Несущий смерть

      На разъедаемой миазмами поляне полигона висело неловкое молчание, прерываемое одним только тяжелым дыханием на два голоса. Когда я смог хотя бы двигаться без боли в каждой клетке тела, то слегка подлечил и Шигеру, дабы он не отправился в мир иной раньше времени.       - Должен отметить, вы удивительно спокойны, Иноджин-сан, - с явной хрипотцой, раздирая горло, начал он, - либо Шиничи вас предварительно привязал к стулу, либо кое-кто разыгрывал для меня спектакль, однако, это не объясняет того, почему я не узнал о твоей подготовке к бою, - взгляд был переведен на меня.       - Я запечатал часть своих воспоминаний, а появление сенсея вернуло их.       - ХА-ХА-ХА, теперь, когда я читаю не фасад, который ты мне хотел показать, а истинного тебя, то вижу, насколько был позади. Попадание под мое дзюцу ведь тоже было частью плана? Не ожидал, что твой туман до сих пор не безопасен для тебя.       - Да, шанс выиграть в прямом столкновении был небольшим, оставалось придумать, как привести поражение в битве к благополучному для меня итогу.       - А я был неправ, ты не просто любишь играть в беспроигрышные партии, ты только в них и участвуешь, но зачем так усложнять?       - Кто знает, как бы ты себя повел, если б на тебя устроили облаву, да и жертвы бы точно были, а так - сам видишь, - затем я перевел взгляд на сенсея, - я связался с Данзо, шиноби Корня скоро будут здесь, они же и зачистят местность от последствий шитона.       - Понял тебя, - развернулся он и направился обратно в сторону квартала, как только увидел первого ниндзя в маске.       - Что? Даже ничего не скажете напоследок? - с некоторой издевкой произнес Шигеру.       - Мне нечего тебе сказать. Он твой, Шиничи.       Корешки утащили ВОЯ, а я попал в ручки ирьенина, не перестававшего трепаться о том, как его достал один конкретный Абураме, на протяжении всего сеанса лечения. По окончании я, слегка прихрамывая, направился в подземелья. Пленник сам себя не допросит.       - Тебе не кажется, что ты немного, самую малость, капельку, законченный параноик? - с веселым лицом выдал шпион, когда открывшаяся дверь показала мою фигуру.       - Ты о чем?       - О количестве стражников. Двадцать, серьезно? Даже каге такой эскорт не положен.       - Тут сугубо практические соображения. Пусть ты и ведешь себя достаточно уравновешенно, но где гарантии, что тебе не захочется сделать последнюю пакость? Максимальное количество клонированных сознаний по моим расчетам у тебя восемь плюс основное, даже если ты возьмешь под контроль девять человек, то никто не умрет, а заготовленные здесь дистанционные методы твоего устранения быстренько переведут тебя в разряд объекта для моих опытов.       - Это как раз то, о чем я и говорил. Параноик ты! Да и нет в таком поступке никакого смысла, как только я проиграл тебе, моя жизнь уже закончилась.       - А как же план сбежать в Ивагакуре?       - Сам должен понимать, что вопрос не в том, бежать или не бежать, а в том, какой у тебя при этом статус. Если ты многое сделал для деревни и обладаешь ценными сведениями, то и отношение будет соответствующим, а если ты полуинвалид, то прибьют сразу на входе. Да и мой знакомый там - не самый миролюбивый человек.       - А кто он?       - Это отдельная история. Я был еще юнцом во время первой войны и выполнял тыловые миссии, потом в один пренеприятный день на нас напала группа врага. Бой длился долго, но мне было понятно, что наши проиграют. Единственным способом выжить осталось предательство. Я прирезал со спины своего командира, после чего помог добить всех остальных. А дальше произошел неожиданный поворот событий. Кто ты думаешь, был лидером группы иванинов?       - Удивляй.       - Даю подсказку: низкий, но очень сильный.       - Да быть не может! Ооноки?       - Ага, судьба свела меня с самим нынешним Цучикаге. Он прозорливый человек, и мне удалось с ним договориться. Взамен на установку ментальных блоков и передачу достоверной информации в будущем я должен был стать одним из высокопоставленных чиновников в Камне. Все продолжалось хорошо, пока я не решил дополнительно обогатиться и сделал свои услуги доступными для всех. Задумайся, кстати, о схожем способе заработка, ведь другие деревни денег абсолютно не жалели.       - Ради интереса, сколько тебе удалось скопить?       - Пятьсот миллионов рё. Лежат в одном из банков столицы страны Огня, том, что около финансового министерства. Позывной мой – потертый полочник, кодовое слово – сыр с плесенью, код - восемь, восемь, пять, шесть, три, два, два.       - Ты отдаешь их мне?       - Ну, мне они точно не пригодятся, а так не уйдут впустую. Уверен, с таким бюджетом ты много интересного и полезного сумеешь сотворить, в том числе и для клана.       - Как будто тебе есть дело.       - Какой бы мразью я ни был, но вот своих подопечных я по-настоящему любил, да и не понимаю, как можно по-другому. Наш клан воспринимает окружающий мир в основном через эмоции, а в моем случае они ощущаются в десяток раз ярче, чем даже у тебя. Поэтому я просто ненавижу взрослых людей! Каждый из них что-то скрывает, держит свою дурацкую маску, считая ее чуть ли не самым важным в жизни! Звучит несколько лицемерно, ведь я такой же, не так ли? Нет способа жить иначе. А дети чисты, если радуются, то от всего сердца, если злятся, то по-настоящему. Это подкупает.       - Но это не помешало тебе убить Миру почти на глазах Иноичи.       - Я не знал, что он там был или просто не хотел в это верить, - понурился Шигеру. И ведь ему реально стыдно.       - Сменим тему. Я хочу услышать, почему ты скрывал свои способности, максимально подробно.       - Из одного паршивой стороны в другую, - скривился мой собеседник, - такую истину вколотил мне отец, причем это не метафора. Перспективный шиноби, ранний токубецу, красавица жена и богатство, у него было все замечательно до одного случая. Травма грудины превратила его в иссохший живой труп, но вот его амбиции из-за этого не убавились. Он хотел жить в роскоши, что и погубило мою мать, которая в погоне за тем, чтобы удовлетворить желания этого ублюдка брала миссии ей не по плечу. Вполне закономерно, что однажды она вернулась обратно по частям. Тогда он еще больше насел на мое “воспитание” - ежедневные побои, крик и это бесконечное “храни свою силу в тайне, Шигеру”. Отец так на этом зацикливался как раз потому, что повреждение он получил, когда выделился во время битвы и на него налетели сразу несколько врагов. Когда тот сдох от простой простуды, переросшей в пневмонию, на моей улице был праздник. Несмотря на это, его принципы срослись с моими неотрывно, забавно, что я даже находил собственные оправдания, почему это нужно делать.       - Возможно, не иметь родителей не так уж и плохо. Как ты передавал послания Ооноки?       - Дай мне листочек и кисть, распишу тебе, как выглядит сеть связистов Ивы, уверен, вы найдете этому применение.       - Как ты узнал, что это я ломал твои творения?       - Вариантов изначально было немного. Я оставлял в них метки, которые давали мне знать о посетителях. Один раз такая сработала, когда я был на встрече с главой и Тороем. Что-то еще?       - Вот всегда бы заключенные были такими сговорчивыми, потребности в моей профессии просто не было.       - Я питаю к тебе уважение и в какой-то степени восхищаюсь, так что охотно помогу. Как шиноби и личность, естественно. Эмоционально ты один из самых больших кусков дерьма, которые я когда-либо видел. Умирающего ничего не связывает, можно сказать, я стал свободным, какая ирония.       - Я проведу проверку памяти.       - Как хочешь, мешать не стану.       Голова Шигеру стала самым ценным приобретением с момента моей реинкарнации. Из-за того, что оказывал он уникальные и невероятно полезные услуги, то каждый из мало-мальски думающих шпионов являлся его клиентом. Возможно, есть исключения, но тех не так и много. Перечень людей на казнь оказался внушительным.       Мне довольно сильно повезло, что я не наткнулся на парочку ранних его работ, ведь они настолько нагружали сознание цели, что та в любой момент могла откинуть копыта и утянуть меня за собой.       Гением ВОЙ называл меня без капли сарказма, однако, как по мне, он мне почти не уступает. Мне в силу сформированного сознания всегда легче давались дзюцу, основанные на нем, а вот Шигеру был прирожденным эмпатом. Он чуть ли не с рождения видел мир, окрашенный чувствами. Теперь я понял его речь про младшее поколение. Подавляющее большинство людей воспринималось им в мрачных и грязных тонах, наподобие коричневого или серого, тогда как дети - маленькая яркая палитра всех возможных красок, которая на таком контрасте сильно выделяется.       Забавно, что даже техника внушения эмоций изначально задумывалась, чтобы мягко направлять в правильное русло неуемную энергию учеников, только впоследствии та была переработана под убийства.       Также было найдено решение проблемы, над которой я уже довольно долго бьюсь. В нашей схватке Шигеру использовал площадные дзюцу на сто процентов их потенциала. Дойти он смог до этого очень просто - вместо метода научного тыка, которым пользовался один двухметровый балбес, перебирая варианты и получая весьма солидный разброс результатов, шпион просто в сенсорном облаке, применил нужную ему технику на полную мощь. Чакроканалы тебе за такое спасибо не скажут, но определить оптимальное расстояние и количество затрачиваемой энергии можно будет с точностью до метра.       Выйдя из подсознания ВОЯ, с грустью констатировал факт, что пора обновлять печать для памяти. Слишком многое из просмотренного обязательно нужно оставить в своей голове, кроме того, у меня остался один вопрос к пленнику.       - Не подскажешь мне кое-что?       - С радостью.       - Что это за большой черный провал у тебя около двух лет назад и несколько других поменьше после него?       - А, это. Не мог же я тебя оставить без некоторой интриги, не так ли? Ты получил личности всех контактировавших со мной двойных агентов в Конохагакуре, но имя одного я решил придержать.       - Полагаю, теперь ты сам его не знаешь?       - Верно, но могу сказать так. Сидит он высоко, глядит далеко, а язык как помело, любой, кто заплатит достаточно - получит то, что ему надо.       - Не очень информативно.       - Ты же любишь сложные задачки, так ведь?       - Ты останешься в живых, пока не будут пойманы твои заказчики, потом умрешь.       Жизнь, увы, не сказка, и после поимки злодея счастливого конца пока не предвидится, как раз наоборот, моя загруженность только увеличилась, хотя куда больше-то?       Изоляция благополучно завершилась, да и глава реабилитировался в глазах соклановцев. Когда сенсей перестал вести себя как мудак, прислушался к совету Шигеру, на мое удивление, стал больше открываться людям и восстановил прежние порядки, сомневающихся не осталось. Правда, простили его за такой план не все, многовато за это время было драк и других неприятных случаев, чтобы такое просто отпустить.       Но самую лютую ненависть к Иноджину заработал наш казначей, который, увидев насколько просел бюджет клана, схватился за сердце. Меня он тоже поначалу мучил, но когда половина из накоплений ВОЯ была отдана в правильные руки, то подобрел, а вот сенсею до сих пор по каждой, даже минимальной трате приходится подписывать с десяток различных бумажек и разрешений.       Как я пытался забрать деньги - целая отдельная история. Бесконечное болото бюрократии меня чуть не прикончило, ведь нужно вывести очень немаленькую сумму, а как известно, деньги никогда не стоят на месте. Пришлось ехать в саму столицу, бегать по десяткам, если не сотням разных инстанций. Через полмесяца даже холодный разум и искусственный обморок не справлялись с раздражением. Спасла меня одна милая дама, которой я когда-то помог отмазаться от обвинений в сексуальной связи с несовершеннолетним. С ее помощью эпопея закончилась буквально за три дня.       Оставшиеся средства с разрешения начальства я пустил на оснащение научного отдела. До этого мы работали голыми руками и мозгами, повышая репутацию. После пары успешных проектов, дайме повысил ставку для всего подразделения. Повысил он ее за счет тех денег, которые вычел у остальных после последнего фестиваля весны, видимо, засмотревшись на наш коэффициент полезного действия. Этот параметр вскоре должен резко снизиться, так как свою основную задачу Корень уже выполнил, но Шимура прямо в данный момент занимается переподготовкой личного состава в боевое направление.       Аппаратура и оборудование, необходимые для наших дальнейших исследований, обойдутся недешево и явно выйдут за рамки имеющегося бюджета. Раньше я генетикой не занимался, не то чтобы она не была интересной, просто не имела абсолютно никакой привязки к колдовству. В Торфилде у двух магов огня мог родиться ребенок с предрасположенностью ко льду, и это было совершенно нормально, в мире шиноби ситуация прямо противоположная.       Выходя из дома главы, я буквально чувствовал приторно-желтоватую ауру эмоций, направленную на меня. Боже, как же это нервирует! А началось все с того, что Иноджин во время разъяснения жителям обстоятельств изоляции заявил, что поимка ВОЯ - полностью моя заслуга, что неправда, да и еще несколько достижений приписал. Вкупе с тем, что почти каждому я так или иначе помогал в такое нелегкое время, количество восхвалений в мою сторону среди Яманак сравнимо разве что с Хаширамой. Честно, не очень понимаю мотивов сенсея, зачем делать из меня мессию? Безгрешных людей не бывает, и когда я совершу ошибку, а рано или поздно это произойдет, то разочарование будет очень сильным. Может, это такой метод мотивации, но сомнительный, если честно. Вроде он отказался от идеи поставить меня на свое место, так зачем все это? Думаю, стоит серьезно об этом поговорить.       Направляясь в сторону базы Корня, заметил, насколько изменилось настроение людей с прошлой моей прогулки. На днях Хирузен официально объявил начало приготовлений к новой войне. Если до этого наивные идиоты могли себя тешить пустыми надеждами, то сейчас уже не выйдет. В магазинах куда активнее стали раскупать товары, среди которых кунаи, кибаку фуды, медицинские пилюли, те, что есть в общем доступе и так далее.       Корень в этом плане не сильно отличался, разве что люди были сдержаннее и закупки производились оптом на всех сразу.       - О, свет очей моих! - с высокопарным слогом ворвался в лабораторию мой подчиненный.       - Привет, Тацумаки.       - Не соизволишь ли выслушать чаяния души моей?       - А у меня есть выбор?       - Никак нет, ведь ветра перемен несут вести смурные.       - Тогда рассказывай.       - Эх, какой же ты все-таки непрошибаемый, - сменил и интонации, и стиль ведения разговора мой знакомый.       Половина состава Корня, услышав такое, вытаращили бы глаза и шептали про себя: “Он умеет нормально разговаривать”. Впрочем, со мной страх и ужас наших подземелий, ведь как только слышится его голос, то любой шиноби старается оказаться от него как можно дальше, ведет себя совершенно по-другому.       После того как Абураме выписали из госпиталя, тот пришел ко мне, где на протяжении четырех часов вел свои монологи. Итог - он вернулся в вотчину медиков, просто-напросто сорвав голос. После этого притворяться в моем присутствии он перестал, так как взбесить меня не выходило. С самой первой встречи я знал об этой особенности жуковода, просто пока дело не доходит до смертоубийства - это не мои заботы. А еще у меня ощущение, что скоро придется переквалифицироваться в психолога, у подавляющего большинства моих знакомых какие-то беды с башкой, хотя в нашей профессии без этого бывает редко.       По крайней мере, у Тацумаки более необычный случай, чем классическое: у меня произошло несчастье, поэтому я замкнусь в себе и стану злым и беспринципным. Парень он очень, просто очень эмоциональный. Для него похвала - экстаз, а небольшая критика - повод к суициду. В клане молчаливых жуководов ему было не то чтобы комфортно.       Родители занимались его развитием как шиноби, но вот на душевное состояние как будто не обращали внимание, возможно считали, что со взрослением пройдет. По первой Абураме старался запирать свои чувства внутри, но у него не вышло. В конце концов, сам организм парня стал посылать недвусмысленные намеки в виде обмороков, что дальше так жить нельзя и вскоре закономерным концом станет инсульт.       Найденное им решение - создать себе образ. Так он не только эффективно сбрасывает стресс, отыгрываясь на других, но и не накапливает новый. Тацумаки создал этакую стенку в сознании, разграничивающую настоящую личность и результат его актерских потуг. Первая стадия шизофрении, впрочем, не мне об этом заикаться.       Ну а я для него - безопасный способ побыть собой, ведь я почти никогда не срываюсь на крик, если исключить парочку особых случаев, где также делаю акцент на его “втором” я, не возмущаюсь вслух, а если критикую, то с аргументацией и возможностью это обсудить и найти решение.       - По какому вопросу ты пришел?       - По всем известному и прискорбному. Могу я попросить тебя об одолжении?       - Давай.       - Я хочу быть в твоем отряде во время войны, - твердо и четко поставил требование Тацумаки.       - В целом я могу это организовать, но ты понимаешь, сколько здесь подводных камней? Несмотря на выполняемый мной объем работы, по силе я не дотягиваю до джонина, а токубецу большие команды не доверят. По первой сортировка будет на основе специализации, а у нас с тобой несколько разный профиль. Ты больше разведчик, а я, как бы мне этого не хотелось, боевик. Кроме того, почему ты так уверен, что я долго там проживу?       - Не нагнетай. У меня шансов откинуться намного больше. Возможно, я не совсем точно выразился. Хотелось бы регулярно видеться и общаться во избежание протекания крыши.       - Хм, в таком случае нам достаточно быть в пределах одного фронта, что гораздо более правдоподобно. Организую.       - Спасибо большое! А, это, еще… - несколько замялся он.       - Еще одно одолжение хочешь?       - Нет, тут тебе даже приятно будет. Есть у меня задумка по необходимому мне дзюцу, но нужна помощь с реализацией.       - С этим я всегда рад ассистировать.       - Видишь ли, моим жукам недостает скорости, даже за крепким чунином те не угонятся, а уж за кем посильнее - вообще без шансов.       - А разве у тебя нет специальных насекомых, постоянно проживающих в тебе? Из-за регулярной подпитки те как раз быстрее и сильнее.       - Это так, но их запас ограничен, а на носу война. Подготавливать такую элиту минимум год, такой роскоши не будет ни у кого, так что решение нужно универсальное, не привязанное к конкретным видам или чакре.       - И к чему пришла твоя светлая голова?       - Футон. Можно подгонять жуков с помощью ветра.       - Может сработать.       - Ага, но это непаханое поле. В реестре ни единой подходящей техники. Воздух в имеющихся движется слишком быстро, поэтому о маневренности нет и речи, как и о выживании, мои милашки просто разбиваются о ближайшее препятствие.       - Любопытно. Но я не владею этой стихией, почему не спросишь у Орочи?       - Серьезно?       - Ах да, прости, я настолько часто с ним контактирую, что он воспринимается частью нашей дружной компании. Сделаю.       - Еще раз большое спасибо, дружище, - похлопали меня по плечу, - и ты, это, не расслабляйся. Когда-нибудь я обязательно вынесу тебе мозг!       Когда подпрыгивающий Абураме пошел доставать других, у меня проявилась метка на запястье. Самое простейшее фуиндзюцу, призванное сообщать мне о желании Данзо выйти на связь, раньше для этого приходило отряжать гонца, что занимало время, а так достаточно подать чакру, и через секунду я уже осведомлен.       - “Слушаю, Данзо-сама”.       - “Черный список очищен” - так мы назвали собрание имен шпионов, полученных мной от ВОЯ.       - “Понял, последнего убью я”.       - “Как пожелаешь”.       Под последним имеется в виду источник этого списка, в котором теперь отпала необходимость. Шигеру за прошедшее с его поимки время изрядно исхудал, перенес несколько болезней и выглядел просто ужасно. Немытый, воняющий, еле способный передвигаться. Оно и понятно, задачей стражи было поддерживать в нем жизнь, и ничего сверх этого, тем более в преддверии боевых действий, когда ресурсы ограничены.       - Ш… Шиничи, - прозвучал еле слышный хрип.       - Да, это я.       - Как же хорошо, что это сделаешь ты, а не какой какой-нибудь случайный шиноби. Может, статуснее было умереть от руки Шимуры, как считаешь?       - Не вижу особой разницы.       - Что же, было приятно сыграть с тобой партию, - улыбнулся тот напоследок.       - Взаимно, сенсей.       Дальше я прикоснулся к его голове и выключил его мозг. В отличие от своего дзюцу отдыха, тут я обрубил все нейронные связи, так что уже через пятнадцать минут наступит безболезненный конец.