А завтра обещали снег

      Раздражающий звук хриплого кашля, доносящийся прямо под боком, заставил проснуться посреди ночи. Раздраженный вздох сорвался с губ, а попытки перелечь на другую сторону и попытаться снова уснуть ничем не увенчались. Попов безбожно кашлял посреди ночи, привлекая к себе слишком много чужого внимания. Антон искренне старался просто забить, но, когда понял, что это так просто не пройдет, раздосадовано зажмурился и приподнялся на локтях, глядя на напарника. Тот укутался в одеяло, бессовестно отобрав его у штурмана и при этом еще имел смелость мешать спать. -Сдохнуть решил? — пробубнил Шастун, недовольно щуря глаза. Ответа не последовало, только глухой вдох, после которого пилот снова дернулся в новом приступе. -Да ты издеваешься. — парень со злостью встал с кровати и в два шага пересек небольшую комнату. Помнится, когда его продуло, Арс скупил половину аптеки, должно же там быть что-то от кашля? Перерыв все имеющиеся упаковки, банки, склянки… что это? Шприц? Невероятно, ладно, вот, нашел наконец-то. И пока за его спиной человек устраивал настоящий рассадник бактерий, он спокойно налил воды из чайника в кружку, постоянно что-то бурча. -Гори в аду, придурок. — бросил он через плечо, но воду с таблетками все-таки передал. Вообще-то, он не планировал с ним разговаривать после вчерашнего, даже выгнал его из комнаты на ночь, но после того, как в окно начали лететь камни — пришлось пустить обратно неугомонного идиота. -Пошел нахрен. — осипшим голосом возмутился Арсений, заходясь новыми подрагиваниями. -Уже был, пей, пока я сам в тебя не влил. — закатил глаза тот, протягивая руку и разворачивая мужчину лицом к себе. -Дай посмотреть на тебя, идиота. — рыкнул он, чуть приближаясь. Белый как простыня. В следующую секунду он хлопнул ладонью по чужому лбу, специально сильно, чтобы не расслаблялся. Да, видимо, только у матерей встроенный в тело градусник, потому что он ничего не понял после такого жеста. Ну лоб, да, кожа. Прикольно, но непонятно. -Ладно, сиди не дергайся. — вздохнул зеленоглазый, отправляясь теперь еще и за термометром. Где же он… должен же быть… Но нигде ничего подобного найти не удалось. Даже задумчивое почесывания затылка не помогло в поисках. Антон пожал плечами и вернулся на место, забирая пустую кружку из чужих рук и отставляя ее на тумбочку рядом с собой. -Будешь умирать — выйди сразу на улицу. Не хочу труп твой таскать тюда-сюда. — почти вежливо попросил Шастун, снова устраиваясь рядом на кровати. Через некоторое время кашель затих, видимо лекарство подействовало. Наконец-то, наконец-то спать. Штурман поерзал на подушке, выискивая удобную позу и начал снова засыпать, но в его спину что-то уперлось. Настойчиво и с претензией на внимание. Терпеливо игнорируя это один раз, потом второй, за ним третий, в итоге пришлось дернуться и обернуться. Арсений, закутавшись в одеяло, в очередной раз ткнулся головой в его спину, придвигаясь еще ближе. -Попов, какого черта? — недовольно проворчал парень, встречаясь с уставшими глазами друга, который, кажется, даже не до конца осознавал, что делает. -Холодно. — сообщил он низким сиплым голосом, глухо, как будто ему самому не хотелось ничего говорить. Штурман в ответ только рвано выдохнул, но почему-то не стал его отталкивать. Вместо этого только закинул руку за его голову, делая вид, что ему категорически наплевать. Арс тихо хмыкнул, и Шастун мог бы поклясться, что почувствовал, как напарник сильнее вжимается в его бок, сворачиваясь плотным клубочком. Вот же урод, даже болеть нормально не умеет. Немного пораскинув мозгами, штурман забрал у него немного одеяла, позволяя себе хотя бы накрыть ноги, чтобы спать было поприятнее. Рука сама собой опустилась ниже, обхватывая брюнета за плечо и сжимая чуть сильнее. Пусть спит, ладно, хрен с ним. Остаток ночи до будильника прошел куда лучше — оба смогли заснуть. Антон лежал на боку, утыкаясь носом в макушку пилота, который свернулся около него, упираясь то ли в плечо, то ли в ключицу Шастуна. В какой-то момент зеленоглазый пытался отодвинуться, но потом во сне махнул рукой и уложил ладонь на спину напарника. Вроде бы просто так, для удобства, но в итоге так и оставил. Утром будильник вырубился практически мгновенно, ему не оставили возможности даже немного пошуметь. Штурман попытался встать, но его руку крепко прижала к кровати голова человека, жмущегося к нему всем своим телом. -Отвали, мне вставать. — буркнул парень, отодвигая от себя больной комок соплей и кашля. -Ну Тош… В следующую секунду Антон уже стоял с ножом у столешницы, готовясь обороняться. -Кто ты? — прошептал он, не сводя глаз с кого-то, кто выглядел в точности, как его напарника, но как-то не так. Второй рукой нащупал соль, чтобы нарисовать ей круг вокруг себя на всякий случай. -Я спрашиваю: кто ты? Арсений с трудом приподнялся на локте, явно удивленный такой бурной реакцией. Его все еще слегка лихорадило, а голос звучал сипло, но он все равно умудрялся выглядеть слишком раздражающе. -Ты дебил? — прохрипел мужчина, потирая лицо ладонью. Шастун же не ослабил хватку, наоборот, поудобнее перехватил рукоять и напрягся всем телом. -Попов никогда в жизни меня так не называл. — голос был холодным, почти угрожающим. -Кто ты и куда дел моего пилота? Я сейчас Винчестерам наберу, честное слово. Арс тяжело засмеялся, но тут же закашлялся, схватившись за грудь. -Расслабься, я просто болею. Штурман все еще не выглядел убежденным, но все же осторожно положил лезвие обратно на столешницу, а вот соль не выпустил. На всякий случай. -Знай, я тебе не верю. — с опаской сообщил он, просачиваясь вдоль стены к ванной, не поворачиваясь спиной к неизвестному существу на кровати и стараясь не моргать. Зависнув в двери на некоторое время, ожидая атаки от чудовища, он резко пропал внутри, запираясь на замок. -Идиот… — заметил устало Попов, откидываясь обратно на подушку. Да, когда он болеет, чаще всего, становится слишком мягким, требующим тепла и заботы. Только вот болеет он очень редко, а его напарник не в курсе про такой заскок. Ему правда было плохо — все тело ломило, в горле першило, а лоб явно начинал припекать жаром. Но хуже всего было ощущение, что теперь Антон до конца дня будет шарахаться от него. Хотя, может, оно и к лучшему? Не будет приставать с разбором вчерашнего вечера. Из-за двери донеслось что-то похожее на неумелые попытки экзорцизма. А потом послышалась начальная заставка популярного сериала. Видимо, он всерьез решил заняться изгнанием демона. -Охренеть просто… — Попов застонал и закрыл лицо рукой. -Анто-он. — протянул он сиплым голосом, от чего кашель тут же скрутил его в очередной приступ. -Тош, да хватит! -НЕ НАЗЫВАЙ МЕНЯ ТАК, ТВАРЬ! — донесся крик из другого помещения. Пилот закатил глаза. Вот же жопа ушастая. Ну и ладно, пусть занимается своим театром одного актера. Может, пока он будет играть в охотника на нечисть, удастся вздремнуть. Но он не успел даже закрыть глаза, как дверь резко открылась. На пороге стоял Антон с самым подозрительным выражением лица, которое он только мог изобразить. В одной руке сжимал бутылку воды, а в другой — солонку. -Рот открой. — приказал он, все еще не особо желая приближаться. -Не смешно, хватит уже. — вздохнул брюнет, укладываясь на бок. -Таблетку я тебе принес, чудовище из преисподней. — уже чуть спокойнее сообщил штурман, бросая воду и пластинку с белыми кругляшками на постель рядом с напарником. -Жри давай. Он очень внимательно проследил за тем, как мужчина запил лекарство водой. Либо он все-таки где-то ошибся в заговоре, либо это и правда не нечисть, дымиться не начал, орать тоже. Тогда все еще страннее. -Ты давай не чуди. — попросил штурман, копаясь в шкафу в поисках какой-нибудь одежды на сегодняшний день. -Чем ты питаешься? Кровью? Сердцами? Чем ты завтракаешь, тварь? -Так заботливо… -Я заботливо сверну тебе шею, если не заткнешься. — буркнул Антон, вытаскивая черную кофту с капюшоном и натягивая ее через голову. Попов фыркнул, но послушно молчал, пока его снова не скрутило. Парень раздраженно посмотрел на него, потом выругался себе под нос и подтащил свою подушку ближе к нему. -Садись, чтоб не захлебнулся. — недовольно пробурчал он, грубо приподнимая товарища и заталкивая ему подушку за спину. -Ты такой ласковый. — хрипло усмехнулся больной, подчиняясь напору. -Умри. -Уже почти, не переживай. Штурман смерил его долгим взглядом, а потом резко повернулся и ушел к двери, быстро обуваясь и стараясь не оборачиваться. -Звони, если что. -Даже если мне просто станет скучно? -Только если захочешь помереть раньше времени. — слова смешались с громким хлопком двери, но брюнет все равно улыбнулся, укутываясь в одеяло еще плотнее.       Когда наконец-то стало легче, жар чуть отпустил и сны перестали больше походить на кошмары шизофреника, Арсений поднялся с кровати. Весь мокрый, уставший даже после нескольких часов сна, как будто побывавший в другой реальности, он заметил, что на столе стоит пластиковый контейнер с едой. Наверняка Шастун притаранил ему завтрак, пока тот валялся в отключке. Мужчина хмыкнул, подшатываясь к столу и лениво поддел крышку кончиками пальцев. Внутри оказался суп. Куриное лекарство с кусочками мяса и картошкой, пахнущее так, что хотелось прямо сейчас выпить его через край. Ложка мгновенно оказалась у него в руках, и он с удовольствием зачерпнул первую порцию. Горячее тепло разлилось по телу, приятно оседая в желудке. С каждой новой ложкой куриного супчика, он чувствовал себе получше. Теперь уже и Шастуна не хотелось «Тошей» называть и вообще, хоть сейчас в машину. Нос правда еще заложен, да температура явно выше нормы, но это все мелочи. Арсений шумно выдохнул, откидываясь на спинку стула. Если не считать легкой ватности в конечностях и остаточной слабости, которая предательски давала о себе знать, то все в полном порядке. Он провел рукой по влажным от пота волосам, нужно было сходить в душ, но как-то совсем ничего не хотелось делать. Дома сидеть скучно, работать он не может. Надо срочно что-то придумывать. Донимать Антона в боксах — автоматически идея так себе, потому что сейчас он слабее и сдачи дать не сможет. Тогда он мог бы пойти побесить Стаса, но это уже надоело. Чем бы заняться… Пилот неторопливо оглядывался по сторонам, прикидывая в голове разные версии. В это время его напарник со скучающим видом смотрел за экранами, на которых было видно, как какой-то экипаж едет по маршруту. -Егор, успокойся. — лениво бросил он в микрофон. -Влад и без тебя знает, как правильно рулить. Просто читай стенку, а он будет делать. Да, звездочка? Сегодня его попросили посмотреть на проезд младшего экипажа, чтобы он отметил их ошибки дал четкие инструкции, как их исправить и на что следует обратить больше внимания. А ему не сложно, все равно заняться особо нечем. Штурман откинулся на спинку кресла, закинув обе ноги на стол и задумчиво постукивая ручкой по твердой поверхности. Вроде нормально едут, ничего критичного. Он глубоко вздохнул, щелкнул выключателем микрофона и потянулся, разминая затекшие плечи. Где-то сбоку лежал мобильник, на экране которого висело несколько непрочитанных сообщений. Очевидно, кто отправитель. «Я живой, но мне скучно :(» Арсений. Второе было отправлено через несколько минут. «Я хочу чай, у тебя нет чая. Принеси мне чай.» Антон закатил глаза, и, не отвечая, сунул телефон себе в карман. Раз ноет — значит, все в порядке. Вернувшись к наблюдению за своими подопечными, он хмыкнул, увидев, как пилот чуть срезал поворот, из-за чего заднюю ось машины слегка вынесло. -Слишком рано довернул, балбес. — без злобы сообщил парень, услышав в ответ скомканное извинение. Шастун уже собирался намекнуть Булаткину, что тот говорит слишком много информации и его напарник просто не успевает все это расфасовать в голове, как устройство в кармане снова завибрировало. -Да чтож ты, зараза, никак не сдохнешь-то… — пробормотал он, проверяя сообщения. -Антон? — послышался непонимающий голос его звездочки в наушниках. Черт, забыл микрофон вырубить. -Не, не, я не вам, вы умнички. — мгновенно отозвался зеленоглазый, возвращая глаза к камерам. -Булаткин, хватит пороть горячку, диктуй под руку. «Потерпи, нытик, я работаю» — с издевательской ухмылкой быстро напечатал Шастун в ответ. Ему дали целый день отдыха, а он сидит и плачется от скуки, как ребенок. -Влад, ты там внимательней на связке. — вернувшись к работе напомнил штурман, наблюдая за тем, как они чуть не уходят на широкую. -Вам бы над синхронностью поработать. После финиша сразу на базу, я поминутно распишу, где и кто. — бросил он, почесывая нос о плечо. -А так, в целом, сносно. Пристальный взгляд еще какое-то время блуждал по экранам, а потом микрофон снова отключился, пуская молодых профессионалов в свободное плавание. Такое чувство, что Шастун уверенно скатывается в какую-то семейную рутину, дома его ждет больной пилот, вечно ноющий и на удивление нежный. Кстати, нужно будет заскочить за чаем, раз уж он ему так нужен. Погрузившись в эти мысли, Антон сам не заметил, как легкая улыбка коснулась его губ. Совсем растерял свою жесткость, не дело, не дело. Тем не менее, он все еще злился на напарника за то, что он позволил себе думать и решать за него, но… не так уж и сильно, как хотелось бы. Парень откинулся на спинку, сцепив руки за головой, и пару минут просто смотрел в потолок, слушая разговор парней в наушниках. Да, совсем размяк. Еще недавно мог неделями жить в боксе, не вспоминая ни о ком кроме себя, а теперь поедет за чаем для придурка какого-то. Шастун покачал головой и резко поднялся на ноги. -Парни, вы у финиша? — спросил он, облокачиваясь двумя руками на стол перед собой. Получив утвердительный ответ, штурман тоже кивнул. -Хорошо. Сразу на базу, а мне отъехать надо. — бросил он, подхватывая куртку. Только покинув свой «кабинет», он вытащил телефон из кармана и, пока двигался к парковке, быстро набрал одно единственное сообщение. «Черный или зеленый?» Ответ не заставил себя ждать. Список пожеланий прилетел мгновенно, заставив Антона закатить глаза. Ладно, когда он болел, Попов и на тренировку вместо него пошел, и всю аптеку скупил… уж чай-то он заслуживает. А вот Арсению было не так уж и весело. Таблетки отпустили, и теперь ему снова стало не очень. В расстроенных чувствах он отбросил мысли о эксперименте с тренировкой в состоянии нестояния, снова раскиснув на кровати. Плохое самочувствие заставляло его смягчиться и требовать ежеминутного внимания, поэтому пальцы сами набрали знакомый номер. -Але, я умираю, наверно. — совершенно драматично простонал мужчина, закидывая руку на лоб и тяжело вздыхая. Вызов почему-то сразу сбросили. Арс уставился на экран с раздражением. Он всего лишь пытается быть… хорошим. Горестный вздох прокатился по всему помещению. Ну он же не виноват, что вот так. К счастью, буквально через несколько секунд устройство издало щелкающий звук. «Ты не умираешь идиот, это просто простуда. Хватит уже. Я и так уже в магазине. И чтобы без «Тош». Шастун я.» Подождав всего каких-то минут 20, он услышал, как дверь открывается. Моментально сменив позу «сижу ниче не делаю» на позу «о боже, как мне плохо», пилот развалился на кровати под осудительным взглядом Антона. -На. — коротко бросил штурман, кидая прямо градусник, купленный специально для этого умирающего. -Если там температура 36 и 7 будет, я тебя сам отсюда выпну. -То есть обнимать ты меня не собираешься? — с обидой спросил брюнет, запихивая термометр подмышку. -А как же… -Клянусь, я сейчас тебя добью. — рыкнул парень, стягивая куртку. -Что с тобой? Если ты всегда так болеешь, уволь, я лучше на это время переезжать буду. -Ну и катись отсюда. — капризно протянул Арс, отворачиваясь к стене. Антон, закатив глаза, прошел к столешнице, гремя кружками. -Я уже не знаю, чего ты от меня хочешь, чудище. То чай принеси, то обними, то умри, то воскресни… -Ты меня вообще не любишь. -Попов, мразь! — не выдержал Шастун оборачиваясь и отправляя ложку точно в лоб умирающему. -Конечно не люблю, еблан, я тебе каждый день об этом говорю. Как тебя вообще любить можно? Не человек, а сплошная биполярка, я херею. Пилот дернулся, зашипев от боли и потер лоб. Неприятно, даже незаслуженно. За что с ним так? Он что, виноват, что заболел? Вообще-то виноват, нечего с открытым окном ездить, но это неважно. -Семейное насилие… — протянул Арсений, продолжая потирать ушиб и всем своим видом демонстрируя обиду. -Насилие будет, если ты не заткнешься, не перестанешь нести пургу и не выпьешь свой долбаный чай. — буркнул Антон, снова агрессивно гремя всевозможной посудой. Попов тяжело вздохнул и снова перевернулся на другой бок, чтобы оказаться спиной к напарнику. Он что-то ворчал и бубнил, но штурман не обращал на это ни малейшего внимания. Вскоре кружка с горячим напитком водрузилась на тумбочку у кровати, а сам Шастун вернулся к двери, снова накидывая на себя куртку. Ему еще на разбор полетов к детям надо успеть. -Шаст, хотя бы не задерживайся. — слезно попросил мужчина, сползая с кровати. -Мне тут хреново, ты еще злой как черт ходишь. — вздохнул он, подходя ближе. Штурман обернулся, ловя на себе взгляд покрасневших и слегка опухших глаз. -Блин… — с досадой бросил парень, чувствуя, что как бы он не злился, как бы не пытался обзываться и бросаться грубостями, а все равно как-то некомфортно, когда к тебе с добром, а ты вот так. -Я быстро. — единственное, что он ответил, перед тем как покинуть помещение. Арс проводил его взглядом, а потом захлопнул дверь, проворачивая замок. Ну и ладно, сейчас вылечится и снова будет его чморить. Как и всегда. Ну вот какого черта? Почему этот придурок умудряется доводить его до такого состояния, вечно орет, постоянно недовольный, только и делает, что огрызается и злится, но все равно он какой-то привычный что ли, Шастун этот. Ну и болезнь играет роль, конечно же. Так бы он его давно послал далеко и надолго. Тянулись минуты, ему становилось то лучше, то хуже, то вообще прекрасно, то снова хотелось лечь и не встать. Удивительно, как много проблем может надумать себе человек с пустого места. Если честно, то Арсению должно быть запрещено законом болеть, потому что это просто невыносимо. В итоге, спустя жалкие двадцать минут, уже отойдя от своих переживаний и наигранных стонов, он спокойно сел на кровати и огляделся по сторонам. Прикидываться не для кого, никто не смотрит. Постучав ладошками по ногами, он все-таки успокоился и лениво включил телевизор на первом попавшемся канале. Детективчик, замечательно. То, что нужно. Да, самочувствие так себе, но насчет «умирать» он все же перегнул. Просто мерзко, противно, да и внимания хотелось. В идеале — круглосуточного. Но от Шастуна не дождешься, скорее вот, ложкой в лоб прилетит. Если просто попросить — фыркнет и уйдет по своим делам. А так, пока он отыгрывает предсмертную агонию, ему хотя бы на сообщения отвечают. Уже что-то. И только к концу серии он услышал, как дверь открыли ключом. К этому времени уже даже температура упала и строить из себя умирающего лебедя становилось все сложнее. -Ты обещал не задерживаться. — упрекнул его мужчина, как только тот пересек порог. -За жратвой тебе заходил. — мгновенно отпарировал этот выпад Антон, выставляя на стол бумажный пакет из забегаловки. -Ты ж голодный? Если нет — я сам съем. -Ага, щас, подавишься. — пробубнил пилот, как-то слишком резво подскакивая со своего лежбища и подлетел к столу. -Шастун, я умираю, но поесть — это всегда. -О, вот как? — усмехнулся штурман, вынимая перекус и издевательски отодвигая его подальше от себя. -Ну ладно, а то я собирался к Окс заскочить, Шеминова позлить, да кружочек мотнуть по трассе. Но раз уж ты болеешь… -Я исцелился благодаря твоей заботе. Побежали Шеминова бесить! — взвился брюнет, как только услышал целый набор своих любимых занятий. -Ну что ты, что ты. — язвительно покачал головой зеленоглазый, укладывая руку на плече у напарника. -Раз уж ты болен, то мы будем тебя лечить. — спокойно дополнил он. -До твоего полного и неизбежного восстановления. Черт. Не хотел он лечиться, хотел внимания и чтобы его облизывали, а вот лечиться он не хочет. -Не надо, Шастун. — моментально сдулся Арс, подозрительно глядя в сторону своего лечащего врача. -Надо, Попов, надо. — с преувеличенной заботой кивнул тот, протягивая ему вилку. -Может, я лучше… ну… — пилот покрутил рукой в воздухе, будто пытаясь выловить какое-нибудь подходящее оправдание. -Мару схожу покручу? Или, хочешь, Эве что-нибудь шлифану? Помнишь, я крыло цепанул? Давай поменяю? -Тише-тише, тебе нельзя. — ехидно захихикал Антон, придвигая к другу еду и похлопывая его по макушке рукой. -Давай, ешь, потом таблетки и снова лежать. Да-да, постельный режим, Попов, постельный режим. -Сука ты… — рыкнул наконец брюнет, но к трапезе все равно приступил. Простуда простудой, а обед по расписанию. -Ненавижу тебя. Ну наконец-то, вернулся на место. Штурман довольно хмыкнул, устраиваясь напротив и наблюдая за тем, как Арсений жует с самым недовольным видом на свете.