согревающая зима

3 января, 2025 год. Калининград

Хисын просыпается поздно, из-за тычков в плечо. Его разбудил Чонин: —Пошли, ужинать готово. Хисын кое-как встаёт с кровати, поправляя волосы и идя с Чонином по лестнице. —А кто готовил?—интересуется Хисын. —Чан, Джей, Минхо, Сону и Феликс. Джисона и Рики к плите не пускали, иначе бы они твой дом спалили. Хисын усмехается, качая головой. Они спускаются в кухню, где слышатся негромкие разговоры и стук посуды. За столом Рики уже вовсю уплетает свою порцию гречки и котлет, пользуясь тем, что в России не нужно ждать, пока старшие начнут есть. Чан и Джей всё ещё стоят у плиты, вероятно заканчивая что-то готовить. У Хисына урчит в животе и он заглядывает Чану со спины в сковороду, где старший жарил овощи. —О, ты проснулся,—Бан улыбается слабо, кладя овощи в поданную Джеем тарелку,—Сильно голодный? —Да. Что ещё есть из гарниров?—Ли кивает и съедает стручок фасоли с тарелки. —Я готовил гречку, макароны, к ним ещё можно сыр добавить или карбонару, потом..—Сону задумывается и заглядывает в кастрюлю,—Есть булгур и кукурузная каша. Что будешь? —Булгур и макароны,—пожимает плечами Хисын и Сону докладывает ему булгур и даёт отдельную тарелку для макарон. К ним Хисын кладёт заранее натёртый сыр. Он садится за стол и Рики сразу же утаскивает у него макаронину,—Рики, твою ж! Нишимура хохочет, быстро доедая свою порцию и со стола накладывая морковь по-корейски. Чан и Джей присоединяются к ним вскоре и разговоры ненадолго утихают. —Чем займёмся в Калининграде?—интересуется Хёнджин. —Завтра подумаю,—пожимает плечами Хисын, откусывая кусок котлеты по-киевски,—Я тут давно не был, хотя достопримечательности помню. Можем туда сходить, чтобы первые дня два-три привыкнуть. —Согласен, а то я сегодня вымотался,—кивает Джей. —Я тоже,—поддакивает Рики. —Ты не делал ничего,—фыркает Сону. —Делал я!—возмущается Нишимура и забирает у Сону кусок хлеба, сразу же пихая его в рот. Сону недовольно смотрит на него и даёт подзатыльник младшему. —Не галдите,—просит Чонвон, набирая в ложку кашу и начиная кормить Джея. Все за столом улюлюкают шутливо, а Хисын напряжённо хмурится и опускает взгляд в тарелку. Внутри чёрным комом снова плещутся эмоции, и не самые положительные. Он старается заглушить зависть, понимая, что он не может завидовать своим лучшим друзьям. Они все вместе прошли самые худшие и лучшие периоды их жизней. Они поддерживали его, после того, как его бросил Бомгю. В конце концов, они все отказались от времяпровождения друг с другом, чтобы быть с Хисыном, потому что... Потому что мне одиноко. А они не хотели меня бросать. Да, это ведь так. Зачем им ещё это делать? И вообще, почему "зачем". Они мои друзья и это значит, что мы всегда вместе. И помогать будем безвозмездно. И завидовать им Хисын не имел права. Какой козёл будет так делать по отношению к своим друзьям? Я же не козёл. Он вздыхает тяжело, ковыряя вилкой кашу. Ему стоит сосредоточиться на чём-то другом. Да, у них ведь ещё есть несколько дней вместе. И нужно провести их с пользой, потому что потом... Ну мы же не разлучимся никаким образом. Но почему тогда чувство такое, словно.. —Хисын, ты с нами вообще?—резкий голос Минхо выдёргивает из мыслей и Хисын вздрагивает, роняя вилку из рук,—Ты опять за орбиту улетел? —Никуда я не улетел,—хмурится Хисын слабо. —А что тогда?—Минхо выгибает бровь. —Просто задумался,—младший пожимает плечами. —И о чём?—спрашивает Чонвон,—Если что-то про Бомгю, то ты мог бы... —Это не про Бомгю,—резко обрывает Хисын, хмурясь. —Ладно,—Чонвон отводит взгляд и за столом воцаряется неловкая тишина. Не выдержав напряжённой обстановки, Хисын уходит, не доедая. Голова гудит, возможно, Хисын слишком долго спал. Возможно, он просто слишком много думает. В любом случае, ты молодец, Ли Хисын. Теперь все будут думать, что ты чёртов кретин. Неужели нельзя было нормально себя вести. Никто не виноват в том, что я не могу справиться с... С чем? Но на этот вопрос ответить он не смог. Он зашёл в комнату, захлопывая дверь и щёлкая замком. С тяжёлым вздохом Хисын садится на кровать и берёт блокнот с прикроватной тумбы. Рука сама по себе пишет какие-то слова, может, Хисын однажды сложит это в строки, а после этого в песню.

6 января, 2025 год. Калининград

Совладав с собой, Хисын всё же сводил их компанию к замку. Они сделали много фото. Одно из них Хисын даже распечатал. Поставит в рамку вместо того, старого, где он был раньше с Бомгю. Ещё за это время уехал Сонхун. Джейк уехал вместе с ним. Потом уехал Хёнджин и Чанбин, спустя день, решил уехать за ним. Сегодня утром уехали Чан и Феликс. —А мы будем праздновать рождество, да?—спрашивает Рики, лежа на диване верх ногами. —Будем,—кивает Хисын,—Скоро отправимся в магазин и купим всё необходимое. —О, а можно я тоже пойду?—просит Рики, принимая нормальную позу. —Нет, ты болеешь,—качает головой Сону. Ах, да. Рики заболел после игры в снежки с Джеем и Чонвоном. В тот день Рики вернулся весь в снегу, снег был в ботинках, за воротником куртки и даже в штанах Нишимуры. Джей и Чонвон отделались снегом только на куртках и шапках, и догадались зайти домой погреться, в то время как младший решил полежать в сугробе. После этого Сону выбежал на улицу с криками и затащил парня домой. Хисыну пришлось идти за жаропонижающим в ближайшую аптеку. Сейчас Рики было лучше, однако он до сих пор шмыгал носом и иногда жаловался на слабость. —Я и один могу сходить, если что,—вздыхает Хисын. —Я пойду,—вызывается Сынмин. —Я тоже, а то ещё ни разу в русские магазины не выбирался,—жалуется Сону. —Отлично, мне и двоих хватит,—кивает Ли,—Тогда ближе к трём пойдём в магазин. —Хорошо,—улыбается слабо Сону, затем поворачиваясь к Рики, заботливо прикладывает руку к его лбу и интересуется, как его самочувствие. Хисын поджимает губы, быстро уходя из гостиной. Ему бы действительно стоило начать делиться своими чувствами с кем-то из друзей, они бы точно поняли. Ведь поняли бы?. Ну и что, что я бы жаловался одному из них на зависть к их.. их... отношениям? Хисын хмурится, поджимая губы. Он думает, что возможно, они бы и не поняли его. Зачем им что-то понимать, если они счастливы? Голодный сытого не поймёт? Они бы мне посочувствовали. Хватит. Он устало массирует виски, вздыхая тяжело. Нужно отвлечься. Быстро глянув на время, Хисын берёт наушники и включает музыку погромче. Время проходит незаметно и вот они втроём идут к магазину. Сынмин и Сону что-то обсуждают, пока Хисын шагает впереди, пряча руки в карманах куртки. Дома вокруг уже украшены рождественскими украшениями. Возле одного из домов, на заснеженной лужайке, веселятся дети. Слышится хохот и скрип снега. Откуда-то доносится запах пряников. В магазине народу оказалось не так много, как ждал Хисын. Он быстро перечисляет все хотелки обитателей дома и Сону с Сынмином кивают, внимательно слушая и выбирая ингредиенты. Рики хотел индейку. И пряники. И фруктовый кекс. Нет, фруктовый кекс хотел Минхо. Чонин и Сынмин хотели снова оливье. А Сону с Джисоном просили чак-чак. И Джей с Чонвоном хотели манник. —Давай возьмём побольше ингредиентов для оливье, а?—просит Сону, кладя колбасу в тележку. —По-моему, ты просто хочешь съесть колбасу,—усмехается Хисын, докладывая банки гороха и манную крупу,—Сынмин, иди поищи цукаты. А Сону пусть сходит за чак-чаком. —У нас разве дома мука есть?—выгибает бровь Сынмин. —Была,—кивает Сону,—Там пачка неначатая точно была. Пряники, может, купим готовые? —Тогда много покупать придётся,—вздыхает Ли. —Ну, мы скинемся,—Сынмин пожимает плечами и оглядывается в поисках цукатов. Сону уже ушёл и Сынмин, увидев нужный продукт, ушёл за ним. Хисын только покачал головой. Не то что бы ему трудно на друзей тратиться, но всё равно цены на пряники его удивляли. Спустя добрых сорок минут они нашли все продукты. Сону с Сынмином в самом деле скинули Хисыну денег, несмотря на его протесты и упрямые попытки перевести деньги обратно. До конца дня Хисын был занят готовкой, решив на этот раз помочь Джею, Чонвону и Минхо с Чонином. —Хисын, а у тебя нет никого на любовном фронте?—интересуется Минхо, плюхаясь на стол, после того как они закончили готовить выпечку. —Что? Нет,—младший трясёт головой, хмурясь,—Откуда у меня кому-то быть? —Ну, вообще, мы думали, что ты нашёл кого-нибудь ещё в Штатах, но потом поняли, что нет. Хотя не стали спешить с выводами,—Джей пожал плечами,—Ты вообще задумывался об этом? "Само собой" думает ответить Хисын, но вспоминая, что именно побуждало его думать, он молчит, хмурясь. Чонвон за ужином кормил Джея, а Рики и Сону... Но я ведь не должен им завидовать. —Нет,—врёт Хисын, пожав плечами с безразличным видом,—В Штатах я был занят туром и песнями, так что думал я фактически только о фанатах, а когда вернулся в Сеул, то стал проводить время с вами, так что об отношениях даже мысли не было. Ну и тут, в Калининграде я об этом тоже не думал. —Странно, я думал, что на тебя наоборот будет давить Калининград,—вздыхает Чонвон, почесав висок,—Ну, знаешь.. —Бомгю?—Хисын усмехается, когда Чонвон кивает,—На нём свет клином не сошёлся. Да и к тому же, вокруг меня мои друзья, которые... Все в отношениях, кроме меня одного. —...Которые гораздо лучше какого-то придурка,—фыркает Хисын и Минхо смеётся, потрепав его волосы: —И правильно, этот козёл тебя не стоил. Я сразу чувствовал, что с ним что-то не так. —Он же тебе нравился?—выгибает бровь вошедший в кухню Джисон. —Нихуя подобного,—цокает старший Ли и цепляется рукой за тёмно-синий свитер Джисона, потянув на себя,—Мне нравишься только ты, мой дорогой. Джисон, не удержав равновесия, падает на колени к Минхо и тот довольно урчит, утыкаясь лицом в его шею. —Фу, меня сейчас стошнит,—раздаётся голос Рики и все синхронно поворачиваются, глядя как он ест конфеты с небольшой стеклянной тарелки. —Рики, ты как всегда,—вздыхает страдальчески Сону. —Что "как всегда"?—Джей выгибает бровь, притворяясь озадаченным,—Жрёт конфеты или портит романтику? —Всё сразу,—смеётся Хисын, глянув на Нишимуру,—У тебя место одно не слипнется?—Рики качает головой,—Ну-ну. —Как самочувствие, кстати?—спрашивает Сону и Нишимура пожимает плечами: —Мне лучше. —Вот и славно, к Рождеству как раз жив здоров будешь,—кивает Хисын и встаёт из-за стола. —Ты куда?—удивляется Чонвон, смотря как старший шагает в сторону выхода, стягивая куртку с вешалки. —Схожу проветрюсь,—произносит Ли и, не дожидаясь ответа, уходит из дома, хлопнув дверью. Тишина улицы по началу пугает, и Хисын решает достать наушники и включить музыку. Он вынимает один наушник из уха, на всякий случай. В окнах горит свет. Хисын оглядывается на свой дом, на котором до сих пор висели украшения. Свет горит на кухне и в двух комнатах на втором этаже. Ему внезапно показалось, что дом опустел. Но в нём всё ещё были его друзья. Хисын не один в этом доме. А когда закончатся праздники, он вернётся в Корею и будет там часто видеться со всеми своими друзьями. Наверное, не стоило так их оставлять. Подумают ещё, что что-то сделали не так. Но они ведь ничего не делали. Хисын слегка ускоряет шаг, всё больше удаляясь от участка с частными домами. Здесь, казалось бы, ещё тише. Бледно-синее небо смотрело на него сверху, мерцая белыми огоньками звёзд. Он выходит на пустырь. Если так думать, то может я сам виноват в том, что со мной сейчас. Они честно пытались мне помочь, а я... Он тяжело выдыхает. Появляется небольшое облачко пара. Но я и не делал ничего. Я же молчал, о том, что начал им... завидовать. Но ты всё равно это сделал. Может вообще, ничего из этого мне и не нужно. И не нужен я. Никому из них. Взгляд карих глаз продолжает медленно скользить по снежной равнине. Вдалеке темнеет ельник и Хисын невольно задумывается, а хорошо ли там, в темноте. Хорошо ли, когда тебя окутывает снежный холод и тьма? Он делает шаг вперёд, когда неожиданно слышит голос за спиной: —Извините, что прерываю ваше уединение, но мне просто очень нужна помощь, пожалуйста? И Хисын застывает. Голос, кажется мужской, но он не думает, что обладатель знаком ему. Ещё, парень говорит на русском, но слышится явный акцент. Он поворачивается. Взгляду предстаёт парень со светлыми волосами, разрез глаз узкий, Хисын не уверен, но сказал бы, что это китаец или японец. Значит, не местный. На нос падает снежинка и Хисын поднимает голову, удивлённо глядя на небо. Пошёл снег. Он возвращает взгляд на парня перед ним, который терпеливо стоит, дожидаясь ответа. Видимо, не посчитал странным поведение Хисына, хотя Ли на его месте так бы и сделал. Казалось прошла вечность, прежде чем Хисын наконец ответил: —Чем именно тебе помочь? И парень перед ним улыбнулся. А в душе словно потеплело от этой улыбки. Хисыну стало тепло. Я согрелся.