Опиум

Хосок бежит по больничным коридорам и злится. Злится на себя, что снова не был рядом в нужную минуту, злится на то, что Юнги не рассказывает о своем состоянии, злится, ведь не может убедить омегу в его собственной ценности и важности. Залетев в палату, Хосок лишь на мгновение замирает подгромкое: «ТЩЩЩ» Минхёка. Хосок прилетел за двадцать минут после звонка и даже не подумал, что Юнги мог снова уснуть. У Чона сегодня два плюс два нескладывается, он в голове даже не связал диагноз нервного истощения и голос младшего по телефону, за что в очередной раз злится на себя. Юнги спит, на руке катетер в который вставлена трубка от капельницы, в палате тихо, и Хосок старается не нарушить идиллию. Юнги бледный, под опухшими глазами залегли синяки, шрам, который обработали в очередной раз,выглядит все также свежо, и Чон понимает, что Мин опять его расчесал. Идиотская привычка для омеги. Хосоку больно за младшего. Хочется разнести в пух и прах весь мир, который смеет давить на Юнги. Омеге нужен покой, но с такой должностью вся его жизнь будет сплошной борьбой. — Пригляди за ним, я схожу в буфет, куплю ему сока, — внезапно произносит Минхёк, дожидается кивка и только потом идёт к двери, —Возможно, если бы ты ему признался, все было бы совсем иначе, — говорит старший омега и прикрывает дверь в палату. ~~~ Юнги спит несколько часов подряд, Хосок каждые полчаса ловит врача и уточняет все ли с омегой в порядке. Мин дышит ровно, спокойно, видимо ему просто нужны эти часы сна для восстановления. К вечеру приходят несколько букетов, корзин с фруктами. Быстро по городу разнеслась весть о состоянии Юнги. И снова упущение Хосока.Корзинка от Маккои, букет от Чимина, который заставляет улыбнуться сурового альфу, остальные дары от других глав кланов. Хосок машинально просматриваеткаждую записку и чуть ли не кидает один из букетов в стену, когда видит подпись: Чон Чонгук. Но он не имеет на это право. Юнги потом сам решит: какие подарки оставлять, а какие выбрасывать. Мин нехотя просыпается только утром. Он медленно садится на постели, трёт переносицу и старается не зацикливаться на больничном запахе. Краем глаза видит кучу подарков, слегка улыбается и рассматривает некоторые из них, запоминая, кому нужно отправить благодарности. — Юнги... — тихо произносит Хосок, — Ты как? Хосок подскакивает с кресла, находу разминая затекшие плечи и шею, садится на край кровати и обнимает омегу. Юнги ему улыбается,успокаивает, клянется, что в порядке. Хосок задает вопрос за вопросом, а у Мина уже голова кругом. — Юнги. Тебе нужен друг, — вдруг произносит Хосок, неловко улыбаясь. — Ты мой друг, — отвечает омега и гладит старшего по плечу. — Может тебе будет лучше, если у тебя будет друг омега? Не Минхёк, а, может, кто-то твоего возраста? — Хосок встаёт с койки и нервно ходит по палате, думая, а затем улыбается, —Чон Чимин, например? — Чимин? Брат Чонгука? Сомневаюсь, —Юнги недоверчиво щурит глаза. — Он не такой, как Чонгук, он хороший, — говорит Хосок уверенно и снова опускается в кресло, — Уж я-то знаю, — добавляет альфа чуть тише. — А поподробнее? — Юнги резко соскакивает с постели, чуть не забыв про капельницу, катит её за собой и подкрадывается к Хосоку. Хосок, смущённый вниманием Юнги, злится на себя за то, что так легко спалился. Приходится рассказывать всю историю от начала до конца. Юнги смущает с каждым словом всё больше, но искренне радуется, что наконец-то уего близкого друга появился кто-то «не на одну ночь». — Пока у нас ничего нет. Посмотрим. Какие мне отношения? — утихомиривает омегу Хосок и пытается как можно быстрее сменить тему, — Ты хотел, чтобы я срочно приехал для болтовни? — Меня напрягает Чонгук. Хочу, чтобы ты узнал о нём побольше. Что-то с ним не то... ~~~ Юнги бесят непостоянные люди. В один день Чонгук оскорбляет всех, кого видит, никого не ставит даже близко с собой, а в другой день помогает бродячим щенкам, который кто-то выкинул. То присылает цветы и спрашивает, как омега себя чувствует, то уже через неделю на общей встрече делает вид, что незнаком с Мин Юнги. На одном сборе кланов ругается по поводу и без, принижает Юнги как может, на другом почти всё время молчит и поддерживает какие-то идеи омеги. Юнги смотрит на себя в зеркало и пальцами проходится по шраму, который каждый день напоминает о том, что с Чонгуком нужно быть осторожнее. Но Шадоу одновременно притягивает и отпугивает. Пугает тем, как расправляется с людьми за такие мелкие оплошности, пугает своим безумным смехом, пугает навыками стрельбы и неизвестностью. Его мысли и планы скрыты от людей, о делах главы становится известно лишь после их завершения и жить так тихо и громко одновременно поистине тяжело. Это пугает. Заставляет быть на чеку. Но иногда Чонгук притягивает к себе. Нежная, искренняя забота и любовь к единственному брату, внимательность к деталям, такое бесячее и одновременно приятное произвище: «пантера», которое Шадоу произносит так, словно весь мир останавливается. Притягивает дейтельностью направленной напомощь людям и притягивает тем, что старается не распространяться о своей куче фондов, где помогает человечеству с различными проблемами. Почему Чонгук не может быть всегда одинаковым? Это бы значительно упростило работу с ним. Или не только работу? Юнги натягивает на измученное вечными тренировками тело белую блузу с интересными черными узорами и пытается расправить плечи. Руки ломит после вчерашнего занятия в зале, ведь нет времени прохлаждаться. Брюки, едва не спадающие с похудевших за последнее время бедер, приходится затягивать кожаным ремнем. Пару аксессуаров, тщательно закращенные синяки под глазами,подходящий пиджак и обувь, и Юнги готов. Он продолжает смотреть в зеркало, подкрашивая губы розовым бальзамом, чтобы уменьшить внимание от опухших глаз. Как бы омега хотел надеть первое, что выпадет из шкафа, не укладывать волосы, не замазывать синяки, а просто выйти таким, как есть. Но не положено, он глава.Должен выглядеть соответствующе. Юнги вновь расправляет плечи, чуть приподнимает подбородок, всю уверенность собираетв кулак, чтобы не казаться тряпкой и только потом выходит. Хосок встречает, открывает дверь машины и ждет, пока омега удобно разместиться. Первая машина охраны отправляется, следом машина Юнги, после вторая машина охраны. Мин отпивает заранее подготовленный для него американо и смотрит в окно. Хосок поток его мыслей не прерывает, молчит, зная, что омега настраивается. Около десяти минут после приезда Юнги из машины не выходит. Переговоры с Чонгуком всегда тяжёлые и никогда не известно, что он может выкинуть. Мин в команде своей охраны петляет по знакомым коридорам и ловко находит стрельбище, совмещенное с переговорной. Юнги ожидает главу теней почти час и, когда собирается уйти, Чонгук появляется в двери. — Пантера, я забыл о нашей встрече, прости, — альфа вальяжно заходит в помещение и садится напротив, а Юнги спиной чувствует злость Хосока, но старается держать нейтральное выражение лица, — Не дуйся, тебе не идет. — И Вам добрый вечер, господин Чон, — сдержанно отвечает Юнги и кладет кейс на стол, открывая, — На заводе изготовили первые экземпляры пистолетов, которые Вы хотели. Опробуете? — Когда же пантерка перестанет мне выкать? — Чонгук берёт из кейса один из пистолетов и рассматривает его, проходясь по двум гравировкам: вестники и тени, — Видишь, Юнги, даже здесь наши кланы рядом, и мы могли бы… —Шадоу касается колена омеги, но тот сразу встаёт и отходит к стрельбищу, — Оставьте нас наедине. Практически все выходят сразу, а Хосок только после согласия Юнги. Шадоу берёт оба пистолета и сравнивает их, подходит к омеге. — Потрясающе выглядишь сегодня, — альфа ухмылятся и передаёт один из пистолетов младшему, — Предлагаю пари на желание. — Лучше просто проверить работоспособность и разойтись. — Это скучно, — Чонгук подходит почти вплотную и улыбается омеге, поглаживая пальцами его по щеке, — Если я получу больше очков, то ты, например, пойдешь со мной на свидание. — А если я? Могу загадать, что хочу? — Юнги недоверчиво вскидывает бровь и заряжает пистолет. — В пределах разумного. Начнём? Они начинают в одно время. Оба плюют на защитное оборудование и, игнорируя шум, спускают весь магазин в одну мишень. Юнги сразу подмечает, что нужно доработать, а Чонгук разглядывает подъехавшие мишени. Пару минут молчит. — Кажется, ничья, — сдаётся Чон, а Юнги перепроверяет мишени и понимает, что старший прав. Все восемь выстрелов точно в цель, что у альфы, что у омеги, — Тогда загадываем оба. Ты первый. — Будьте снисходительнее к Чимину, — произносит Юнги. — Ваша дружба идёт мне в минус, — произносит Шадоу, хмыкнув. Чимин и Юнги быстро сдружились, подначиваемые Хосоком. И хоть Мин до сих пор не понимает зачем ему еще один друг, толком ничего Чимину не рассказывает, но младший Чон загорается от счастья, рассказывает каждую мелочь своей жизни, видится с Юнги как можно чаще, ходит с ним по разным тусовкам и прикрывается ночевками у друга, а сам бегает к Хосоку. Юнги же, просто рад, что кому-то помогает. Но Чонгук редко отпускает Чимина из дома на ночь, поэтому иногда он сбегает, и Мину приходится его прикрывать. — Ладно. Теперь моё желание, — Шадоу кружит вокруг омеги ирезко подходит к нему, хватая за шею. Юнги молчит, следит за действиями и сжимает рукоять кинжала в кармане. Чонгук тяжело дышит и бегло осматривает лицо омеги,плотоядно облизываясь, — Как можно быть настолько красивым? Юнги не успевает додумать мысль в ответ, как Чонгук впивается в его губы пылким поцелуем. Шадоу отпускает шею омеги и обвивает руками тонкую талию, сжимая в своих объятиях. Чонгук нападает, как жадный хищник, терзает губы младшего, дурманит его своим пылом, отчего Юнги отпускает оружие и хватает альфу за плечи, неосознанно отвечая на поцелуй. Сердце стучит так бешено, словно вот-вот выпрыгнет из груди и упадёт на пол. Чонгук прижимает омегу к стене и срывает снего пиджак, жадными поцелуями проходясь по нежной шее, заставляя Юнги едва сдерживаться. Омега тяжело дышит, облизывает губы и умирает от столь приятных поцелуев.Чонгук с затуманенными глазами возвращается и снова терзает омежьи губы, улыбаясь в поцелуй оттого, что Юнги отвечает. Холодные руки альфы пробираются под блузу, пересчитывают ребра и поднимаются выше. Чонгук кружит вокруг сосков и продолжает ласкать сладкие губки, и именно в этот момент Юнги пробуждается. Он с силой отталкивает от себя ничего непонимающего альфу, спешно поправляет внешний вид и натягивает пиджак. — Если вашим желанием было переспать со мной, то это неразумно. — Мне показалось, что тебе понравилось, — всё также жадно смотрит на омегу Шадоу, — Я хотел пожелать, чтобы мы оба общались с друг другом на «ты»! — кричит альфа вслед убегающему Юнги, который рукой показывает «ок».