Письмо победителю

Мой жаркий лёд, пишу тебе, Тоскливо как-то, знаешь, От размышлений о судьбе, В которой увядаешь. Я помню встречу глаз, искру — Распался мир на части. Мы начали с тобой игру, В которой много павших... Но страшно осознать, что ты Мне больше не напишешь. С тобой исчезнут все мечты: Мед, чай, стихи, цветы... В груди — как миллионы вспышек. Я научусь писать поэтом, Каких читаешь ты. И расцвету на солнце летом, Как Садовы цветы. Дороги наши не сойдутся: Мы сами их сведём. И загоримся, словно звёзды, Холодным и болезненным огнем. Но почему враги мы по природе? Я больше не могу Мечтать о невозможности свободы. Быть может, мне удастся — я сбегу? Быть может, мы когда-нибудь коснемся Друг друга пальцев и горячих губ, И будем жадно, словно выгорев на солнце, Внутрь друг друга погружаться вглубь. Наверняка ты теплая как лето И пахнешь медом, вея по ветру, Но наша встреча — по небу комета, Однажды вспыхнув, смолкла поутру. И я люблю тебя — болезненно и нежно, И я хочу тебя — отныне навсегда, Скажи же, жаждешь меня - также грешно? И...будешь ли когда-нибудь моя?.. Мне с этой мыслью встречать кровавые рассветы? Мне с нею убивать, ступая по песку? Мне с горькой сладостью встречать твои ответы, Запечатлённые в стекле, деревьях и снегу? И это чувство, пожирающее древо, Что кислородом наполняет кровь, В мсылительных распутьях жалостливого гнева, Меня ласкает и снедает вновь и вновь. Твой нежный образ я храню в груди, Не в мыслях, имени и отпечатках писем, А — в небе, незабудках, льдах зимней зари, И страшно сладостно их каждый раз коснуться. Мне запретили думать о тебе, Меня сотрут в труху за единичную ошибку, Но я влекусь по прядям времени в мольбе: "Явись и подари же мне свою улыбку". Не страшна — смерть, небольно — погибать, Сама пролью на землю кровяное море, Но ты, лазурь, не смей сном вечным засыпать, Ты пой в победенном мажоре, Ликуя с Родиной и обнимая Мать. Пожалуй, здесь сойду я с той дороги, Где б мой блестящий нож коснулся твоей шеи, И пусть я потону, бьясь насмерть о пороги, Я буду счастлива твоей победе в горестном сражении.