Красавец и чудовище

— Я благодарю Вас, Ваше Величество, что согласились дать интервью нашему изданию. Девушка явно волновалась. Еще бы, она удостоилась великой чести — Король Солнечного Двора эльфов выбрал их журнал, чтобы впервые за сотню лет, что волшебные создания открылись миру смертных, ответить на вопросы журналистов. Более того, он выбрал именно ее, как интервьюера. — Сегодня можете называть меня просто по имени, милое дитя, — нежная улыбка коснулась прекрасных губ Короля, а глубокий голос, казалось, резонировал где-то в костях девушки. — Благодарю Вас, Феликс, — улыбнулась ему в ответ журналистка, стараясь не разглядывать эльфа слишком откровенно. Хотя это было сложно. Его красота была поистине волшебной. Светлое золото волос пролилось до ключиц, не скрывая утонченного лица. Нежные веснушки придавали особое очарование поцелованной солнцем коже, а синие, как самое глубокое море, глаза, казалось, вмещали в себя всю мудрость мира. Одно из тонких запястий было обмотано бинтом, как и ладонь, и девушке было интересно, что же скрывается под тканью. Она решила, что с этого и начнет. — Феликс, скажите, пожалуйста, что с Вашей рукой? — С рукой? — переспросил Король. — Да, Ваша левая ладонь и запястье всегда скрыты, — кивнула девушка. — Перчаткой ли, рукавом, или, как сейчас, бинтом. Вы ранены? — Вы правы, — снова улыбнулся Король. — Я скрываю шрамы. Иногда они кровоточат и это не самое приятное зрелище, согласитесь. — Шрамы? — ужаснулась девушка. — Это одно из напоминаний о том, с чего все началось, — негромко ответил Король. — Одно из? — журналист в девушке встрепенулся. — Да, как мои волосы, например, — Король указал на черные корни своих светлых волос. — Света нет без тьмы. У истоков моей сказки стояло Чудовище. Я не должен об этом забывать, и напоминание об этом каждый день вижу в зеркале. — Что же за чудовище подарило нам Вас? — девушка, казалось, даже дышать стала реже, чтобы не спугнуть. — Тем Чудовищем был я сам, — вздохнул Король и его глаза застила пелена воспоминаний.

***

— Колдун! Мерзкий колдун! Проваливай из города!!! — Чудовище! Уходи, пока мы тебя на вилы не подняли! — Изыди, нечистый! Злые крики неслись ему в спину, когда он уходил. Ему даже не позволили взять с собой хоть каких-то вещей или еды. Его гнали угрозами и камнями. Его дом сожгли. Его возненавидели в один день. Его, который лечил их всю свою недолгую жизнь. Он был Аптекарем, но ему не посчастливилось родиться слишком красивым. Жена владельца этих земель заприметила юного красавца-Аптекаря и возжелала его. Но он не захотел переходить дорогу своему господину и отказался возлечь с ней. Женщина не пожелала его слушать и попыталась уложить его в постель силой. А когда их застал ее муж, неверная жена тогда сказала, что, верно, Аптекарь околдовал ее, иначе она бы никогда… Разъяренный муж избил Аптекаря, приказал вышвырнуть его из замка и объявить подданным, что Аптекарь — злой колдун, что с помощью своей черной волшбы едва не опорочил честь благородной дамы. И жители, что еще вчера улыбались Аптекарю, тут же ополчились на него. Ему пришлось уйти в лес, чтобы его не убили на месте. Повезло еще, что дурные люди побоялись напасть на него сразу, устрашившись его магии. Если бы была она, та магия. Но нет. Он был простым травознатцем и зельеваром. Вся магия, что была ему доступна — знания. И свойства растений, с помощью которых он лечил тех, кто теперь хотел его смерти. Избитый и преданный, он уходил все дальше и дальше от людей, пользуясь тайными тропками, что изучил, собирая целебные травы. Он ушел в Темный Лес. Туда, куда ходить было нельзя. Туда, где жила настоящая Магия. Туда, откуда иногда приходили Чудовища. Аптекарь выжил. Его раны закрылись. Его глаза потухли. Его душа истекла кровью. Он воспылал жаждой мести. И он свершил свою месть той же осенью. Сначала погиб урожай, который должны были вот-вот собрать. Затем пал скот. Из реки ушла рыба. А потом начали болеть люди. Из леса стали приходить ужасные Чудовища Темного Леса. Вода в колодцах оказалась отравлена. К концу осени обезлюдел не только город, но и замок. Выжили только пекарь с женой и их милая дочка. Девушка была единственной, кто в начале лета пожалел Аптекаря, изгнанного из города. Она дважды в неделю ходила к границе Темного Леса и относила туда корзинку хлеба и мешочек соли. И Чудовища Темного Леса ее не трогали. А в начале осени, вернувшись домой с пустой корзинкой, она поведала отцу, что им нужно уезжать. И они уехали. Аптекарь же, свершив свою месть, вернулся в Темный Лес. Ему больше незачем было жить. Он хотел просто умереть. Поэтому он пошел в самое сердце Проклятого Леса. Туда, откуда приходили Чудовища, которых он научился приманивать особым отваром и от которых прятался с помощью другого отвара. Он шел меж деревьев, не замеченный никем. Лишь солнечные лучи, прорывавшиеся сквозь густую листву, иногда падали на его отмеченное шрамами от камней горожан лицо. Он шел и шел, пока не увидел прекрасную Розу. Она умирала. Она тянулась к небу изо всех сил, она так хотела жить, но ее лепестки были кем-то оборваны. Аптекарь горько усмехнулся и пошел дальше. Он ничем не мог помочь прекрасной Розе. Он даже себе помочь не мог, став одним из Чудовищ Темного Леса. Он мог только разрушать. Он… Он чувствовал, что внутри него что-то изменилось. Он шел вперед, но мысли его постоянно возвращались назад, к Розе. Он ходил кругами, но не решался приблизиться. Он злился на себя, пытался возненавидеть Розу, но не мог. А его душа, что, казалось, умерла еще в начале лета. внезапно очнулась от тяжелого сна и расправила крылья. Она рвалась к Розе. И Аптекарь сдался. Его душа хотела сделать хоть что-то хорошее напоследок. В последний раз вернуть жизнь нуждающемуся. Хоть на секунду вернуться в то прекрасное время, когда он спасал жизни, а не отбирал их. И Аптекарь вернулся к Розе. Его душа словно поднялась со дна, когда он опустился на колени перед Розой. Будто всплывая из-под воды, душа рвалась ввысь, к свету, когда Аптекарь протянул руку и разодрал ладонь и запястье об острые колючки Розы, напитывая землю кровью. Он отдавал свою жизнь, но чувствовал, что у него за плечами будто крылья выросли, так легко ему стало. Он тяжело повалился на землю, но не отрывал взгляда от воспрявшей Розы. Его последний вздох осел на вновь отросших лепестках.

***

— Аптекарь отдал всё, что у него оставалось, чтобы Роза выжила, — голос Короля был немного печальным, когда он рассказывал эту историю. — А следующей весной, когда Роза очнулась от зимнего сна, вместе с ней к солнцу потянулся и я. Такой я, какого Вы видите сейчас. — Как, — девушка запнулась, проглатывая ком в горле и смаргивая непрошенные слезы. — Как звали дочку пекаря, которая… — Которая спасла Аптекаря? — продолжил за нее Король. — Да. — Ее звали Лина. Как Вас, — улыбнулся Король. — У нее были чудесные глаза, так похожие на кошачьи. И родинка на кончике носа. Девушка неосознанно коснулась пальцами своего носа. Там, под слоем косметики, была маленькая родинка. Такая же, как у ее мамы и бабушки. — А еще у нее было самое доброе в мире сердце. И простое стальное колечко, которое подарил ей Аптекарь, пообещав, что обязательно накопит на золотое к их свадьбе. Король опустил взгляд на старенькое колечко на указательном пальце девушки. — Позволишь ли ты мне узнать, так ли похожа на нее твоя душа, как тело? — Что Вы имеете в виду, Ваше Величество? — Сходишь со мной на свидание? — улыбнулся Король.

***

— Хенджин, ты уверен, что это она? — нервно постукивал пальцами по подлокотнику кресла Первый Клинок Солнечного Двора, тёмный эльф Кристофер. — Да, Крис. Это точно реинкарнация его Лины, — меланхолично ответил ему наяда-Оракул, перебирая, как чётки, длинную нить жемчуга, обхватывающую его талию несколько раз. — Ну и какого тогда черта? — Вспыхнул Крис и ударил по несчастному подлокотнику кулаком. — Свидание? Серьёзно? — Он хочет узнать ее в этой жизни, — пожал плечами Оракул. — И дать ей узнать его. Насилие — это не его метод, ты же знаешь. — Ой ли… — Больше нет. Он поклялся Розе Темного Леса. — Розы давно уже нет. — А клятва есть.