The other Hiro

В тюрьме дни шли своим чередом, и кое-что не менялось. Джуго, заключённый под номером 15, периодически сбегал из камеры. Это было его страстью и любимым занятием. Джуго — шестнадцатилетний парень, который отбывал наказание в тюрьме Нанба, известной своими суровыми условиями и строгим режимом. Его номер — 15, и он заключен в тринадцатой камере Тринадцатого корпуса. В этом исправительном учреждении Джуго не одинок: к нему недавно присоединился его отец Рокудо, который носил номер 610. Рокудо — известный беглец, который когда-то сбежал из Нанбы и долгое время скрывался от правосудия. Он был единственным, кому это удалось. Джуго был очень похож на отца. У них обоих были густые черные волосы, глаза разных оттенков с гетерохромией, чуть смуглая кожа. и похожие черты лица. Но Джуго отличался красными прядками волос у лица. Его номер 15 был набит у него на лице, а у Рокудо номер был на глазном яблоке. Отец же был повыше ростом и крепче телосложением. Теперь они оба оказались в одной камере, и их совместная жизнь была полна приключений и попыток сбежать. Чему не были рады их надзиратели: лысый громила Хаджиме, солдафон Ямато и красавчик Сейтаро. На этот раз Джуго сдержался, и за примерное поведение ему сегодня разрешили посетить зал игровых автоматов. К тому же он пойдет туда не один. — Отец, пойдем поиграем в том зале. Скоро за нами зайдет Сейтаро, — сказал Джуго, листая мангу на кровати. — Конечно поиграем. Ты даже не сбегал, лишь бы тебя туда пустили. Рокудо пошевелил бровями и хитро посмотрел на сына. Весь в него, такой же специалист по побегам, умеющий мастерски вскрывать замки и двери, решать головоломки. Но такой же профан в повседневной жизни, прочие дела давались ему не очень хорошо. 610-й интенсивно качал гантель, поддерживая себя в форме. Ему нравилось иметь красивые мышцы. Через некоторое время Сейтаро действительно пришел к ним, чтобы сопроводить до игрового зала. Это был просторный зал, оснащенный игровыми автоматами, компьютерами и устройствами. Несмотря на то что они были злостными беглецами, Джуго и Рокудо часто развлекались в тюремной игровой зоне. — Привет, Джуго, — поздоровался с ним Ци, заключённый китайского корпуса. Этот заключённый выглядел старше своих лет, хоть ему было двадцать пять лет. Его часто называли стариком. — И вам привет, — 15-й заметил с ним также Ляна и Упу. Ци смачно ударил кувалдой по столбику, и на табло высветился уровень силы «Супер сильный». Его приятели были немного кислыми: красавчик Лян с длинными черными волосами и маленький Упа, мастер Цигуна, ударили средненько по столбику. И их не признали силачами. Они ушли в сопровождении Самона. А этот зал пользовался популярностью и у Пятого китайского корпуса. Рокудо заметил Хани и Труа из Третьего корпуса, и спросил, во что они играют. — В симулятор свиданий с милыми девушками. Реальные тоже от меня без ума. Ведь я самый красивый заключённый в тюрьме. — Я тоже невероятно красив, — заявил француз. Надо признать, что они сказали правду. Хани был высоким красавцем с фиолетовыми волосами, которые превращались в стрелы когда он раздражён. У него были зелёные глаза, он был одет в форму, похожую на наряд официанта. Труа обладал мятно-желтыми волосами, он носил очки, он также был весьма привлекательным. Они вдвоем уткнулись в планшеты, где и были их игры. Их надзиратель Киджи притих: он красился перед зеркалом. Сейтаро играл в кристаллы, выстраивая из них ряды. В этот день они решили поиграть на специальной приставке, где им предстояло пройти игру о побеге. Они управляли джойстиком, подключенным к монитору. Это было забавно, но, как ни странно, им не удавалось добиться успеха в виртуальном мире, даже несмотря на то что в реальной жизни они были мастерами побегов. — Game over, — вздохнул Рокудо. — Похоже, нам не сбежать в этой игре, — поддакнул Джуго. На полу зала стояла танцевальная панель, и отец с сыном начали танцевать, пытаясь набрать максимальное количество очков. В итоге победу одержал Рокудо, что вызвало у Джуго смешанные чувства гордости и соперничества. Не собранный и апатичный Рокудо неожиданно неплохо танцевал. — Я сам не помню, как научился так танцевать. — А ты полон тайн и сюрпризов, папа. 610-й действительно страдал провалами в памяти. Он мог очнуться на какой-то свалке и не помнить как туда попал. Мог не помнить, что причинил кому-то вред. После танцев они переключились на другие игры, включая гонки, стрелялки и стратегии. Каждый раз они смеялись и обсуждали свои тактики, погружаясь в мир, где они могли быть свободными, даже если это всего лишь игра. Рокудо решил поиграть в один интересный автомат, он загонял шарик в лунку и получал очки. На эти очки он мог забрать фото заключённых из ящика. Рокудо выбрал фото Джуго, на которой его сын мило улыбался и держал на руках черного кота Куу. Этот кот жил в тюрьме, и кажется имел какое-то звание. — Какая милая фотка, — мужчина любовался фото, — вот бы мне фото Токи. Мать Джуго звали Тока. Джуго притих, он практически не помнил ее. Рокудо пусть и смутно, но помнил ее. — Я тоже получил фото! — воскликнул Джуго. Он почти взломал автомат, получив фото Рокудо в молодости, в возрасте нынешнего Джуго. Джуго был очень похож на молодого отца, правда у того не было красных прядей волос возле лица. С тех пор Рокудо возмужал. В конце концов, уставшие и довольные, они устроились в удобных креслах, и Джуго, уютно устроившись на коленях у отца, начал дремать. Этот момент был для них обоих важен — возможность просто быть вместе, забыв о тюремных стенах. Однако за ними тайком наблюдал директор тюрьмы Нанба — Хиро Кисараги. Он был клоном Маширо, известного как Человек со Шрамом, главой преступной группировки Шики. Причем Маширо и Хиро противостояли друг другу. Хиро испытывал ревность к Джуго, особенно к тому, как тот проводил время со своим отцом. Он недолюбливал 610-го, так как считал его своим соперником. По крайней мере за сердце матери Джуго — Токи. Хиро нравилась Тока, и когда ее не стало, Джуго напоминал ему о ней. Этот момент близости между ними вызывал у него чувство одиночества. Хиро также мечтал о том, чтобы провести время с Джуго, и он решил пригласить его в специальную комнату отдыха. Эта комната была оборудована домашним кинотеатром, караоке и даже спальней, что делало её идеальным местом для отдыха и развлечений. Хиро надеялся, что это позволит ему завоевать доверие Джуго и сблизиться с ним, чтобы он уделял внимание не только отцу. Хиро был влюблен в Джуго, он хотел сделать его своим. И никуда не отпускать. Хиро сделал заметку в своем дневнике о приглашении Джуго в комнату отдыха. И совместном отдыхе с ним. И запись о фото Токи. Ему понравилась идея 610-го получить фото красноволосой женщины. Вдруг кто-то подошёл к нему сзади и огрел директора по голове каким-то предметом. В глазах у Хиро потемнело и он провалился в небытие…

***

На следующий день после игр в зале автоматов, Джуго сидел на мягком диване в специальной комнате отдыха. Хиро пригласил его в тот же вечер. К слову, о Хиро: он был таким же милым и обходительным. Но что-то в нем было не так. Джуго сам не мог понять что. — Понимаешь, Джуго, мне тоже захотелось провести с тобой время. Вчера ты был в игровом зале с Рокудо, — сказал Хиро. — Я рад, что ты пригласил меня сюда, директор Хиро, — Джуго старался быть любезным. Он мог обращаться к Хиро на ты. 15-й почувствовал, что директор ревновал его к отцу. Хиро хотел внимания от Джуго, пригласив в оборудованную комнату отдыха. Это была не просто комната — настоящий рай для любого подростка: домашний кинотеатр с огромным экраном, караоке-система с обширной библиотекой песен, игровая приставка последней модели и даже уютная спальня с мягкой кроватью. Хиро даже назвал комнату «Обитель Джуго», чем смутил парня. Похоже, директор очень им дорожил. Хиро, казалось, из кожи вон лез, чтобы угодить своему гостю, предлагая ему чай с традиционными японскими сладостями: моти, зефиром и разноцветным печеньем. Он лично выбрал фильм для просмотра, и они вместе смотрели его на большом экране. Не забыл директор Кисараги и об уголке с караоке. Когда Джуго запел в микрофон, он аплодировал ему с большим энтузиазмом. Однако внимательный Джуго заметил нечто странное в поведении директора. В его манерах, жестах, даже в интонации голоса проскальзывала какая-то неестественность, словно он играл роль. Его глаза были холодными как лёд. Неуловимое чувство тревоги закралось в душу пятнадцатого. Когда Хиро, извинившись, вышел за новым музыкальным диском, оставив Джуго наслаждаться игрой на приставке, это чувство усилилось. Внезапно Джуго услышал шорох, доносящийся из шкафа. Любопытство, смешанное с тревогой, заставило его подойти ближе. Открыв замок, он остолбенел. Внутри, связанный по рукам и ногам, сидел… Хиро! Как такое возможно? — Директор Хиро?! Что происходит? Что ты тут делаешь? — крайне удивился Джуго. — Мой дорогой Джуго! Я так рад тебя видеть! Освободи меня скорее, пока самозванец под моим обличием не вернулся! Джуго посмотрел в глаза Хиро, и понял, что он настоящий. Его взгляд был полон тепла и искренней любви. Джуго быстро развязал директора. И задал ему логичный вопрос: — Если настоящий ты находился в шкафу, то кто тогда развлекал меня весь вечер? — Это был Человек со Шрамом, Маширо Мацуки. -? Джуго просто выпал в осадок. Этого просто не могло быть. Но оказалось возможным. Человек, выдающий себя за Хиро, был не кто иной, как Маширо Мацуки, известный также как Человек со Шрамом — глава могущественной преступной организации Шики и… дедушка Джуго. Оказалось, что Маширо, воспользовавшись экспериментальным препаратом омоложения, принял облик Хиро. Это стало возможным благодаря тому, что молодой директор тюрьмы был клоном Мацуки, созданным много лет назад. И, помолодев, Маширо автоматически стал выглядеть как Хиро. Проникнув в Нанбу под видом Хиро, Маширо похитил важные документы и, желая потешить свое самолюбие, решил поиграть в директора, попутно проведя время со своим внуком. В его поступках, несмотря на всю их преступную сущность, проглядывала странная, извращенная форма привязанности к Джуго. Джуго, освободив настоящего Хиро, почувствовал, как холодок пробежал по его спине. Мысль о том, что все это время рядом с ним был Маширо, выдающий себя за Хиро, вызывала тошноту. Он вспомнил фальшивую заботу, чай с моти, притворное восхищение его пением. Все это было частью коварного плана. «Зачем?» — прошептал Джуго, глядя на бледного, изможденного Хиро. Хиро, отдышавшись, схватил рацию: — Самозванец направляется к блоку А, комната 151. Он вооружен и опасен, возможно, при нём украденные данные. Действуйте осторожно! Код тревоги: Шики. — Вас понял. Немедленно приступаю к поиску членов Шики. Мне помогут Ямато, Кенширо и Самон, — донёсся до Джуго голос Хаджиме, — Другие надзиратели найдут вас с Джуго и будут охранять. По тюрьме был объявлен код тревоги. Это значит, что сюда проникли члены Шики. Надзирателям было приказано поймать Маширо. Камеры наблюдения зафиксировали Мацуки, возвращающегося в комнату отдыха. С ним были его верные сообщники: бессмертный доктор Исоу, обладатель опасных вирусов — Шестой, и Эльф — хищный блондин со способностью контролировать разум человека. Понимая, что времени осталось мало, Джуго и Хиро бросились бежать. Джуго, с его необычайной способностью открывать любые замки, и Хиро, знающий все тайные ходы тюрьмы, мчались по лабиринту подземных коридоров. Адреналин бурлил в крови. Азарт погони смешивался со страхом. Они знали, что Маширо не отступит. Он будет преследовать их с маниакальным упорством. Вопрос был лишь в том, сколько времени им удастся продержаться. Подземные коридоры Нанбы, освещенные тусклыми лампами, казались бесконечными. Каждый поворот, каждый темный закуток таил в себе опасность. Охранников не было видно, кажется Маширо отослал их подальше из этого блока. За спиной слышались приближающиеся шаги преследователей. Сердца Джуго и Хиро колотились в унисон, смешивая страх с возбуждением от опасного преследования. Крики Эльфа, пронзительные и полные угроз, доносились из-за поворота. Они укрылись в огромном складе декораций для ежегодных тюремных фестивалей, успев запереть тяжелую стальную дверь. Внутри царил полумрак, нагромождение красочных, но обветшалых декораций создавало причудливый лабиринт. Они решили переждать здесь некоторое время. Среди этого хаоса они обнаружили заброшенную карусель с деревянными лошадками. В этот момент страх отступил, уступив место неожиданному уединению. — Давай покатаемся, Хиро. — Конечно. Хиро, обычно сдержанный и строгий, расслабился, позволяя эмоциям взять верх. Он посадил Джуго перед собой на одну из лошадок, обнимая его за талию. Романтическая атмосфера, созданная гирляндами и искусственными цветами, подействовала на него расслабляюще. Джуго ощутил поцелуи, сначала в шею, затем в губы. Время остановилось, оставив их наедине в этом неожиданном убежище. - Ты должен быть только моим, Джуго, - прошептал Хиро на ухо Джуго. - А ты многого хочешь, Хиро, - подметил Джуго. Джуго любил свободу, и не любил, когда его ограничивали. Пусть это был директор Хиро, который ему нравился. Он чувствовал в нем родственную душу. О том, что они возможно дальние родственники, Джуго старался не думать. Завести роман с клоном его дедушки? Запросто. Джуго попросил Хиро не быть таким собственником, и тот неохотно согласился. Может, скоро передумает, когда построит в Нанбе для Джуго золотую клетку. Потом Джуго играл с Хиро, убегая от него. Тот охотно его догонял, и зажимал в темных местах. Он неистово ласкал любимого Джуго, тот отвечал на его ухаживания. 15-й выглядел довольным. В процессе игры Хиро несколько раз упал, набив себе несколько шишек и ссадин. Настолько он был увлечен. Про себя Хиро думал, что Джуго все равно будет принадлежать ему. Хиро очень нравился Джуго. Он был таким милым, и напоминал о дорогой Токе. Он даже думал, что юноша похож на него внешне, хоть он и был похож на отца. В этом что-то было, учитывая их родство. Он любил наблюдать за Джуго тайком. А прикасаться к нему и тискать любил ещё больше. Тем временем, Маширо и его команда приблизились к складу, они не знали, что 15-й и Хиро укрылись именно там. Так как рядом было ещё несколько дверей, к тому же на открытие кодового замка уходило время. Их дальнейшее продвижение было остановлено. Группа надзирателей во главе с раздраженным Хаджиме, признанным сильнейшим бойцом Нанбы, вместе с Ямато, Самоном и Кенширо, атаковали захватчиков. Схватка была короткой и напряженной. Однако, Шестой, используя свой хитроумный газ, правда без вирусов, сделал так, что члены Шики исчезли в дыму, оставив после себя лишь ощущение тревоги. В этой ситуации Джуго и Хиро повезло, так как преследователей сбили с толку другие двери. Но угроза не миновала. Маширо, не смирившись с неудачей, сосредоточил свое внимание на Рокудо, заключенном под номером 610, отце Джуго, обладателе невероятной способности создавать «ответчиков» — людей с уникальными сверхъестественными навыками — простым прикосновением. Маширо был очарован этой силой. Покидая Нанбу, Маширо встретил Рокудо, который возвращался с ужина из столовой. Он шел одним из последних в сопровождении Сейтаро. Рядом шли Лян и Упа, зашедшие в гости, и их надзиратели Рокурики, Кокорики и Йоурики Дайсены. Их группа наткнулась на убегающих Маширо со спутниками. При желании Шики могли бы прибить всех заключённых и надзирателей. Но Маширо решил действовать деликатно. Группа с Хаджиме была поблизости. А за Шики шли роботы, созданные Томато из первого корпуса. Он попытался убедить Рокудо отправиться на экскурсию в Шики, показав ему фотографию Токи, его дочери и матери Джуго. — Если пойдешь с нами, я дам тебе фото Токи, — искушал Маширо. — Я откажусь. Воспоминание о Токе, пронзило сердце Рокудо, но он не мог покинуть Нанбу. Он не мог оставить Джуго. Уникальная связь отца и сына, их общая любовь к Токо, стали непобедимым щитом против манипуляций Шики. Даже Эльф, известный своим умением подчинять волю людей, потерпел поражение. В данный момент Рокудо не был ранен, и через рану Эльф не мог проникнуть в разум. Тем не менее Человек со Шрамом все же дал фото Токи Рокудо. Даже несколько. Он вздохнул: — Я видел вас с Джуго в игровом зале. Ты очень хотел получить ее фото, поэтому возьми их. Это для вас с Джуго. Напоследок мужчина приглашал 610-го в Шики в любое время. Шики скрылись за поворотом, оставив Рокудо в изумлении. Маширо успешно покинул Нанбу на подводной лодке, прихватив похищенные данные о тюрьме. И кое-что ещё — медицинские карты 610-го и 15-го. Значит, он собирал данные на них. Рокудо благополучно добрался до камеры. И стал ждать Джуго. Он волновался за него, так как ему сообщили, что Маширо преследовал его и директора Хиро. Накатавшись на карусели и вдоволь наобнимавшись, Джуго и Хиро покинули склад, так как Хаджиме сообщил, что Шики покинули Нанбу. — Что, ты пел для него?! — возмутился Хиро. Ведь милый Джуго должен петь для него, а не для Человека со Шрамом. — Не сердись, Хиро, я спою тебе в следующий раз, когда приду в «Обитель Джуго». На прощание Хиро поцеловал Джуго, заставив его покраснеть. Джуго вернулся в свой корпус. После долгого дня, проведенного в бегстве от членов Шики, Джуго вернулся в камеру, где его ждал отец. Рокудо сидел на койке, держа в руках старую фотографию. Это была фотография Токи, матери Джуго, красивой женщины с красными волосами, которую юноша не помнил. — Вот она — Тока, твоя мама, — сказал Рокудо, протягивая фотографию сыну. Джуго взял фотографию и смотрел на нее с восхищением. Он не мог оторваться, впитывая каждую деталь лица женщины на фото. Он заметил, что не похож на нее, но похож на отца. — Она красивая. Он чувствовал радость от того, что узнал о своей матери, и тоску, что не смог познакомиться с ней лично. Рокудо рассказал немногое, что знал о ней. Из-за провалов в памяти, он почти не помнил ее, и жизнь в прошлом. Джуго чувствовал, что так близок к ней, хотя они никогда не виделись. В этот вечер в камере было что-то особенное — они провели время вместе, обсуждая Току. Они вспоминали ее и любовались ее фото. Они почувствовали, что стали ближе друг к другу, разделяя свои переживания. Рокудо и Джуго были проблемными заключёнными, любящими сбегать по любому поводу. Впереди их ждали тюремные будни. А пока их устраивала жизнь в Нанбе. До их возможного побега отсюда.