Глава 22: Скелеты в шкафу
“Моя любимая Тия,
Иногда я задумываюсь, каково это — быть твоим отцом. Ответ прост: это моё самое невероятное и пугающее приключение. И вот почему.
Сегодня я вспомнил случай, который до сих пор заставляет меня и хохотать, и содрогаться. Тебе было всего четыре года. Мы с твоей матерью тогда только начинали понимать, что воспитание дочери — это не только чары и колдовство, но ещё и авантюра, в которую мы бросились с головой.
Ты стояла посреди гостиной, такая крошечная, с наивным взглядом и щёчками, перепачканными шоколадом (который ты, кстати, утверждала, что ещё не ела). Своим сладким голоском ты попросила у нас ещё одну шоколадку. Ариэль, глядя на пустую вазочку, сказала, что всё закончилось. Я, конечно же, знал, что спрятал пару батончиков рядом с чайником на кухне. Но решил промолчать, думая, что это мой маленький секрет.
И вот ты надуваешь губки, скрещиваешь руки на груди и заявляешь:
‘Папа, некрасиво быть таким жадным. Ты ведь сам говоришь, что делиться важно! Шоколадки лежат на кухне, у чайника. Давай, неси!’
Ты не представляешь, как в тот момент моя челюсть врезалась в ковёр. Ариэль замерла с таким выражением лица, будто кто-то вылил на неё ушат холодной воды. Мы смотрели друг на друга, пытаясь понять:ты что, читаешь наши мысли?
Но ты не остановилась. С невинным взглядом ты добавила:
‘И, мам, ты тоже слышала, он про себя сказал, что я обжорка!’
Честно говоря, я хотел испариться прямо там. Ариэль пыталась не смеяться, но у неё это плохо получалось. А я стоял, словно остолбенелый. Ты же, довольная собой, продолжала смотреть на меня, как будто говорила:Ну и где мои шоколадки, отец года?
Сказать, что мы с матерью испугались, — это ничего не сказать. Но когда шок прошёл, я понял, что мне повезло: у меня есть дочь, которая даже в четыре года умудряется быть одновременно очаровательной и грозной силой природы.
Дорогая моя Тия, это был тот момент, когда я осознал: наша жизнь с тобой никогда не будет скучной. И, честно говоря, я этому рад. Ну, почти.
Но если ты сейчас читаешь это и краснеешь, знай: ты была маленьким ураганом, который мы обожали всем сердцем. И, да, на всякий случай — проверь, умеешь ли ты всё ещё читать мысли. Если да, не забудь это использовать только во благо. Или хотя бы не читай мои, договорились?
С любовью,
Твой папа.”
Тия захлопнула дневник и уставилась в камин, стараясь унять чувство смущения и радости, которые бушевали в ней одновременно. — Обжорка? — пробормотала она, глядя на огонь. — Вот это новости… Её щеки пылали, а сердце билось в груди, будто подтверждая: всё, что отец написал, правда. Но в то же время в глубине души пробуждалось странное чувство. Воспоминания, долгое время скрытые за пеленой времени, начали пробиваться наружу, как будто дневник был не просто книгой, а ключом, который открывал не только магию, но и её прошлое. Она снова открыла дневник, чувствуя, что он скрывает ещё больше, чем ей хотелось бы знать.**“Ах да, Тия, раз уж ты продолжаешь читать, то знай: этот дневник не просто книга. Это магический артефакт, напитанный силой нашего рода. Он хранит не только слова, но и знания, которые могут тебе понадобиться. Но будь осторожна: некоторые из них раскрываются только тем, кто готов. А ты готова?
Посмотрим… но это уже другая история. Добро пожаловать в семейные тайны, дочь моя. Держись, они интереснее, чем ты думаешь.”**
Тия почувствовала, как лёгкий холодок пробежал по спине. Магия, исходящая от дневника, словно оживала в её руках, наполняя комнату тихим мерцанием. — Скелеты в шкафу… — прошептала она, слегка улыбнувшись. Она перевернула ещё одну страницу, предвкушая, что ждёт её дальше.***
Комната погрузилась в зыбкую тишину, которую нарушало лишь ровное потрескивание горящих в камине поленьев. Тёплый полусвет плясал на стенах, отбрасывая мерцающие блики на старинные деревянные панели. Юная девочка — всё ещё ошеломлённая тем, что только что прочитала на страницах дневника, — сидела в высоком кресле и сосредоточенно разглядывала книгу, будто надеялась найти на её обложке ответы. Чуть поодаль, напротив, расположился Карлайл. Он выглядел спокойным наблюдателем, но взгляд, скрытый за прищуренными глазами, выдавал глубокую сосредоточенность. Его плечи были напряжены, а трость, стоявшая у подлокотника, казалась символом, напоминавшим о его изнеможении. Однако он не проронил ни слова, не желая отвлекать свою крестницу. Наконец Тия вздохнула и перевернула страницу. Взгляд сразу зацепился за новую запись — строгие, чёткие буквы отца, за которыми, как она уже знала, скрывались не только эмоции, но и важные намерения.“Дорогая моя дочь,
Чем дальше идёт время, тем яснее я понимаю: на твои плечи ляжет огромная ответственность. Мысль об этом пугает меня, но я не теряю надежды, ведь ты уже доказала, насколько сильна.
И прежде чем ты продолжишь чтение, я попрошу тебя выполнить одно важное действие. Вероятно, важнее всего, что я писал здесь до сих пор.
Возьми палочку и сделай то, о чём я прошу в следующих строках. Будь осторожна, не спеши. Эта магия неразрывно связана с твоим наследием. Но я верю, что у тебя всё получится.”
Девочка нахмурилась, доставая волшебную палочку из кармана. Слова «магия наследия» прозвучали зловеще, словно далёкий гром, предвещавший наступление непредсказуемых перемен. Она сосредоточила взгляд на следующих строчках:“Произнеси: Concordia Sanguinis et Magiae. Затем поверни палочку трижды по часовой стрелке. Нарисуй в воздухе символ, похожий на перевёрнутую спираль, и соверши два движения вверх и вниз.
Главное — думай о своей крови, своём роду, о своей магии.”
Девушка глубоко вздохнула и, набравшись решимости, повторила все движения и слова. Карлайл сидел неподвижно, но едва заметно сжал подлокотник. Он видел, как губы Тии шевелятся, произнося латинское заклинание, и почувствовал знакомое покалывание магической энергии в воздухе. Стоило последним звукам соскользнуть с губ, как наступила тишина, будто вся комната затаила дыхание. Тия вздрогнула: тёплая волна вдруг пробежалась по её левой руке, и она с недоумением приподняла рукав свитера. На глазах у изумлённой волшебницы по коже начали струиться тонкие золотые линии. По коже на её запястье начали пробегать золотые линии, словно сама магия рисовала узоры. Рунные символы на латыни и других языках переплетались между собой, формируя сложные орнаменты, которые, соединяясь, превратились в широкий браслет, сверкающий золотым светом. — Это… это невозможно, — прошептал Карлайл, подаваясь вперёд. Его голос был тихим, почти потерянным, словно он не мог поверить собственным глазам. Тия сидела, не в силах отвести взгляд от своей руки. Она чувствовала, как от браслета исходит тепло, словно он пытался её успокоить. Но это ощущение длилось недолго. Внезапно её охватило странное чувство. Её сердце замерло, а дыхание участилось. Она почувствовала, будто кто-то был рядом, но не физически. Это было словно прикосновение к её сознанию, чужое, незнакомое, но властное. — Кто здесь? — шепнула она, оглядываясь. Её взгляд метнулся налево, туда, где комната пустовала. Но никого не было. Она ощущала присутствие, которое не могла объяснить. Оно было не похожим на голос Пега или на магическое проникновение её матери, когда та иногда помогала ей с мыслями. Это было другое, холодное и навязчивое. Комната оставалась пустой и тихой, но Тии казалось, что в воздухе таится чьё-то присутствие — не злобное, но определённо чуждое. Она схватилась за левую руку, пытаясь унять покалывание. Золотое свечение стало угасать, а рунные символы один за другим исчезали, точно растворялись в воздухе. — Значит, дневник… и эти символы… — нарушил молчание Карлайл. Его лицо застыло в напряжённой задумчивости. — Похоже, всё гораздо сложнее, чем мы думали. Девочка медленно подняла голову, и в её взгляде отражалась растерянность. — Я не знаю, что это было, но… это было чужое, — призналась она, крепче прижав руку к груди. Мужчина нахмурился, с трудом поднимаясь со своего кресла, чтобы подойти ближе. Трость тихо простучала по полу, отражая волнение хозяина. — Мы разберёмся в этом, — произнёс он негромко, коснувшись её плеча. — Но не сейчас. Ты уже достаточно сделала сегодня. Тия замерла, сжимая в руках дневник, её взгляд всё ещё был направлен на Карлайла, но мысль о том, чтобы оставить чтение, не покидала её голову. — Нет, Карлайл, — вдруг твёрдо сказала она, чуть выпрямив спину. — Я хочу дочитать. Мне нужно знать, что отец написал дальше. Карлайл пристально посмотрел на неё. Он понимал, что не может остановить Тию, и только слегка кивнул в знак согласия. Его глаза выражали смесь беспокойства и уважения — он видел, как она взрослеет прямо сейчас. Тия вновь открыла дневник, перевернула страницу и начала читать. Почерк её отца снова проявлялся чёткими линиями, каждая буква будто бы врезалась в её сознание.“Дорогая моя Тия,
Если ты читаешь это, значит, ты выполнила мои инструкции. Поздравляю, ты невероятная молодец. Но прежде чем ты продолжишь, я хочу тебя предупредить: то, что ты сейчас испытываешь, это важный этап.
Если после выполнения заклинания ты ничего не почувствовала — это нормально. Это значит, что твоё магическое наследие ещё не полностью проявилось. Возможно, это случится позже, когда ты будешь готова.
Но если ты ощутила что-то необычное — например, тепло, покалывание или даже увидела рунические символы на своей коже, то тебе стоит знать следующее. Эти знаки — магический отклик твоего наследия. Они показывают, что ты связана с кем-то или чем-то на уровне магии.
Чем теплее цвет рун, тем сильнее связь. Голубые руны — это слабая связь, которая может исчезнуть. Но если они золотые, как я предполагаю, это означает мощную связь. Она практически нерушима.
Ты, наверное, задаёшься вопросом: что это за связь? Дорогая, это магическое партнёрство. Каждый из нас, особенно в нашем роду, может столкнуться с этим. Но в твоём случае это может быть ещё более значимо.”
Тия медленно перевернула страницу, чувствуя, как сердце пропускает удар. Её пальцы слегка дрожали, но она продолжила читать.“Магическое партнёрство — это древний феномен, о котором мало что известно. Оно связывает двух людей магическими узами. Эта связь не просто объединяет вас, она накладывает обязанности. Магический партнёр защищает, поддерживает и усиливает твою магию.
В детстве роль твоего защитника выполняли мы с матерью. Но если нас больше нет, магия выберет для тебя кого-то другого. Это может быть брат, сестра, близкий друг… или, что бывает чаще, мужчина, который станет твоим магическим партнёром.
Я знаю, как это звучит, но поверь: магия никогда не ошибается в выборе. Однако это не значит, что тебе будет легко. Эта связь может быть как благословением, так и испытанием. Всё зависит от того, каким человеком окажется твой партнёр.
Тия, если ты уже обнаружила эту связь, то я могу только молиться, чтобы магия выбрала достойного человека. Пусть он будет тем, кто защитит тебя, кто не позволит тебе страдать. Но если это не так, если у тебя ещё нет этой связи — радуйся, у тебя есть время, чтобы подготовиться.”
Тия почувствовала, как её глаза наполняются слезами. Она смотрела на золотой браслет, который только что исчез с её запястья, но ощущение тепла всё ещё оставалось.“Тия, если эта связь уже активна, пожалуйста, будь осторожна. И помни: даже если я не рядом, я всегда с тобой. Ты — наше самое большое чудо, наша маленькая девочка. Мы любим тебя всем сердцем.
С любовью,
Твой папа.
P.S. Если вдруг тебе захочется шоколада — иди к Марго. Она всегда знает, где найти твою любимую конфетку.”
Тия закрыла дневник, её руки дрожали. Она посмотрела на Карлайла, который уже давно встал и подошёл ближе, положив руку на её плечо. — Это было тяжело? — мягко спросил он. Тия кивнула, её взгляд был направлен куда-то вдаль. — Карлайл, что мне теперь делать? — прошептала она. Карлайл задумчиво посмотрел на неё, словно пытаясь найти слова. — Для начала, давай подумаем, как разобраться с этой связью. Но сейчас, Тия, ты должна понять одно: ты не одна. Ты никогда не была одна, — тихо сказал он, и его голос звучал так, словно это было обещание. Тия вздохнула, опустив голову. Она не знала, что ждёт её впереди, но теперь, когда дневник открыл перед ней ещё одну тайну, она чувствовала: её жизнь уже никогда не будет прежней.***
Тишина в комнате нарушилась только потрескиванием огня в камине. Карлайл снова сидел в кресле напротив Тии, обдумывая только что прочитанное и пытаясь осмыслить магическое партнерство, о котором говорил дневник. Тия, всё ещё прижимая книгу к груди, наконец, нарушила молчание. — Если магические руны действительно связали меня с кем-то… — начала она, её голос был тихим, но напряжённым. — То кто это? Карлайл поднял голову. Его глаза отразили ту же тревогу, что звучала в её голосе. Он открыл рот, чтобы сказать что-то успокаивающее, но тут его перебил странный звук, доносившийся из коридора. Это было не то кашель, не то… ржание? Оба синхронно повернули головы, их взгляды встретились с фигурой, медленно приближающейся из темноты. В комнату уверенно вошёл Пег, его миниатюрная форма мини-пегаса выглядела одновременно забавно и величественно. Белоснежное тело сияло в свете камина, золотая грива была искусно заплетена в косички с розовыми бантиками (дело рук Марии, без сомнений), а золотой рог мягко светился магическим светом. Пег неторопливо подошёл к ним, оставляя на ковре лёгкие следы от копыт, и, наклонив голову на бок, насмешливо уставился на Тию своими голубыми глазами. — Ну что, дитя моё, — сказал он, отбрасывая своим хвостом пепел с ковра. — Судя по лицам, вы тут обсуждаете что-то важное. Тия моргнула, её взгляд задержался на роге фамильяра. Она резко выпрямилась, в её глазах мелькнула надежда. — Пег, — начала она, слегка запинаясь. — А эти руны на твоём… на твоём роге… Они связаны со мной? Ты… ты мой магический партнёр? Склонив голову чуть сильнее, Пег издал звук, напоминающий подавленный смешок, который перешёл в ржание, и подошёл к Тии ближе. — Нет, конечно! — сказал он, посмотрев на неё так, будто она только что спросила, умеет ли он летать на зонтике. — Я твой фамильяр, дитя. Мы с рождения вместе. А магическое партнёрство — это совсем другое. Это уже давно не моя участь. — Чья тогда? — спросила Тия, хватаясь за последнюю нить здравого смысла. Пег выпрямился, его рог будто бы засиял ярче. — Ну, скажем так, его уже занял тот пацанёк, с которым ты на террасе обнималась. Помнишь? Я там был, наблюдал и матерился под нос, пока ты стояла, как приклеенная, а этот тип вообще не понимал, куда попал. Карлайл слегка подался вперёд, его лицо выражало смесь удивления и шока. — Какой пацан? — спросил он медленно, пытаясь уловить смысл происходящего. Пег повернулся к Карлайлу, махнув хвостом, и беззаботно ответил: — Ну, этот шпала, который весь в чёрном ходит. Северус. Ты что, не знаешь? Слова Пега были подобны грому, пронёсшемуся по комнате. Тия вскрикнула, её руки сжали дневник, который тут же выскользнул из её рук и упал на пол. — Северус, — тихо прошептала она, её голос дрожал, а глаза смотрели куда-то в пустоту. Карлайл резко обернулся к ней, его лицо побледнело. — Северус? Кто это, Тия? — спросил он, его голос звучал уже куда более строго. — Как это понимать? Пег фыркнул, явно наслаждаясь происходящим, и не дал Тии ответить. — Кто это? Да это уже не мальчик, а шпала! Длинный, как жердь. Конечно, не два метра, но близко. Да уж, могло быть и хуже, но чтобы магия выбрала такого? Дива даюсь! Карлайл схватился за голову, явно пытаясь осмыслить услышанное. — Ты хочешь сказать… что моя крестница связана магическим партнёрством с… этим мальчишкой? — спросил он, его голос стал опасно тихим. Пег, будто не заметив угрозы, махнул хвостом. — Ну, да. Ты что, думал, что магия выберет кого-то другого? Хотя, честно говоря, я сам не одобряю. Этот парень точно наделает ей проблем. — И это нельзя… отменить? — спросил Карлайл, его голос дрогнул. Пег обернулся, его глаза сверкнули насмешкой. — Отменить? Ха! Магия выбрала, судьба решила. Смирись, мой дорогой. Теперь нам остаётся только наблюдать за этим спектаклем. Правда, надеяться на чудо с этим пацаном — себе дороже. Карлайл громко выдохнул, его руки сжались в кулаки. — Тия, — тихо сказал он, поворачиваясь к ней. — Мы что-нибудь придумаем. Я обещаю. Тия, вся бледная, не могла выдавить ни слова. Она просто смотрела на Пега, который довольно улыбался, словно только что рассказал самую забавную шутку в своей жизни.
