Эшли Грэм
22 декабря 2024 г., 15:03
Леон прибыл в Белый дом для получения задания, он сидел в ожидании, поскольку президент задерживался. Кеннеди думал, что умрёт от скуки, но тут в зале он заметил Эшли, она занималася декорированием помещения. Пока Эшли ставила цветы в вазу, Леон подошел к ней сзади.
- Привет, Эшли.
- Ах Леон, привет, ты меня напугал, не подходи больше со спины, - мило с улыбкой ответила Эшли и присела на корточки, чтоб достать цветы с ведра.
- Прости, больше так не буду.
Эшли мило улыбнулася, повернулась к Леону и поднялась с корточек. Её лицо слегка покрылось легким румянцем.
- Кому какое дело до декораций в Белом доме? Я так устала, но я должна это делать, - Эшли мило вздохнула.
- Почему именно ты должна этим заниматся, разве нельзя найнять професиональных декораторов?
- Ты считаешь меня не профессиональной? - Эшли немного нахмурила брови.
- Нет, что ты, - произнес с ухмылкой Леон.
- Отец вернётся не скоро, может пойдём в мою комнату? - тихо сказала Эшли, она ещё больше покраснела. Она едва выдавила из себя эти слова.
- Так вот чего ты хочешь, mi diablita, - Леон ухмыльнулся.
- Отца нету, с ним нет и лишних ушей. Я так скучала по тебе, Леон, - Эшли подняла свою голову, чтобы посмотреть на его лицо, её глаза будто умоляли Леона взять её. Она вспоминала как хорошо им было, когда Леон часто бывал здесь по работе. Они не могли встречатся в открытую, так как отец Эшли не одобрил бы их отношения. Он впринципе не одобрил би любые отношения Эшли.
- Хорошо, - Леон погладил Эшли по голове и она словно котенок закрыла глаза на несколько секунд от удовольствия.
Комната Эшли была крайне уютной, что соответствовало образу лучшей студентки и хорошей девочке. Эшли всегда старалась быть хорошей во всём, чтоб не расстраивать своих родителей. Только Леон знал, что предпочтения у неё далеко не подходять образу прилежной девочки.
Эшли подошла к окну, чтобы закрыть шторы. Леон резко подошёл к ней сзади и схватил одной рукой за талию, а другой за грудь. Девушка слегка пискнула.
- Леон, я же просила не подходить сзади.
- Прости, не удержался, - шепнул Леон на ухо Эшли.
Леон начал сильнее сжимать грудь девушки и стал целовать её в висок. Эшли закотила глаза от удовольствия. Она уже успела намокнуть. Кеннеди быстро развернул девушку к себе. Он смотрел на лицо девушки несколько секунд, наслаждаясь её белоснежным лицом, что так мило краснело, когда смотрело на него. Леон считал Эшли лучиком света в его депрессивной жизни - единственным, что заживляло раны его травмирующего прошлого. Он так желал её, но не хотел пятнать честь девушки. Они - не пара, Леон это понимал и всегда держал в голове.
- Ты действительно хочешь этого?
- Да, если бы ты знал как сильно.
Эшли провела рукой по груди Леона. Её привлекало его накаченное тело, то каким сильным он был и мог защитить её от всего, что могли причинить ей боль, даже ценой своей жизни.
Хорошая девочка присела на корточки и стянула штаны с мужчины. Она достала его член и начала нежно дрочить его. Эшли была немного смущена, хотя ночами представляла то, что совсем не подобает хорошей девочке, но только с Леоном. Её движения были крайне осторожными, будто она боялась повредить прибор, будто это первый их раз. Сколько раз они бы не спали, Эшли никогда не перестанет стеснятся. Она невинно положила себе член в рот и начала медленно его заглатывать всё глубже и глубже.
- Хорошая девочка, - издал постанывая Леон.
Кеннеди положил руку на голову девушки и легонько сжал её волосы. Эшли старалась заглатывать как можно глубже, ей нравилось ощущать в себе часть Леона и доставлять ему удовольствие, ей это даже больше нравилось чем самой получать удовлетворение.
Леон прижал девушку как можно ближе к себе и держал несколько секунд. Когда он отпустил её, Эшли упала на пол и немного закашляла. Её макияж был испорчен, туш потекла по её лицу, а подбородок был в слюне.
- И тебе не стыдно заниматся такими делами в Белом доме?
- А что ты мне сделаешь? - игриво ответила Эшли, её глаза в миг сменились с невинных на искусительные.
- Ах вот как, сейчас я тебе покажу, грязная сучка.
Леон схватил девушку за руку и повёл на кровать. Он резко стянул с девушки мини юбку, а затем и белое кружевное исподнее.
- Ты вся уже насквозь намокла как последняя шлюха.
- Ты только болтать умеешь? - Эшли уже слишком распирало от желания, ей хотелось как можно сильнее вывести Леона из себя, вед только так он мог удовлетворить её неистовое желание.
- Зря ты это сказала.
Леон резко вошёл двумя пальцами в Эшли, которая была уже слишком влажной, чтоб чувствовать боль. От неожиданности ноги девушки слегка сжались, что не очень понравилось Кеннеди и он стал сдерживать их другой рукой. Движения Леона становились всё более резкими, казалось, что стоны Эшли слышит уже весь Белый дом. Девушке никогда не было так приятно. Как вдруг её ноги сильно задрожали, волна наслождения прошлась от бёдер до колен. Она перевернулась на бок и отстранилась от Леона на несколько секунд.
- Всё хорошо? - спросил Леон, поглаживая Эшли по талии.
- Да, мне просто никогда ещё... - ответила задыхаясь девушка.
- Мы можем остановиться, если ты уже...
- Нет, - резко прервала Эшли.
- Как скажешь, моя принцесса.
Кеннеди повернул девушку к себе и засунул руку под её свитер, а затем и вовсе избавился от него. Лифчик Эшли был полупрозачным, можна сказать, что не было нужды его снимать, но Леон всё равно это сделал.
- Хорошие девочки такое не носят.
- Кто сказал, что я хорошая?
Леон спокойно вошёл в девушку. Его движения были медленными и уверенными. Эшли едва выдавливала из себе стоны, у неё больше не было сил. Леон акуратно поправил прядь на лице Эшли и поцеловал её в лоб. Мужчина начал чувствовать, что уже кончит, он вытащил свой член, поднял Эшли с кровати, поставил на колени и излился ей на лицо, а Эшли, в свою очередь, как подобает хорошей девочке слизала остаток спермы с кончика члена Леона.
- И как скоро вернётся твой отец? - спросил Леон.
- Где-то через полчаса.
- Тебе нужно прийнять душ, - Леон взял Эшли под руку и помог подняться.
- Тебе б тоже не помешало.
Они вдвоем направились в личную ванную Эшли, а через час Леон стоял перед президентом, который даже не подозривал, почему его дочь так и не украсила Белый дом.
