За гранью зеркала

      За окном лил дождь. Крупные капли яростно барабанили по стеклу. Казалось, будто погода намеренно пыталась оставить всех в своих постелях. Хотя бы ещё час или два, чтобы понежиться во вкусно пахнущих, мягких простынях. Да ведь и осень за окном отнюдь не добавляла желания покидать дом.              Зазвонил будильник. От сильной вибрации экранофона подскакивали на тумбочке разные мелочи — крем для рук, таблетница и браслет.              Откуда-то из-под одеяла послышалось невнятное бормотание. Очевидно, девушка не желала просыпаться. В отчаянной попытке убавить шум экранофона, она попыталась накрыть его рукой. Но, конечно же, это не помогло. Будильник экранофона отключался только в случае сканирования лица и считывания голосового кода. А для этого следовало всё же открыть глаза и взять его в руки.              Кровать стала покачиваться из стороны в сторону. Эту меру девушка предприняла на случай, если не сможет проснуться от шума экранофона. С каждой секундой движения кровати становились всё интенсивнее, пока девушка всё же не свалилась с неё. И осталась спать теперь уже на полу.              Звук падения потряс небольшую квартирку. В комнату ворвался молодой человек. Однако он совсем не удивился, увидев лежащую на полу девушку. Длинные чёрные волосы разметались по полу, забавно открылся рот. Молодой человек про себя улыбнулся — его младшая сестра такая дурёха.              Он уже и не помнил, в какой момент они стали жить вместе. Месяц. День. Всё забылось. Но он очень ясно помнил наполненные слезами глаза младшей сестры. Она была такой сильной в тот день. Маленькими кулачками она стирала с глаз слёзы, не давая им сбегать вниз по щекам. Она изо всех сил старалась не хлюпать носом и смешно хмурила брови, когда сдержать всхлипы всё же не получалось. Она была сильной. Ей было всего пять. Она потеряла родителей.              А теперь вот. Она лежит перед ним на полу, потому что свалилась с кровати. Он вздохнул, подошёл к сестре.                          — Эй, вставай, непутёвая, — звучный голос брата, к его несчастью, не возымел никакого успеха, — Вставай! Весь дом перебудила, — он недовольно поддел её ногой.              Ответом ему было невнятное ворчание.                          — Поворчи мне ещё! Между прочим, ты помнишь, что у тебя сегодня занятия в университете? — девушка что-то пробормотала, — Не помнишь? А я вот почему-то помню, — он сузил глаза.       Обойдя недвижимое тело сестры, он присел на кровать.             — А ещё я помню, — глаза его хитро блеснули, — Что сегодня День рождения твоего милого друга, — молодой человек блаженно потянулся, — Как его там? Кенпачи?       Тело девушки резко дёрнулось и приняло вертикальное положение. Глаза широко распахнулись. Честное слово, не будь он уверен в реальности происходящего, наверняка бы поверил, что его сестра вылезла прямиком из мультика.             — Что? Сегодня? — сестра ошарашено взглянула на брата.             — Да-да, сегодня.             — Почему ты не разбудил меня раньше? — девушка быстро поднялась с пола и комично запуталась в одеяле, вместе с которым свалилась с кровати.             — Думаешь, получилось бы? Тебя не разбудили ни экранофон, ни даже собственная кровать!       Его сестра порою взрывала его мозг. Взбалмошная, несобранная, шутливая и такая… родная. Несмотря на всю беспорядочность её характера, он точно знал, что мог положиться на сестру. Во всём.             — Ну, не знаю, но попытаться-то стоило! И не коверкай его имя!       Брат шумно выдохнул.             — Главное, что разбудить тебя всё же удалось, — он встал с кровати, — Собирайся и дуй на занятия. Я так понимаю, сегодня тебя рано не ждать?       Этот её «друг» занимал почти всё свободное время сестры. Вообще-то он и сам не знал, почему так тревожился за неё. Она уже не та маленькая пятилетняя девочка. Его сестра — взрослая девушка, способная принимать взрослые решения и, если нужно, постоять за себя. Да и «друг» за всё это время не давал повода усомниться в нём. Он всегда был мил, доброжелателен. Да и в целом производил впечатление надёжного и умного молодого человека. Но тогда почему? Что вызывало беспокойство? Почему казалось, что сестра должна быть под присмотром? Что было не так?             — Вообще я знаю, как ты нервничаешь, когда я прихожу поздно, любимый братец, — девушка заправляла постель, — Поэтому я постараюсь прийти пораньше!             — Ладно. Только будь осторожна, хорошо?             — Есть! — девушка выпрямилась и отдала брату честь.       Он коротко улыбнулся и направился к двери.             — Кстати, поздравь его от меня тоже, — не оборачиваясь, он вышел из комнаты.             — Неджи!       Он замер недалеко от комнаты сестры.             — Хорошего дня, Неджи! Люблю тебя! — растрёпанная макушка девушки показалась в дверном проёме и тут же исчезла.             — И я тебя, Хината, — шёпотом отозвался Неджи.       И всё же, почему так неспокойно?

***

            — Слушай, после занятий в паре с тобой, у меня всё тело в синяках!             — Прости, Лора, прости-прости, — руки Хинаты сами собой сложились в молитвенном жесте, — Я не знаю, как оно так выходит. Я, вроде, и не сильно бью…             — Да, а я потом неделю от синяков избавляюсь.       Искусство сценического боя — один из любимых предметов Хинаты. Во многом потому, что несколько лет она занималась единоборствами. Удар её был поставлен, а тело было гибким и стойким. Во время сценического боя они пользовались мечами, кортиками, а иногда даже вакуумными клинками. Конечно не заряженными! Никому не хотелось случайно расщепиться на атомы.             — Итак, этот бой был вполне показательным, — тренер Ши взглядом окинул класс, — Я уже давно наблюдаю за вами. Почти целый год мы отрабатывали с вами различные элементы и техники, необходимые для этой постановки. Думаю, теперь я могу передать профессору Дейту свои рекомендации.       Лора негромко шепнула:             — Если честно, я думаю, что на роль Ло он будет рекомендовать тебя, Хината.             — Ну, я тоже так думаю, — девушка беззаботно улыбнулась.             — Вот чуть-чуть бы тебе скромности, — цыкнула Лора.       После искусства сценического боя девушки направились в класс актёрского мастерства. Почему-то с детства Хината была уверена, что станет актрисой. И обязательно покорит лучший театр страны! Её мечты порою звучали наивно, но от того и достичь их желалось всей душой. Очень часто Хината примеряла какие-нибудь образы в повседневной жизни. Так однажды она до смерти перепугала Неджи, очень натурально прикинувшись больной. А ещё как-то выпросила у него совершенно ненужную ей безделушку, очень естественно изобразив плач. И вот теперь, когда она на полпути к цели, она ни за что не остановится.       О постановке «Великий мудрец Ван» стало известно ещё в начале года. В ней юные дарования смогут показать себя. Да и не кому-то там, а главным деятелям искусства страны! Для всех ребят это был большой шанс попасть в мир кино и театра. И Хината собиралась им воспользоваться.             — Рад всех вас видеть, — в классе актёрского мастерства студентов встречал взрослый, красивый и слегка жеманный профессор Дейт, — Наконец-то сегодня, дорогие мои, мы распределим роли и проведём первую читку сценария!       Класс зашёлся аплодисментами.             — Итак, попрошу вашего полного внимания. Без роли не останется никто, а потому прошу не расстраиваться, если своё имя вы не услышите в списке главных ролей.       Профессор взял свои бумаги и принялся зачитывать:             — Юный принц Империи Дан, — театральная пауза, — Дихтер Виктор, поздравляю!       Виктор не особо нравился Хинате. Было в нём что-то неприятно скользкое. И роль ему досталась соответствующая.             — Рыцарь, личный телохранитель принца, Кобаяши Сейджуро.       А вот Кобаяши был неплохим парнем. С ним Хината сыграла бы с удовольствием.             — Властительница Безграничных Земель Ло — Хьюга Хината.       Да. Так и должно быть. Эта роль — её. Маленький шаг на пути к большой цели. Именно так Хината это и представляла.             — Благодарю! — зачем-то она встала и поклонилась.

***

      Занятия Хинаты завершились ближе к вечеру. Дождь к тому моменту уступил свои права солнцу. И хотя лучи его уже не так согревали землю, на душе у Хинаты было очень тепло. Она уже представляла, как порадуется за неё Неджи. И уже знала, как будет гордиться ею её лучший друг.              Хината помнила, как они познакомились.              Это было лет пять назад. В классе Хинаты был мальчик, который по какой-то причине недолюбливал её — Саске. Саске был невыносимым задирой. И очень любил задирать Хинату. Он давно заметил, что Хината, что бы Саске не говорил, никогда не отвечала на его насмешки. Это его невероятно раздражало, и потому из раза в раз он старался задеть её всё сильнее. Саске придумывал обидные прозвища, насмехался над её увлечением боевыми искусствами, называя это «игрой для мальчиков». Хината же, воспитанная строгими приверженцами дисциплины и нравов — своими дядей и тётей — старалась не реагировать на выпады Саске. Она понимала, что он просто пытался вывести её из себя, и всегда гордо проходила мимо.       Но однажды, в школьном коридоре, Саске заметил на ключах Хинаты небольшой брелок с голограммой её родителей. Этот брелок — напоминание. Напоминание о том времени, когда Хинату по-настоящему и беззаветно любили. Увидев его, Саске со своей обычной насмешливой улыбкой проговорил:             — А это кто? Твои родители? Забавно, что они оставили тебя одну… Наверное, им было не до тебя.       Туповатые дружки Саске, сопровождавшие его, загоготали.       Этот выпад со стороны Саске Хината не смогла проигнорировать. Не тогда, когда обидчик задел её самое сердце, ранил до глубины души. Она застыла, сжимая кулаки, пытаясь совладать с гневом. Но Саске, как будто нарочно, продолжил, смакуя каждое слово:             — Интересно, ты их вообще помнишь? Или тебе приходится выдумывать, какими они были?       Эти слова стали последней каплей. Хината, которая до этого терпела все насмешки, не думая, врезала Саске. Удар оказался настолько сильным, что из его носа мгновенно хлынула кровь, а сам Саске, ошеломлённый, свалился на пол.       Конечно, он не мог не сделать ситуацию хуже, и поэтому пожаловался своим родителям. Родители Саске уж очень хотели наказать обидчика сына и требовали встречи с родителями самой Хинаты. Но в то время она уже жила с Неджи и его родителями, а потому и ответ держать предстояло им.       Днём позже Хината сидела в магнитокаре, молча глядя в окно. Её сердце сжималось от обиды и злости. Она уже слышала от дяди, как важно сохранить «хорошую репутацию семьи» и избежать «некрасивого скандала». Но ей было трудно смириться с тем, что её заставляют извиняться за то, что она защищала своих родителей. Неужели дядя так просто смирится с оскорблением, отпущенным в сторону его брата — отца Хинаты?       В кабинете директора атмосфера царила напряжённая. Саске сидел рядом со своими родителями, держа на носу пластырь. Он смотрел на Хинату с едва заметной ухмылкой.       Родители Неджи начали решительно:             — Хината понимает, что поступила неправильно, и готова извиниться.       Хината вдруг почувствовала, как её лицо заливает жар. Руки тёти тяжело давили на хрупкие плечи. Хината опустила глаза, стиснув кулаки. Её голос звучал тихо, но отчётливо:             — Я извиняюсь… за то, что ударила Саске.       Саске, вместо того чтобы проявить уважение, лишь усмехнулся:             — Видишь, это было не так уж сложно, Хината.       Эти слова звучали словно издёвка, и Хината едва могла сдерживать непрошенные слёзы. Уже на выходе из школы, её дядя заговорил:             — Мы сделали это для твоего же блага. Конфликты ни к чему хорошему не приведут.       Но Хината не нашла, что ответить. Впервые в жизни она почувствовала, что доверие к ним пошатнулось. Она не желала ни секунды дольше оставаться с ними. Видеть лицо дяди, так похожее на лицо её отца, но лишённое участливости и заботы.       Наплевав на все запреты её тёти и дяди, наплевав на пресловутые дисциплину и сдержанность, Хината побежала. Её ноги несли её вперёд, пока слёзы лились ручьём. Всё же она позволила себе заплакать. Впервые за долгое время и вновь из-за родителей… Она не замечала ни прохожих, ни магнитокаров, ни голографических рекламных щитов, что освещали улицы. В какой-то момент она оказалась на большой спортивной площадке.       Это была недавно отстроенная площадка, оснащённая по последнему слову техники. Ярко выделялись голографический ринг, тренажёр-силомер с адаптивным сопротивлением и беговые дорожки с виртуальной реальностью.       Хината остановилась перед одним из тренажёров, замерев. Это был голографический ринг. Она включила его, и перед ней появилась фигура противника — высокого, с холодной ухмылкой, как у Саске.                   — Идеально, — прошептала Хината, смахнув слёзы.       Она встала в боевую стойку и начала атаковать. Каждый удар был выплеском её эмоций. Она била, уклонялась, снова била, представляя, что это не просто голограмма, а её обидчик.       Хината стояла, тяжело дыша. Её руки тряслись от напряжения, а из потрескавшейся кожи сочилась кровь, оставляя следы на поверхности тренажёра. Небо над головой уже потемнело, но воздух ещё был тёплым. Ненадолго.       Она не заметила, как к ней подошёл кто-то. Лёгкое прикосновение к её запястью заставило её вздрогнуть. Повернув голову, она встретилась взглядом с юношей. Его лицо частично скрывала тень, но его голос звучал мягко:             — Остановись, уже вон, сколько крови, — он мягко отвёл руку девочки в сторону.             — А тебе-то какое дело! Мои руки! Что хочу с ними, то и делаю. Захочу — и тебя побью, — Хината хотела было нанести удар, но незнакомец ловко увернулся, слегка улыбаясь.             — А ты забавная, девочка. Но так ты меня точно не заденешь. Да и к чему? Разве я тебя как-то обидел? — он склонил голову, любопытно наблюдая за Хинатой.       Уже было темно, и она не могла разглядеть его глаз, но отчего-то казалось, будто смотрел он на неё по-доброму и беззлобно.             — Не обидел, — буркнула в ответ Хината.             — Тогда, может, обидел кто-то другой?                    — А с чего ты интересуешься? Своих проблем что ли мало?             — Отчего бы и не поинтересоваться, девочка? Разве это плохо — не быть безразличным?             — Нет… И хватит звать меня девочкой! Я Хината, — она протянула незнакомцу руку.             — Очень приятно, Хината, — улыбнулся юноша в ответ, — Но руку не пожму.             — Чего? Это ещё почему?             — Много крови. Давай сначала как-то её перевяжем.       Вместе они проследовали к лавочке. Там новый знакомый Хинаты вынул из рюкзака бутылку воды, открыл её и промыл Хинате руки.             — Извини, у меня нет бинтов, нечем перевязать, — он улыбнулся слегка пристыженно и убрал в рюкзак остатки воды.             — Да н-нет, не переживай. Спасибо!             — Так… Расскажешь, что случилось?       И Хината рассказала. О Саске, о тёте с дядей и обо всём, что её волновало. Наверное, это было странно, но почему-то Хината чувствовала себя совершенно спокойно рядом с не знакомым ей юношей.             — Да, неприятная ситуация. Этот Саске, конечно, тот ещё придурок, — улыбнулся незнакомец, — Но ты молодец, что не выплеснула всю свою злость на родных и никому не причинила вреда. Это достойно похвалы. Вообще я считаю, что любой конфликт можно решить словами. Ну, по возможности, — улыбнувшись, он взглянул на Хинату, — А вообще, с такими ударами ты далеко не продвинешься.             — Чего? Я занимаюсь единоборствами, между прочим.             — И что? Академически поставленный удар не имеет ничего общего с реальными боями.             — Много ты знаешь, — фыркнула Хината.             — Проверим?             — Проверим.       Этот спарринг Хината будет помнить вечно. Как бы ни старалась, ей так и не удалось задеть юношу хотя бы кончиком волос. Движения его были плавными, но быстрыми, во многом необычными и не похожими на те, которым учили её. И сам он больше походил на изящную, но опасную кошку. А вот самой Хинате досталось. И хотя незнакомец не прилагал больших усилий, пару синяков и ушибов Хината всё же принесла домой.             — Признаю, это было круто… — задыхаясь, Хината прошла к скамейке.             — Это точно, — улыбнулся юноша, — Я могу тебя потренировать, если хочешь. Я здесь неподалёку живу. Приходи на площадку, как будет время.             — Думаешь, смогу стать такой крутой, как ты?             — Думаю, сможешь стать лучше. Уже поздно, давай провожу до дома?             — Да здесь недалеко, я и сама могу.             — Уверена? — Хината кивнула, — Тогда давай так, напиши, как будешь дома, — он достал из рюкзака экранофон, — Запиши мой номер.       Они обменялись номерами и замерли, молчаливо глядя друг на дуга. Глаза юноши так и оставались невидны из-за темноты и обрамляющей их чёлки.             — Ну что же, до встречи, Хината! — юноша помахал на прощание рукой и пошёл прочь.             — Погоди! А как же тебя зовут? — почему-то Хината смутилась, — Мне чтобы в экранофон записать…       В ответ юноша привычно улыбнулся…             — Итачи!       Совсем потерявшись в воспоминаниях, Хината дошла до той самой спортивной площадки. Он сидел на скамейке спиной к ней. Но Хината точно знала — это он. Её друг. Её поддержка. Её названный брат.       Итачи, услышав своё имя, чуть обернулся. Он привычно улыбался и как будто бы точно знал, в какой именно момент Хината сюда придёт.             — Итачи, так рада тебя видеть! — Хината бросила рядом со скамейкой рюкзак и кинулась на шею друга.             — Я тоже рад тебя видеть, — рассмеялся Итачи, — Как твой день? — он мягко отстранил девушку от себя.             — Мне дали роль Ло, представляешь?       Итачи уловил в глазах Хинаты почти щенячий восторг. Губы его невольно растянулись в улыбке. Подруга почти не изменилась со времён их первой встречи. Быть может, она и стала рассудительнее и спокойнее, но Итачи был рад, что с ним она оставалась собой. Он радовался её успехам; радовался, когда она наигранно дулась на него; радовался, когда они спорили и радовался, когда сходились во мнениях.             — Разве могло быть иначе, Хината? — он потрепал девушку по голове.             — Эй, не надо, испортишь, — она тут же принялась поправлять волосы, — Но! Итачи, не обо мне речь! Сегодня ведь твой День рождения!             — Точно… А я и позабыл.             — Что? Как можно, Итачи? Но смотри-ка, что я тебе приготовила, — Хината вынула из рюкзака коробочку, — Держи.             — Что там? — Итачи легонько встряхнул коробку.             — Ну же! Открывай, — от нетерпения Хината заёрзала на месте.             — А мой подарок тебе очень по душе.       Хината взглянула на своё запястье. Красивый браслет-цепочка нежно окружал тонкое запястье. На цепочке красовалась маленькая подвеска в виде веера.             — Да, я надеваю его почти каждый день. Это мой талисман удачи! А теперь открывай!       Итачи развязал бант на коробочке, снял крышку и достал оттуда…             — Это повязка?       В глазах друга Хината уловила что-то, что не могла бы описать и самой себе. Это было похоже на тоску и... Ностальгию одновременно.             — Да, на голову, смотри, — Хината забрала из рук Итачи повязку и повязала её ему на голову, — Так волосы тебе не будут мешаться.             — Действительно, очень удобно, — он прошёлся рукой по волосам, — Слегка непривычно.             — Думаю, так тебе будет комфортнее.             — Уверен. Жаль, не вижу, как это смотрится со стороны.       Итачи был слабовидящим. Многие красоты мира были сокрыты от него, и почему-то Хинату это удручало.             — Поверь, очень круто, — она вздохнула.             — Не грусти, Хината, — Итачи безошибочно угадал настроение подруги, — Не обязательно что-то видеть, чтобы понимать, как оно прекрасно.             — Я тут подумала, ты ведь даже никогда не видел меня…             — Видел.             — В каком это смысле?             — Я видел тебя в твоих словах, в каждом твоём шаге, в каждом вдохе и в каждом ударе. Я вижу тебя в твоих поступках и в твоих прикосновениях, Хината. Да и в конце концов, я же не слепой. Я слабовидящий.             — Погоди, а это… Не одно и то же?             — Нет, совсем не одно и то же, — Итачи рассмеялся.       Хината захихикала вместе с ним. Как же прекрасно — быть рядом с другом.             — Спасибо за подарок, Хината. Я сохраню его, несмотря ни на что.             — Знаешь, это звучит довольно странно.       Итачи улыбнулся:             — Истина зачастую бывает причудливой.             — Да… В этом весь ты — Итачи Учиха. Весь такой загадочный, мистический, будто не от мира сего.             — Ну, ты тоже довольна чудная.             — Кого это ты чудачкой назвал?             — Тебя конечно.       Хината беззлобно толкнула Итачи кулаком.             — Знаешь, а ведь я лучшая в классе сценического боя. Благодаря тебе.             — Иначе и быть не могло. Ты умница, Хината.             — Но я всё ещё не так хороша, как ты… — Хината вздохнула.             — Есть вещи, в которых ты наверняка во много раз сильнее и лучше меня.             — Ты так уверенно говоришь…             — Потому что я точно это знаю, — улыбаясь, он посмотрел на Хинату.       В его глазах как будто клубился туман, скрывая что-то от каждого, кто силился в них заглянуть. Хината знала достаточно об Итачи, чтобы понимать, что он за человек. Но она понимала, что у него есть свои секреты, недоступные даже ей. И его глаза подчёркивали это понимание ещё сильнее.             — У тебя красивые глаза, Хината. Они напоминают мне красное дерево.             — Красное дерево? Почему?             — Глубокие, тёмные, редкие.       Хината засмеялась.             — Если это комплимент, то очень в твоём духе.             — Всего лишь правда, — Итачи пожал плечами, — Пойдём, отведу тебя домой, холодно сегодня.       Погода в тот день была переменчивой. Неизменным оставался лишь холод — тягучий и пробирающий до костей.             — Хорошо. Неджи будет волноваться. Кстати! Он просил передать тебе поздравления!             — Неджи Хьюга? — брови Итачи взметнулись вверх, — Не ожидал от него. Спасибо.       Друзья поднялись со скамейки и побрели в сторону дома Хинаты. Шли они не долго и лишь изредка перебрасывались парой слов. Каждый думал о своём, и каждому было комфортно в тишине рядом друг с другом.       В погоде словно что-то переменилось. Поднялся ветер, опавшие листья закружились вихрем, на деревьях надрывно каркали вороны.             — Ну вот, Хината, пришли.       Они остановились напротив небольшого домика, который между собой делили пару семей, в том числе и Хината с Неджи.             — Может, зайдёшь?             — Нет, Хината. Лучше не буду нервировать Неджи сегодня. Иди домой. Отдохни как следует.       Хината крепко обняла друга. Итачи покружил девушку в воздухе.             — Не надо, Итачи, прекрати, — смеясь, противилась девушка, — Я тяжёлая!             — В тебе просто очень много сил! — Итачи поставил девушку на землю.             — Скажешь тоже! Пока, Итачи!             — Пока, Хината. Я обязательно сохраню твой подарок.

***

      Хината лежала в постели, задумчиво глядя в потолок. День прошёл лучше, чем на самом деле мог бы. Она получила долгожданную роль, провела время с Итачи, а на сердце почему-то было неспокойно. За окном снова забарабанил дождь. Экранофон лежал экраном вниз, чтобы приходящие уведомления не отвлекали Хинату. Что-то в поведении Итачи было… Мягко говоря, странным. Он привычно улыбался, произносил её имя с привычной интонацией, но… Он был беспокоен. Его глаза… Его речь… Его прощание… Он будто бы прощался навсегда.       Не сумев заснуть, Хината взяла экранофон и открыла чат с Итачи. Отчего-то она чувствовала, что должна написать ему. Тонкие пальцы Хинаты сами собой набрали сообщение. Очень нужно было узнать, всё ли с ним в порядке.       Шли минуты. Час. Два. Итачи так и не отвечал. Хината не выпускала экранофон из рук. Но дождь за окном убаюкивал, а тёплое одеяло мягкой тяжестью прижимало к кровати. Хината уснула, крепко обнимая экранофон.       Водоворот снов унёс её далеко от дома. Далеко от Неджи. Далеко от Итачи. Яркие образы кружились перед сомкнутыми глазами. Брови хмурились. Было жарко. Хаотичный сон долго не отпускал девушку.       Постепенно сквозь слипшиеся веки стал пробиваться яркий свет. Словно бы из-под воды доносилось чириканье птичек. Какой же надоедливый звук! Силясь отогнать его от себя, Хината во сне замахала руками. И по кому-то попала.             — Ай, — тонкий голос врезался в ухо Хинаты.       Не похоже на Неджи… Сознания Хинаты касались неясные мысли. Кто это? И что он делает рядом с ней?       Хината резко распахнула глаза.       Перед ней, склонившись и прижав к груди руки, стояла девушка с большими бесцветными глазами. Сквозь сон казалось, будто на Хинату смотрела она сама. От неожиданности Хината резко вскочила и протёрла глаза. Девушка с бесцветными глазами отпрянула в сторону.       Хината уставилась на неё, не веря своим глаза.             — Ты кто такая?             — Хьюга Хината. А ты?             — Хьюга Хината…