Часть 1
1 февраля 2025 г., 00:21
Непривычно тихая Йокогама нежилась в тёплых лучах солнца, любуясь игрой света на морских волнах. На улицах почти не было случайных прохожих: самый разгар рабочего дня и жаркая погода сделали своё дело. Лишь городской порт был наполнен гомоном голосов да время от времени звенел корабельными колоколами: разгружалось торговое судно.
В офисе Вооружённого детективного агенства жизнь тоже шла своим чередом. Куникида что-то сосредоточенно печатал за компьютером и изо всех сил игнорировал Дазая, который опять развалился на диванчике и напевал дурацкую песенку. Ацуши терпеливо объяснял Кёке, как составлять отчёты; девочка оказалась способной ученицей и схватывала всё на лету. Брат и сестра Танидзаки пару часов назад ушли на задание вместе с Кенджи и должны были вот-вот вернуться. Йосано проводила инвентаризацию в медпункте (точила ножи и пилы), а Рампо, как обычно, шуршал фантиками в ожидании интересного дела.
Мирная идиллия была внезпно нарушена – дверь кабинета директора распахнулась, и Фукудзава вышел к своим работникам. На его и без того серьёзном лице залегла тень неприятных мыслей. Конечно, детективы в офисе это заметили. Чего ожидать? Нападения на ВДА? Поручение от правительства? Проблем с Портовой мафией?
Видимо, Фукудзава почувствовал возникшее в воздухе напряжение, а потому поспешил всех успокоить:
— Токийский университет проводит исследования в области психологии, правительство разослало электронные письма во все организации Японии с просьбой о содействии. Всё просто: каждый сотрудник должен пройти небольшой тест, результаты которого получит университет. Это анонимно, им нужна только статистика.
— Ску-у-ука... — протянул Рампо.
— Директор, — вдруг подал голос Дазай. — Что-то не так с этим тестом?
— Нет, дело не в этом... — взгляд Фукудзавы будто невзначай скользнул по Куникиде. — Просто помните, что это всего лишь тест. Рампо, ты первый.
— И что мне за это будет? — Рампо лёг грудью на стол всем своим видом показывая нежелание проходить какие-то глупые соцопросы.
Фукудзава вздохнул, на секунду прикрыв глаза. Он давно знает этого двадцатишестилетнего ребёнка, как знает и безотказный рычаг воздействия на него:
— Я тебя похвалю.
Как по волшебству, глаза Рампо распахнулись, он резво вскочил со своего места и чуть не вприпрыжку направился в кабинет директора.
Остальные сотрудники вернулись к работе. Впрочем, правильнее было бы сказать, что вернулся к работе только Куникида: снова сел на своё место и продолжил печатать, предварительно добавив в своё расписание предстоящий тест. Ацуши и Кёка же из любопытства начали расспрашивать Йосано насчёт подобных исследований.
Дазай сделал вид, что по-прежнему беззаботно лентяйничает, мыча под нос прилипчивый мотив, но что-то не давало ему покоя. Он заметил взгляд директора, скользнувший по Куникиде, да ещё и фраза "помните, что это просто тест"... Ох, неспроста всё это.
Наконец, минут через десять вернулся Рампо. Он выглядел немного подавлено, но быстро пришёл в себя, вспомнив про шоколадное пирожное, подаренное Фукудзавой. Следующей директор позвал Йосано, за ней Ацуши и Кёку по очереди. Кенджи и семья Танидзаки вернулись, как раз когда освободилась владелица Снежного демона, поэтому они пошли после неё.
Дазай со своего места внимательно наблюдал за коллегами. Ему показалось странным, что Куникиду до сих пор не вызвали, хотя обычно в подобных случаях он шёл первым как заместитель директора. Второй по интеллекту детектив ВДА не видел логики: казалось, Фукудзава нарочно оттягивает момент тестирования Куникиды. Но почему? И почему все, кто уже прошёл опрос, нет-нет да и поглядывают на его напарника?
Наконец, настала очередь Дазая. Он снял наушники и бодрым шагом направился к заветной двери: теперь-то он узнает, в чём дело!
Постучавшись, Дазай вошёл. Фукудзава сидел за столом и задумчиво пил чай, закрыв глаза. Слева от него стоял открытый ноутбук так, чтобы экран был виден только опрашиваемому.
— Директор?
— А, Дазай. Присаживайся, — мужчина показал рукой в сторону ноутбука. — Нужный сайт уже открыт, тебе осталось лишь внести свои ответы.
Дазай сел, как было велено, и нажал кнопку "начать тестирование". На экране появилось схематичное изображение проезжей части и пешеходного перехода. В машине сидела старушка, на светофоре горел зелёный свет, а дорогу пересекал мужчина с медицинским чемоданчиком. Одну полосу перегораживал шлагбаум. Подпись к заданию гласила: «Куда направить самоуправляемую машину? Выберите один из двух вариантов.» Дазай опустил взгляд и увидел три кнопки: «прямо», «повернуть» и «ок». Он попробовал нажать «прямо», и над человечком, изображающим врача, появилась иконка черепа в чёрном квадратике. Что ж, это плохая концовка. Тогда парень решил изменить ответ на «повернуть» – череп над человечком-врачом пропал, но зато появился над старушкой в машине.
— Так вот оно что... Это ведь просто замаскированная задачка с вагонеткой? — Спросил Дазай, хотя и сам уже знал ответ.
— Верно. — Подтвердил Фукудзава. — Там всего тринадцать подобных вопросов со случайными наборами участников аварии. Здесь нет правильных или неправильных ответов, ориентируйся только на свои ощущения.
Дазай кивнул и уверенно нажал «ок», прощаясь со старушкой.
Бывший мафиози справился довольно быстро. Жизнь в преступной организации давно научила его рационально оценивать ситуацию и принимать решение, исходя из полезности человека. Конечно, некоторые вопросы даже его ставили в тупик, но ненадолго.
— Я закончил. — Дазай отодвинулся от ноутбука и посмотрел на директора. Тот выглядел так, как будто стоял на краю пропасти.
— Хорошо, можешь идти. Позови Куникиду, пожалуйста.
Ой
— Директор... Это действительно необходимо? После случая с подрывником прошло не так много времени...
— Я понимаю, что ты хочешь сказать, Дазай, но, увы, выбора нет. Поверь, меньше всего я сейчас хочу снова ставить его перед таким ужасным выбором, пусть на этот раз и всего лишь гипотетическим. На самом деле, этот тест дался тяжело всем членам нашего агентства, но... — Фукудзава замолчал, погрузившись в свои мысли.
Дазай уже ухватился за ручку двери, но прежде, чем уйти услышал просьбу директора: «Будь поблизости». Осаму кивнул и отправился звать напарника.
к сожалению, однако это начинало откровенно раздражать. Если они все волнуются за его состояние после дела с подрывником, то зря, потому что он справился. Да, он прекрасно осознавал, что, если бы Йосано не подоспела вовремя, он был бы уже мёртв и, что важнее, невинный ребёнок тоже. Но он сожалел лишь о том, что не смог найти способ безопасно снять бомбу с Аи и подверг её опасности. Ему совершенно точно не снились кошмары.
— Эй, Куникида-кун!~
Ну вот, главный отвлекающий фактор пожаловал.
— Чего тебе? — Недовольно спросил парень, перестав печатать.
— Тебя директор зовёт, все остальные тест уже прошли! — Дазай был мастером в сокрытии эмоций, так что прикинуться дурачком, как обычно, не составило труда.
Куникида переключил компьютер на спящий режим, встал и поспешил в кабинет директора. Дазай сделал вид, что собирается продолжить валяться на диване, но, стоило его напарнику скрыться за дверью, как он тихонько направился следом, поймав на себе понимающий взгляд Рампо.
Но она переходит на зелёный свет...
Невозможно!...
Чем больше картинок появлялось на экране, тем больше бледнело лицо детектива.
Четыре собаки или девочка?
Двое спортсменов или беременная женщина и бродяга?
Двое мужчин или двое женщин? Здесь даже нет светофора...
Фукудзава видел состояние своего подчинённого: его бесконтрольно дрожащие руки, посеревшее лицо и дикий взгляд. А ещё он видел отчаянные попытки Куникиды держать себя в руках и не показывать свои слабости хотя бы в присутствии директора. Сердце Фукудзавы болело, и он решил хотя бы дать парню немного пространства.
— Мне нужно отлучиться ненадолго, — нарочито спокойно произнёс директор ВДА, вставая со своего места. — Дождись меня здесь, когда завершишь тестирование, Куникида.
Обычно вежливый идеалист лишь кивнул, едва расслышав слова уходящего директора. Он услышал, как открылась и закрылась дверь кабинета, но звук показался таким далёким, будто из-под толщи воды. Перед внутренним взором Куникиды стояла Айя, опутанная поясом смертника. Она улыбалась сквозь слёзы, готовясь отдать свою коротенькую жизнь в обмен на десятки других. Маленькая героиня. Храброе дитя, подвергшееся смертельной опасности. И всё из-за него.
Он не смог найти способ быстро обезвредить бомбу.
Он попался в ловушку подрывника.
Чёрт, да весь этот спектакль с заминированным метро был создал лишь потому, что у Кацуры были личные счёты с ним, Доппо Куникидой!
Бесполезный. Никчёмный. Слабый. Даже грёбаный тест он нормально пройти не может!
На оставшиеся вопросы Куникида отвечал, как в тумане. Он попытался абстрагироваться и не принимать этот тест так близко к сердцу, но всё равно каждый раз, нажимая «ок», чувствовал себя убийцей.
Один вопрос. Остался всего один вопрос.
Пять человек или одна девочка? Пассажиры в метро или Айя?
Это уже слишком. Рациональная часть мозга детектива знала нужный ответ. В его идеальном мире вообще не должно быть подобных смертей, а значит, и здесь нужно свести их к минимуму... Дрожащими пальцами Куникида выбрал вариант и нажал «ок». Глаза предательски защипало. Согласно графику из его блокнота, время для слёз настанет только в 20:00, сейчас ещё нельзя. Нельзя-нельзя-нельзя...
Горячая капля скатилась по бледной щеке. Затем ещё одна... и ещё... Это было сродни эффекту прорвавшейся плотины – начинается внезапно и длится, пока не иссякнет.
***
Куникида уже давно заметил странные взгляды своих коллег. Он предпочитал их игнорировать, поскольку работа сама себя не сделает,***
Куникида вежливо постучал и, дождавшись ответа "войдите", прошёл внутрь. Фукудзава сидел с идеально прямой спиной, сложив руки и спрятав их в рукавах. На его столе стоял ноутбук с открытым опросом и угрожающе жужжал. Ответив на приветствие своего заместителя, мужчина предложил ему сесть и сказал: — Можешь приступать, но помни, что это всего лишь тест. На первом же вопросе Куникида понял смысл слов директора. Это всего лишь тест. Парень замер, неверяще смотря на картинку: двое детей в самоуправляемой машине или беременная женщина и старичок? Кого из них он должен спасти? Кого из них он должен убить? Конечно он узнал моральную дилемму с вагонеткой. Он ненавидел её всей душой, считая подобные даже мысленные эксперименты абсолютно бесчеловечными. Тест. Это просто тест. Не более. Куникида почти зажмурился, выбирая вариант ответа. Он чувствовал, что его руки начинают дрожать над клавиатурой. Ещё двенадцать вопросов. Спортсмен или две старушки? Три женщины, мальчик и вор или два полных мужчины, собака и врач? Мужчина или старушка?***
С тех пор, как директор вышел из кабинета, Осаму утроил бдительность, чтобы не пропустить момент, когда может понадобиться его помощь. Несмотря на то, что он постоянно доводил своего напарника до белого каления (а то и до обморока), Дазай уважал его и считал надёжным товарищем. В каком-то смысле, он видел в Куникиде тень присутствия Одасаку и боялся, что его идеалы либо однажды погубят его, как Оду, либо сведут с ума, как Лазурного Короля. Впрочем, зная характер своего напарника, Дазай больше склонялся к первому варианту... Странный звук прервал мрачные мысли бывшего мафиози. Дазай весь обратился в слух и приник ухом к двери. Этого он и боялся. Из кабинета доносились сдавленные вздохи или всхлипы, как будто кто-то отчаянно не хотел, чтобы кто-либо услышал их, но больше не мог их сдержать. Осаму решил, что пора вмешаться. Дазай тихо проскользнул в кабинет. Куникида сидел за столом, сгорбившись, будто пытаясь исчезнуть. Его плечи дрожали, вторя приглушённым всхипам, одна рука закрывала лицо, почти впиваясь ногтями в кожу, другая лежала у него на коленях, сжатая в кулак. Осаму щёлкнул выключателем, и комната погрузилась в полумрак, освещаемый лишь холодным светом экрана ноутбука. Он подошёл к напарнику и осторожно положил ладонь на его плечо. — Ты не виноват. Ты ведь и сам понимаешь это. — Сказал Дазай, пытаясь подобрать слова. Он был хорош в манипуляциях, в добыче информации и лжи, но в утешении? Это лучше получалось у Рампо или директора... Да у любого члена Агенства, чёрт возьми! Если подумать, Дазай был худшей кандидатурой для чьей-то моральной поддержки. Он мог привести в чувства пощёчиной, мог приказать не сдаваться, но всё это было бессмысленно сейчас. Однако, попытаться стоило. — Я был тем, кто сделал выбор... Дазай сел на соседний стул, поставил локти на столешницу и, подперев ладонями голову, сказал: — Это всего лишь тест, помнишь? Не стоит из-за него так убиваться. Никто ведь не погиб в реаль- — Детектив Тагучи, детектив Ёсимура, детектив Акияма, детектив Като и детектив Хаякава. — Резко перебил Куникида. — Больше десяти заложников. Рокузо. Сасаки. Едва не погибла Айя, и если бы не Йосано, этот ни в чём не повинный ребёнок тоже был бы... — Его голос надломился. — Не ты командовал операцией по поимке Лазурного Короля. — В голосе Дазая не было ни капли сомнения, ведь он знал, что иначе ему не убедить идеалиста. — Не ты активировал бомбу. Смерти детективов – не твоя вина. Многие люди ответственны за это, но не ты. — Но это я сообщил местонахождение террориста. Я и никто другой! — Это было твоей работой. И ты справился с ней отлично, сумев вычислить логово преступника. Не кори себя за чужие ошибки. Ты ведь даже присматривал за Рокузо... — И не уберёг его! — Куникиду захлестнула новая волна отчаяния. — Он тебе жизнь спас, между прочим. Это было его решение, ты никак не мог повлиять. — Не стоило... — Глухо сказал идеалист. Слёзы закончились, осталась лишь пустота. — Что, прости? — Услышав такое от своего напарника, Дазай сначала не поверил своим ушам. — Не стоило меня спасать. — Доппо наконец отнял руку от лица, которое в свете монитора казалось мертвенно бледным. — Ему было всего 14. Он мог прожить долгую жизнь, мог вырасти, найти стабильную работу, влюбиться, в конце концов... Но вместо этого я позволил ему умереть ради... Чего? — Куникида. — Дазай взял напарника за плечи и развернул лицом к себе. Он увидел в глазах напротив знакомое выражение: смесь боли, отвращения к себе и бездну. Такой же взгляд был у его отражения в зеркале. — Не смей, слышишь? Не смей даже думать о таком. Не подпускай к себе мысли о саморазрушении на пистолетный выстрел. Однажды появившись, такая идея застрянет у тебя в мозгу и будет затягивать всё глубже во мрак, тебе начнёт казаться, что всем будет лучше без тебя и что ты не заслуживаешь жить... Я знаю, о чём говорю. В кабинете на несколько минут повисла тишина. Она была липкой, как паутина, и тяжёлой, как стальной трос. Где-то за пределами этого тёмного кабинета работники Агенства трудились на благо общества. Но здесь, в холодном полумраке существовали лишь двое людей, по-своему сломанных, и равнодушный экран ноутбука. Наконец, Дазай произнёс: — И всё же, Айю ты спас. — Не я. Йосано. — Нет. Именно ты забрал у неё чемодан со взрывчаткой, нарушив свой идеальный график. Именно ты запомнил, куда и когда Йосано пойдёт за покупками и придумал, как подать ей знак. — На этом моменте Дазай решил, что пора попробовать своё фирменное оружие. — И, кажется, кое-кто чуть не обзавёлся девушкой, а, Куникида-кун?~ — Ах ты!... — Куникида чуть не задохнулся от возмущения. — Упырь!!! Только я его поблагодарить собрался, как он тут же начал паясничать! Как тебя вообще земля носит?! — Вот теперь я узнаю нашего Куникиду! — Хихикнул Дазай, уворачиваясь от подзатыльника. Теперь он видел в чужих глазах привычный блеск и решимость, что не могло не радовать.***
Когда Фукудзава зашёл в свой кабинет, перед его взором предстала следующая картина: Дазай, шутя и дразнясь, улепётывал от разъярённого Куникиды, который в темноте иногда налетал на предметы, пытаясь поймать своего невыносимого напарника – его очки задорно блестели на носу Осаму. Директор щёлкнул выключателем, застав своих сотрудников врасплох. Двое парней застыли, зажмурившись от яркого света, и, наконец, обратили внимание на вернувшегося Фукудзаву. Куникида тут же вытянулся по струнке и поклонился, извинившись за их поведение. Дазай же поймал на себе обеспокоенный взгляд директора, будто спрашивающий "С ним всё в порядке?", и, ухмыльнувшись, показал "класс" так, чтобы напарник не увидел. Мужчина едва заметно кивнул, улыбнувшись уголком губ, что означало "спасибо". — Дазай, ты можешь идти. — Сказал Фукудзава. — А ты, Куникида, задержись, пожалуйста. Осаму театрально поклонился, надел очки на голову Куникиды, как корону, и направился к выходу, махнув на прощание рукой, пока идеалист снова не начал возмущаться. Когда дверь за ним закрылась, директор жестом пригласил своего заместителя сесть, и сам подошёл к столу. Он чувствовал, что общение с Дазаем помогло, но тень по-прежнему лежит на сердце парня. Конечно, заметил Фукудзава и покрасневшие веки и мокрые ресницы Куникиды, пока тот ещё не успел скрыть это за очками. Наверняка Дазай именно этого и добивался, когда стащил их у напарника. — Куникида, выслушай, что я тебе скажу. — Мужчина глядел прямо в глаза своему сотруднику и строгим голосом придавал словам вес. — Ты справился. Я знаю, что это было нелегко для тебя, но ты преодолел себя и выполнил моё задание. Неважно, что произойдёт, но ты не дашь никому и ничему сломить твой дух. Никогда. Ты понял? — Да, господин директор. — Парень выглядел немного ошарашенным, но в словах Фукудзавы он не позволял себе сомневаться. — Хорошо. — Юкичи улыбнулся одними уголками губ, и голос его смягчился. — Я горжусь тобой. Фукудзава поднялся со своего места и попросил парня подойти к нему. Как только тот выполнил его просьбу, мужчина крепко, по-отечески обнял его. Куникида, не ожидавший такого, замер, будто окаменев, но спустя несколько секунд всё же позволил себе расслабиться и ответил на объятье. Доппо не признавался в этом даже самому себе, считая слабостью, не достойной Идеала, но ему не хватало объятий. Он всегда стремился быть сильным и ответственным, брал на себя бо́льшую часть бумажной работы, следил за благополучием сотрудников в офисе, регулярно навещал Катая и даже проверял Дазая дважды в день на всякий случай... И никогда не просил о помощи, если это касалось его самого. — Тебе не обязательно сражаться в одиночку. Командная работа и взаимовыручка – не слабость, а дополнительный ресурс, делающий наше Вооружённое детективное агенство непобедимым. Помни об этом. — Фукудзава немного отодвинул от себя Куникиду, держа за плечи, и посмотрел тому прямо в глаза. Доппо просто кивнул, но его взгляд говорил больше слов. В нём теперь снова были привычная решимость и воля к борьбе, упрямство и местами избыточная прямолинейность. Но в то же время там были забота, преданность и такое количество доброты, что порой удивляешься, как сердце этого человека ещё не лопнуло, подобно переполненному воздушному шару. — Я понял, господин директор. Сделаю всё, что в моих силах. Фукудзава мягко улыбнулся и ответил: — Я знаю, что ты меня не подведёшь. Вернись к остальным, будь их опорой, но не забывай время от времени позволять им поддерживать тебя в ответ. Ступай же.***
Когда Куникида вернулся в офис и подошёл к своему столу, то с удивлением обнаружил там стаканчик со своим любимым кофе и самодельную открытку, где каждый сотрудник ВДА нарисовал что-то от себя и поставил подпись. Мордочка тигра была от Ацуши, Кролик с цветочком в лапках – от Кёки, Кенджи изобразил очаровательную корову, которой Наоми добавила соломенную шляпку. Джуничиро нарисовал капибару (кажется, это из какого-то мема?), а всё та же Наоми заключила зверька в большое розовое сердечко. Картинка с трёхцветной кошкой – работа Харуно, а большой разноцветный леденец – очевидно, от Рампо. Ёсано нарисовала бутылку вина и пару бокалов, намекая, что скоро потащит бедного идеалиста с собой в бар, а Дазай... Что ж, на этот раз его выходка оказалась довольно безобидной: прямо в центре открытки красовался чиби-Куникида со строгим выражением лица, а под этим шедевром была надпись: "Куни-мама :'D". Не успел Доппо по привычке возмутиться, как заметил в уголке ещё один рисунок кошки: она была серая и очень пушистая, напоминавшая, скорее, тучку с глазами и треугольными ушками. Оказалось, что эта картинка была от Фукудзавы. Куникида не смог сдержать улыбку, разглядывая неожиданный подарок. И пусть он был сделан наспех, буквально за то время, пока Доппо был в кабинете директора, да и вряд ли кто-то из Агенства заканчивал художественную школу, но это было неважно. Значение имело лишь приятное тепло в груди от осознания, что тебя любят. Парень оценил этот жест безмолвной поддержки. Когда рабочий день наконец закончился, он забрал открытку домой и вставил в рамочку так, чтобы все рисунки были видны. С тех пор она висит у него на стене, радует глаз и помогает помнить, что он сражается не один.
