напарница

Они продолжали обследовать заброшенную фабрику, пытаясь собрать хоть какие-то улики. Соня шагала вперёд, светя фонариком по стенам, и едва не наступила на разбитую бутылку. Максимов тут же подал голос: — Осторожнее, Леонова, а то сейчас придётся вызывать подкрепление для спасения наших лучших аналитических мозгов. Она обернулась и подняла бровь: — Если бы ты использовал свой мозг хотя бы наполовину, сколько свои шутки, мы бы уже давно раскрыли дело. — Больно, — изобразил он обиду, прикладывая руку к груди. — Прямо по самому слабому месту. — Твоё слабое место — это чувство юмора, — бросила Соня, снова поворачиваясь к стене. — Знаешь, некоторые находят его очаровательным, — парировал Максимов с едва заметной улыбкой. — О да, конечно, — она на секунду остановилась и посмотрела на него с насмешкой. — Наверное, только те, кто впервые слышат твои «остроумные» замечания. Гнездилов, наблюдавший за этой перепалкой, не упустил возможности вмешаться: — Эй, эй, ребята! Может, это я просто глупый, но мне кажется, что тут какой-то… электрический разряд между вами? Соня хмыкнула и уже хотела ответить, но Максимов её перебил: — Гнездилов, не нервируй. Иди лучше проверяй, где у нас следы обуви. А то как будто сам их оставил. Игорь что-то пробормотал под нос и направился в другой конец зала. Соня ухмыльнулась: — Отличный способ избавиться от свидетелей. Максимов прищурился и приблизился, будто что-то собираясь сказать, но тут же раздался стук: дверь в дальней комнате хлопнула от сквозняка. — Не расслабляйтесь, это не свидетель, а, возможно, наш убийца, — тихо сказала Соня, уже переключаясь на дело. Они вошли в комнату, где пыль лежала толстым слоем, но на полу была видна свежая грязь. — Следы, — указала Соня, опуская фонарик ниже. — И не одни, — добавил Максимов, присев, чтобы рассмотреть. Соня присела рядом. — Место слишком открытое. Думаешь, убийца специально нас сюда заманивает? Максимов посмотрел на неё с лёгким прищуром. — Или это просто для него идеальная ловушка. Стань чуть ближе — и уже не выберешься. Соня ухмыльнулась: — Ты, конечно, мастер метафор. Но, если что, ловушки срабатывают не на самых умных. — Это ты к чему? — он выпрямился, подавая ей руку. Она взяла её, чтобы встать, но не удержалась: — А ты как думаешь? Максимов рассмеялся тихо, но не ответил, лишь посмотрел на неё чуть дольше, чем это было нужно. Когда они вышли наружу, Гнездилов уже о чём-то спорил с Леной и Лешей. — Что за проблема? — спросил Максимов, подойдя ближе. Гнездилов развёл руками: — Я тут пытался объяснить, что следы на полу — это не просто грязь, а, возможно, смесь каких-то химикатов. Но Лемонидов говорит, что я не отличу пыль от соли! – повозмущался Игорь. — Ты не отличишь, — подтвердил Леша с усмешкой. — А вот и нет! — Гнездилов всплеснул руками. — Я же гениальный слендователь, кто-то просто не понимает моего потенциала. Соня усмехнулась: — Может, ты просто нашёл способ не работать? — Почему вы все меня так не любите? — с драматической интонацией воскликнул Гнездилов. Максимов, протягивая ему фонарик, ответил: — Потому что твой потенциал заканчивается там, где начинаются реальные дела. Соня не сдержала лёгкого смешка и добавила: — Но не переживай, ты хотя бы вносишь разнообразие. Позже, когда все сели в машины, Максимов и Соня оказались в одной. Ехали молча, пока он не нарушил тишину: — Ты всегда такая колючая, или это я тебя так вдохновляю? — О да, Максимов, ты — мой личный источник вдохновения, — ответила она, не отрывая взгляда от дороги. — Сарказм принимается, но, честно говоря, мне кажется, ты просто не хочешь признать, что тебе со мной интересно. Соня на секунду посмотрела на него, как будто обдумывала, что сказать. — Интересно, как с тараканом, который вылез из норы: что он сделает дальше? Максимов рассмеялся. — С тобой я всегда на грани, Леонидова. — Зато не скучно, — бросила она и прибавила газ.

***

Соня и Максимов сидели в машине, поглядывая на грязную карту, которую им любезно предоставил местный архив. Рядом на заднем сидении Гнездилов пытался понять, как работает его новый фонарик с ультрафиолетовым лучом. — Знаешь, Леонова, — начал Максимов, — если бы ты всегда так сосредотачивалась на работе, как сейчас, мы бы уже раскрыли половину дел. Соня, не отрываясь от карты, сухо бросила: — Это прозвучало почти как комплимент. Ты уверен, что это ты, а не какой-то твой вежливый двойник? Максимов усмехнулся: — А что, если я просто пытаюсь наладить с тобой контакт? — Давай начнём с того, что ты просто укажешь правильный поворот, — ответила она, чуть поправляя карту. Гнездилов вдруг встрял в разговор: — А мне кажется, что вы индеально друг друга дополняете. Один делает вид, что умный, другая — что терпеливая. — Гнездилов, — разом произнесли они оба, с такими интонациями, что Игорь решил на время притихнуть. Когда они приехали на место, Алексей и Вахтанг уже ждали их у входа в полуразрушенное здание. — Ну, наконец-то, — сказал Алексей, щурясь от фар их машины. — Уже думал, что вы потерялись в трёх соснах. — А мы что, не должны были? — парировал Максимов, закрывая за собой дверь машины. Соня махнула рукой, чтобы остановить словесную перепалку. — Лучше расскажите, что вы тут нашли. Вахтанг посмотрел на сестру с серьёзным выражением лица: — Мы обследовали первый этаж. Судя по всему, тут был склад, но в последнее время его явно использовали для чего-то незаконного. — Мы нашли следы крови, — добавил Алексей. — Очень старые, но всё же. — Значит, начнём с этого, — сказала Соня, заправляя волосы за уши. Они разделились на группы: Соня пошла с Алексеем, Максимов остался с Вахтангом, а Гнездилов… — Я просто здесь постою, чтобы не мешать вашим гендиальным умам, — заявил Игорь, потирая руки. — Постой, постой, — усмехнулся Леша. — И попробуй не зацепить что-нибудь. Софья и Алексей обследовали дальнюю часть здания. Она светила фонариком в старые шкафы, пытаясь найти хоть что-то, что могло бы пролить свет на дело. — Ты заметила, как Максимов странно на тебя смотрит? — вдруг спросил Алексей, ломая тишину. — Что? — Соня обернулась к нему, не сразу поняв, о чём речь. — Ну, у него такое выражение лица, как будто он пытается быть остроумным, но на самом деле просто пялится, — объяснил Алексей с ухмылкой. — Это ты сейчас пытаешься пошутить или выдать свою теорию? — спросила она, не скрывая сарказма. — Просто наблюдение, — пожал плечами Алексей. Соня покачала головой, возвращаясь к поискам. Тем временем Максимов и Вахтанг обсуждали более серьёзные вещи. — У меня есть теория, что убийца использовал это место как склад для улик, — сказал Вахтанг, осматривая старый ящик. — Теория неплохая, но где доказательства? — спросил Максимов. — Вот как раз их мы и ищем, — ответил Вахтанг, поднимая крышку ящика. Внутри оказались старые вещи, покрытые пылью, но на одной из них был чёткий отпечаток ладони. — Кажется, мы что-то нашли, — тихо сказал Максимов, и Вахтанг кивнул в ответ. Скоро они собрались все вместе, чтобы обсудить находки. — Отпечаток ладони может быть свежим, — сказала Соня, рассматривая фотографию с места. — Или кто-то недавно сюда возвращался. — Ну, или это очередная слунчайность, — вставил Гнездилов. — Игореша, ты хоть иногда можешь не говорить очевидные вещи? — устало спросил Леша. — А что? Я просто пытаюсь быть полезным, — обиделся Гнездилов. Максимов хмыкнул и бросил взгляд на Соню. — А ты чего молчишь, Леонова? — Просто думаю, что нам стоит проверить ближайшие записи с камер. Если тут кто-то бывал недавно, мы это узнаем. — Вот это уже похоже на план, – добавил Макс.

***

Соня придвинулась ближе к экрану, фиксируя взгляд на записи. Камера показывала человека в тёмной одежде, пересекающего улицу и заходящего в здание. — Останови, — резко сказала она. Оператор нажал на паузу, и лицо фигуры в капюшоне стало чуть более различимым. — Это он? — спросил Вахтанг, заглядывая через плечо сестры. Соня нахмурилась: — Точно не скажу, но рост и комплекция совпадают. Надо проверить все записи по соседним камерам. Максимов, стоящий чуть позади, насмешливо добавил: — Либо это наш подозреваемый, либо человек, который ищет ближайший ларёк с шаурмой. Соня обернулась: — Если хочешь пошутить, сделай это в следующий раз, когда мы будем допрашивать твоего фаната. — Ты называешь Артемьева моим фанатом? — усмехнулся Максимов. — Лестно. — Да, таким ты и кажешься: магнит для проблем. Алексей, уставший от их перепалки, вставил: — Ладно, дети, хватит. Мы тут дело расследуем, напомню. Гнездилов, который до сих пор рассматривал чьи-то старые пропуска на соседнем столе, вдруг вмешался: — А мне кажется, подозреваемый просто решил подзаработать, продавая секреты вашего флирта. Все замолчали. Соня и Максимов синхронно посмотрели на него, причём так, что он моментально почувствовал себя неловко. — Ладно-ладно, я промолчу, — быстро добавил он, подняв руки. — А то ещё назовёте соучастником. Алексей закатил глаза: — Гнездилов, иди лучше проверь, есть ли камеры за углом. Мы с Вахтангом возьмём северный сектор. — Рад быть полезным, — пробурчал Гнездилов, направляясь к выходу. Когда он ушёл, Соня взглянула на Максима: — Иди помогай ему. — Почему я? — Потому что с ним даже у преступников терпения не хватает, — отрезала она. — Ну, значит, это идеальная работа для меня, — ответил Максимов, с улыбкой направляясь следом за Гнездиловым. Соня снова сосредоточилась на экране, чувствуя лёгкое раздражение от его легкомысленности, но зная, что он на деле всегда выкладывается по полной. В этот момент Алексей и Вахтанг уже обошли северную часть района. Найденные записи показали не только тёмную фигуру в капюшоне, но и машину, которая отъехала спустя несколько минут после того, как подозреваемый скрылся. — Похоже, мы нашли его транспорт, — сказал Алексей, показывая номерной знак Вахтангу. — Теперь главное — отследить его. — Тогда вперёд к базе, — ответил Вахтанг. — Давай проверим, кто зарегистрирован на эту машину. В это время Максимов и Гнездилов, работая в паре, успели выяснить, что подозреваемый несколько раз возвращался к зданию, как будто что-то искал. — И что он мог потерять? — задумался Максимов. — Чувство вкуса, судя по его одежде, — вставил Гнездилов. — Знаешь, Гнездилов, если бы ты меньше говорил, мы бы уже поймали его. — А если бы ты был хоть немного похож на Шерлока, Соня уже давно бы на тебя запала, — невозмутимо парировал Гнездилов. Максимов только покачал головой: — Ты неисправим.

***

Внутри чердака был полный хаос — разбросанные коробки, пыль, старые деревянные балки. Артемьев, услышав шаги, побежал к дальнему выходу. — Стоять, полиция! — выкрикнула Соня, направляя на него пистолет. Но тот, даже не замедлившись, схватил трубу и размахнулся. — Ты что, совсем без мозгов? — буркнула Соня, уклоняясь от удара. Максимов подоспел вовремя. — Не хорошо девушек бить, Артемьев, – сказал максимов уклоняясь от второго удара трубой в его сторону. — Я и без тебя справляюсь, — отозвалась Соня, блокируя следующую попытку Артемьева. Артемьев, понимая, что проигрывает, бросился в атаку. Соня нанесла ему подножку, и тот с треском упал на деревянный пол. — Тебе объяснить, что это бесполезно? — съязвила она, но тут же увлеклась схваткой, когда Артемьев попытался встать. Максимов, встав сзади, подхватил его за плечи и ударил между лопаток, из за чего Артемьев закричал. Софья нанесла несколько быстрых ударов, последний — точно в челюсть, и преступник повалился на пол. — Всё, отдыхай, — пробормотала она, вытирая руки. Максимов прислонился к стене, переводя дыхание. — А ты хороша в драке, – сказал Макс. — А ты в подколах, — отрезала она, застёгивая пистолет. В этот момент вошли Леша и Вахтанг, оглядывая место схватки. — Вы вдвоём что, устраивали тут матч? — подшутил Леша, смотря на Артемьева. — Скорее спарринг – не удержался от пяти копеек Вахтанг, но, глянув на Соню, добавил з ухмылкой: – только она явно победила.