Несущий смерть

      “ДА ЗДРАВСТВУЕТ ФУИН!”       Именно с такими мыслями я направлялся в сторону квартала Узумаки, в котором меня, естественно, обломали.       Нет, Мито-сама не отказалась, ей не позволил бы этого контракт. Просто, когда очень долго ожидаешь чего-то и вот-вот подходит момент, а потом тебе говорят подождать еще немного — это дико бесит.       Первый день мы почти полностью убили на новый договор. Предыдущий заключался лишь на мою миссию и оплату за нее. Со второй просьбой я угадал. Я должен буду “заботится о Кушине в меру своих сил”. Крайне расплывчатая формулировка - не находите?       Вот за обсуждением нюансов мы и просидели около десяти часов. Мито ориентировала этот контракт на время после своей смерти и ну очень заботилась о родной крови. Я же пекся в этот момент о себе, так как большая часть предложенных требований меня не устраивала. Например, изначальная версия считалась бы нарушенной, если бы Кушина умерла. Тот факт, что она шиноби и будет ходить на миссии, где ее могут устранить, видимо, здесь в расчет не брался. Я не всемогущ и не всеведущ, чтобы следить за младшей Узумаки двадцать четыре часа семь дней в неделю.       Также мы включили отдельным пунктом то, что все разработки, которые я осуществлю самостоятельно, связанные с фуин, должны быть переданы члену клана Узумаки. Это, по-моему, единственное место, где я сумел надуть Мито. Я же в основном буду разрабатывать печати под техники стихии смерти, так что для красноволосых мои труды будут почти бесполезны. Ну и тот факт, что те знания, которые я получу на совместных занятиях, я не могу разглашать посторонним.        Где-то мне удавалось отстаивать свою позицию аргументами, в каких-то вопросах мы шли на компромисс, в последних мне приходилось идти на уступки Мито. Итого по контракту я обязан оказывать поддержку младшей Узумаки со стороны Корня, препятствовать негативным поползновениям и помогать там, где посчитаю необходимым и у меня есть на это возможность. В общем, к вечеру от писанины у меня настолько устала голова, что я просто отправился спать.        На следующий день я занялся каллиграфией. Не то чтобы у меня не получалось писать на местном языке, но вот с аккуратностью линий были огрехи. Я привык считать, что мои руки просто не успевают за мозгом, но пришлось их подтягивать. И ведь даже не поспоришь - точность, с которой ты рисуешь свои каракули, напрямую влияет на функционал печатей.          - АААААА! Я так больше не могу, даттебане! - изучать каллиграфию, конечно, надо, но почему я должен это делать вместе с одним красноволосым раздражителем?       - Кушина, раз не хочешь заниматься, так хоть мне не мешай.       - Да как вообще можно сидеть и часами выводить эти несчастные линии? Даже походы в академию теперь уже не кажутся такими противными! И ты! Ты как будто готов этим заниматься постоянно. Да как тебе не скучно? Вот из-за таких душнил, как ты, меня и заставляют этому учиться! Потом бабуля тебя еще и в пример поставит, даттебане!       - Кушина, во-первых, побольше уважения. Мне официоз особо не нужен, но ты представительница Узумаки в Конохе и должна соблюдать приличия. Во-вторых, Мито-сама объясняла, что чем четче все нарисовано, тем сильнее функционал дзюцу, а от этого может зависеть твоя жизнь. Это не то занятие, на котором следует отлынивать.       - Да знаю я! Но это просто невозможно! Слушай, а можно я тихонько улизну, а ты потом скажешь, что мы вместе занимались?       - Можно.       - Ну почему? А, стоп, ты что, согласился? Ты же вроде весь из себя такой правильный? Впрочем, неважно. Пока-пока, я гулять! - сразу за этими словами мелочь выскочила в окно, и след ее простыл.        - И на что ты мою ученицу подбиваешь, а?       Если честно, для меня сейчас необычайно большой загадкой является факт того, что несмотря на то, что сама Мито имеет резерв многократно перекрывающий любого шиноби в Конохе, плюс у нее в животе сидит хвостатый, полностью состоящий из чакры, она умудряется обходить мою сенсорику, хотя по идее должна светиться аки солнце.       - Ни на что я ее не подбивал, это была ее идея от начала и до конца, я лишь сказал, что не буду ей препятствовать.       - И зачем? — вот вроде и спокойный голос, но все равно пробирает.       - Я, честно, очень немного знаю о воспитании детей, но из того, что слышал - категорически запрещать вещи не только бесполезно, но и вредно. Ребенок все равно не удержится и рано или поздно попробует, какими строгими не были бы ограничения. Тут легче на не особо опасных примерах позволить ему набить шишек, и дать мозгам получить цепочку правильных выводов.       - А неплохо, если бы ты просто такими словами от нее отделался, то я бы на тебя обиделась, - сказала Мито, прикрывая рот рукавом кимоно, - или ты сейчас это придумал?       Манера поведения старшей Узумаки меня немного нервирует. Этакая мудрая, но слегка причудливая старушенция. Вот вроде знаешь, кто она и какими заслугами обладает, а все равно немного меняется парадигма поведения около нее.       - Нет, не сейчас, - отвечаю максимально спокойно, пора переводить тему, - Мито-сама, а как еще раз рисуется этот кандзи?       Учитель из нее хороший, но очень придирчивый. Столько мелких замечаний и советов я в адрес своей работы никогда не слышал, и что самое обидное - все по делу.       Сейчас я задумался о том, что такие маневры мне нужно будет проворачивать в бою, а там времени на раздумья и уж тем более чистоплюйство не будет. Там за несколько секунд надо начертить идеально около десятка символов.       Почему бы в таком случае не создать небольшой условный рефлекс? Записать себе на подкорку правильные движения, а потом просто воспроизводить эту заготовку, когда она окажется нужна. Пока я занимаюсь чисто каллиграфией и фуин не трогаю - хорошая идея для исследований.       Кроме того, пришел тот знаменательный день, когда я встречусь со своими единомышленниками, хотя это не факт. Подходы к науке могут быть разными. Так или иначе, уже за двадцать минут до начала я был на месте. Мне хотелось получше осмотреть каждого из числа тех, кто придет, так что я поудобнее устроился на стуле и принялся ждать.       Первым заявился человек, которого я уже знал лично, так как он также состоит в Корне. Высокий белобрысый шиноби - Хируко. Как ниндзя он достаточно посредственный, малый запас чакры, неплохой контроль, из техник - три базовых ниндзюцу и немного ирьениндзюцу, однако у него большие амбиции и неплохой склад ума, из-за чего я и одобрил его кандидатуру АНБУ НЕ. Из его изъянов - он одержим тем, чтобы соответствовать своим давним друзьям из академии - троице учеников Хокаге, а это крайне непростая задача, с которой он, скорее всего, не справится, вследствие чего может разочароваться в карьере шиноби.       Касательно его я был осведомлен, а вот другие члены собрания станут мне сюрпризом, хотя некоторые ожидания у меня есть.       Ровно в назначенное время пришли еще двое. Первый - тот, кого я больше всего здесь ждал - Орочимару. Гениальный ученик Третьего, по слухам, помешанный на исследованиях и различных техниках. Уверен, с ним я найду что обсудить.       Второй - черноволосый, среднего роста старик с буквально мертвыми глазами. По возрасту он явно обгонял Серью, чьим соклановцем и являлся, судя по камону на его плече. Не очень-то он похож на ученого, но по одежке не судят, хоть я и подозреваю, что именно он собирается нам предложить.         - Давайте начинать, - сказал этот самый Сенджу, присаживаясь за одно из мест.       - Что же, раз мы все здесь собрались... - заговорил было Орочимару, выделяя шипящие звуки, но я его остановил.       - Простите, что перебиваю, но нас должно быть пятеро, предлагаю немного подождать.       - Как скажете, вы, я так полагаю, заведующий данным собранием?       - Правильнее - его инициатор.       Через десяток-другой минут, когда у меня уже начался нервный тик, в нашу комнату влетает, сбив дверь, последний участник. Учитывая, что помещение это не такое уж и большое, а инерция - штука подлая, то движение живого снаряда продолжилось даже после контакта с дверью. Хируко, который сидел ближе всего, попытался уклониться, но не преуспел, в итоге оба растянулись на столе.       Орочимару поглядывал на все это с долей веселья, старик Сенджу был раздражен, а я просто помассировал виски. Люди науки бывают весьма эксцентричными личностями, и походу — это наш случай.        - Привет-привет, а чего тут так тихо? - выдал ввалившийся в комнату Абураме, вставая с придавленного Хируко, попутно потоптавшись по нему.       - Где твое уважение, мальчишка? Мало того что опоздал, так еще и ведешь себя неподобающе! — это, совсем не сдерживая голос, выдал Сенджу.       - Ой, да ладно тебе, старикашка, - явно нарывался жуковод.       Странно, мне всегда казалось, что все Абураме - спокойные и степенные, слегка отстраненные и рассудительные, но, похоже, своя белая ворона есть в любом клане.       - Да ты совсем охренел! — это уже Хируко, вытирающий кровь из носа, злобно орал в сторону сбившего его.       - Подумаешь, не рассчитал траекторию - бывает.       А я надеялся, что мы устроим цивильный научный диспут. С появления последнего члена собрания и минуты не прошло, а больше половины присутствующих уже схватилась за кунаи.       Складываю печать концентрации и использую площадной вариант техники нарушения сознания тела. Таким способом, и поножовщины не случится, и слышать меня все будут.       - Я бы попросил всех вас успокоиться. Раз уж мы все здесь, оглашу правила встречи, надеюсь, сие мероприятие проводится не в последний раз. Прежде всего, все должны быть на месте вовремя, - говорю, смотря на Абураме, - никаких оскорблений и попыток применить силу или техники. Все это будет пресекаться. Дискуссии касательно спорных вопросов решаться будут голосованием. Будете саботировать или мешать, и я вас удалю. Теперь, когда я это озвучил, предлагаю приступить к знакомству.       Отпускаю контроль и наблюдаю абсолютно разные реакции. Хируко хоть и злится, но понял, что хватил лишнего и успокоился, Сенджу, судя по эмоциям, готов убить меня здесь и сейчас за такое попрание его чести, а оболтусу с темными очками - вообще наплевать. В каком цирке я оказался? Дабы подать пример начинаю:       - Мое имя Шиничи Яманака. Токубецу-джонин. Четырнадцать лет, - на этом моменте, что старик, что жуковод удивленно подняли брови, - являюсь учеником главы клана Яманака, сейчас состою в Корне АНБУ.       - Меня зовут Орочимару, - представился второй нормальный человек в этой комнате, хотя его здесь, скорее всего, все знают, - Джонин. Шестнадцать лет. Ученик Третьего Хокаге Сарутоби Хирузена.       - Я - Хируко. Чунин. Шестнадцать лет. Также состою в Корне АНБУ.       - Тайджо Сенджу. Джонин. Шестьдесят лет.       Все представились, выдав необходимый минимум, затем перевели взгляд на Абураме. Тот, недолго думая, встал и начал высокопарно вещать.       - Величают меня Тацумаки Абураме возрастом двадцати лет. Несмотря на мой выдающийся талант все еще чунин, не ценят в нашей деревне креативных людей, - с фальшивым сожалением выдал он, - что же касается моего места в мире, то я буду для вас глотком холодной воды в жаркой пустыне, вашим единственным спасением от безысходности, вашей музой и вдохновением! - он в конце даже в пафосную позу встал.       Парень явно со странностями. Чем-то напоминает мне Ярико, однако если та, несмотря на ее непосредственность, все же является адекватным шиноби, то вот этот выглядит безумным. Тем не менее он вполне может оказаться полезным. Поэтому я прерываю уже начавшего было исторгать возмущения Сенджу.       - Раз познакомились, то тогда я подробнее опишу, зачем мы все здесь.       - Разве не для обсуждения инициативы научного исследования чакры? - задал вопрос Тайждо.       - Это так, но есть формальности, требующие уточнения. В нашей деревне, как вы знаете, нет централизованного исследования чакры. Каждый клан изучает близкие для них техники самостоятельно. Со смертью Второго Хокаге разработка новых дзюцу, не связанных с хидзюцу, практически прекратилась. Такая ситуация верхушке деревни не особо по душе. Соответственно, появился запрос на создание нового отдела, который планируется сделать частью Корня АНБУ. Все из вас, кто по результатам собрания изъявят желание вступить, должны будут стать частью нашего подразделения с соответствующими вытекающими.       - И с чего вдруг неокрепшего мальчишку назначили на такую ответственную должность?       - Думаю, по количеству здесь присутствующих вы видите, что выбор не самый богатый, касательно вашего вопроса, предлагаю вам спросить это лично у начальства.       - Хорошо, именно так и сделаю.        - Что, вот прям все обязаны будут вступить? - спросил Орочимару.       - С вами мы обсудим это отдельно ввиду вашего нестандартного положения. Теперь же я предлагаю каждому немного рассказать о том, как именно вы представляете будущее такого начинания, чем мы будем заниматься, какие исследования проводить и какую пользу в итоге принесем Конохе, по возможности или желанию - чем уже занимались.        - Что же, тогда позвольте мне начать, - вызвался Хируко, - как вы все знаете, у шиноби есть предел, за который невозможно выйти. Рано или поздно заканчивает расти резерв чакры, остается только улучшать имеющиеся техники или изучать новые. Для большинства рядовых ниндзя звание чунина - потолок. Мне видится, что деревня сильно выиграет, если повысить средний уровень бойцов.        - И какие есть идеи? - поинтересовался Орочимару.       - Кеккей генкаи. Даже один улучшенный геном делает шиноби минимум хорошим специалистом в выбранной области, а как максимум - человека, достойного звания каге, такие как, например, джинтон.        - Вот только стихия пыли является расширенным геномом, а не улучшенным, - поправил собеседник Хируко.       Ученые как никто трепетно относятся к терминологии, я сам такой же.       - Орочимару-сан, не могли бы вы пояснить разницу? - беловолосый, видимо, не сталкивался с подобным разделением.       - Конечно, улучшенный геном предполагает наличие двух стихий чакры, тогда как расширенный - трех.       - Спасибо. Если удастся привить простым шиноби кеккей генкай, а то и несколько, то Коноха станет безоговорочно сильнейшей деревней.       Ну, с ним все изначально было понятно. Хируко с детства смотрел на особые способности своих друзей и завидовал им, так что неудивительно, что он увлекся именно этой темой. Есть у меня подозрение, что как только появится более-менее рабочая техника по приживлению кеккей генкаев, то он самоотверженно вызовется добровольцем в качестве подопытного.       - А способы реализации или хотя бы идеи есть? - задал в этот раз реально важный вопрос Сенджу.       - Из-за отсутствия опытного материала и каких-либо исследований на этом поприще ранее, пока я ограничиваюсь лишь теориями и концепциями, - довольно витиевато выразился Хируко.       - Мог так и сказать, что ничего нет.       На это мой коллега только поскрипел зубами.       - Тогда теперь я, - с некоторым нетерпением начал Тайджо, - несмотря на мое предыдущее высказывание, в идеях молодого человека есть здравое зерно. Кеккей генкаи и правда являются дорогой в светлое будущее. Я считаю, стоит сконцентрировать большую часть сил научного отдела на этом. Однако не все улучшенные геномы заслуживают внимания. Не в обиду тем же кланам Акимичи или Инузука, но их хидзюцу слишком специфичные и узконаправленные. Поэтому стоит рассматривать такие, которые принесут максимальную пользу. Думаю, что мокутон будет идеальным вариантом.       Ага, кто о чем, а Сенджу о мокутоне. Этот гештальт их невероятно гложет. Они имеют репутацию сильнейшего клана в Конохе, клана основателя и благородного клана. Вот только она почти целиком держится на деяниях Хаширамы и Тобирамы. Не будь их, и Сенджу считались бы далеко не такими сильными и значимыми. Тот факт, что они были одним из сильнейших кланов в эпоху воюющих государств, обусловлен наличием у них хороших меднинов, что тогда было большой редкостью. Сейчас лесники стремительно теряют свои позиции, и исправить это может лишь новый великий лидер, каким был Первый Хокаге.       Из собранной мной информации, а в общедоступных источниках ее оказалось прискорбно мало, вернее, конкретно о кеккей генкае, а не перечислении заслуг Первого, который его использовал, так вот, мокутон скорее напоминает не улучшенный геном, а расширенный. Простое сочетание воды и земли не может дать также запечатывающие, подавляющие и чакровысасывающие свойства, которые ему приписывают. Раз у нас прямо тут Сенджу, который еще застал Хашираму, есть возможность его расспросить.       - Тайджо-сан, я хочу уточнить некоторые вещи касательно стихии дерева, вы не против? Можете не отвечать, если посчитаете это лишним.       - Давай.       Хорошо, что некоторая его горячность не перекрывает мозговые волны. Он понимает, что пусть я и юн, но буду отвечать за распределение того, куда будут направлены исследования, видимо, желание возродить величие клана выше его чувства собственного достоинства. И если какие-то личные вопросы касательно Первого он вполне обоснованно может проигнорировать, то вот таковые по теме нашего разговора - нет.       - Я нигде не нашел упоминаний других пользователей мокутона, кроме Хаширамы-самы. Не подскажете, был ли он единственным?       - Нет. Существовали и другие.       - Вы их застали?       - Увы, нет, я читал об этом в хрониках клана. Мокутон крайне редок. Знаю лишь, что никакой закономерности между появлениями его владельцев выявлено не было.       - Получается, естественным путем нового пользователя стихии дерева придется ждать еще несколько поколений?       - Да, - ярость буквально хлестала из одного этого слова.       - Понятно.       Меня, кстати, смущает подозрительная молчаливость нашего самого эксцентричного члена. А, нет, уже не смущает, судя по дыханию, Абураме спокойно себе спит. Его темные очки вполне этому способствуют.       - Тацумаки-сан? - параллельно посылаю ему ментальный импульс, чтобы разбудить.       - А, что, где я?       - Ваша очередь рассказывать.       - Конечно, внимайте мне, ведь мои идеи станут для вас светом в конце тоннеля…       Дальнейшая речь была подана в примерно таком же стиле. Воды там было ой как много, но несмотря на это, мысли у него были необычные и перспективные. Например, о том, чтобы научный отдел занимался разработкой новых ядов, я не думал. К этому делу можно будет подключить имеющихся в Корне ирьенинов. Помимо этого, из его расплывчатых описаний я смог уловить еще одно направление - стационарные барьеры, похожие на тот, что обнаруживает цели, приходящие в Коноху. Однако, как бы это ни было полезно, но через полчаса его словесный понос я был вынужден прервать.       - Спасибо за ваши предложения, Орочимару-сан, теперь вы.       - К уже вышеперечисленному хотел бы добавить разработку новых дзюцу в различных областях, в том числе киндзюцу.       - Хочешь придумывать запретные техники? А ты довольно смелый малый, - высказался Сенджу.       - Не просто так научный отдел станет частью закрытого подразделения АНБУ. Кроме того, не стоит ли упомянуть, кто является автором большинства киндзюцу, имеющихся в хранилище нашей деревни?       Верно, Второй Хокаге - великая, сильная личность, сделавшая очень много для Конохи, но вот этот факт его биографии обычно опускают. Орочимару же высказался крайне кратко, что меня смутило. Самые большие надежды у меня были именно на него.        - Что же, раз на этом все, то тогда я выскажусь по озвученному ранее. Кеккей генкаи будут изучаться, но пока эта область - стоячая вода. Для экспериментов требуются испытуемые, проводить опыты на членах Конохагакуре нам никто не даст, так что до ближайшей войны придется обходиться добровольцами. В этой сфере пока предлагаю проработать методы возможного приобретения улучшенного генома. Касательно мокутона, мне означенное направление кажется бесперспективным.       - И почему же? - в сей раз, что удивительно, я злости не почувствовал, видимо, Тайждо понял, что у меня есть для такого заявления причины.       - Потому что у нас отсутствует и не предвидится какой-либо опытный материал. Ни носителя генома, ни его клеток. Максимально близкое, что у нас есть – его прямые родственники, которые сами мокутоном, насколько я знаю, не обладают, и результат применения техник стихии дерева в виде леса смерти.       - У меня, возможно, есть решение этой проблемы, - на мою поднятую бровь Сенджу сказал, - подробности будут позже, когда все оформим официально.       - Что же, тогда в зависимости от того, какие вы предоставите данные и будем решать. Яды - хорошее направление, но основным оно не будет. Теперь о том, как я вижу исследовательский отдел. Создание новых техник – наш приоритет на данный момент. Это будет включать в себя как ниндзюцу, так и гендзюцу, и тайдзюцу. Также я хотел бы создать общий реестр, включающий в себя большинство существующих в Конохе техник.       - Клановые тоже? - этот вопрос задал Орочимару.       - Да, я прекрасно понимаю, что многие не согласятся раскрывать свои козыри, однако, никто и не просит их это делать. У каждого клана есть перечень дзюцу, известный всей деревне, например, гацуга Инузук или теневое подражание Нара. Ценность в данном случае представляют даже не сами техники, а методики их тренировок. Составив полновесную систематику, к которой будет общий доступ, каждый в итоге найдет новые возможности для себя. Наш исследовательский отдел сможет опираться на эту базу, как для разработки нового, так и для возможной модификации уже существующего.       - Будут ли привилегии тем, кто поспособствует этому больше остальных? - спросил Сенджу.       - Не могу обещать ничего конкретного, но уверен, Хокаге и его соратники не оставят это без внимания. Думаю, очевидно, что количество привлеченных к исследованиям людей будет намного больше нас пятерых. Это и ирьенины, и лаборанты, и многие другие. Вы будете курировать подходящее вам направление. Помимо уже перечисленных я создам отряд изучения фуин.        - Фуиндзюцу? Как вы вообще планируете его исследовать? Насколько я знаю, Узумаки очень неохотно делятся своими дзюцу, - высказался родственник эти самых Узумаки.       - У меня есть способ. Предлагаю встретиться здесь же неделю спустя, когда вопросы с формальностями будут улажены и можно будет обсудить фронт работ, - на это я получил одобряющие кивки, - в таком случае приятно было познакомиться и до следующего собрания. А вас, Орочимару-сан, я попрошу остаться.