Перерождение: история лисицы

Из-за плачевного состояния ребят наш путь по пустыне затянулся на несколько лишних, выматывающих дней. Лагерь погрузился в гнетущую тишину: шаманы зализывали раны - и телесные, и душевные. Над каждым витал призрак недавней бойни, из которой нам всем разве что чудом удалось выбраться живыми. Разница в силах с противником оказалась ошеломляющей, почти непостижимой - и это осознание тяжёлым грузом легло на плечи каждого. А ещё, ожидаемо, поднялась волна злости в сторону главного злодея и зачинщика - Хао. Аня, несмотря на все мои попытки её переубедить, окончательно убедилась, что пророчество бабушки Нюты - о том, что «хищник поглотит меня» - говорит об Асакуре. Она видела в оммёдзи не просто угрозу, а роковую тень над своей подругой. Душа девушки горела ярким, неугасающим гневом. Рю, как всегда, думал о Йо. Мужчине не пришлось по душе, что огненный шаман по какой-то причине выделял его господина. Хоро-хоро так и не простил Хао взбучку, которая произошла во время их первой встречи. Лайсерг… думаю, тут и объяснять не надо. Так и получилось, что только Йо, Рен и я оставались единственными, кто не жаждал свести с Хао личные счёты. По крайней мере, пока. - Он будто… видел все мои атаки наперёд, - задумчиво произнёс Рен однажды вечером, когда мы сидели у костра после ужина. Рана на его груди была перебинтована, в руках - гуань дао, которое он медленно и методично затачивал. Все перевели взгляды на китайца. Несмотря на то, что мысли каждого уже несколько дней вращались вокруг неудачного боя, Рен был первым, кто решился озвучить их. - Я тоже заметил, - кивнул Йо, расслабленно сидевший возле меня. Он отхлебнул чая, прежде чем продолжить. - Видимо, в этом и есть причина такой пропасти между нами и им. - Вы думаете, это какая-то техника? - нахмурился Рю. Хоро-хоро хмыкнул, горько усмехнувшись. - Этот Хао живёт не первую жизнь. Мы понятия не имеем чему он их может научить. “О, вот только я имею некоторое понятие”, - подумала я, не отрываясь от очередного эксперимента с камнем. Сегодня мне наконец удалось влить в него каплю фурьёку для хранения - крохотный, но всё же шаг вперёд. Возвращаясь к теме, речь шла о том, что Асакура называл "шаманским оракулом" - технике, позволявшей читать потоки фурьёку, видеть их источник и предугадывать действия противника. Ещё во время "догонялок" я заметила, что оммёдзи будто предугадывает каждый мой шаг. Любая моя атака была тщетна, любой манёвр - бесполезен. Асакура всё это время щеголял своей полуулыбкой, справедливо полагая, что рано или поздно у меня не останется другого выбора, кроме как обратиться к нему за помощью. Я же хмуро пообещала себе, что скорее станцую чечётку на могиле шамана, нежели порадую его своей капитуляцией. Я наблюдала за ним, училась, старалась разгадать, как работает этот "оракул". И спустя, стыдно признаться, сколько бессонных часов, мне понемногу стало удаваться. Я вынырнула из воспоминаний, когда почувствовала на себе внимательный взгляд Йо. Я вопросительно посмотрела на него, но он лишь чуть качнул головой, дескать "ничего". - Можно ведь просто спросить у Хао, - с той самой своей безмятежной улыбкой сказал он, бросив фразу в воздух. - Нет, - отрезали одновременно Аня, Хоро-хоро и Лайсерг. Ожидаемо. Когда чай был допит, а угли костра начали угасать, Рен встал и погнал всех спать. Завтра утром мы должны были выйти к деревне. А дальше - путь к каньону. Утро выдалось ранним и обволакивающе жарким. Жёлтое солнце уже разливало своё беспощадное сияние по барханам, просачиваясь сквозь тонкую ткань палатки. Я медленно села, сонно потирая глаза. Аня спала глубоко и спокойно, я осторожно сбросила с себя лёгкое одеяло, стараясь не потревожить её. Сегодня наша с Йо очередь готовить завтрак. Собрав волосы в высокий хвост и переодевшись в лёгкую одежду, я присела у подушки и мягко коснулась Лиса. Обычно он спал чутко, реагируя даже на лёгкий ветерок - но сейчас остался неподвижен, свернувшись белым пушистым клубком на подушке. Я нахмурилась и чуть встряхнула его. Никакой реакции. - Лис! - тревожно прошептала я, разворачивая белого кота к себе. Наконец, пушистое ухо дёрнулось, красные глаза медленно распахнулись. Волна облегчения прошлась по мне, а сердце, которое, казалось, на мгновение остановилось, вновь забилось. - Ты… хорошо себя чувствуешь? Лис посмотрел прямо на меня, взгляд его был тяжёлым, как будто он всё ещё не до конца вернулся в реальность. Его длинный хвост лениво скользнул по одеялу. - Да, - наконец произнёс он. - Просто... немного устал. - Не похоже на тебя, - не отступала я, чувствуя, как в груди всё ещё дрожит недоверчивая тревога. Лис хмыкнул, ловко выскользнул из моих рук и, как всегда, с горделивой, кошачьей грацией направился к выходу. - Даже ёкаи могут не любить пустыню, - бросил он через плечо - тем самым тоном, который использовал, когда давал понять, что тема закрыта. К обеду мы добрались до деревни - небольшой, пыльной, с редкими постройками, будто выцветшими от солнца и времени. Гостиницы здесь, разумеется, не оказалось, зато нашлись общественные душевые, пиццерия с яркой вывеской и даже скромная прачечная, чьи двери гудели от старенького вентилятора. План был простой: до наступления темноты добраться до каньона, а значит, времени у нас оставалось всего несколько часов - перекусить, обновить запасы и привести себя в порядок. Под неусыпным контролем Рена всё шло с почти военной чёткостью. Не прошло и часа, как мы уже сидели в пиццерии - чистые, бодрые и пахнущие мылом и свежей тканью. Горячий воздух был наполнен ароматом расплавленного сыра, приправ и теста, а наше оживлённое болтовней присутствие заполнило собой обычно пустующий зал. Наевшись фастфуда и добив последние кусочки десерта, мы оставили щедрые чаевые и отправились в путь. Каньон предстал перед нами внезапно, как нечто из другого мира - величественный, молчаливый и бесконечный. Я невольно замерла на его пороге. Каменные стены поднимались вверх с пугающей прямотой, будто созданные, чтобы испытывать тех, кто осмелится войти. Годы, проведённые в горах, научили меня уважать природную силу - и не бросать ей понапрасну вызов. Увы, на этот раз выбора у нас не было. Рядом остановился Хоро-хоро. Его взгляд был устремлён в глубину ущелья - схожие мысли пронеслись и в его голове. - Эй! Вы идёте? - окликнул нас Рю, уже ушедший с остальными вперёд. Мы с северянином переглянулись - поспешили нагнать группу. Узкий проход, высокие стены каньона уходящие далеко вверх... Рен был прав: если пойдёт дождь, придётся не сладко. Будем надеяться, что небо останется милостивым. С другой же стороны, каньон встречал нас прохладной тенью и неожиданной растительностью - скудной, цепкой, но живой. Стены сужались, проход петлял, но здесь, по крайней мере, можно было дышать. После палящего солнца пустыни, эта небольшая тропа между скал казалась почти благословением. День клонился к закату, когда мы вышли к развилке. Перед нами лежало три пути и, конечно же, ни намёка на указатель. - И куда дальше? - раздражённо пробурчал Хоро-хоро, разглядывая три одинаково сомнительных направления. - Налево, - ответила я. - Почему налево? - нахмурился Рен, а Йо бросил на меня внимательный, изучающий взгляд. «Потому что Хао так сказал», — промелькнуло у меня в голове. Но вслух я лишь пожала плечами: - Предчувствие. Аня пошла за мной без вопросов. Остальные переглянулись. Рю вопросительно взглянул на Лайсерга, но тот только покачал головой - его способности лозоходца в этом каньоне, по-видимому, были бесполезны. Спустя пару вздохов и взвешенных пауз, ребята всё же двинулись следом - Йо первым, как всегда с лёгкой, почти рассеянной улыбкой на губах. Проход с каждым шагом менялся: то расширялся, впуская небо и ветер, то сужался до узкой расщелины, через которую мы шли гуськом. Я подняла взгляд вверх - солнце уже касалось вершин скал. Надо бы подыскать место для ночлега… И словно в ответ на мысль, за очередным поворотом мы вышли к двум старым, но крепким хижинам, притаившимся у стены каньона. - ДомА! - радостно воскликнул Хоро-хоро, будто увидел мираж. Окна были тёмными, и никаких следов фурьёку поблизости я не ощущала. - Похоже, их оставили жители ближайшей деревни, - осторожно предположил Рен, заглядывая внутрь. - Пусто. Остановимся? Я кивнула. Мы вошли в одну из хижин: простая постройка с крохотной кухней, стареньким туалетом, бутылями воды и пустой комнатой, где когда-то стояли лежанки. Сейчас здесь были только доски и пыль. Но больше нам и не нужно. Поужинав в тишине, мы расстелили спальники. Деревянный пол под спиной после долгих ночей на камнях и корягах казался почти роскошью. Я едва коснулась головой подушки - и провалилась в глубокий, спокойный сон, в котором не было ни пыльной дороги, ни каньона, ни Хао. Только тишина. На следующее утро мы с Аней шли рядом, шаг за шагом углубляясь в каменное сердце каньона. Солнце, ещё не достигшее зенита, мягко освещало путь, а ветер шептал что-то на своём языке, унося пыль и жару за горизонт. Я сверялась с картой, прикидывая пройденное расстояние, и мысленно отметила: мы продвинулись весьма неплохо. После пустыни передвижение по ущелью казалось почти удовольствием. - Порядок? - спросила Аня. Её рыжие волосы были стянуты в тугую косу, а широкие рукава белой рубашки красиво оттеняли загорелую кожу. - Ага, - кивнула я. - Пока не выбиваемся из расписания. Надеюсь, никаких сюрпризов больше не будет. Девушка согласно хмыкнула и бросила взгляд на небо, где не было ни одного облачка. - Как только доберёмся до деревни, напьюсь, - мечтательно протянула она. Я перевела на неё весёлый взгляд. - Примешь в компанию? - заговорщицки поинтересовалась я. Её губы растянулись в хищной, акульей улыбке, в глазах заплясали озорные искры. - Ещё бы. Но никаких парней. - По рукам. Рядом шёл Лис, мягкой и почти неслышной походкой. Он бросил на меня выразительный, укоризненный взгляд. - Кроме тебя, Лис, - тут же добавила Аня, с нарочитой нежностью. - Тебя я слишком люблю. “К нам кто-то приближается”, - услышала я мысли Лиса, как раз когда мы с Реном обсуждали, где разбить привал. Ну замечательно. Не успело пройти и несколько дней, как снова здравствуйте. - Мы не одни, - негромко сказала я, и Рен тут же насторожился, взглядом сканируя скалы. На этот раз всё было куда спокойнее: никаких внезапных атак, никакого театра. Просто трое девушек, безмолвно ждавшие нас на выступе. Увидев, что мы заметили их, они легко спрыгнули вниз, словно это была ступенька, а не пятиметровый обрыв. - Опять приспешники Хао? - злобно прошипел Лайсерг, извлекая кулон. - Лайсерг, - неожиданно серьёзным голосом одёрнул его Йо. - Они нам пока ничего не сделали. Канна, самая старшая из троицы, медленно выпустила струю табачного дыма, лениво обводя нас взглядом. - “Пока”, - многозначительно повторила она. Должна признать, девушка выглядела крайне эффектно: длинные распущенные волосы, короткие шорты и маленький топ, выгодно подчёркивающий фигуру шаманки. На мой взгляд, не самый подходящий образ для пустыни, но на мгновение невольно залюбуешься. Марион, младшая из женской команды, находилась будто немного в своём мире: девочка, задумавшись, уставилась на стену, не обращая на нас никакого внимания. - Нас послал Хао-сама, - с радостной торжественностью заявила Матильда, доставая куклу-тыкву. - Дальше вы не пройдёте. Её самодовольная улыбка, дерзкий взгляд и поигрывание метлой наводили на мысль, что до Хэллоуина она готова в любое время года. Марион тем временем, как по щелчку, "включилась" и призвала своего Чака, неотрывно уставившись на синие волосы Хоро-хоро. - Девушки, мы не собираемся драться с вами, - убеждённо сказал Рю, после чего едва успел отклониться от внезапно бросившейся на него тыквы. - Как будто тебя кто-то спрашивает, - с весельем в голосе отозвалась Матильда. Что ж, плохая новость в том, что это очередная задержка. Хорошая - каждая из них была слабее китайца Хана, так что, вероятно, в этот раз обойдётся без серьёзный членовреждений. Хотя вот Канна… Канна - вопрос сложный. - Рин? - Йо умоляюще посмотрел на меня, на губах парня - мягкая улыбка. Ах хитрец какой. Знает, что я прикинула уровень фурьёку каждой, и ждёт совета, чтобы поскорее и без лишних проблем разобраться с этой ситуацией. Ну стратег. Что ж, если это поможет избежать лишней крови - почему бы и нет. - Рю - против самой младшей. Лайсерг - берёт на себя девушку с тыквой… - Меня вообще-то Матильда зовут, - возмутилась шаманка. - …ты и Рен - против старшей. - А я? - воскликнул Хоро-хоро. Я глубоко вздохнула, чтобы не заехать ему по затылку. - А ты всего несколько дней назад валялся с переломом ноги. А Аня, - добавила я прежде чем девушка открыла рот, - с переломом руки. Я вас подлатала, да, но кости всё ещё уязвимы. Не думаю, что кто-то из вас хочет проверить их на прочность снова. - Тогда что насчёт тебя? - прищурился северянин. - А я драться не люблю, - пожала я плечами и тут же отпрыгнула в сторону, когда Чак открыл огонь. Ну и нетерпеливые у нас оппоненты. - Рю! - рыкнул Рен. Рю мгновенно рванул вперёд, перехватывая Марион и её стрелка. На мужчину в очередной раз бросилась тыква, но кулон Лайсерга вовремя отразил атаку. - Твой противник я, - неожиданно глухо проговорил он, глядя на Матильду. - Лайсерг... - Йо взглянул на него предостерегающе. Но договорить не успел - за спиной Канны вдруг начали материализовываться доспехи. Его глаза расширились. - Рен! Это рыцарь! - Вижу, - отозвался китаец и, не моргнув, вытащил гуань дао. - Так и будешь пялиться или возьмёмся за дело? - Ах, да, - спохватился Йо, после чего добавил с улыбкой, - рыцарь против самурая, надо же. Полчаса — без попкорна и напитков, но зато с полным набором зрелищ: мы с Аней и Хоро-хоро, удобно устроившись в тени, наблюдали, как Рю и Лайсерг доводят свои поединки до логического (и эффектного) завершения. Младшие участницы будущей "Хана-гумми" всё ещё неловко обращались с "шаманским оракулом" - и это, как ни крути, стало их слабым звеном. Умэмия и Дител, пусть и не владели этой техникой вовсе, зато вывезли на другом - опытом, настойчивостью, натиском. Каждый из них потерял немало фурьёку, однако результат был очевиден. Когда бой закончился, ребята подошли к нам и также устроились в спасительной тени, устало наблюдая за главным действом - боем Рена и Йо против Канны. Асакура и Тао работали как единый механизм - быстро, точно, молчаливо, - однако и их противница держалась не хуже: её рыцарь, словно бешеный пес, носился по полю боя, отсекая любые попытки приблизиться к хозяйке. Он то атаковал, то защищал, не позволяя ни секунды передышки. Прошло ещё полчаса, и я заметила, как Матильда и Марион, наконец, приходят в себя. Словно куклы после падения, они медленно, шатко поднялись с земли и отошли в тень подальше от нас - перевести дух, зализать раны, собраться. Время пролетело незаметно. Минут двадцать спустя, что-то заставило меня насторожиться. Я заметила движение - тонкое, почти невидимое - и чуть прищурилась. Матильда, всё ещё ослабленная после мощного удара Лайсерга, вдруг вновь активировала сверхдушу своей тыквенной куклы. Она намеревалась атаковать Рена со спины - бесшумно, внезапно. Подло. Даже по моим меркам. Я уже открыла рот, чтобы предупредить, но не успела произнести ни слова: на девочку обрушилась массивная, чёрная, рычащая тень. Михаил. Его тяжёлая лапа вжала Матильду в землю с такой силой, что воздух вырвался из её лёгких криком - коротким, пронзительным, быстро поглощённым гулом каньона. - Отпусти её! - закричала Канна, резким движением прерывая бой. - Чтобы она, как и планировала, вонзила нож в спину? - спокойно произнесла Аня, неспешно поднимаясь на ноги и делая несколько шагов вперёд. Все взгляды устремились к шаманке, даже я от удивления на миг уронила челюсть. - Так у вас принято среди приспешников Хао? - Стерва, - процедила Канна, вынимая сигарету изо рта. - Не смей оскорблять Хао-саму своим грязным языком. Аня чуть приподняла бровь - почти с насмешкой. Михаил, не дожидаясь команды, усилил нажим, и изо рта Матильды хлынула алая струйка крови. - Забирай своих подружек и проваливай. Или мой дух закончит начатое. Марион метнула встревоженный взгляд на старшую. Канна сжала челюсть, морщась - в её глазах кипела ярость, но здравый смысл медленно брал верх. - Ка...на..., - слабо прохрипела Матильда. Этого оказалось достаточно. - Ладно, - выплюнула Канна. - Твоя подружка страшная, - шепнул Йо, пока я аккуратно залечивала свежую царапину у него на руке. Я гордо улыбнулась, бросив взгляд на Аню - она, вместе с Реном, рылась в рюкзаке в поисках чая. После ухода «Хана-гумми» мы решили задержаться здесь ненадолго - дать телам отдохнуть, фурьёку восстановиться, а нервам немного выдохнуть. - Напоминает Анну, - пробормотал Йо и тут же едва заметно вздрогнул, словно само имя вызывало в нём эхо страшных воспоминаний. Я не удержалась от усмешки, накладывая повязку на его ладонь. Ну ничего, как говорится - до свадьбы заживёт. - И кто же тебе там меня напоминает? - раздался женский голос. Я вздрогнула, не ожидая присутствия незнакомцев. Лис, вольготно развалившийся рядом, даже ухом не повёл. Прекрасно. Страж и защитник. Йо вскочил как ошпаренный. Под многообещающим, острым как нож взглядом собственной невесты, он ловко выдернул руку из-под моих пальцев, будто бы в этом жесте ещё можно было что-то исправить. - Анна! - воскликнул шаман немного дрожащим голосом, быстро направляясь на встречу к шаманке. Все остальные, почуяв перемену, разом обернулись. Две девушки и Манта стояли чуть поодаль - словно выросли из самого воздуха. И вдруг меня осенило. Анна здесь, а значит… Их встреча с Хао уже состоялась. Не обращая никакого внимания на девушек, с которыми разговаривал Йо, я метнулась к Манте, стоявшему чуть в стороне, и, прищурившись, одарила его самой милой, самой доброжелательной улыбкой, на какую только была способна. Парень едва не отшатнулся, уставившись на меня со смесью настороженности и подозрения. - Привет, как добрались? Он не успел даже раскрыть рот. Я уже была внутри. Его мысли, как страницы открытой книги, распахнулись передо мной. Вспышки. Образы. События последних дней. Я сосредоточилась, погружаясь в чужую память, будто в ледяную воду, не теряя ни крупицы - ни жеста, ни слова, ни взгляда.