Не отказывайся от золотых цепей, или попадёшь в стальные

В просторном холле отеля, полным позолоты, хрустальных люстр и кожаными диванами, в углу на креслах напротив друг друга сидели двое. Мужчина в свитере и джинсах — Волков — глянул на часы на запястье, вежливо улыбнулся: — Как мы и договаривались, я заскочил буквально на пятнадцать минут, так что… Другой, мужчина в деловом костюме, Невзлин, радушно улыбнулся в ответ: — Понимаю, понимаю, все мы деловые люди… однако, мы хорошо поговорили. Мало. Мало, но хорошо. Главное, что мы узнали — мы готовы к сотрудничеству. И знаете, что я думаю… — директор ФБК поднял голову, выражая готовность слушать. — Давайте поднимемся ко мне в номер, продолжим разговор там? Волков непонимающе моргнул: — Мне казалось, мы всё обсудили, вы сказали… — Да–да, — Невзлин отмахнулся от этих слов, — просто, так сказать, я хочу, чтобы вы мне оказали одну услугу… — Услугу? — Волков всё ещё не понимал. — Почему не обсудить это здесь? — Понимаете, это весьма личная услуга. — Если вы хотите попросить что-то коррупционное, то мой ответ — нет, — Волков начал хмурится. — Да нет же. Просто вы мне нравитесь… — О, — Волков изменился в лице. — Да нет, я не из этих… — тут же он смущённо улыбнулся. — Простите, я наверно неправильно вас понял! — Да нет, вы меня поняли правильно, — с напором сказал Невзлин. — Это ведь не бесплатно. Я готов отдать значительную сумму! — Нет! — Волков решительно встал, начал надевать куртку, и Невзлин поднялся следом, положил руку на плечо собеседнику: — Вы не понимаете, это по-настоящему значительная сумма, к тому же вы можете ожидать от меня… — Не интересует, — отрезал Волков, яростно глядя в глаза Невзлину, и, резко развернувшись, ушёл, больше не слушая окликов вслед. Невзлин поджал губы. Он не любил, когда ему отказывают. Ох как не любил… никто не смеет ему отказывать. Никто. Несколько месяцев спустя. К домику в глуши, окружённому высокими соснами, вела только одна дорога — земляная колея, с проросшей посередине травой. На веранде, за круглым столиком сидел Невзлин. Он с улыбкой гладил фотографию — по волосам Волкова. Первая попытка похищения не удалась — подельники оказались некачественные. Но сейчас он нанял кого надо. В этот раз всё получится. А ФБК… они думали, что разоблачили его, выпустив тот ролик, но на самом деле, только развязали ему руки. А он то хотел залечь на дно, подождать хотя бы год, убедиться, что на него не вышли… а теперь осталось только ждать, когда его сладкий подарок привезут к нему, перевязанный ленточкой. Показался чёрный джип, пыхтя мотором, приблизился, замер. Из него вышли бравые молодцы, открыли заднюю дверь, выкатили инвалидную коляску… на ней, прикованный, с скотчем на рту, сидел Волков. Его взгляд горел бешенной ненавистью. Невзлин поднялся им навстречу, коляска остановилась перед ним. — А вот теперь, — самодовольно улыбаясь, он нагнулся почти к лицу Волкова, — я воспитаю из тебя хорошего мальчика. И одним рывком содрал скотч. Пленник застонал сквозь зубы — он лишился нескольких волосков его шикарной рыжеватой бороды. — Ну… будешь послушным, мой милый Лёня? — Ты!.. — прорычал Волков, — развяжи меня! — Вот ещё, — Невзлин пожал плечами, — всё же ты моложе меня, авось и прибьёшь. — кивнул парням, — спасибо, вы свободны. Чемодан с деньгами на крыльце. Бугаи проверили наличность и уехали довольные работой. Проводив их взглядом, полным отчаяния, Волков сжал кулаки: — Тебе это с рук не сойдёт, тебя найдут, и… — И что? — Невзлин рассмеялся. — Я уже стар. Всё равно скоро в гроб. Зато я умру, получив всё, чего я хотел. Он покатил пленника в дом, по пологому пандусу. — Я улучшил эту халупу специально для тебя… тут всё приспособлено для инвалидной коляски. Невзлин отследил, как взгляд Волкова упал на вмонтированные повсюду петли для цепей, и лицо сразу стало белее мела. — Что ты хочешь, маньяк? «Молится всем богам, небось», — мысленно ухмылялся Невзлин, а вслух пояснил: — Того же, что и раньше, — улыбнулся, наклонился к уху пленника и прошептал: — Тебя. А знаешь, зачем инвалидная коляска? Он взял биту со стола и легко постучал по ногам Волкова. — Если ты будешь плохо себя вести, я сломаю тебе ноги, чтобы ты точно не смог сбежать. Но пока! Пока, — он отложил оружие и улыбнулся. — я ещё добрый. Так что веди себя хорошо, мой мальчик. «Мальчик» молчал. Понимал, небось, что молить бесполезно. Ждал удобного момента для побега, пока его везли по коридорам, закатили в спальню… От вида двуспальной кровати с кандалами по четырём углам Волков нервно сжал кулаки. Невзлин был настороже, пока отковывал пленника от коляски и приковывал к кровати, и, когда тот всё-таки попробовал взбрыкнуть, почувствовав, что ноги свободны, и вот уже одна рука тоже, сразу получил электрошоком под рёбра и затих. Боль должна была пронзила всё его тело, парализуя мышцы, сводя зубы. Обмякшего, без сознания, Леонид быстро и ловко переложил пленника на шёлковые простыни, приковал за ноги и за руки. Только тогда жертва шевельнулась, открыла глаза, повела взглядом… Невзлин достал охотничий нож с пояса, улыбаясь, провёл плашмя по лицу Волкова, рядом с глазами, полными ужаса: — Хочу, чтобы ты осознавал, что ты всецело в моей власти. Пленник почти не дышал, напряжённо следя за путешествием ножа вдоль своего тела… а Леонид разрезал его одежду с улыбкой: — Это тебе больше не понадобиться. — Нет, пожалуйста… — Волков всё-таки не выдержал. — за мой выкуп заплатят… Невзлин рассмеялся: — Ты действительно думаешь, что мне нужны деньги? Нет, дорогой, это я — тот, кто платит. Волков сглотнул слюну, его взгляд метался по комнате в поиске чуда… чуда ждать не приходилось. Невзлин хорошо постарался, выбирая самую глушь, где людей совсем нет, заметая все следы… Он нежно провёл пальцами по лицу пленника, тот мотнул головой, сбрасывая ладонь, как надоедающее насекомое… Невзлин рассмеялся и отвесил пощёчину. Злой, будто и не улыбался только что, он процедил: — Мальчик мой, советую запомнить это — ты в моей власти. Я воспитаю из тебя хорошего раба. Ты будешь есть из моих рук, а если я скажу — и с пола. Ты будешь сосать мне по первой же просьбе, так, что мне не придётся тебя заставлять. Ты будешь желать угодить мне. Мужчина отвесил Волкову ещё несколько не очень болезненных, но унизительных пощёчин. Было приятно видеть как пленник сдерживает проклятья, не давая им вырваться — потому что боится получить ещё. — А теперь я воспользуюсь тобой, как и хотел. На моих условиях. Невзлин снял штаны вместе с трусами. О, каким же наслаждением было видеть ужас в глазах Волкова! Уже крепкий член от беспомощного взгляда совсем окаменел. И Волков снова не выдержал: — Нет, пожалуйста… что ты хочешь?.. я всё сделаю! Невзлин рассмеялся: — Да, умоляй меня! Ты выглядишь таким жалким, когда это делаешь. Так и охота заткнуть твой рот членом! Но вместо этого он подогнул Волкову ноги и вошёл в анус без смазки. Плавно, не торопясь, чтобы не травмировать. И начал трахать, потихоньку ускоряясь. Пленник стонал сквозь зубы. — Давай, расслабься, малыш, это же приятно! Я знаю, что тебе это нравится, шлюха! Волков зажмурился, как будто просто решил это перетерпеть, надеясь, что скоро мучение закончится… — От других то деньги не зазорно брать. Сосёшь Железняку, а мне зазорно? Тварь! Ещё одна пощёчина Волкову. — А я хотел сделать тебя своим любимым мальчиком! Завалить подарками, чтобы ты жил в шелках! — и ещё пощёчина. Слушая стоны сквозь зубы, Невзлин кончил, пыхтя, сполз с кровати, и, прежде чем уйти, оставив Волкова одного думать о своих ошибках, кинул на него презрительный взгляд: — Но ты упустил свой шанс.