Часть 1
21 декабря 2024 г., 17:09
На игре красный нормально так привлекает его внимание. В душе он немного тянет время, пока все не рассосутся, и кабедонит его в углу.
— Одна тут отдыхаешь?
— Чё?
Он смотрит в непонятках, даже отшатывается, а потом до него доходит. Бакуго сглатывает, уколовшись о его прищур.
— Я так-то парень.
— Да я вижу.
— Ну так и не доебывайся.
— Ну так ты ж хотел, чтоб я тебя заметил.
По лицу его видно, что не такого внимания он хотел, но никто его не спрашивает. Бакуго выключает воду и на первый раз отпускает его с миром.
***
Его зовут Киришима. Он немного младше и вне игры привлекает только что физухой, но на поле сам Бакуго напоролся рогами на его железобетонную защиту. А Бакуго не из тех, кто не видит, пока не воткнется. На трене перед вторыми отборочными он сверлит крашеную башню его взглядом и заполняет пространство собой. От силы его удара ворота почти падают. Он не слушает, что там верещит Дэку, и следом пробивает ещё один гол. Киришима тоже смотрит на него без отрыва. Рейтинг у него ниже, но он почему-то бесит неимоверно. Бакуго заколачивает хет-трик и оглядывается на него как раз вовремя, чтоб опять резануло красным. После трени ловит его за хвост. — Ты определись, слился или пялишься. — Сам ты пялишься. Он перехватывает руку Бакуго на своём загривке так, чтоб только усилить захват, и визуально удивляется, когда Бакуго отпускает. Бакуго делает вид, что уходит, и типа не замечает, как он цокает языком вслед.***
— Как к тебе в команду попасть? — А никак. Иди нахуй. — Да что я сделал? — Родился. Киришима начинает преследовать его и всерьёз нарывается на пиздюли. В столовке ещё полно народу, поэтому он не может спустить на него лайку, а то за дисциплину здесь ебут. Киришима все равно подсаживается ближе. Бакуго невольно засматривается. — Дай второй шанс. — Он интимно понижает голос, как будто знает, куда бить. Бакуго строит протокольную рожу, однако ж сдается, потому что сам так хочет. Киришима под столом жмется к нему бедром, и он нечаянно ломает палочки в кулаке. Не стоило тогда отпускать его из душа по добру. — Не доебывайся. — А то что? — После отбоя увидишь. Киришима победно ухмыляется. Бакуго предвкушает.***
На поле после отбоя он мстит Киришиме за все. Времени уже за полночь, и где он носится как гончий без устали, Киришима начинает подсдыхать. Бакуго вырывает у него из рук бутылку с водой. — Эй! — Вставай. Он послушно встает с покрытия и идёт за ним, как зомби. Бакуго раз за разом обводит мяч мимо него и ума не может приложить, как эта махина за ним поспевает. Скорость у него ничего, защита соло вообще непрошибаемая. И все равно против Бакуго он мешок. Хорошо хоть понимает. Бакуго за полчаса разносит его всухую и оставляет обтекать. Воду даёт свою. Он глотает жадно и даже горлышко не обтирает. — Ты как вообще сюда попал? — Через постель. Бакуго обдает жаром по уши. Он садится рядом на покрытие. Киришима высасывает бутылку наполовину и протягивает ему обратно. Ясное дело, Бакуго не берёт. — Я пошутил про постель вообще-то. — Да по тебе видно. После перекура он еле как поднимается и просит ещё раз распасовку, но Бакуго гонит его спать. Киришима увязывается за ним в душ.***
— Надо сегодня тоже потренить. — Неинтересно. — Было б неинтересно, ты б со мной не возился. — Я от жалости. Грубость почему-то его не прошибает. Как и прямой удар мячом с пяти метров. У него самого дистанция и точность вполне ничего, но, например, с дриблингом ещё работать и работать. Бакуго взял бы его к себе чисто в качестве живой стены при воротах, но лучше не надо. Он хорош собой и отвлекает. Бакуго сам себя ловит на расфокусе, стоит приблизиться к нему вплотную. — Руками нельзя. — Ну блять, запрети мне. Бакуго вновь легонько толкает его в грудь, чтоб увести мяч у него из-под ног, но происходит немыслимое. Киришима тянет его к себе вплотную, проскальзывает мимо и с мячом уебывает к воротам. Бакуго едва успевает очнуться и сбить его с ног на подлёте. Гол ему так и не удаётся, зато пощекотать Бакуго нервы — еще как. А они и так ни к черту. От досады Бакуго гоняет его по полю ещё полчаса и вместе с ним падает на покрытие. Опять за полночь, и опять они одни. И в голову опять лезут не те мысли. — Хуй тебе, а не в команду, — говорит Бакуго, отдышавшись. Киришима приподнимается на локте. Пытается придумать, что ответить, но мудро решает промолчать. Вместо этого наклоняется к нему бесконечные три секунды и длинным мазком облизывает его губы.***
Бакуго впервые в жизни сталкивается с такой дилеммой. Киришима влечёт его будь здоров, хотя вообще не должен был задержаться в поле зрения. Химия сработала только на игре, а на футоне в его комнате химия совсем другая, и Бакуго боится, что больше не сможет с ним играть. И так уже плохо получается. Мысли лишь о том, как загнать ему кое-что другое. Киришима явно читает их по его лицу. — У меня еще ни с кем не было, — честно признаётся он. Бакуго разумно сдерживается и выпинывает его из-под одеяла. — И не будет. Пиздуй к себе вообще. — Нет. Препираться чревато тем, что проснется ебучий Тодороки. Поэтому Бакуго нехотя соглашается лишь пустить его обратно погреться после душа. Мокрые красные волосы его падают ему на лицо, и он пахнет зубной пастой и пиздит, что замерз. И целоваться чревато вообще всем. Но Бакуго почему-то опять выбирает неправильно. Мягко кладёт руку ему на шею, хотя видно, что он ожидал грубости. Киришима отвечает ему с невиданным для девственника пылом. Каким-то чудом их возня на футоне никого не будит. Зато в Бакуго просыпается хорни зверь.***
— Будешь еще так хуево играть, накажу. Киришима давится водой. До следующей селекции всего-ничего, и он ничего не обещал ему, однако. С ним в одной команде можно провернуть хорошие комбо. Но до той поры надо научиться его игнорить. Пока выходит ни о чем. — А если хорошо буду играть? Бакуго смотрит на него сверху вниз, и по задумке в его взгляде нужно прочитать все, но Киришима точно так же проебывается в пространстве и вовсю залипает на него. Целоваться было ошибкой. Бакуго сыплет мат сквозь зубы и сквозь силу отворачивается. Киришима ловит шифр.***
Он и впрямь начинает лучше играть, но это уже не важно, потому что Бакуго принял решение. В тренажерке он специально тянет до последнего и сам ушатывает ноги вхлам, чтоб расхотелось нцы с ним, и в какой-то мере это помогает, и вместе с тем делает хуже. Охота ещё больше, только теперь он не может встать с пресс-машины. Киришима дожидается, когда Дэку и Тодороки съебут в душ, и падает на него коршуном. — Помочь? — Нахуй. В контровом свете снизу Киришима выглядит как бог. Вообще он до крайности доебистый и не понимает простого человеческого «отъебись». Однако Бакуго уже не сопротивляется, когда его вытаскивают из-под хуевой тучи блинов на маты. В угол, подальше от света. Ему хочется моргнуть и оказаться дома, а не это вот все. Киришима ложится рядом и громко дышит ему на ухо. — Хочешь, до комнаты тебя понесу? — Шепчет он. Бакуго решает не говорить, о чем на самом деле думает. Кажется, Киришима понимает.***
— Ты совсем? — Не ори. После трень Киришима всегда остаётся ночевать у него под одеялом, а это взрывоопасная ситуация, потому что трение и все дела. Потому что он кремень, горячий и гладкий, как камень в онсэне, а Бакуго достаточно одной искры, Бакуго заебался смотреть на него и ловить острый взгляд его в ответ. Искра падает ему в кулак и гаснет меж пальцев. Киришима типа истово негодует, наткнувшись на его стояк задом, однако ж не уходит. Они могут разбудить Тодороки, но пошел бы тот заранее к черту. Бакуго закрывает глаза и утыкается лицом в шею ему. Киришима вдыхает, будто прыгнул в холодную воду, и сам снимает шорты под одеялом. — Другого времени не было? — А я что сделаю. Он перестает спорить, стоит Бакуго скользнуть шишкой ему меж бёдер. Это спринт, не марафон, не в его состоянии, не с утра, когда Киришима пылает в руках его и липнет мокрым от пота телом, и целоваться было ошибкой, и сталкерить его в душевой тоже, но. Но Бакуго жмет его к себе в ответ и целует его с языком, чтоб самому не орать. Киришима явно гордится, что так быстро довел его до оргазма, а сам пыхтит как паровоз и брызгает ему в руку, стоит ещё немножко потереться. Бакуго слегка контузит с непривычки. — Так можно и соседей затопить. — Сам виноват. Лежал провоцировал меня. Киришима слабо улыбается, сдвинувшись с мокрого пятна на футоне. Бакуго обнимает его со спины и решает покемарить ещё чуток.***
— Я не возьму тебя в команду. Слова ему самому даются тяжело и как-то неприятно, но он должен был. Киришима не дотягивает это раз, и два вот это вот. То, что было чревато, теперь аукнулось ему стократ. Киришима кивает, будто не обидно, но, может, и правда нет. Трени после отбоя и поцелуи в душе приводят в том числе к чувствам друг к другу, и Бакуго не стоило поддаваться, но куда там. У Киришимы из глаз вовсю сыпятся сердечки. И он сам больше не может уворачиваться от таких штрафных. — Ладно, — просто говорит Киришима. Отборочные не за горами, и по-хорошему надо готовиться, а не зависать вместе в комнате. Это такая сделка. Он уже знает, что будет делать, когда и если Киришиму кикнут отсюда. — Цифры свои скажи. — Не скажу. — Быстро! Бакуго все ж добивается своего после матча. Киришима закидывает на него руку при всех и за еду в столовке говорит ему свой ник в лайне.
