомби. Я… я не знаю… Чусствую себя баластом для вас. Минхо сделал несколько шагов и сел рядом, даже не спрашивая, можно ли. Его присутствие было как теплое, молчаливое понимание. Они сидели рядом в тишине, и Джисон чувствовал, как то, что он не мог сказать, потихоньку выходит на поверхность. — Ты не баласт, — сказал Минхо, его голос мягко прорезал тишину. — Ты помнишь, что я тебе говорил? Джисон только кивнул, не в силах ответить. Его грудь была переполнена эмоциями, но он не мог сказать то, что на самом деле испытывал. Он был благодарен Минхо за его поддержку, но было что-то еще. Минхо, кажется, чувствовал это, потому что медленно протянул руку и положил ее на талию Джисона. Простой жест, сказавший больше, чем любые слова. И в тот момент Джисон почувствовал, что не просто один из группы, а часть чего-то большего, чего-то достойного борьбы. — Когда тебя нет рядом, мир становится неинтересным, Ханни, — повторил Минхо, глядя ему в глаза, — пока дышу, я люблю тебя. Джисон медленно поднял взгляд и повстречался с его глазами. И хотя Минхо, понимал, почему он так смотрит, Джисон чувствовал себя уязвимым, как никогда раньше. Он не мог найти верные слова, но знал, что хён все знает и без слов. Минхо поднялся, поцеловав Хана в лоб, тихо сказав: — Я вернусь. Только чуть позже. Он только кивнул. Но когда Минхо ушел, Джисон остался на месте, вспоминая каждое слово, каждый жест. Он не знал, что ждет их впереди, но в его сердце было ясное ощущение, что этот момент был важен. Может быть, даже последним перед большими переменами. Утром, когда Джисон проснулся, Минхо уже не было. Сначала он подумал, что он снова на очередной вылазке, но когда прошло время, и он не вернулся, Хан начал чувствовать, как холодная волна тревоги разливается в нем. Он спросил других, но никто не видел его. И хотя Джисон не хочет верить в это, он чувствует, что этот момент с Минхо, их последний общий момент, может стать последним для них двоих. 01.07 Время для Джисона изменилось. Его жизнь стала безграничной серией конечных моментов, где люди, бывшие с ним, постепенно исчезали из его жизни. Каждый новый день был просто попыткой восстановить то, что было потеряно. Но с каждым днем ​​их становилось меньше. Первым был Чонин. Джисон помнил, как Чонин, хрипло дыша, усмехнулся ему перед тем, за день до того как его схватили зомби. Дальше последовала смерть Феликса. Они думали, что нашли укрытие, что их больше не найдут. Но это было иллюзией, за что и поплатились смертью Феликса. Через несколько дней их покинул Хенджин. Зомби не оставили ему шансов, и хотя он боролся до последнего, ему не удалось скрыться. Чанбин последовал после Хенджина. Желая спасти друга, он сам не смог вернуться назад. Но самым болезненным было то, что он снова остался один, без Минхо. Минхо. Тот, кого Джисон долго считал своим тылом. Тот, кто был рядом даже в самые темные моменты. И хотя он не знал, куда пошел Минхо или что случилось, он не мог избавиться от этого ощущения, что что-то пошло не так. Минхо просто исчез, и Джисон остался один с теми мыслями, которые не могли найти выхода. Каждый следующий день был просто попыткой разобраться, что делать дальше. И хотя они вместе долго переживали самые плохие моменты, Джисон больше не чувствовал себя частью чего-то большего. Нет, теперь он был только Джисоном — одиноким и потерянным. Уже некому было помочь, не с кем поделиться болью. Он сидел один в темноте, пока другие спали, или ему так хотелось думать, что все спали? Чан и Сынмин… Джисон не может вспомнить, когда его покинули все. Их укрытие, их последнее пристанище, начало разрушаться так же, как и его внутренний мир. — Что дальше? — произнес он тихо, глядя на пустую комнату. Все его товарищи, его друзья остались позади. Смерть забрала их, одну за другой, и казалось, что теперь нет никакого смысла продолжать. Остался только он. И в этом мире, где все становилось все более враждебным, где не было ни надежды, ни какой-либо точки опоры, Джисон больше не мог понять, что это за жизнь. Конечно, он мог бы идти дальше, искать новое место для себя, искать какую-нибудь надежду. Но что если нет никакой надежды? Что, если это все — только ускользающий через пальцы песок? Он стал сильнее. Но изнутри он продолжал умирать, и ничто не могло остановить его. Они были только людьми. И каждый день напоминал ему об этом. Джисон тихо взобрался на крышу, стараясь не выдать себя. Ночь была темной, звезды почти не светили из-за облаков. Снизу звучали тяжелые шаги зомби, их звуки разрывали тишину, но он не обращал на это внимания. Он сидел на краю крыши, ноги свисали вниз, и смотрел на бесконечный поток мертвых, блуждающих по улицам. В его голове крутились воспоминания — момент, когда Минхо впервые прикоснулся к нему ночью, чтобы успокоить. Его крепкие руки, которые всегда были готовы подставить плечо. Когда Минхо был рядом, все казалось менее тяжелым, даже в мире, у которого не было никакой надежды. А теперь... Теперь он остался один. Все они ушли, оставив его здесь, среди развалин, воспоминаний прошлой жизни. Джисон закрыл глаза, тяжело вдыхая холодный воздух. Его сердце билось тяжело, но он больше не чувствовал страха. Напротив, с каждым новым днем, с каждой утратой, ему становилось все менее важно оставаться в живых. «Может быть, я выжил, чтобы просто стать готовым умереть, — думал он, глядя на темный горизонт, — может быть, это то, что мне нужно. Просто… закончить все.» Зомби были только частью этого мира, но они не являлись главной угрозой. Главной угрозой было само одиночество, которое уничтожало его душу. И он чувствовал, что если позволит себе покинуть этот мир, это не будет поражением. Это будет увольнением. Он еще раз взглянул на темное море мертвых, а затем медленно поднял голову к небу, позволяя прохладному ветру прикасаться к его лицу. Чувство покоя заполонило его, и он понял, что уже не хочет искать смысла во всем этом. Он готов был отпустить.