Неожиданный (сюр)приз

Указатель «Добро пожаловать в Бикон-Хиллз» почти покрылся коркой льда, когда Стайлз остановился отдохнуть на пару минут. Он довольно чихнул от застоявшегося запаха табака, размял шею и представил, как стая отреагирует на его ежегодное возвращение домой: Бойд с Эрикой наверняка пустят в дело свои волчьи объятия, Скотт с Кирой с облегчением скинут ему маленького Джимми и будут влюбленно таращиться друг на друга, а Дерек привычно буркнет что-то невразумительное и утопает на второй этаж особняка. Остальные оборотни не смогли приехать на Рождество, так что в этом году праздник получится относительно тихим: без громогласных рассуждений Питера и од художественному колледжу Айзека. Джон и Мелисса съехались через год после поступления Стайлза в университет и жили теперь в доме шерифа, но комната Стилински-младшего была по-прежнему забита коробками с комиксами и плакатами с супергероями. Ему нравилось хоть ненадолго возвращаться в место, где он провел беззаботное детство – когда беспокоиться нужно было не за своевременную оплату счетов и опоздания на работу, а всего лишь за кое-чьи меховые задницы. Взрослая жизнь сосет. Отстроенное поместье Хейлов, где они по умолчанию встречали Рождество, встретило Стайлза радостными воплями Скотта и чуть менее громкими приветствиями отца. Джон все еще щеголял в форме, правда, на размер больше (спасибо высококалорийной, но очень полезной диете миссис Маккол), а четырехлетний Джимми под шумок быстро сунул нос в чемодан, выискивая подарки. – Надолго приехал, ребенок? – поинтересовался отец, благодарно принимая свою ярко-красную подарочную коробку. – Недели на две, - ответил Стайлз. – Конечно, пришлось взять с собой кучу документов, но лучше уж работать час в день, чем в одиночестве рыдать над пирожными в новогодние праздники. – Кто бы мог подумать, что ты с таким-то шилом в одном месте станешь юристом, – сказала Эрика. Даже спустя шесть лет она ни капли не изменилась: внушительный бюст и алая помада были все еще при ней. Стайлз продемонстрировал ей окрашенный жвачкой язык, показав себя как разумного самостоятельного человека, и вопросительно поднял брови. – Сидит на диване, как сыч, – правильно истолковал немой вопрос Скотт. – Ну, как обычно. – Просто мы с ним более тонкие натуры, чем ты, – заявил Стайлз и пошел гостиную, оставив чемодан на растерзание крестнику. Дерек действительно обнаружился на своем любимом месте – даже после двух капитальных ремонтов его кресло стояло там же, где почти десять лет назад. Вервольф читал какую-то пожелтевшую от времени книжонку и улыбался самыми кончиками губ, слушая возню и детские повизгивания в соседнем помещении. Господи, как же они изменились. – Хей, волчара, – поприветствовал его парень и без стеснения плюхнулся на диван, закинув ноги на подлокотник. – Киснешь без старины Стайлза? – Восстанавливаюсь, – последовал лаконичный ответ, однако Дерек аккуратно заложил прочитанные страницы закладкой и поднял взгляд. – Нормально доехал? – Чуть с курса не сбился, но желание отведать плов Мелиссы было сильнее, чем буря на улице. – Стайлз помахал ногами, – я слышал, ты расстался с, э-э, с Донной? Поэтому такой смурной стал? – Мы расстались год назад, - сдержано поправил Дерек. – И я не смурной. Скотт тоже сказал, что ты бросил Маргарет? – Не сошлись характерами. Женщины, чувак. Гостиная погрузилась в тишину. Дерек окончательно отложил книгу и уставился на пылающее в камине пламя, а Стайлз тем временем рассматривал застывшего собеседника. Время наверняка над ним не властно: несмотря на крошечные серебряные волоски в черной шевелюре, на лице едва можно найти морщинку, а глаза и вовсе сияли еще ярче, чем прежде. И чего этим девчонкам надо – вот был бы Стайлз девушкой, то… – Дядя Сти, расскажи про Нью-Йорк! – в комнату влетел Джимми, возбужденно мигая желтой радужкой беты. В маленьких ладошках уже зажат современный робот-трансформер, и Стайлз, шутливо оскалившись, сполз на пол: – Я расскажу тебе про самых страшных негодяев – тех, кто не платит налоги… Со стороны Дерека послышалось сомневающееся кашлянье, но они оба уже валялись на теплом ковре и старались разобраться, как же включить этого трансформера.

***

Ужин проходил в привычной манере: все делились новостями, в качестве исключения старались не щерить клыки и, конечно, хвалили стряпню Мелиссы. Стайлз уже заготовил небольшую просьбу не кормить отца профитролями, но желудок был так восхитительно полон, что он просто растекся по спинке стула и дышал через раз – а ведь сегодня даже не Рождество. – Смотри, – толкнул его в бок Дерек. Эрика поглаживала свой уже виднеющийся животик, заставляя Бойда передавать ей все мясные блюда на столе, и в ответ сладко улыбалась. – Боюсь представить ее аппетит, когда она наконец вытолкнет из себя нового человека и освободит больше места, – еле слышно прокомментировал Стайлз. Дерек усмехнулся, и огоньки свеч как-то по-особенному отразились в его зрачках. Они смотрели друг на друга, а Стайлз снова думал, как же Дерек может оставаться в доме, где погибла его семья. Он бы сказал, что такое невозможно, но вот же оно – сильный альфа, который смог устоять на ногах и построить новое убежище для стаи и уже своей будущей семьи. На этой мысли засосало под ложечкой, и Стайлз отвернулся к остальным. После ужина все рассредоточились по лофту, расслаблено переговариваясь и приканчивая остатки салатов. Дерек со Стайлзом вновь оказались вместе, теперь на мягком кожаном диване. – Как тебе мой подарок? – ухмыляясь во весь рот, спросил Стайлз. Оборотень в ответ сморщился и оттянул от груди ткань новогоднего оранжево-зеленого свитера с вышивкой пьяного оленя. – Правильной расцветки не нашлось, если ты понимаешь, о чем я. Но теперь ты будешь смотреть на него и вспоминать меня, если вдруг заскучаешь. – Как будто о тебе можно забыть, – проворчал Дерек. – Бесишь, даже пока живешь в Нью-Йорке. – Я тоже тебя люблю, хмуроволк. Они притихли, наблюдая за постепенно собирающейся четой Бойд. – Я помню, как отмечал Рождество с семьей с тех пор, как мне исполнилось пять, – тихо сказал Дерек. – Помню последний раз, я еще поссорился с Лорой и разревелся от обиды, и ей с Корой пришлось меня успокаивать… – он дернул краешком рта. Стайлз без слов обнял Дерека за плечи – чуть неловко, но искренне. До встречи с Кейт тот был совсем мальчишкой лет пятнадцати-шестнадцати, и ругать себя за неправильно понятые чувства было бессмысленно. В конце концов, откуда ребенку знать о том, что кто-то ненавидит оборотней просто за их существование? – И даже теперь, когда я стараюсь с кем-то встречаться– Я не чувствую того, что она подходит мне, понимаешь? Пока мы проводим время вместе – ты, я, твой отец, Скотт – мне этого достаточно. – Понимаю, – задумчиво кивнул Стайлз. – В свое время я постоянно искал ту самую – ну, идеальную девушку, которая будет как Лидия для мелкого меня. Но это сложно: вот как объяснить какой-нибудь Кэрол, что меня не было не из-за тайного романа, а из-за разборки огров? Что зеленая слизь – это не проделки ревнивого мужа, а всего лишь слюна гоблинов? – Тебя облизывали гоблины? – Дерек чуть отодвинулся, с недоверием посмотрев в честные карие глаза. – Не спрашивай, это для ритуала. Да и, в общем, мне не слишком везет с женщинами, или это я такой неудачник. Хейл со вздохом откупорил небольшую бутылку с вином, предусмотрительно оставленную на столике, и прихватил пару бокалов. – Подарок от соседней стаи, – объяснил он. – Одинаково воздействует и на оборотней, и на людей. Но, Стайлз, ты не должен снижать планку – ты замечательный, и если пока не нашлось девушки, которая оценила бы это, стоит немного подождать? – Совет от профессионала? – поддел Стайлз и послушно пригубил вино. Последнее, что отпечаталось в памяти – прощание Джона и Мелиссы, прозвучавшее словно сквозь вату, и ярко-зеленые глаза напротив.

...

Голова будто напополам раскалывалась. Стайлз застонал, перевернувшись на спину и прикрыв глаза ладонью от солнечного света, пробивавшегося сквозь незашторенные занавески. В горле, по ощущениям, воцарилась настоящая Сахара – Иисус, он так не напивался со времен университета. Стайлз попытался было по-крабьи переползти на середину незнакомой кровати, как его коленка наткнулась на что-то твердое. И что-то живое, судя по страдальческому стону из кучи одеял. Вот только стон был… – Д-Дерек? – вмиг севшим голосом уточнил Стайлз. Одеяла пошевелились, и над ними всплыла голова оборотня с растрепавшимися волосами. Парень, сглотнув, перевел взгляд на себя и со смирением понял, что одежды-то на нем и нет, как и на Дереке. Зато имеются подозрительные белые потеки и следы засохшей смазки, явно нашедшей удачное применение. – Блять… – простонал Хейл, держась за лоб, – я сейчас помру. Да чтобы я еще хоть раз… – Это единственное, что тебя волнует – легкое похмелье?! – истерично воскликнул Стайлз и принялся судорожно подтягивать к себе хоть одно одеяло. Ткань поддалась, обнажив покрытую темными волосками чужую ногу. – Да я даже не гей, и ты тоже! А ты меня трахнул! Пьяного, когда я не мог дать отпор… На этом моменте жаждущий кислорода мозг все-таки милостиво заработал, и Стайлз отметил отсутствие характерных признаков недавнего анального проникновения (когда у тебя есть знакомый гомосексуал, который постоянно делится подробностями своей интимной жизни, ты все равно что-то да запоминаешь, ясно?). Зато на шее Дерека виднелись налившиеся синевой отметины прямехонько у загривка, а искаженное болью лицо наталкивало на совсем уж невероятные мысли. – Блять, – другим тоном сказал Стайлз, – это я тебя трахнул? Дерек было вскинулся, но тут же охнул и схватился за копчик. Одеяло съехало до пояса, и миру предстали накачанные грудные мышцы и кубики пресса. Причинное место, хвала богам, не травмировало ничьей психики. – Стилински… – угрожающе прорычал вервольф, – итак, сегодня я тебя убью. – Где твоя хваленая регенерация, когда она так нужна? Чувак, прости, мне так жаль, – в своей излюбленной манере затарахтел Стайлз и даже положил ладонь на смуглую руку. – Ты должен пойти к той стае и спросить, на кой черт они дали тебе амортенцию. Ну, ты же читал Гарри Поттера, это такое любовное зелье… – Пожалуйста, заткнись, – жалобно попросил Дерек, осторожно откинувшись на спину и прикрыв лицо руками. – Просто уйди. – Да, Стайлз мастер исчезать, будто его и не было, – заверил Стайлз и боком слез с кровати. – Кстати, классный матрас, поддержка позвоночника выше всяких похвал. Принести тебе аспирин или водички? Сверкающие красным глаза ответили без слов, и парень с относительно чистой совестью стал собирать разбросанную по всей комнате одежду. Уже перед выходом он тайком обернулся и наткнулся на внимательный взгляд, отчего неожиданно вспыхнул до ушей и отправился восвояси. Дом Стилински встретил его утренней тишиной. Стайлз пробрался в свою комнатку, смахнул слой пыли и уселся на пол, прислонившись спиной к письменному столу. Он, блин, трахнул Дерека Хейла. Эту огромную машину для убийств, которая состоит из одних мускулов и угрожающих завываний «я – альфа». Дерека Хейла, у которого, ко всему прочему, и член имеется. – Это же как надраться надо… – жалобно протянул Стайлз, пока старался вспомнить хоть что-нибудь со вчерашнего вечера. Как назло, в памяти возникали лишь смеющиеся Бойд с Эрикой, наливающий вино Дерек и сонный Джимми. И ничего про наверняка животный секс – полное зеро. Стайлз все-таки считал себя одним из самых лояльных людей во всем мире, так что после таблетки Аддерала выпрямился и стал внимательно восстанавливать в голове вид Дерека этим утром. Да, у Хейла очень милая кроличья улыбка и маленькая сеточка морщин у самых глаз, когда эта самая улыбка появляется. Он держит себя в форме (еще в какой!), постоянно заламывает руки, когда волнуется, и наверняка обладает классной растяжкой. Заржав от картинки оборотня в балетном трико, Стайлз поднялся на ноги и пошел в душ. Нет, он точно не гей.

***

Скотт с Джимми с хохотом скатывались с небольшого склона, когда Стайлз наконец-то приплелся к сегодняшнему стайному месту развлечений. Все остальные уже были здесь, натягивали лыжи или помогали застегивать спортивные костюмы, и вздремнувший Стайлз чувствовал себя превосходно. В конце концов, с кем не бывает? Можно засчитать все произошедшее как маленький гомоэксперимент. Дерек тоже надел темно-синий теплый костюм и старательно прилаживал лыжу к ножке Киры. Даже смешная водоотталкивающая ткань, шебуршащая при каждом движении, отнюдь не делала его выражение лица менее грозным. – Стайлз, – кивнул он на сдержанное приветствие. Похоже, регенерация вернулась и с успехом справилась со всеми казусами прошлой ночи. Стилински неуверенно встал на лыжи и воззрился на пугающего вида крепления. Ни в школе, ни в университете ему не приходилось кататься ни на чем, кроме велосипеда, а рассекающий сугробы четырехлетка Джимми уверенности не придавал. – Помочь? – спросил Дерек и, не дожидаясь ответа, опустился на колени перед слегка обалдевшим Стайлзом. По очереди приподняв его ноги, он аккуратно закрепил все детали и принялся объяснять, где лучше съезжать: – вот здесь слишком крутой склон, ты разобьешь нос, как только палки возьмешь. Иди туда и потренируйся с Эрикой, но берегись, чтобы она тебя не столкнула. «Взять палки» внезапно приобрело немного другой смысл, и Стайлз смущенно кашлянул. Дерек моментально повернул к нему голову и с легким напряжением вопросительно заломил бровь, на что тот пожал плечами и поковылял к мадам Бойд, выглядящей, как очаровательный розовый шарик. Воспоминания по-прежнему не желали возвращаться, но представить под собой сильную спину с трискелионом не составило никакого труда. Гребаный Дерек и его безрубашечный эксгибиционизм. Поездка на лыжах оставила после себя синяки почти на всем теле и легкий ушиб плеча – не так уж и плохо. Устраиваясь перед сном на своей старой кровати, ставшей безбожно маленькой для двадцатипятилетнего парня, Стайлз уставился в потолок и со вздохом позволил разгуляться тщательно сдерживаемым мыслям. То, как Дерек вел себя со стаей, составляло огромный контраст с его прошлой версией. Как будто он отпустил свои прошлые ошибки и решил двигаться дальше: со всем этим смехом, дурацкой отросшей бородой и осторожными поддерживаниями Джимми на покатых горках. Из такого Дерека вышел бы потрясающий отец. Кстати, Стайлз обнаружил у себя на бедрах легкое раздражение от чего-то, что с наибольшей вероятностью являлось щетиной, и… не стоило об этом думать. – Что ж такое-то, – глухо простонал Стилински. Интересно, а оборотничья выносливость позволяет трахать кого-нибудь напротив стены? От этой мысли низ живота внезапно опалило жаром, стоило только вспомнить опустившегося перед ним Хейла. Стайлз представил, как тот – полностью голый до шорт, как сегодня утром, вспотевший после тренировки, с вылезшими клыками – подходит к нему и одним движением усаживает на свои бедра. «Думал, я не узнаю?» Стараясь удержать остатки самоконтроля, парень сжал свой болезненно ноющий член у основания, но воображение упорно гнало вперед. Вот Дерек проводит носом у него по шее и чует запах возбуждения – интересно, оборотни понимают, на кого оно направлено?.. – влажно лижет у кадыка и оставляет укус, в отместку стайлзовой метке. «Маленькая су…» Плюнув на предубеждения, Стайлз обхватил ствол плотным кольцом из пальцев и принялся судорожно двигать рукой, не обращая внимания на болезненную сухость. Яйца уже поджимались, а трахаться хотелось так, как никогда в жизни. Но он (или Дерек?) ведет второй ладонью еще ниже, туда, где сокращается маленькая дырка. Он небрежно оглаживает яйца, нежит местечко между ними, и указательным пальцем осторожно пробирается вну… На Стайлза обрушился оргазм такой силы, что ему пришлось до крови прикусить собственную губу. Выгнувшись на кровати, он лихорадочно дышал, как после забега, пока из головки рваными толчками изливалась сперма. Дерек бы… – Ну, приехали.

***

– Эй, Скотт. – Да? – Как думаешь, я мог бы быть геем? МакКол отложил отвертку и полураздавленного робота и со здоровым скептицизмом уставился на друга: – Неужели вы с Дереком наконец-то перестали бродить вокруг да около? – С чего ты взял, что я говорю о Дереке?! – пропищал Стайлз. – Так вся стая разве что ставки не делала, когда до вас дойдет! А после твоего отъезда Дерек заперся дома и целую неделю ни с кем не разговаривал, – Скотт принялся загибать пальцы. – При этом он каждый раз не особо радовался, когда узнавал, что ты нашел новую девушку, и сразу же бежал с кем-нибудь знакомиться. И все равно искренне понятия не имел, почему это его так волнует. Я, может, и невнимательный, – добавил он в ответ на пораженное лицо Стайлза, – но вы оба пиздец очевидные. – Да я на мужиков-то никогда не смотрел! – взвыл Стайлз, отчаянно цепляясь за остатки своей покоцанной гетеросексуальности. – Чувак, ты еще в школе спросил Дэнни, привлекательный ли ты для геев, подружился с компанией трансов и постоянно пускал слюни на спину Дерека. – Я на татуировку смотрел… – пробормотал Стайлз в знак протеста. Господи! – Господи! Что мне делать?! – У меня жена и ребенок, думаю, в этом я тебе не советчик… Телефон тренькнул смской, и Стилински принялся траурно набивать ответ. Скотт с интересом посмотрел на экран: – Кто это? – Кэм, наша бывшая одноклассница. Хочет встретиться и спросить про аспирантуру в Нью-Йорке. – О-о, знаем мы ваши аспирантуры, – Скотт подергал бровями. – А она ничего такая стала, отрастила волосы и перекрасилась в рыжий. Увидеть бы ее такой пару лет назад – ни дать ни взять Лидия. – Завались, – лениво сказал Стайлз и тут же воспрянул: – с Лидс, конечно, никто не сравнится, но вдруг у нас с Кэм все получится!.. МакКол лишь страдальчески покачал головой и вернулся к ремонту робота, дав добро на не-свидание. Стайлз неторопливо оделся, позаимствовав его шарф, и направился к единственному в Бикон-Хиллз Старбаксу, где Кэм договорилась его ждать. Даже если он находит Дерека привлекательным – очень мужественно привлекательным, – это не мешает им оставаться друзьями. И то, что Хейл стал комком доброты и уюта, носит шерстяные свитеры и позволяет Стайлзу выигрывать на нинтендо, не меняет дела. Стилински сам не заметил, как замер на полпути и принялся в задумчивости постукивать носком ботинка о заснеженный асфальт. Неужели он действительно нравится Дереку – тому самому, который встречался с горячими девчонками и на которого сам Стайлз в какой-то степени ровнялся? Именно Дерек помог ему с переездом, а потом подбрасывал нужные книги по магии друидов и всегда, в любое время отвечал на звонки и успокаивал после ночных кошмаров. И пусть парень запрещал себе думать об этом, но ему было спокойнее слышать, что и у оборотня не все так гладко в личной жизни. Пиздец, он влюбился в Дерека и столько лет не подозревал об этом. – Я должен ему сказать, – вслух заявил Стайлз, отчего шедшая рядом женщина вздрогнула и посеменила быстрее. – Я же, блин, его сломаю. Не отдавая себе отчета, он развернулся на каблуках и едва не помчался в полицейский участок, где Дерек – судя по многочисленным отцовским намекам – проводил время за перекапываниями бумажек. Блин, да Дерек постоянно следил за шерифскими обедами и по требованию Стайлза отчитывался, сколько брокколи сегодня влезло в его начальника – это ли не знак! В Нью-Йорке, городе с огромной системой метрополитена, Стилински расслабился и отвык ходить быстрее, чем того требует светофор или сигналящая машина. Вот и теперь он едва не пыхтел, ослабив наглухо повязанный шарф и держась за бок. Ух, Дерек… Но если они со Скоттом ошиблись? Стайлз остановился у входа в участок, чтобы перевести дыхание, и бегло глянул в окно. С момента его последнего визита к отцу здесь ничего не изменилось: секретарша Аманда пьет кофе и читает газету, полицейский Хью деловито скребет ногтями свой значок, а у кулера с холодной водой Дерек смеется с сержантом Кейли. Стоп. Действительно смеется – запрокидывает голову и хохочет, а Кейли (короткие светлые волосы, смущенный румянец, нервные одергивания синей рабочей рубашки) хватается за его куртку и продолжает рассказывать какую-то без сомнения очень смешную историю. Вот она подходит немножко ближе и заговорщически улыбается, а Дерек смущенно потирает шею. Мобильный завибрировал, и Стайлз непослушными пальцами принял вызов. – Эй, где ты ходишь? – разбил тишину веселый голос Кэм. – Я скоро буду, – негромко ответил Стилински и сразу отключился, не обратив внимания на ее щебетания. В участке Дерек с Кейли, увлеченно беседуя, прошли в кабинет старшего смены. Совсем некстати вспомнилось, как вервольф играл с маленьким Джимми и смотрел на него, словно он – восьмое чудо света. Может, так и правда будет лучше.

***

С момента их последней встречи Кэм действительно поменяла прическу, стала носить кашемировые водолазки и душиться лимонными духами. Стайлз неуклюже обнял ее за талию, про себя отметив приятные округлости напротив груди, и заказал им по имбирному латте. Жизнь в тихом городке, оказывается, не слишком-то отличалась от нью-йоркской, отметила девушка после небольшого обмена фразами. – Ты очень изменился, – сказала она, щуря теплые карие глаза. – То есть, ты и раньше был забавным, а теперь стал настоящим мужчиной. У тебя даже бицепсы появились! Стайлз засмеялся и пригубил кофе, искоса оглядывая Кэм и поражаясь, почему у него внутри ничего не екает. – А ты осталась такой же прекрасной, как в старших классах, – дежурно отбил он и заметил, что та слегка порозовела. – На кого ты хочешь поступить? – На психолога, но моя подруга сказала, что будет очень сложно… Беседа протекала неторопливо, общих тем хватало с лихвой. Они прикончили еще по паре стаканчиков кофе и пирожных, пока сонный работник Старбакса не предупредил их о скором закрытии. – Смотри, снег! – воскликнула Кэм и схватила Стайлза за руку, чтобы не слететь со скользких ступенек прямиком в сугроб. И правда, несмотря на теплый климат южных широт, с неба опускались снежинки и путались у них в волосах. – Давай прогуляемся? – Конечно, я все равно провожу тебя. Кэм рассказывала что-то про свою дальнюю родственницу, не отпуская стайлзову ладонь, а тот то и дело оборачивался: слишком уж знакомое чувство стучалось в висках, будто кто-то таращится тебе в спину. Но раньше так делал только Дерек, который сейчас наверняка проводит время с тошнотно милой Кейли – Дерек, Дерек, опять Дерек… Интересно, а Кейли тоже является дараком или очередным чудом из преисподней? Стайлз уже пытался вспомнить непонятный сайт о мужской беременности, куда забрел в бытность любопытным первокурсником, как почувствовал легкий толчок в плечо. – Мы, э-э, дошли, – негромко сообщила Кэм. - Ты переехала, да? – недавно покрашенный небольшой домик выделялся на фоне остальных. – Можем встретиться еще раз, если хочешь. – Зайдешь? – девушка улыбнулась, – я бы поболтала с тобой еще немного. Стайлз в замешательстве уставился на бывшую одноклассницу, тщетно стараясь разглядеть в ее словах намек на что-то большее, но та решила за него: чуть приподнялась на цыпочках и прижалась губами к чужим, оставляя за собой легкий шлейф молочного запаха. – …Оу, - просипел Стайлз. Кэм стеснительно смотрела на него и поразительно напоминала прежнюю Эллисон. – Я… – Или встретимся завтра, – засмеялась она и указательным пальчиком подняла стайлзову упавшую челюсть. – Позвонишь? Удовлетворившись немым кивком, Кэм взбежала по ступенькам, махнула на прощание и скрылась за темно-коричневой дверью, оставляя Стилински на растерзание внутренним демонам. Потому что мягкие губы и идущий от волос аромат лимона не затронул в нем ничего, в отличие от воспоминания о жесткой щетине и говорящих бровях. Стайлз неохотно пошел к дому, предвкушая долгожданное одиночество. Джон с Мелиссой остались у Скотта и Киры, чтобы в рождественскую ночь дать супругам отдохнуть и съездить на ярмарку, и стая должна будет прийти к ним только следующим утром. Почти двенадцать часов, предоставленных ему одному – красота, если бы не самый грандиозный в жизни кризис. Дом встретил его еще теплым камином с ярко светящимися угольками, пирогом от Мелиссы и стираным бельем. Стайлз устало поднялся по ступенькам, вспоминая, как тащил по ним раненого Скотта, бессознательного Дерека и самого себя после стычек с Ногицуне. Если бы он остался в родном городе, то точно помнил бы о каждой побежденной нечисти: чего стоит водяной, непонятным образом оказавшийся посреди гостиной тренера Финстока. Стайлз вошел в комнату, ожидая наполненный муками совести сон, и испуганно ойкнул: на его кровати уже светил знакомыми красными глазами Дерек Хейл собственной персоной. – Неужели снова произошла какая-то неведомая хрень – и именно тогда, когда Стайлз приехал в отпуск?! Оборотень молча встал и направился к парню во всем своем суровом великолепии. Ткнув его копчиком о стену, как в старые добрые времена, он принялся обнюхивать стайлзову шею и изредка… пофыркивать? – От тебя воняет гормонами и духами, – сквозь зубы сообщил Дерек. – Я видел тебя с той девчонкой. – Это Камилла, мы с ней вместе учились. Если бы ты был ко мне более внимательным, то знал бы о происходящем в моей жизни!.. – прорвало Стилински, – сам-то чего здесь забыл? Свечку решил подержать? Не беспокойся, я знаю, что и куда сува… – Заткнись! Кулак Дерека встретился с дверью, почти рядом с ухом Стайлза. Тот застыл: мужчина выглядел так, словно вот-вот потеряет контроль. – Волчара? – намного осторожнее позвал Стайлз. – Собрался делать вид, что ничего не было? – раздался злобный шепот. – Решил, что здорово повеселился, и самое время вернуться к подходящей юбке? Стилински как кипятком ошпарило: – Да ты сам вертел хвостом перед Кейли, придурок! – он со всей силы ударил оборотня по плечам, и тот то ли от неожиданности, то ли нарочно отступил. – Чтоб ты знал, я хотел поговорить с тобой, но вы были слишком заняты. И вообще, я уверен, что с твоим-то послужным списком подобные истории повторяются каждые выходные! – Нет! – рыкнул Дерек и уже тише добавил: – нет. Я никогда– Меня никогда не привлекали мужчины. Раньше. Вау. – Вау, – озвучил присмиревший Стайлз. Хейл теперь выглядел, как провинившийся щенок. – Кейли мне не нравится, пусть я и чувствую ее интерес. Сегодня я хотел встретиться с тобой… Но та девчонка тебя поцеловала, и– – Тогда ты наверняка знаешь, что мне было все равно! Она классная, но я, вроде как, думаю только о тебе. Стайлз стыдливо хлопнул пятерней по лбу, но Дерек не спешил смеяться или кричать «Ха-ха, попался!». Он только забавно приоткрыл рот и придвинулся еще ближе – теперь между ними и волоску не упасть. – И что скажешь? – спросил едва слышно, будто от ответа зависела судьба всего Бикон-Хиллз, не меньше. Стайлз почти пошутил от такой смирности, но в глазах Дерека плескалось столько отчаяния вперемешку с надеждой, что слова застряли в горле. – Я думаю, ты должен меня трахнуть, а утром мы позволим папе поугрожать тебе аконитовыми пулями? Вервольф издал сдавленный звук, напоминающий скулеж, и вжался носом в его открытую шею. Стайлз ахнул от ощущения бороды на нежной коже и инстинктивно вскинул бедра, встречаясь с чужой вздыбленной ширинкой. – Ты… уверен? – умудрился пробубнить Дерек, – в прошлый раз я… – Уверен еще с тех пор, как пришел от тебя домой и подрочил с пальцами в заднице. Спойлер: мне понравилось, – уверил его Стилински, немного гордясь сбившимся дыханием напротив ключиц. Дерек, не размениваясь больше на разговоры, одним движением свалил их на кровать и принялся расстегивать пуговицы на своей рубашке. Стайлз на секунду завис, глядя на обнажающиеся сантиметры крепкого тела, но тут же присоединился к взаимному раздеванию. – Ты… – выдохнул он, когда Дерек наконец-то вернулся к его шее, – ты вообще знаешь, как это делать? – Стайлз, всю старшую школу ты советовал мне научиться гуглить. Как ты думаешь? – с незаметным смешком сказал тот, спускаясь ниже по покрытой родинками коже – туда, где в плавки уходила густая дорожка волос. – Очуметь, Дерек Хейл гуглил гейское порно… – конец предложения утонул в надломленном стоне, когда оборотень приблизил лицо к обтянутому тканью члену и выдохнул рядом с головкой. Каким-то образом они действительно оказались голыми и лежали в старой комнате Стайлза, собираясь заняться сексом. Дерек глянул на него, зубасто усмехнувшись, и Стилински капризно скривил губы и дернул бедрами так, что член проехался по заросшей щеке. – Такой нуждающийся… – пробормотал Хейл, глубоко вдохнул и… опустился ртом на подрагивающий ствол, мягко оглаживая загрубевшими подушечками пальцев чужие тазобедренные косточки. Несмотря на то, что это был явно его первый минет, трудолюбия Дереку хватало сполна: он беспрерывно сосал, оглаживая языком каждую венку, то и дело спускался к яичкам и втягивал их в рот – Стайлз чуть не кончил от зрелища альфы, который старается не вбиваться в одеяло – и постоянно поднимал взгляд, будто не верил, что это происходит. В один из таких моментов парень не выдержал и потянул его за волосы, не обращая внимания на оставшуюся на губах смазку, и глубоко поцеловал: – Стайлз… – рыкнул Дерек и на пробу сжал чужой член, словно все еще привыкая к такой необычной физиологии партнера. Тот лишь сладко вздрогнул и ткнул ему в руку почти ополовиненный тюбик: – Хорошо, что папа никогда не убирается в моей комнате, иначе его бы ждали несколько очень неловких минут. Дерек глухо рассмеялся в губы Стилински. Щелкнула крышка, в воздухе поплыл синтетический запах клубники, и рядом с входом закружила чуть липкая ладонь. – Давай скорее, зря я утром, что ли, тусовался в душе и пробовал на себе все теории о подготовке, – поторопил Стайлз и оказался под горячим телом оборотня, которому явно пришлось по вкусу подобное рвение. Тот и сам дышал тяжело, когда прислонился лбом к стайлзовой груди и смотрел, как исчезает внутри первый палец. Было… странно. Не неприятно, но и без фантастических ощущений – пальцы Дерека были длиннее и толще, что, в отличие от его собственных, уже чувствовалось инородными предметами. Стайлз нахмурился, но заметивший дискомфорт Хейл сразу принялся успокаивающе выцеловывать его шею и спускаться к груди. Черт, он бы в жизни не подумал, что соски могут оказаться настолько чувствительными – Стилински выгнуло навстречу щекочущей бороде и влажному языку, Дерек вздрогнул, и в заднице оказалось четыре пальца. – Блять, не вздумай делать фистинг, – брякнул Стайлз. Тот озадачено дернул бровями и пошевелил пальцами, отчего парень застонал и попытался дернуться вперед. Стайлз всегда был любознательным, поэтому предпочел знать, что именно в ближайшем будущем окажется в его не приспособленной для подобного дырке. Он вслепую открыл бутылочку – и, конечно же, вылил почти все содержимое на многострадальную простынь – и попробовал обхватить дереков член. До этого Стилински не обращал внимания на мужские причиндалы, но, в первый раз сфокусировавшись на Хейле, даже немного пожалел о зря потраченном времени: ствол был толще, но ненамного длиннее, с ярко-красной головкой и тяжелыми яйцами, которые слегка дернулись от пристального взгляда. – Нравится? – пророкотал Дерек, однако вопреки браваде его щеки подернулись очаровательным оттенком розового. Стайлз медленно провел сомкнутой пятерней вверх, собирая редкие капли предэякулята, и оборотень прижался к нему всем телом – едва фаланги перестали сходиться у самого основания, тот прикусил его за плечо и перешел к более активным действиям. Без пальцев внутри стало слишком пусто: Стилински сжался, цепляясь ногтями за широкую спину, на что Дерек успокаивающе погладил его по бедру и направил член вперед. – Черт! – вырвалось у Стайлза, когда головка преодолела сопротивление мышц, – пиздец, мудачина, вы-ытащи… Но по руке Дерека сразу поползли черные змейки, забирая боль. Он только сжал зубы и ткнулся носом в щеку Стайлза, почти на автомате побуждая зарыться ладонями в черные волосы. Заполненный по самое не хочу, Стилински потрясенно глотал ртом воздух и, казалось, ощущал малейшую венку и изгиб чужого члена. Дерек же еле сдержал себя от перехода в бета-форму и замер, напряженно ожидая разрешения двигаться. – Ты можешь обратиться… в рамках разумного, – вполголоса сказал Стайлз и с восторгом обнаружил светящиеся красным глаза и изменившееся лицо. – Ничего себе, чувак, как же ты до меня трахался? – Замолчи, – рыкнул Хейл и резко двинул бедрами, с явным наслаждением слушая протяжный стон. –Теперь тебя трахать буду только я, понял? Член Стайлза дернулся от таких слов и такого незнакомого Дерека, что тот воспринял за согласие. Оборотень довольно оскалился и оперся на локти, укрывая своим телом лежащего на кровати парня: – А теперь давай поиграем. Следующий толчок чуть дух из Стайлза не выбил: Хейл медленно, но неуклонно наращивал темп, все сильнее толкаясь в узкое нутро. Он постоянно склонялся к распростертому партнеру и оставлял жалящие укусы на длинной шее, торчащих сосках или ключицах, как будто действительно помечал свою добычу – от такой мысли Стайлз чуть не кончил раньше времени, но Дерек уверенно перехватил его руку и сам стал водить ладонью по стволу. – Я заполню тебя так хорошо, Стайлз… – негромко шептал он, осторожно сжимая наполненные яйца. – Будешь лежать подо мной с моей спермой и меткой, да? А потом еще раз, и еще… Стилински только закатывал глаза от пробирающего все тело наслаждения и царапал бугрящиеся под волчьей кожей мускулы, почти не обращая внимания на слова: член в заднице ощущался так правильно, что он и понятия не имел, как жил без Дерека раньше. После пары фрикций прямо в нужное местечко Стайлз застонал в наполненный клыками рот и кончил в дерекову ладонь, чувствуя себя одновременно измотанным и готовым повторять такой сумасшедший трах до утра. Вот только давление внутри почему-то росло; оборотень громко и угрожающе зарычал и вжался в парня, мелко подергивая бедрами. – Дерек, что за… Дерек, что это?! – на полном серьезе запаниковал Стайлз, когда напряжение стало ощущаться почти нестерпимым. Теперь высвободиться было невозможно: основание члена Хейла увеличилось и оставалось на месте, не давая сперме вытечь наружу. – Узел, – выдавил тот, подняв покрытое бисеринками пота лицо, но вместо раскаяния на нем красовалось удивление напополам с кайфом. – Тише, полежи немного… Вовремя использованные волчьи способности в виде черных змеек почти убрали неприятные ощущения. Стайлз осторожно пошевелился и тут же прикусил губу – узел без перерыва давил на простату, побуждая задвигаться в ожидании очередной разрядки. Дерек только фыркнул, последний раз толкнувшись навстречу, и поменял их местами: теперь Стайлз полулежал на его животе и неторопливо вырисовывал бедрами восьмерки, наслаждаясь тянущим чувством где-то внутри. – Мог бы предупредить, что вместе с волком прилагается собачья анатомия, – упрекнул он, когда они оба стали способны обращать внимание на что-то помимо друг друга. – А я не знал, – легко признался Дерек. – Мне говорили, что в союзах оборотней всякое случается, но… – Но ты решил оплодотворить меня – парня, так? – с крошечной насмешкой предположил Стайлз. – Никаких претензий, чувак, это классно. Но не слишком ли странно, ведь у меня нет– – Я думаю, это из-за того, что ты – моя пара, – прямо сказал Дерек, отведя глаза. Стилински замолчал, переваривая услышанное. Хейл выглядел расслабленным и вместе с тем напуганным – собственно, как и он сам. – Вот тебе и рождественское чудо, да? – выдавил Стайлз, неуклюже улегшись на приятно твердую грудь. За окном набирала обороты вечерняя метель, но жар от тела Дерека грел их не хуже печки. Что же, возможно, Стайлу придется уехать из большого скучного Нью-Йорка обратно в Бикон-Хиллз. Только если рядом с ним по-прежнему будет Дерек, конечно.