А завтра обещали снег

      Штурмана разбудила громкая вибрация телефона. С трудом разлепив глаза, он бросил короткий взгляд на экран устройства, лежавшего около его головы. Попов звонит. Долго не раздумывая, Шастун сбросил вызов и перевернулся на другой бок. Снова вибрация. Звук разрывал тишину комнаты, раздражая больше, чем должен был. Антон что-то невнятно прорычал себе под нос и повернулся обратно, снова отклоняя звонок. Наконец-то тихо. Но недолго, его подушка завибрировала, настойчиво, почти издевательски. -Да отстанешь ты или нет?! — прохрипел сердито парень, хватая телефон. Он хотел выключить его совсем, но вместо этого с силой ударил по кнопке ответа. -Чего тебе надо? Голос Арсения с другого конца линии звучал напряженно, но все равно с нахальной уверенностью. -Ты спишь? Я тебе писал и звонил, а ты вообще, как будто исчез. -Я не хочу с тобой разговаривать. — с яростью произнес он, убирая телефон от уха и ставя разговор на громкую. -Ты слишком вспыльчив. Это все из-за трамплина? -Нет, это из-за того, что ты ведешь себя как полный мудак. — рыкнул Антон, поворачивая голову к телефону, как будто он там действительно сейчас пилота увидит. На другом конце провода раздался короткий смешок, и это вывело Шастуна из себя еще больше. -Тебе смешно? Пошел нахер, Попов. Он сбросил вызов, не дожидаясь никакого ответа. Этот человек неисправим, нет смысла даже пытаться говорить с ним. «Почему я вообще согласился работать с тобой?» — пронеслось у него в мыслях. Правда, он уже знал ответ. Потому что, несмотря на всю его заносчивость и склонностью к внезапному суициду, он все еще был лучшим. Тем, кого нельзя игнорировать. Но это не облегчало жизнь зеленоглазого. Антон закрыл глаза, стараясь погрузиться обратно в сон, но образы снова прокручивались в голове, как заевшая пластинка. Попов был не из тех, кто сдается так просто, особенно, если дело касалось Антона Шастуна — его штурмана. Он понимал, что загнал его в угол своими выходками, но где-то глубоко внутри все равно знал, что они никуда не денутся друг от друга. Оба были слишком упрямыми, чтобы окончательно разорвать связь. Через час после неудачной попытки дозвониться, он решил, что проще сразу вломиться к нему в комнату. -Слышишь! Я не уйду, пока ты не откроешь. — пилот ломился в дверь, яростно стуча кулаком по ней. Ответом ему служила только тишина. -Я даю тебе две минуты, если ты не открываешь — я захожу сам! По ту сторону Антон сидел на кровати, злой и уставший. Он хотел послать Арса куда подальше, но понимал, что тот действительно способен взять и выломать эту хлипкую дверцу. В итоге, он все-таки открыл ему, но только тогда, когда послышался громкий удар и жалобной треск. -Что тебе нужно? Я же ясно все тебе сказал. — холодно произнес Шастун, облокачиваясь плечом на дверной косяк. -Мне нужно нормально с тобой поговорить. Ты можешь хотя бы попробовать выслушать меня? — Попов чуть нахмурился, он не привык видеть такую дикую отстраненность в знакомых зеленых глазах. -Я уже все увидел на трассе. Пошел вон. Брюнет почувствовал, как в нем поднимается волна необоснованной злости. Вместо того, чтобы просто уйти, он ввалился в комнату, заставив Антона отступить на шаг, чтобы его не сбил с ног напор пилота. -Ты охренел? — удивленно спросил парень, уже заранее зная ответ на свой вопрос. -Нет. Ты меня выслушаешь, нравится тебе это или нет. Шастун уже успел сжать кулаки, он был на одном волоске от срыва. Еще чуть-чуть и начнется драка, но Арс предусмотрел этот момент, ловко хватая его за запястье. Крепко, но без боли, просто чтобы тот не вырвался. -Прекрати вести себя, как ребенок. Мы не просто работаем вместе. Я накосячил, я знаю. Но ты не можешь просто вычеркнуть меня из своей жизни. — почти шепотом, но твердо, произнес он, сильнее сжимая его руку, когда штурман пытался вырваться. -Я выбью тебе все чертовы зубы, если ты меня сейчас не отпустишь. — рычал зеленоглазый, стараясь вырваться из захвата. Попов усмехнулся, притягивая Антона ближе к себе. -Ну давай. Только знай, что я не уйду, пока ты меня не простишь. Шастун замер, когда вторая рука пилота легла ему на спину, придвигая его еще ближе. -Что тебе нужно? Что ты делаешь? — уже тише, но также резко спросил он, глядя в голубые глаза напротив. -Я пытаюсь исправить свой косяк. — также тихо ответил ему напарник. Голос звучал спокойно, в нем даже проскочило сожаление. Дверь закрылась за ними: это Попов пнул ее ногой. Шастун искоса посмотрел на него, ярость и гнев начали сменяться замешательством, а затем чем-то похожим на усталость. -Думаешь, вот так ты сможешь извиниться? — он постарался сказать это насмешливо, но голос все равно слегка дрогнул. -Нет, но я хотя бы попробую. Ты больше, чем навигатор для меня, принцесса. Эти слова выбили землю из-под ног Антона. Он резко выдохнул, чувствуя, как напряжение в теле начинает медленно отступать. -Ты просто хочешь, чтобы я заткнулся и снова сел в твою адову колесницу. Попов усмехнулся, его рука на спине чуть ослабила хватку, но не отпустила совсем. -Нет. Я хочу, чтобы ты понял: я никогда не смогу заменить тебя. Даже если ты иногда изводишь меня своим психозом и упрямством. Зеленоглазый нахмурился, но пока что молчал. Между ними повисла напряженная пауза, будто оба ждали, кто первый скажет или сделает что-то, что сломает этот хрупкий момент. -Я не люблю тебя. — утвердительно кивнул Антон, говоря эти слова уже не в первый раз. -Я тоже тебя не люблю. — хмыкнул пилот, пуская на лицо снисходительную улыбку и отпуская руку напарника. Та сразу же легла на его плечи, захватывая воротник кофты и притягивая к себе. Снова этот ничем не обоснованный поцелуй. Какой-то корявый, неправильный, лишний. Но почему-то до боли в голове нужный и обязательный. Штурман притягивал к себе брюнета, удерживая его двумя руками, будто тот собирался сбежать, хотя тот даже не пытался. Холодные пальцы коснулись потрепанной шеи Шастуна, заставляя его чуть дернуться от неприятных ощущений. -Терпеть тебя не могу, психованный. — он шепнул это прямо в губы. -Ты бы знал, как я тебя хочу убить. — отозвался его коллега, ненадолго разрывая поцелуй. -Поверь, я не меньше твоего хочу разбить твое противное лицо. — хмыкнули ему в ответ, вновь углубляя поцелуй. И почему-то оба говорили правду, но действовали совсем по другому сценарию. Пальцы запутались в темных волосах, а ноги сами собой сделали пару шагов вглубь комнаты, заставляя их пройти из коридора в помещение и аккуратно приземлиться на край кровати. Рука Шастуна бездумно забралась под одежду Арсения, впиваясь в его спину и оставляя слабые красные следы на теле. Чуть надавив на плечи мужчины, Антон уложил его на спину, разрывая их поцелуй. -Я, кажется, обещал мстить. — шепнул он на ухо Попову, и прежде, чем тот успел ответить, впился в его шею. -Ты бля… — поморщился тот от внезапной боли. -Я так больно не делал. Ответа никакого не было, только мокрые следы оставались на коже пилота, а вместе с ними расцветали яркие пятна. Штурман ощущал горячий ответный пульс в теле напарника. Его дыхание было прерывистым, сердце стучало чуть быстрее обычного. Попов тяжело вздохнул, на его лице проскользнула полуулыбка, полная иронии. -Ты никогда не изменишься. — прошептал он, едва ли не теряя дыхание от того, как его тело напряглось от очередного полу-укуса, полу-поцелуя. -А ты не лучше. — Антон не дал ему возможности закончить свою мысль, снова поглощая его губы. Зеленоглазый почувствовал, как холодные пальцы снова тянутся к его коже, и каждое их прикосновение оставляет след в виде жгучей боли. Вроде бы, это должно доставлять ему дискомфорт, но в какой-то момент это стало нормой. Он знал, что не стоит доверять таким отношения, но все равно не мог остановиться. В какой-то момент их тела скрутились в странной позе, но оба не обращали на это внимания. Шастун шептал ему что-то невнятное, изредка покусывая ушную раковину. Он тянулся к нему, в их телах звучала непонятная музыка — она была полна боли, страха, желания и, возможно, чего-то еще. Парень не сдавался, он по-прежнему шептал ему на ухо, пальцы слегка касались уже покрытой пятнами шеи, взгляд стал совсем другим. В этот момент, среди их слов о ненависти друг к другу они оба могли понять, что в их венах течет не только гнев, но и нечто, что тяжело назвать враждой. -Не выводи меня, Шастун. — тихо прорычал Арсений, когда чужие зубы в очередной раз скользнули по его мочке. -А то что? — с вызовом спросил его приглушенный голос. Новая красная полоска появилась на спине пилота после этих слов, из-за чего он чуть прогнулся в спине и стиснул зубы. -Ты нарываешься, принцесса. — проговорил Попов, чей голос звучал куда мягче, чем следовало. Все их отношения были как наркотик — разрушают, но отказаться от этого невозможно. Антон задержал дыхание и заглянул в светлые глаза. Он почти почувствовал, как эти слова пробивают его броню, но этого не было видно на лице. -Будешь работать со мной дальше? -Ни за что. — утвердительно ответил юноша, возвращаясь к шее пилота. Он бы с радостью перегрыз его горло, но что-то заставляло лишь аккуратно покусывать кожу и иногда оставлять следы своего прибывания здесь. -Сука такая… — улыбнулся брюнет, прижимая к себе напарника крепче. -Как же ты меня выводишь. -И я очень горжусь этим. — Антон вновь вцепился в него, дыхание стало тяжелее, пальцы скользили по животу Попова, поднимая его кофту с футболкой и оставляя горячие следы на коже. -Ты ведь никогда не сможешь изменить своих привычек. — произнес он, и в этих словах действительно была правда. Парень переместил корпус, теперь он возвышался над Арсением, прижимая его к кровати всем своим весом. -Но я подумаю над твои предложением, если ты перестанешь выворачивать мне кишки своим поведением. -Гондон ты, Шастун. — выдохнул голубоглазый, проводя рукой по ключицам штурмана и захватывая ткань его футболки в ладонь, решительно потягивая вверх. Через пару мгновений ни на Арсе, ни на его навигаторе не было верхней одежды. Эти жесты, это притяжение, которое они не могли объяснить — все это словно было не из этого мира. Они оба знали, что с каждым движением приближается та черта, за которой уже не будет пути назад. Но чем больше они пытались убежать, тем быстрее она нагоняла. -Ты, наверное, сам не заметил. Я подскажу тебе: ты проиграл. — с издевкой заметил парень, оглядывая все еще не зажившие до конца синяки от побоев на теле Арсения. -Да ты гонишь, Шаст. — рассмеялся тот, но его голос звучал уже не так уверенно, как раньше. Он провел ладонью по чужой спине, ощущая, как его пальцы скользят по напряженным мускулам. -Ты ведь тоже вляпался. Может, даже посильнее моего. Шастун на секунду замер, словно обдумывая эти слова, а затем снова прижался к нему, зная, что рано или поздно все это закончится, но этот момент был для него слишком уж ценным. -Я создан, чтобы разрушить все, что ты построил. — сказал Арс, нежно поглаживая штурмана по скуле. -И ты тоже будешь разрушен. Молчание повисло в воздухе, оба высказали все, что хотели. Пусть в странной, непонятной форме, пусть в такой ситуации, когда желание смешалось с бушующей злобой и агрессией. Пусть так, зато они поговорили. -Я… — Антон запнулся. -Я не готов менять пилота. -Я знаю. — кивнул Попов, укладывая юношу рядом с собой. -Я тоже не готов менять экипаж. Шастун почувствовал, как внутри него что-то окончательно надломилось. Странное ощущение, как будто бы он только что понял, что все это — не просто временное развлечение или снятие стресса. Это было что-то большее, и, хотя эта мысль не принесла ему покоя, она заставила его задуматься, как далеко все это зайдет. -А ты уверен, что у нас не может быть ничего, кроме этого? — уточнил он, укладывая голову на плечо брюнета. -Ты ведь сам знаешь ответ. — прозвучал голос у него над ухом. Арсений посмотрел на него и чуть усмехнулся, но в его глазах появилась некая тяжесть. -Мы оба понимаем, что это не любовь. Но ты все равно здесь. И я тоже. — он мягко, почти заботливо поцеловал своего напарника в висок. -Я скорее ненавижу тебя, чем люблю. -Это странно. — честно признался Антон, гулко выдыхая и зарываясь носом в искалеченную шею голубоглазого. Тот лишь тихонько кивнул, поглаживая оголенное плечо Шастуна. -А что там с соревнованиями? -Все хорошо. Не думай об этом. -А о чем мне думать? -О нас. -А «мы» есть? -Конечно. — ответил Арсений. Его голос прозвучал спокойно, в нем слышалась твердая уверенность. Штурман поднял голову, удивленно посмотрев на него. Он ждал чего угодно: уклончивого ответа, сарказма, но не этого. -Правда? — спросил он, прищурившись. -Ты уверен? Попов тихо хмыкнул и потянулся, вперед, чтобы ухватить одеяло. -А ты нет? — бросил он в ответ, чуть приподняв бровь. -Скажи, Шаст, зачем ты здесь, если не считаешь, что у нас что-то есть? Антон открыл рот, чтобы что-то ответить, но слов не нашлось. Он вновь почувствовал, как сердце гулко отбивает ритм в груди, пока он смотрел в эти голубые глаза. Он хотел сказать, что все это привычка, адреналин, обычное желание, но это все было бы ложью. И они оба это знали. -Не знаю. — наконец пробормотал он, укрываясь краешком одеяла. -Разве отношения возможны без чувств? -А кто сказал, что у нас нет чувств? — вопросительно наклонил голову брюнет, крепче прижимая к своему боку зеленоглазого. -Да и отношения разными бывают. Не только дружескими или романтическими. Существует ли такое слово, которое опишет что-то вроде смеси ненависти, привязанности, дикой тяги, приправленной токсичным юмором, желанием избить друг друга и в то же время никогда не отпускать и ни с кем не делить? М-м… кажется, нет. А может и есть. Пусть это будет «дестролюбие». Да, идеально. Между ними царило полное «дестролюбие». Разрушение, соединенное с дикой, почти инстинктивной любовью. Сегодня они точно не зайдут дальше, но все встало на свои места. Они искренне ненавидят друг друга? Да. Они действительно стараются не любить? Конечно. Антон отодвинулся от мужчины, запуская глаза в потолок и разбито улыбнулся. -Какой же ужас. — тихо сказал он, чуть засмеявшись. Этот смех был горьким, но в нем звучало что-то вроде освобождения и облегчения. Арсений посмотрел на него и, не удержавшись, тихо захихикал в ответ. -А ты ведь все равно останешься. — сказал брюнет, подкладывая руку под голову. Шастун закатил глаза, но вместо сарказма или язвительности, просто поправил одеяло на животе Арса. -Как будто у меня выбор есть.       Глаза распахнулись совсем ранним утром, ему было тяжело дышать. Взгляд сполз с потолка вниз, на его груди лежала голова пилота. И сейчас он внезапно почувствовал то, что должен был раньше и с кем-то другим. Шастун аккуратно провел рукой по волосам Арсения. Тот выглядел совершенно спокойным, даже уязвимым, что ли. «Я не умею в это» — холодком пробежалась мысль по его сознанию. Весь их вчерашний разговор, их ссоры, а потом примирения, это все настолько не укладывалось в рамки его привычной жизни, что становилось страшно. Арс что-то тихо пробормотал во сне, и штурман усмехнулся. -Ты можешь молчать хотя бы пока спишь? — тихо спросил он, зная, что ответа от спящего ждать не следует. Еще пару минут он просто лежал, чувствуя, как сердце Попова бьется где-то рядом с его собственным. Но все-таки он решил встать, осторожно, чтобы не будить мужчину. -Ладно, разберемся. — добивал твердо Антон, протирая лицо рукой. Одежду он нашел недалеко от кровати, сразу же натягивая на себя темную футболку и направляясь к столешнице, чтобы заварить кофе. Сигарета сама собой выползла к нему в пальцы, кружка зажалась другой рукой. Парень облокотился на стол, глядя в окно и втягивая дым. Думать обо всем и одновременно ни о чем — задача интересная, но слегка бесполезная. Злость, привязанность и какая-то туманная тоска все еще боролись внутри его груди, не давая нормально жить. Вроде чувства взаимны, но что это за чувства? Размышлять об этом было слишком напряжно. Глухой звук за спиной заставил его вынырнуть из мыслей и обернуться, все еще сжимая сигарету между зубов. Это Арс проснулся и сонно протирал лицо. -Ты че так рано подрываешься, урод? — пробормотал недовольно Арсений, зевая и зажмуривая глаза. -Я дышать не мог, потому что ты весишь как груженная фура. — отрезал зеленоглазый, выпуская дым в приоткрытую форточку. -Давай собирайся, у нас сегодня прогон новичков. Будем в штаб отбирать себе. Брюнет сразу же оживился, подскакивая на ноги. -Да ну? А Влад будет? -Звездочка-то? Я думаю, да. Очень хочется, чтобы он прошел. — кивнул головой штурман и затушил окурок о пепельницу. -Твоя футболка на стуле, хватит метаться. Пилот взял одежду и натянул на себя, закрывая потускневшие синяки на теле. Только сейчас он вспомнил, что теперь и его шея покрыта темными разводами укусов и засосов. Пятна растекались в небольшие округлые формы, а в некоторых местах контуры совсем поплыли. Чуть выше ключицы можно было заметить более глубокие отметины — места, где зубы, пусть и не со всей силы, но все же впивались в кожу. Это были слегка покрасневшие полумесяцы с едва заметными вмятинами. -Второй шарф тебе дать? — усмехнулся Антон, потягивая напиток. В ответ на это Попов лишь язвительно хмыкнул и потянулся, как будто его это совсем не волновало. -Пусть смотрят, какая разница. — Арсений провел рукой по шее, будто мог убрать следы Шастуна простым движением, а потом вздохнул. -Как мне назвать ее? Ира? Может быть, Зинаида? Или оставим твое имя? -Идиот. Через минут тридцать они уже были на улице, вдыхая приятный запах раннего утра. Почти около боксов их поймал Никита — еще один менеджер, с которым они почти никогда не пересекались, он особо не появлялся в их жизни, так как у него свои ребята были. -Парни, меня Стас попросил передать. Он боится к вам идти, почему-то. — мужчина протянул какой-то указ. Экипаж переглянулся, но Антон первым взял бумагу в руки. -В связи с непредсказуемым поведением экипажа, принято решение о временном разделении. — прочитал он вслух, бросая короткий взгляд на Арса, который удивленно вскинул бровь. -Это что за херня тут написана? -Ну, Стас сказал, что вы слишком нестабильные, хоть и очень сильные. — пожал плечами менеджер, явно не вникая в ситуацию. -Он решил, что вас опасно выдвигать на большие турниры, так как вы можете все испортить своими выходками. Это я его цитирую, не подумайте. -Это из-за вчерашней гонки? — скрестив руки на груди с холодным взглядом спросил Попов, забирая бумагу из рук Шастуна, потому что он уже начал мять ее. -Скорее всего. — согласно кивнул мужчина. -Он злой вчера был, ужас. После заезда орал на весь офис, бросался кружками, грозился уволиться и уехать в деревню. Тут и печать стоит, это официальный документ. Штурман стиснул зубы, с трудом сдерживая вспыхнувшую агрессию. Он чувствовал, как закипает. Шеминов мог хотя бы предупредить. -Это пиздец какой-то. — вырвалось у него, и он резко дернул головой. -Я не верю, что этот олень мог написать эту чушь из-за одной обычной ссоры. Мы постоянно ссоримся, но все равно привозим финиш за финишем, это что за бред? Арс молчал, внимательно изучая указ в руках. Его приставляли к какому-то другому человеку, но даже его инициалов и фамилии указано не было. Как ему снова загонять себя в рамки адекватности? -Ты думаешь, что я соглашусь работать с другим штурманом? — спросил Попов, подняв взгляд на Никиту. Тот явно не ожидал такого вопроса. -Ну, вариантов у тебя нет, это же указ. -Хуяз. — огрызнулся пилот, возвращая помятый листок в руки менеджера. -Никаких изменений, мне плевать. Хотите — отстраняйте. Вы, суки, совсем в своем штабе охренели, видимо. Бедняга нервно сглотнул, он не привык к их резкости и самодурству. У него-то все адекватные работают, не грубят, не хамят, а просто делают, как сказано. -Это не обсуждается, ребята. — тихо сказа он. -Шеминов очень тщательно все продумал. Это временная мера, понимаете? Просто перестраховка. Из-за вашей динамики в работе могут возникнуть сложности. Здесь все по уму. Антон, стоя рядом, приподнял голову и теперь он казался еще выше, хотя, куда уже? Брюнет с холодными синими глазами молчаливо прожигал его с каменным лицом. Они оба сейчас пугали, может быть, они могли бы и съесть заживо с таким-то настроем. Теперь Никита понял, почему его коллега боялся сам к ним идти. -Передай этому бумажному клопу, что я как работал с этим психом, так и буду. На этом все. — кивнул пилот, делая голос максимально жестким, но при этом спокойным. -Либо соглашаетесь на разделение, либо прощаетесь с командой. Точка. — произнес менеджер, заставляя напряжение повиснуть в воздухе. Зеленоглазый нервно рыкнул. Он хотел уйти от Арса еще вчера, но за вечер и ночь слишком многое изменилось. Чертов Стас опять вставляет палки в колеса, истеричка долбанная. Шастун не стал продолжать диалог, а просто развернулся и зашагал дальше, направляясь к круговой трассе. Его напарник лишь кинул холодный, но презрительный взгляд на гонца с недобрыми вестями и сделал такой же рывок в сторону Антона. Уходить из команды не вариант, но и работать по раздельности, пусть и временно, звучало, как пытка. По пути они приняли решение, что не планируют увольняться прямо сейчас и метаться в поисках такого же сильного состава. Так что со скрипом, со злобой, они все-таки решили принять условия и какое-то время поездить отдельно. Серьезных кубков не намечалось, а на спонсорских мероприятиях им никто не запрещал появляться вместе, поэтому договор не нарушался никаким образом. Недовольные, но смирившиеся, они уже почти дошли до трибун, как вдруг их окликнул знакомый голос. -Антон! Арсений! — это был Влад, он как раз только-только закончил одеваться и теперь быстрым шагом двигался в их сторону. -О, звездочка моя. — усмехнулся Шастун, снимая с себя угрюмое лицо и надевая веселую улыбочку. -Ну, давно не виделись. Карантин этот… а, карантин же. — закатил глаза парень, вытягивая из кармана куртки давно забытую там маску. Они их, вообще-то, обязаны были носить все это время, но как-то не срослось. -Да я понял уже. — добродушно улыбнулся паренек, тоже натягивая на себя черную тканевую маску. -Как у вас дела? -Лучше не спрашивай. — буркнул Арсений, отмахнувшись. -Чудеса творятся. Руководство решило, что мы «нестабильные». Разделяют, прикинь? -Вас разделяют? — расстроенно спросил ученик, заглядывая в глаза наставникам с вопросом. -Вы же лучшие, почему? -Дураки потому что. — решительно ответил Антон, скрещивая руки на груди и фыркнув. -Ну, а ты-то как? Катался без нас где-нибудь? И тут ум штурмана сопоставил плюс с минусом. Набор в штаб начался куда раньше, чем должен был, они буквально сейчас будут набирать самых зеленых и неумелых ребят, хотя на подготовку у них должно было быть около полугода. -Влад, а тебе никто не говорил, почему так быстро вас решили на испытания отправить? — прищурился зеленоглазый, наклоняя голову. -Ну, вроде что-то говорили. По-моему, они все составы хотят перетряхнуть вообще. Что-то вроде этого, но это больше слухи. Арс переглянулся с напарником. Эти слова звучали… тревожно. -Ну что, идеи есть? — хмыкнул Арсений, обращаясь к штурману. -Похоже, проблемы куда серьезнее, чем просто временное разделение. — кивнул головой парень, складывая пазлы в уме. -Я так и знал, что Стас бы на ровном месте такую ху… — он осекся, вспомнив, что тут у них почти ребенок стоит. -…фигню нарисовать. Верхушка что-то мутит. Пока что эту тему не стали разгонять, просто перекинулись парой слов с Владиком и пожелали ему удачи. Когда тот ушел готовиться, они сразу же вернули серьезные выражения лиц. -Херня какая-то творится. У нас собираются команду переформировывать? -Узнаю у Шеминова, что у них там происходит. — твердо ответил штурман, доставая телефон из кармана и опять запихивая бедную масочку в карман, планируя забыть про нее еще на несколько лет. -Не нравится мне все это. Пока Антон искал номер у себя в контактах, Попов точно также пытался понять, что происходит. Стас бы их не разделил, ежу понятно, рука бы не поднялась. Не новый ли директор решил вычудить что-то непонятное? Пока что карты сходились не в лучшую для них сторону. -Але, дятел. — раздался голос Шастуна после непродолжительного молчания. Арс усмехнулся, ему нравилось, когда его напарник негодует. -Что за цирк с разделением? На другом конце провода послышался тяжелый вздох. -Я знал, что за мной придет смерть. Но не знал, что так быстро. -Слышишь, я сейчас приду еще быстрее и набью тебе морду. Мы и так на взводе с этим отбором, еще новости хер пойми какие. Объясняй. Попов не сводил с него взгляд. Он знал, что тот действительно пойдет и набьет морду. Он знал, что за этими угрозами стоят действия, и это была одна из тех немногих вещей, которые он ценил в этом штурмане. -Пойми, демон, это не моя инициатива. — начал оправдываться их менеджер, явно стараясь говорить спокойно. -Это решение оттуда. Верхушка поменялась, у них свои взгляды. -Новая верхушка? — зеленоглазый повернулся к Арсению, поднимая указательный палец вверх, словно говоря «сейчас внимательно». -Да. Считают, что вы нестабильны. Я, вообще-то, тоже так считаю, но мне еще хочется пожить, так что я бы вас сам не решился бы по разным экипажам ставить. — он ненадолго замолчал. -Я уже пытался тебя к Паше приставить, и что? Почти инсульт. У обоих. Шастун закатил глаза и поставил его на громкую, чтобы пилот тоже слышал. -И что у нас за новые императоры? -У них другие приоритеты. Это все, что я знаю. Ляся говорила, что они будут делать ставку на финансы и доходы, а не на кубки и победы. У Попова мгновенно стиснулись зубы. Он шел сюда, чтобы становиться лучшим и забирать первые места одно за другим, а не выступать цирковой обезьянкой. -Так. Что еще она говорила? — коротко спросил он, забирая телефон из рук напарника. -О боже, и ты здесь. Я скоро буду на отборе, поговорим лично. Давайте, скоро подойду. — вызов сбросился, заставив парней нервозно переглянуться. Судя по всему, их состав решили полностью пересмотреть, чтобы найти перспективных пилотом и штурманов, которые будут более управляемыми. Это случилось и с ними: кто-то донес, что эти двое — главные бунтари и самовольные ребята, а такие им не нужны. -Слышишь, принцесса. — тихо сказал Арс, возвращая мобильник Шастуну, который недовольно оглядывался по сторонам. -Нас заменить хотят. -Хотели бы заменить — уже бы сделали. — буркнул в ответ тот, переминаясь с ноги на ногу. -Тут походу не все так очевидно. — добавил он, оглядывая собравшуюся толпу молодых звезд ралли. -Не находишь, что их многовато?