Несущий смерть

      Как только я немного оклемался, отплевываюсь от сажи и пытаюсь встать, повсюду крики, суета и толкотня. Меня хорошо так приложило ударной волной, а моя тушка пробила один из стоявших на улице ларьков. Взрыв был нешуточный, я бы сказал, там было от тридцати до сорока высококачественных кибаку фуд. В процессе обнаруживаю, что чуть выше колена бедро пробито куском древесины, да и различных ушибов, гематом и порезов - предостаточно. Меня это все, конечно, волнует, но сейчас есть дело поважнее.       Кратер представляет из себя месиво из шиноби-подрывника. Куча крови, остатки костей, голова куда-то улетела, насколько я успел разглядеть. Вокруг лежит с десяток мертвых тел в праздничной одежде - все простые гражданские. Шиноби намного крепче обычных людей, те практически не пострадали, да и в области поражения их почти не было. За исключением одного.       Вот с Иноджином все было хреново, очень хреново. Левая рука и нога обожжены, осколки разорвали ему бок и искромсали ухо с этой же стороны. Скорее всего, сотрясение из-за удара головой, да и тело в целости не осталось, но он жив и, что меня поразило больше всего, даже в сознании.       - М-Мира, - тихий хрипловатый шепот сорвался с его губ.       Кажется, он техникой не позволяет себе отключиться. Это не лучшее решение. Применяю на нем дзюцу потери сознания. Организму надо восстановиться, а лишние переживания только усугубят дело. Тем более что переживать больше и не о ком.       Когда глава попытался отпрыгнуть, он хотел вытянуть и свою жену, но на это не хватило времени. Получилось так, что правая часть его тела оказалась закрыта Мирой, которая была ближе, и приняла на себя весь основной урон. Вид был очень неприятный. Верхняя часть лежит отдельно от нижней, множественные раны, а огонь не оставил от прекрасного лица почти ничего - лишь впалые глазницы и выступающие кости черепа. Она умерла мгновенно, без какого-либо шанса на спасение.       Недалеко от меня раздался тонкий детский голос:       - Отец! Мама! - бля, вот только не хватало Иноичи это увидеть. Какой бы расчетливой скотиной я ни был, но не люблю, когда во взрослые разборки вовлекают детей. Придется его остановить, - Шиничи, - заметил меня Яманака младший, - а где…       - Дзюцу потери сознания, - закончить он не успел.       Сначала надо позаботиться о медицинской помощи, хоть раны главы страшно выглядят, внутренних повреждений у него не так много, но он все еще может отправиться на тот свет.       - “Цунаде, ты сейчас где?” - связываюсь с медиком номер два на деревне.        - “Шиничи, твою же, не пугай так. Тебе никто не говорил, что вламываться в чужие мысли не вежливо? Я услышала взрыв. Ты сейчас там?”       - “Да, диспозиция такая, произошла детонация около четырех десятков взрыв печатей. Один шиноби погиб, второй в критическом состоянии. Тринадцать мертвых гражданских, еще около двух десятков раненых, на выходе из аллеи развлечений паника - возможно больше,” - тщательнее оглядел я место преступления.       - “Я иду, если не смогу залатать сама, то доставлю раненых к Серью-сенсей”.       - “Понял тебя”.       После этого я поставил в известность о случившемся Хокаге, а также лидеров Ствола и Корня.       Иноджина доставили в госпиталь в стабильном состоянии, а Иноичи отправился к себе домой вместе с моим теневым клоном, где за ним уже присмотрит Икуми-сан. Главу передали в руки лучшим медикам деревни, я там буду только мешаться, поэтому стоило заняться тем бардаком, что образовался после нашего ВОЯ.        Дайме в знак неодобрения отправился обратно в столицу огня, даже несмотря на то, что Хирузен всячески уверял его в безопасности и отозвал некоторых шиноби с миссий ради этого, в том числе и Сакумо Хатаке.        Далее все как в прошлый раз - успокоить толпу, с чем АНБУ справились довольно оперативно, опознать и разгрести тела. Безликая маска потихоньку обретает вес в Конохагакуре, и хоть сегодняшнее отчасти наша вина, но общественность об этом не узнает.        Данзо, насколько мне известно, отправился отчитываться перед своим лучшим другом. Я же, как только закончил с контролем коллективной деятельности и справился о состоянии сенсея - отправился спать.       Следующее утро, очень раннее утро, стартовало с неожиданности - меня разбудил, вернее, прервал контролируемый обморок, ментальный зов. Оказывается, из такого состояния человека можно выдернуть, и недосып при этом чувствуется намного ярче, чем при недостатке обычного сна.       - “Шиничи, чертов ленивец, быстро встал!” - ментальный посыл был настолько сильный, что ощущения были сравнимы с криком в ухо.       - “Глава?”       - “А как ты думаешь?! Живо ко мне!”       - “Есть”.       Уже в палате, откуда моего сенсея не выпускали, а судя по количеству ирьенинов у двери и окон, тот уже пару раз пытался смыться, он начал выпытывать у меня интересующую его информацию. Когда я вошел, Иноджин расхаживал из стороны в сторону, вообще не обращая внимания на травмы.       - Наконец-то! Шиничи, эти балбесы за стеной, кроме как о наличии взрыва, ничего не знают. Что там произошло?       - Довольно долгая история, если вы опуститесь на кровать, я вам ее даже расскажу.       - Нет у меня на это времени! Я должен узнать, что стало с Мирой!       - Она мертва, - о, вот он и присел.       - Это… Но…       - Думаю, вы и сами это понимали, просто отказывались признавать.       - Хуево ты утешаешь! - с обреченностью сказал Иноджин, - вырастил на свою голову. А что с Иноичи? Он в порядке?       - Да, его не задело, физически полностью здоров, я его вырубил и отдал Икуми-сан, он сейчас отсыпается.       - Хоть что-то хорошее. Теперь отвечай, кто на меня напал?       - Одну минутку, в данный момент сюда направляется еще один человек. Как только он придет - начну рассказ.       Данзо, которого я пригласил, появился даже с небольшим опережением, после чего я быстро обрисовал главе все, что знаю.       - Могу подтвердить, что ВОЙ - Яманака, - с серьезным лицом заявил сенсей, - от взорвавшегося шиноби не исходило никакого негатива до последнего момента, но прямо перед смертью его эмоции резко изменились на страх, как будто щелкнули выключателем. Готов поспорить — это была техника переноса сознания тела.       - Вот почему я его не почувствовал!       - Кроме того, на ситуацию наложились отягощающие обстоятельства, - огорчил нас также не особо выспавшийся Шимура.       - Еще что-то произошло за ночь? - странно, меня в таком случае должны были вызвать.       - Да, довольно много чего. Дайме весь день рвал и метал. Только что пришли новые распоряжения. Будет урезано финансирование как Конохагакуре в целом, так и некоторым отделам, и кланам, в частности.        - И насколько? - спросил глава, блин, они же оба главы, короче, Иноджин.       - Конохе - не так значительно, лишь на пару процентов. Сильнее всего пострадает Хирузен и его ближайшие соратники, там уменьшения вплоть до половины.       - М-да, а Корень?       - Пока насчет него нет никакой информации. Это еще не все, официального объявления еще не было, но верхушка также хочет перенести фестиваль весны из деревни скрытого Листа в столицу страны Огня.       - На постоянной основе? — это будет еще одна серьезная денежная потеря.       - Да. Немудрено, учитывая срыв этого важного события вот уже второй год подряд. Это все только со стороны дайме, а еще ведь есть ВОЙ.       - Что он еще здесь вытворил? - с ненавистью в голосе прорычал Иноджин.       - Не здесь, - ответил ему Данзо, - оказались атакованы многие конвои, сопровождавшие важных гостей в Коноху или из нее. Все торговые маршруты, линии поставок, перевозки документов и финансов, а также вооружения — все было раскрыто.       - Кто?       - Ивагакуре. Это была хорошо спланированная операция, быстрый прорыв границы, атака точечно по целям, а так как нападавшие примерно знали, чего ожидать от команд шиноби, которые все это охраняли, то и справились они с ними превосходящими силами очень быстро. Хирузен же, как назло, еще отозвал часть ниндзя обратно, что еще больше облегчило работу шиноби Камня. Даже выжить смогли немногие.       - Один человек сумел не только окончательно похоронить репутацию Конохи, но и нанести ей такой существенный урон. Сколько примерно бойцов погибло? - задал вопрос Иноджин.       - Подтверждено тридцать два, но их явно больше.       - Можем ли мы считать, что у ВОЯ есть прямой выход на Иву? - вклинился я в диалог, - такое за один день не организуешь, его послание - лишь привлечение внимания. К тому же он уверен, что именно вы, сенсей, распутываете его ментальные защиты.       - И это нам на руку. Еще одна его ошибка - он не убил меня, теперь я буду начеку.       - Я бы так не сказал, - Иноджин вопросительно посмотрел на меня, а Данзо, кажется, мою мысль уловил, - ВОЙ не из тех людей, кто допускает такие оплошности, напротив, он творец-перфекционист. В то, что он думает, что вы взламываете его блоки, я могу поверить, все же такой человек априори несколько высокомерен и в состоянии посчитать, что кроме главы клана, ему никто не ровня, но вот со взрывом другая ситуация. Тот шиноби был на расстоянии около четырех-пяти метров от вас. Почему он не подошел ближе? Почему подошел именно с фронтальной стороны, а не сбоку? Это ведь серьезно увеличило бы шансы на убийство.       - Хочешь сказать, целью был не я? Тогда кто, не Мира же?       - Она самая, мне кажется, ВОЙ хочет вывести вас из равновесия, чтобы избавиться от вас вашими же руками.       - Разрушить мою репутацию? И для этого он убил мою жену? У этого сукина сына все получилось! Как только я его найду, отдел допросов покажется ему райскими кущами! Хули вы так на меня смотрите, два извращенца?!       - Да так, - отвел взгляд Данзо.       - Есть одна идея, - продолжил я.       - Если вы не прекратите страдать фигней, будете у меня круги по Конохе голышом выписывать, параллельно кудахтая!       - Почему бы вам не вести себя, как сейчас?       - То есть неуравновешенно, яростно и с шилом жопе?!       - Да, покажем ВОЮ, что у него все получилось. Он попытается обернуть ваше неадекватное состояние себе на пользу, а мы его за этим поймаем.       - Хм, может сработать, но не сейчас. В клане у меня непререкаемый авторитет, нужно это исправить, надеюсь, пары месяцев психоза хватит. Предлагаешь начать сейчас?        - Нет, вот Данзо-сама уйдет по важным и неотложным делам, тогда можно.       - Не было бы этих дел - было бы намного легче, - сказал Шимура.        Когда он нас покинул, сенсей начал действовать. Дверь снесло от удара его ноги.       - Яманака-сан, мы вынуждены попросить вас остаться в палате, - заявил один из вышедших ему навстречу медиков.       - И компенсировать разбитую дверь, и наши потраченные нервы, - тихо добавили с задних рядов.       - С дороги, - буквально прорычал Иноджин.       - Мы…       Закончить этот меднин не успел:       - Техника нарушения сознания тела, - все стоящие перед нами служащие госпиталя попадали на спины, - и не смейте за мной следовать!       Глава, прихрамывая, постепенно удалялся, а я поплелся за ним, изображая усталость и вымотанность, причем вполне правдоподобно, спать мне сейчас хочется жутко.       По дороге к клану завязался разговор.       - Иноичи точно в порядке?       - Да, самое серьезное, что с ним могло случиться - он мог увидеть взрыв и часть его последствий. Если хотите, я загляну к нему в память.       - Нет, не надо.       - Как ваше самочувствие, сенсей?       - А как ты думаешь?! Мой любимый человек умер у меня на глазах, по половине тела, как будто катоном прошлись, все болит, даже двигаться тяжело. И в довершение всего мой сын мог видеть весь этот ужас!       - Соболезную вашей утрате.       - На кой черт ты мне этого говоришь?! - глава в первый раз на моей памяти разозлился на меня, - я сейчас, может и хочу вырезать половину своего же клана, лишь бы найти эту двуличную мразь, но читать эмоции я не разучился. Я прекрасно вижу, что тебе абсолютно наплевать!       - Не сказал бы, чтоб прям наплевать, но горечи я действительно не ощущаю.       - Тогда зачем?       - В обществе принято выражать сочувствие, просто этический ритуал, так сказать.       - Не применяй эти идиотские правила ко мне, мне это все даром не надо. Раз тебе смерть Миры безразлична, так и говори, бессердечный ублюдок.        - Понял вас.       Как только мы подошли к воротам клана, вокруг нас начала образовываться толпа народу. Видок действительно необычный, если меня в состоянии недосыпа большая часть этих людей могла лицезреть относительно недавно, то вот главу таким никто еще не видел, пусть слухи и должны были начать ходить. Очень многие хотели задать интересующие их вопросы, но никто не решался. Грозный вид Иноджина заставлял засунуть языки в задницу всех.       Когда мы добрались до его дома, хвост состоял чуть ли не из половины клана. Изнутри нас вышли встречать Икуми и Иноичи.       - Отец, - младший Яманака шокировано смотрел на нашу пару, - а… а где… где мама? - заикаясь, выстрадал он эти слова.       - Иноичи, дорогой, она... - Икуми хотела объяснить как можно мягче, или вообще соскочить с темы, но ее прервали.       - Мертва, - громко и четко озвучил непреложную истину сенсей, - и никогда больше не вернется. Придется это принять и жить дальше.       Икуми неодобрительно покачала головой, но ничего не сказала. На Иноичи же постепенно находило осознание, лицо бледнело, руки дрожали, а на глаза наворачивались слезы.       - Даже не думай, - настолько строгим голосом, насколько это вообще возможно, озвучил требование глава, - представитель клана, пусть и будущий, не имеет права показывать слабость.       Младший Яманака через не могу и не хочу выполнил требование своего отца. Даже сумел более-менее взять себя в руки. Эмоции остальных наших соклановцев были крайне различными - от жалости до отвращения, но настроения гуляли в толпе явно не позитивные.       - Для тебя, мой сын, ничего не меняется, тренировки, учеба, академия, все по распорядку, а чтобы у тебя не было времени отвлекаться на различные раздражители, - покрутил сенсей рукой, показывая, что он имеет в виду, - по результатам этого года ты обязан стать номером один в своем классе, все нужное у тебя для этого есть, и провал я не приемлю.        - Х-хорошо, отец, - все, что смог выдавить из себя Иноичи.       - Глава, не считаете ли вы этот момент неподходящим для воспитания? Будет еще время, траур, как-никак, - сказал я.       - Мой ученик, - все с тем же стальным тоном ответил мне он, - тебе не кажется, что мне лучше знать?       Стоял я чуть позади Иноджина и вообще не ожидал, что мне на полной скорости, так как я движение почти не заметил, прилетит удар наотмашь. Моя тушка отлетела на полметра и плюхнулась на спину, не больно, но ощутимо. А еще, мне опять сломали нос, да и легкое сотрясение есть. Выглядит это все, должно быть, жутковато, но реального вреда нет.       - А если еще раз вздумаешь публично высказать мне неуважение, то я буду вынужден тебя дисциплинировать, - закончил фразу этот актер.       - “Это было обязательно?” - уже мысленно уточняю.       - “Нет, но так показательней”, - усмешка в мыслях главы абсолютно не скрывалась.       - Никакого траура не будет, - объявил тот уже собравшейся толпе, - а если есть возражения, жду их в письменной форме.       Сенсей ясно дал понять, что разговоры закончились, и пошел к себе в дом вместе со своим сыном и Икуми. Лишь когда дверь полностью закрылась, ко мне подошел Торико.       - Ты в норме?       - Вполне, никаких проблем, - сказал я, поднимаясь с земли и вправляя себе нос, попутно активируя мистическую руку.       Соклановцы, поняв, что на данный момент все закончилось, начали рассасываться. Среди озадаченных, недоуменных, гневных и сочувствующих лиц мелькала одинокая улыбка.