Взлететь заново

***

«Иногда, чтобы взлететь, нужно сначала освободиться от всего, что тянет вниз.»

***

Бекки застегнула последнюю пуговицу своей идеально выглаженной формы. Её отражение в зеркале смотрело на неё привычно: аккуратно собранный пучок, лёгкий макияж, безупречная белоснежная рубашка. Всё на месте. Идеальная. Только в глубине глаз пряталась усталость, которую она тщательно скрывала. — Опять, да? — Томас, сидя на диване, вертел в руках пустую бутылку пива. Его голос был раздражённым, почти насмешливым. Бекки сделала вид, что не услышала. Она молча проверила свой чемодан: запасная обувь, косметика, документы. Всё на месте. — Слышишь, я с тобой разговариваю! — поднял голос Томас, хлопнув бутылкой по столу. — Что ты хочешь услышать? — устало спросила она, наконец обернувшись. — Хочу, чтобы ты наконец вспомнила, что у тебя есть муж! — он резко встал, шатаясь, и уставился на неё покрасневшими глазами. — Всё время на этой работе! Летаешь, улыбаешься чужим людям. А как насчёт меня? Тебя дома никогда нет! — Томас, мы уже это обсуждали, — холодно произнесла она, схватив чемодан. — Это моя работа. Она кормит нас обоих. — А как насчёт твоих обязанностей как жены? — его голос стал грубее, и он сделал шаг к ней. — Или ты забыла, что я существую? Бекки замерла, чувствуя, как внутри поднимается гнев. Она глубоко вдохнула, пытаясь удержаться от крика. — А как насчёт твоих обязанностей как мужа? — спокойно, но твёрдо произнесла она. — Ты сидишь дома, пьёшь, жалуешься. Когда в последний раз ты искал работу, Томас? — Ты… ты смеешь упрекать меня? — он размахнул руками. — Да я из-за тебя таким стал! Всё время один! Я бы нашёл работу, если бы ты поддерживала меня! Она горько усмехнулась. — Поддерживала? Томас, я тяну нас на себе уже несколько лет. Я устала приходить домой и видеть тебя в этом состоянии. Он на мгновение замер, но быстро вернулся к своей привычной агрессии. — Уходи! — крикнул он, махнув рукой в сторону двери. — Вали на работу, раз она тебе важнее! Бекки молча схватила чемодан, прошла мимо него и остановилась на пороге. — Я уйду, Томас, — сказала она тихо, не оборачиваясь. — Но однажды,меня здесь может больше не быть. Дверь закрылась за ней с сухим щелчком, оставляя Томаса в компании пустой бутылки. На улице её уже ждала Лили, и Бекки поспешила к машине, чувствуя, как боль от сцены дома сменяется профессиональной сосредоточенностью. — Всё нормально? — спросила Лили, внимательно посмотрев на подругу. — Всё как обычно, — ответила Бекки. Но сама знала, что “как обычно” уже давно стало её личной тюрьмой.