hypnose

Одри распахнула массивную дверь кабинета профессора Синнера и нахально вошла внутрь. Кабинет был огромным, с высокими потолками и большими окнами, через которые бил слепящий свет. Современная мебель и изысканный декор подчёркивали его богатство и вкус, каждый предмет интерьера кричал о статусе и успехе его владельца. — Одри,— коротко бросил Малек, едва отрываясь от планшета, —Признаться, я был уверен, что появитесь, когда мой день достигнет апогея хаоса. Но, как всегда, вы безупречно выбрали момент. Его голос был низким, грудным, пропитанным таким цинизмом, что Одри невольно улыбнулась. Она сделала шаг вперёд, позволяя каблукам простучать по паркету. — Я ожидала более тёплого приёма, профессор. Всё-таки, вы не видели меня два года. Малек наконец поднял голову. Его серые глаза, усталые и, казалось, видевшие всё, скользнули по её лицу, задержались на пронзительных глазах и густых каштановых волосах. Он положил планшет на стол и лениво откинулся в кресле. — Два года, говорите? Ещё столько же — и я мог бы начать верить, что вы забыли обо мне. Но нет, вы всё-таки здесь. Что привело вас ко мне? — Еще столько же бы вас не видела,— отозвалась Одри, скрестив руки на груди.— Хотя, кто знает? Может, эта наша встреча пройдет интереснее предыдущей? — Интересной вы называете нашу встречу на экзамене, на который вы явились, не зная даже моей фамилии?— усмехнулся Малек.— Интересно, правда. Едва ли я мог тогда скрыть свое раздражение вашим нахальством. — Вы удивитесь, но раздражение иногда выглядит вполне… притягательно,— она сделала шаг ближе, глядя ему прямо в глаза.— Впрочем, хватит дешёвого флирта. Я пришла по делу. Малек прищурился, улыбнувшись. — Вы всегда были хороши в том, чтобы сбивать с толку, Одри. Но мне кажется, у вас слишком много уверенности для того, кто просит помощи. Или это очередная робкая попытка продемонстрировать превосходство? — А вы всегда умели всё усложнять,— парировала она, не отводя взгляда. —Может, попробуете расслабиться? Иногда полезно просто… наслаждаться моментом. — Наслаждаться моментом? В вашем обществе?— Он усмехнулся, поднимаясь с кресла. Его рост и близость подчёркивали разницу в их фигурах.— Опасная идея. Особенно, если учитывать, как вы отчаянно пытаетесь манипулировать людьми. — Манипулировать?— Одри хмыкнула, легко отступая на шаг, но её глаза всё так же горели вызовом.— Вы мне льстите, Малек. Хотя кто-то может сказать, что это вы любите держать всё под контролем. Боитесь утратить контроль? Малек сделал шаг ближе, так что между ними оставалось едва ли пару дюймов. Её дыхание на мгновение стало глубже, но она не отступила. — Я никогда ничего не боюсь,— произнёс он мягко, почти шёпотом,— А теперь, Одри, если вы закончили со своими играми, садитесь. Я покажу вам, как работают профессионалы. Она села, скрестив ноги и глядя на него с лукавой улыбкой. Но её тело слегка напряглось, как у хищника перед прыжком. — Закройте глаза. Расслабьтесь. Дышите ровно.— Его голос был низким, гипнотическим.— Готовьтесь погрузиться в неизведанное. Она не стала слушаться. Вместо этого её голос, мягкий и почти неуловимый, вплёлся в его речь, осторожно меняя интонации. — Расслабляетесь здесь только вы, Малек. Ваше сознание уступает место спокойствию… ваши мысли текут свободно, как река,— прошептала Одри, её слова звучали уверенно, властно. Малек не сразу заметил, как утратил контроль. Его глаза закрылись, плечи опустились, а дыхание стало глубже. — Теперь, профессор, вы чувствуете лёгкость. Абсолютную свободу. Ваше истинное желание подчиниться мне становится сильнее… и сильнее. Не так ли? — Да… — прошептал он едва слышно. Одри встала с кушетки и подошла ближе, её улыбка стала шире. Она осторожно коснулась его подбородка, медленно проведя пальцами вниз по его шее, и почувствовала, как его дыхание стало заметно неровным. — Хороший мальчик,— сказала она с насмешкой, её голос был томным, мурлыкающим.— А теперь – на колени. Малек опустился, подчиняясь самой глубокой, самой потаенной части своего подсознания. Его руки дрогнули, когда он коснулся пола. Одри медленно вытянула ногу, её туфли блестели в мягком свете, и с усмешкой наблюдала за ним. — И что же? Тот, кто так отчаянно хочет всех подчинить, сам мечтает о подчинении? Он склонился, касаясь губами её ступни, и прошептал: — Только вам. Её улыбка стала шире, её пальцы скользнули по его волосам, легко запутываясь в тёмных прядях. — Вот так. Хороший мальчик,— прошептала она, позволяя моменту затянуться, прежде чем добавить с лёгкой усмешкой:— Сделаешь мне кофе? Позже. После нашей маленькой игры?..