Тоска на тараканьем сердце

Приглушённый свет приборной панели, глубокая ночь, очередной не идущий эксперимент и тоска на тараканьем сердце. Время шло медленно и совершенно ему не на пользу. Он был влюблён, влюблён весьма платонически и робко. Влюблён был в девушку, что была помешана на романах про оборотней и вампиров. Он своего рода тоже оборотень, но видимо он в своей жизни свернул не туда. Таракан был склонен считать, что у него было нечего гораздо лучшее, чем смазливая внешность - незаурядный ум, харизма, чувство юмора, гениальность...он мог бы перечислять свои достоинства до бесконечности. Но не смотря на всю свою любовь к себе, он ничего не мог поделать с любовью к ней. Он точно и не помнит момент, когда она покорила его. Может и в момент, когда бесстрашно, закрыла от взрыва президента и пришельца, а может и раньше, когда только появилась на базе и невольно стала лидером несносной троицы. Таракан с самого начала старался проявить себя, подумал, что если покажет себя во всей красе, то точно завоюет внимание. Он старался говорить, как можно больше о своём незаурядном уме и подкреплять это поступками, изобретениями. Старался каламбурить, ибо как он знал, смех сближает и какие-то каламбуры работали, а какие-то были не фонтаном, что даже немного разочаровывало доктора. Старался показать Сюзан, что на него можно положиться. Любить даже тогда, когда нет рядом, проявлять заботу и внимательность, просто потому, что так хочется самому. Уважать её решения и идеи, находить им продолжения в себе и порой продолжать эти идеи в окружающих. Любить и желать счастья, даже если это счастье будет не с ним. Доктор всегда старался быть рядом и частенько ловил себя на мысли, что променивает своё одинокое свободное время на то, чтобы провести его с ней. Просто медитировать и представлять гавайский пляж, попивая кокосовую воду, вместе сидеть и смотреть какой-то неважный фильм, хотя в это время вполне можно читать про квантовую теорию частиц и в который раз открывать для себя что-то новое. Даже молчание рядом с ней казалось доктору чем-то уютным и приятным. Желать счастья и беспокоиться за гигантику, даже тогда, когда воочию видишь её типаж и то, какой она может быть в пылу необузданной влюблённости. При этом не завидуя, а просто наблюдая со стороны, даже в такой ситуации стараться ей помочь. Проявить себя со стороны благородного учёного мужа, в очередной раз доказав, что для него нет ничего невозможного, особенно, если это касается её. Таракан был окутан с ног до головы земной тоской, видеть во всём нестандартные выходы и не видеть никакого выхода, когда дело касается гигантики. Стоять рядом, смотреть на неё, едва унимать дрожь, когда она, хватая за плечи, заглядывает в глаза и о чём-то просит. Раз за разом поражаться её решительности и самому не находить в себе силы быть решительным. Падать глубоко вниз на провалах в экспериментах и вновь обретать уверенность, когда Сюзан в своей наивной манере говорит, что всё получится, выдвигает идеи со стороны простого человека и это работает, заводит доктора как старую шкатулку и он вновь готов творить невозможное. Доктор давно смирился, что Сюзан с ним держится скорее близким другом и можно сказать, что его всё устраивало, но порой тёмными ночами он мельком задумывался, какого было бы строить вместе семью, эти мысли подкрепило появление Смарти, когда таракану стало понятно, что у него есть нежность и любовь, которую он готов подарить, подарить безвозмездно. В такие ночи в его безумную голову приходила идея о сыворотке любви, но он отметал её и даже старался не думать о том, как её можно реализовать, не смотря на всю свою безумность, он не готов был делать что-то, что перечило желаниям самой гигантики. Он грустил по сыну, который выходил на связь всё реже и реже, грустил о Сюзан, что никогда не сможет ей во всём признаться и сдвинуть этот камень хоть с какой-то мёртвой точки, грустил о полухоме, за его несчастную судьбу. Грустил об одиночестве, что ему отмерена более долгая жизнь в волю того, что он полу-таракан и он понимал, что на его глазах будут смерти всех тех, кого он ценил. Понимал, что когда-то будет стоять у могилы Сюзан и сожалеть обо всём несказанном. Слёзы стояли в его глазах, но он старательно не давал им покинуть глазницы. Одна такая ночь стала решающей, таракан сдался, встал и пошёл в лабораторную часть, с мыслями о том, что раз уж аура авторитета, предсказатель, совершенно рабочий мозг, выходили из-под его рук, то и жалкая сыворотка любви будет для него делом простым. Он завершит её к утру. Внимательно проанализировав сыворотку вынес вердикт, что это будет действовать только час, по окончанию часа, субъект попавший под действие сыворотки забудет всё, что за этот час случилось и тот, на кого, будет направлена "любовь" определится сразу после того, как жертва сыворотку примет, грубо говоря, кого первого увидит субъект того и полюбит. Доктор долго колебался и собирался вылить это просто в раковину и навсегда забыть, но весьма сладкой казалась перспектива хоть на час ощутить себя по настоящему любимым. Он понимал, что после ему будет только хуже, но док решил брать ответственность. Так он обманным путём с помощью Воякера избавляется от Боба и Звена на территории базы, что-то вроде сверх секретной миссии, на которой не важно присутствие Сюзан и дока. Док целый день ходил с терзаниями совести, это было весьма заметно, а наивный совет Сюзан: "поступай так, как велит сердце", лишь усугубили душевные терзания. Ночь, Герберт не мог заснуть, ворочался в кровати и сильно нервничал, едва уснув под утро, он встаёт спустя пол часа. Дрожащей рукой разбавляет сыворотку с какао, в кружке Сюзан, заваривает и себе какао, и ставит на журнальный столик, дожидаясь, когда выйдет гигантика после утренних процедур. Док сидит, как на иголках и едва держится от того, чтобы выхватить кружку из рук Сюзан, выпить самому и с глупыми звуками убежать в свою лабораторию. Зарыться, как можно глубже и не выходить уже никогда. Но он медлит, Сюзан благодарит его за заботу, садится рядом на диван, пригревает ладони о кружку и тянет кружку к губам. Док смотрит на неё слишком пристально и с тревогой. Сюзан хмурится: - Доктор Т, вы сам не свой последние дни, что происходит, вы же знаете, что мы можем обо всём поговорить. - С волнением говорит девушка и укладывает одну руку на плечо доктору, чувствует под рукой явную дрожь. Герберт взвыл и уронил голову на руки, продолжая издавать страдальческие звуки. Гигантику разволновало такое положение дел и она, отставив чашку берет за плечи Герберта, разворачивает к себе и легонько трясёт за плечи, в попытках привести его в чувства. Док шумно сглатывает и просто смотрит на неё в упор, не в силах сказать и слова. Она тяжело вздыхает и просто крепко обнимает Герберта. Док, не веря себе поднимает руки, смотрит на них и несмело обнимает гигантику в ответ, чувствуя, как всё трепещет в груди, чувств так много, что кажется, будто желудок не на месте. Его накрывает паника и он начинает часто и неглубоко дышать, вцепившись в Сюзан как в спасательный круг. Беспокойству девушки не было предела, она обнимала его крепко в ответ и говорила ему как дышать. Док со временем под голос Сюзан вылез из того состояния и просто размяк в объятьях, дыша уже глубоко и размеренно. Сюзан отстранилась от доктора: - Может, расскажешь, что произошло? - с долей беспокойства спрашивает гигантика и всё же отпивает какао приготовленный для неё. Доктор только хотел начать говорить, но увиденное повергло его в шок, и он упал в обморок. Сюзан сильно удивилась, что такого ужасного произошло, что доктор даже рассказать об этом не может. Осушив до дна какао, она принялась приводить дока в себя. Очнулся док на диване, рядом сидела обеспокоенно Сюзан, она только разместила доктора во всю длину на диване, как тот открыл глаза. Док прикладывает руку к голове, перезагрузка пошла ему на пользу, и он стал спокойней. Видя, как на него смотрит гигантика, он понимал, что ему придется дать ответ: - Я сегодня очень плохо спал и видимо переволновался из-за одного эксперимента. – неловко посмеялся доктор и сел. Сюзан тяжело вздохнула, схватила доктора за плечи: - Доктор Т, вам стоит больше отдыхать и следить за своим здоровьем, я понимаю вы таракан, но ваша человеческая часть страдает, сегодня я возьмусь за вас и вы будете весь день отдыхать! - Гигантика отчитывала его смотря прямо в глаза и находясь довольно близко к нему, а он сам не осознавая опустил тараканьи усики и затаил дыхание, как в первые рассматривая её черты лица: - Кхм, да...я думаю, мне нужен выходной...определённо! - неловко кашлянув в кулак, док отвёл взгляд и наткнулся на пустую кружку Сюзан и на свою. Буря пронеслась в его голове, когда он понял, что страшное уже случилось и вот он взяв свою кружку внимательно смотрит на Сюзан, будто пытаясь понять, а подействовало ли вообще: - Сколько вы поспали, Доктор Т? - обеспокоенно спросила Сюзан и док задумался: - Полчаса примерно...- потерев подбородок произнёс Герберт. Гигантика нахмурилась: - Тогда мы ваш выходной начнём с того, что вы доспите до обеда. - сказала серьёзно Сюзан, на что доктор усмехнулся: - Дело в том, что меня гложет тревога и я вряд ли смогу уснуть. - С весельем говорит док, понимая, что скорее всего его сыворотка оказалась не действенной. Гигантика задумалась над его словами: - От той тревоги вам помогли мои объятья, я могу полежать с вами, пока вы не уснёте, а разбужу я вас ближе к обеду. - уверенно сказала Мёрфи, чем повергла таракана в шок. Предложение было слишком заманчивым и он не мог от него отказаться: - Ну, давай попробуем...в любом случае, если я не усну я дам тебе об этом знать. - Док задумчиво встаёт и направляется к себе, Сюзан усмехнувшись, пошла за ним. Весьма неловко выходит улечься, лежат на небольшом расстоянии друг от друга. Док решает действовать, ведь если его сыворотка действует, то объятья не станут проблемой, а если не действует, то он всё поймёт по реакции самой Сюзан. Он притягивает гигантику к себе утыкая в район груди и располагая ладонь на её макушке. Гигантика явно пребывая в лёгком шоке неловко смеётся и обнимает доктора в ответ. Доктор не верит происходящему и чувствует, как сердце заходится в груди. Сюзан чувствуя чужое волнение начинает гладить успокаивающе по спине: - Спокойно, Доктор, представьте, что мы лежим на берегу...кругом песок, чайки, пальмы. - Тихо и мечтательно начала девушка, Герберт заметно расслабился: - Да...и только мы вдвоём на целом свете...- тихо добавляет Док и сам от себя в удивлении, что сказал это, Сюзан тоже была смущена этой фразой: - Да, только мы вдвоём, тишина, никаких шумных бобов...или же звено...- постаралась вырулить из ситуации гигантика и Док неловко кашлянув добавил: - Дааа, никаких шумных сокомандников в радиусе 1000 километров. – Неловко, но с воодушевлением отвечает Доктор. Сюзан после небольшой паузы продолжила описывать рай на земле, Док добавлял свои лепты и так тихо погруженные в мечты им обоим удалось заснуть. Док первым проснувшись ближе к обеду, смотрел на гигантику и старался не дышать, чтобы не разбудить. Невольно он задумался о действии сыворотки и до конца не мог себе ответить, подействовала она или это очередной провал. Но проснувшаяся Сюзан всё расставила по местам, она сначала обняла дока крепче, а после непонятливо подняла голову и в шоке смотрела на Дока: - Привет...как спалось? - С лёгким весельем, спросил Док. А Сюзан хмурит брови и неловко отпускает дока, садится на кровати: - Честно сказать, я не помню как тут оказалась...- Она смотрит с подозрением на Дока, а он не знает, плакать ему, или маниакально смеяться, с осознания того, что сыворотка сработала, как стиратель памяти, но не как любовное зелье: - Ну, мне стало плохо и ты предложила полежать со мной, пока я не усну...но мы заснули вместе. - Неловко говорит Док: - Тогда почему я этого не помню? - спросила упрямо в лоб Сюзан, от чего доктор потерялся и стал заикаясь искать ответы: - Это был очередной ваш эксперимент? - с укором спросила гигантика и Док сдался, уронив голову на руки: - Да, но я не хотел, чтобы так вышло...но и остановить себя не смог...ничего страшного не произошло, просто я громадный дурень! - сокрушаясь говорил Док и руками цеплялся в свою голову: - Так это был стиратель памяти, всего-то? - неловко спросила Сюзан и Герберт просто побеждено согласился, сам встал, подошёл к столу, достал колбу с этой сывороткой и отпил глоток, во все глаза смотря на Сюзан, но чувствуя себя совершенно обычно: - Позор мне как учёному! Позор! - взвыл док и осел на пол пряча голову в колени. Сюзан вздохнула и присела рядом, приобняв таракана, стала пытаться его приободрить, что у него ещё всё получится: - Вы же специалист по невозможному...доктор Т, я верю, что у вас всё получится. - она похлопала его по плечу, Док задумался, поддался порыву, повернулся к Сюзан почти всем телом, схватил её за плечи и решительно взглянув в глаза начал: - Сюзан! Я! Ль....Ль...Ломоносов! Да! Ломоносов! Я ведь гений! Я со всем справлюсь! - Док резко подскочил на ноги, попробовал посмеяться в стиле сумасшедшего учёного, но поперхнулся, навострил усы и упрямо пошагал в противоположную сторону лаборатории и стал демонстративно рыться в ящике, хотя самому хотелось в него залезть и закрыться: - Я рада, что вам лучше...доктор Т, я зайду к вам позже. - неловко улыбнувшись, она покинула лабораторию, а док тяжело вздохнул. Он подошёл к сыворотке, спрятал её в шкаф и решил никогда о ней не вспоминать. Сам он лёг назад в кровать, отвернулся к стене и грустно на неё глядел. Сюзан проведает его позже, напоив уже его горячим шоколадом. Они посидели, посмотрели вместе фильм, Док не помнил того часа, на этом день и закончился. Среди ночи Кавертон шныряет по лаборатории Дока в поисках чего-нибудь интересного и натыкается на не подписанную колбу, спрятанную глубоко в шкафу, она привлекла его внимание и он решил её "позаимствовать" на свои козни. Он относит эту сыворотку Сквипу на анализ, и маленький пришелец саркастично смеётся, мол зачем кому-то нужно любовное зелье. Кавертона это заинтересовало, ведь он мог влюбить в себя всех и мир стал бы ему поклоняться. Бесцеремонно выхватив колбу у маленького пришельца, он направился в себе, думая, как можно лучше использовать эту сыворотку. Был хороший вариант с завтраком, подлить в чан с общей едой и проецировать своё лицо на все экраны. Второй вариант был распылить эту сыворотку по вентиляции. Выбор был сложным, но он решает, распылить по вентиляции и появиться на всех экранах. Ночь он лежит в громадном предвкушении завтрашнего дня, тонну оваций и подчинения. Сквип был охвачен мыслями о том, чья это могла быть сыворотка, всё же не каждый сможет такое сделать, ему на ум пришел только один безумный учёный и он решил спросить зачем ему понадобилась сыворотка. Вся команда сидела на диване и смотрела телевизор, Док откровенно хандрил и его старались из этой хандры вытащить. Сквип заходит, встаёт перед телевизором, чуть прыгает, но его не видно из-за журнального столика. Он залезает на него и упрямо смотрит на Доктора таракана и тогда уже все отвлекаются на Сквипа: - Доктор Таракан! Зачем вам понадобилось создавать любовное зелье!? - Упрямо спросил Сквип и в упор смотрел на Дока. Док испытал весь спектр эмоций в кратчайший срок и не совсем уверенно выдал: - Я понятия не имею, о чём ты говоришь, я создавал только сыворотку для стирания памяти. - тараканьи усы сдавали его с потрохами, Сквип нахмурился: - Вы создали её специально для Кавертона? Это же опасно! - Продолжал наседать Сквип, а остальные смотрели непонятливо на Дока, звено смотрел даже с неким осуждением: - Для Кавертона? Нет конечно! Она стоит у меня в ящике! - Док упрямо встал и пошёл смотреть где сыворотка. Все проследовали за ним, он забыл тот час и что перепрятал её, тоже, указал на другое место, но там её не было и тогда ужас окутывает Таракана: - Но, это же чушь, моя сыворотка не работает! Она работает, как стиратель памяти! - С волнением начал доктор пытаясь отрыть свои записи: - По моим исследованиям, она работает! Мне трудно это признавать, но вы очень грамотно подобрали компоненты и она действительно работает! - Доктор округлил глаза насколько это было возможно: - Надо остановить Кавертона! - вскрикнул Док и уже посуетил к выходу. Сюзан терзали смутные сомнения: - Доктор Т...но зачем вам было нужно любовное зелье?! - С подозрением спросила Сюзан, и Доктор в попытках оправдаться заикался и говорил что-то невнятное, подозрения закрались уже и к другим. Док предпочёл замолчать и продолжить спринт до апартаментов Кавертона, но его не было там. Они решают разделиться, Сюзан по привычке выбирает себе в напарники доктора и они разделяются. Кавертон в этот момент заливал сыворотку в пылесос Сквипа, думал нажать обратный режим и подставить к вентиляционному люку, подготовил планшет Сквипа чтобы можно было транслировать своё лицо по всем экранам. Коварный смех и реверс режим был запущен, по базе понеслась фиолетовая дымка, а на всех экранах появилось лицо Кавертона. Док и Сюзан бежали по коридору в этот момент. Как только доктор увидел дымку, он резко остановил гигантику и закрыл ей глаза своими руками, прижал к себе, в попытках не дать ей вырваться, он чувствовал лёгкий запах шоколада, что проникал в лёгкие, зрачки его расширились и в глазах встал лишь один образ - Кавертон. Сюзан воспользовавшись замешательством, обернулась на Дока и не поверила своим глазам, Таракан был в полном трансе и просто пошёл в главную рубку, где пришелец просил всех собраться. Сюзан подумала, что на неё не действует сыворотка и пыталась не пустить Дока к нему. Но взгляд Герберта был совершенно не от мира сего, было ощущение, что он совсем не тут. Гигантика трясёт его за плечи, старается вразумить, а Док слабо улыбается, протягивает руки к ней, мягко оглаживает её щёки и оставляет лёгкий поцелуй около уголка губ. Сюзан пребывая в шоке не верит этим грустным и любящим глазам, она становится гигантикой, крепко держит его в кулачке и бежит спасать остальных. Околдована была вся база, все собрались посмотреть на Кавертона, он начал приказывать, но на удивление никто не спешил исполнять. Вместо этого, люди вокруг него, стали проявлять внимание, толпиться и каждый пытался "уцепить" себе кусочек. Пришелец быстро понял, что дело пахнет керосином и поспешил найти укромное место, чтобы спрятаться, однако его везде находили. Сюзан поняла, что сама вряд ли чем-то поможет им и забрала дока в его лабораторию, где усадив на кровать, стала пытаться приводить его в чувства. Но у неё не выходило, док смотрел на неё грустным, но до безумия добрым взглядом. Сюзан понимая, что вряд ли он что-то сделает, начала рыться в тех же записях, что просматривал док и чем больше она читала, тем больше неопределённых чувств это у неё вызывало. Док учитывал аллергии Сюзан, личные предпочтения, возможные дозировки, уровень гормонов в крови, период цикла, просчитал всё, чтобы не навредить ей. Сюзан обернулась на Дока, а он посмотрел на неё виновато. Встал, подошёл, взял в руки свои расчёты и отведя взгляд полушепотом сказал: - Прости, Сюз...я не имел права так с тобой поступать...не имел права даже думать об этом. - Сказал понуро Доктор: - Доктор Т...вы пришли в себя? - обеспокоенно спросила Сюзан: - Да...но ощущение будто пьян и алкоголь развязал мне язык. - Док собрал в стопку записи и закинул их в ящик стола: - Герберт...но зачем тебе нужно было применять его на мне...неужели ты? - с опаской спрашивает Сюзан и Доктор очень горько улыбается: - Да....Сюзан Мёрфи, я люблю вас, так искренне, так нежно, как дай вам бог любимой быть другим. Я подумал, что хоть на час, стану счастливым тараканом и я им стал...даже несмотря на то, что сыворотка на тебя не подействовала...Я дурак, полный дурак, я не имел права даже думать об этом изобретении...но я так устал быть одиноким...да, кругом вы, но знаешь, мне хотелось чего-то ближе...хотелось семью...Смарти, мой мальчик, дал мне понимание, что я способен по-настоящему любить, любить отдавая всего себя, все те чувства и заботу, что во мне копились. И я часто думал о том, что, наверное, с тобой я бы хотел прожить всю жизнь...много раз думал о том, как буду стоять у твоей могилы и сожалеть о том, что не сказал ничего раньше. А быть может после конца света, когда останутся, одни таракашки, как я, под правлением какого-нибудь усовершенствованного уставбота, я буду думать о том, что так и не прожил ту жизнь, к которой тянуло сердце...- Док говорил это с грустью, смотря на Сюзан добродушно, искренне. Сюзан не знала, что ответить и её лицо приобрело страдальческий и задумчивый вид. Доктор горько усмехнулся: - Не забивай себе голову, моя милая...нет...дорогая, Сюзан...и ты, и я забудем об этом разговоре и быть может никогда и не вспомним...я не буду тебе мешать...просто знай, что у тебя всегда есть рядом крепкое плечо на которое ты можешь опереться, которому ты можешь верить, я сделаю всё, чтобы ты была счастлива, а ты знаешь, что я специалист по невозможному. - Док обнимает Сюзан и начинает поглаживать по голове, спине. Сам закрыл глаза и даже не верил, что сказал всё, что думал. Он чувствовал напряжение в теле гигантики, она явно о чём-то думала, а Док просто спустил всё на тормозах. Сюзан отстранилась, заглянула в глаза Доку: - А знаешь, это даже смешно, что зелье, которое вы делали специально для меня, на меня не подействовало...- Сказала с весельем гигантика, а в ответ на неё смотрели грустно и отчаянно жёлтые глаза: - Да...забавный парадокс...вся база влюбилась в Кавертона и лишь ты осталась не влюблённой ни в кого...- Горько посмеялся доктор: - Знаете, на вас ведь тоже в первый раз не подействовало. Вы ведь при мне её пили и вели себя обычно. - Сюзан начала загадочно улыбаться, чем вызвала в докторе недоумение: - Док...может, сыворотка не действует на тех, кто уже любит? - Загадочно сказала гигантика и Док серьёзно задумался: - Это интересная теория...меня отпустило от того транса, когда ты потрясла меня за плечи...но как же тогда оно не сработало на тебе?! - Док по ощущениям окончательно "протрезвел" и опять достал расчёты, утыкаясь в них. Сюзан вела не к этому, поэтому тяжело вздохнула и закрыла лицо рукой. Забрав бумаги из рук Доктора, посмотрела ему в глаза: - Док...что тогда, что сейчас первым мною увиденным были вы...- Сюзан говорила серьёзно и таракан пребывая в шоке боялся даже предположить эту мысль, на которую намекнула ему Гигантика: - Сюзан? - с опаской спросил доктор, укладывая руки на щёки гигантики, смотря не верящим взглядом на неё. Лёгкие стал заполнять запах лимона и оба насторожились и стали смотреть по сторонам, было тихо и не понятно, что произошло. Герберт растерял свою решимость и просто тьмокнул Сюзан в щёку. Она же тихо усмехнулась, притянула к себе и решительно поцеловала ошалевшего Герберта. Док не поверил своему счастью, но ответил отчаянно, пытаясь вложить в поцелуй все свои чувства: - Ребята! Вы видели! Воякер объявил наказание для Кавертона стоять неподвижно, пока вся база может подойти к нему и дать пощёчину! - с воодушевлением сказал Боб, но увидя происходящее обомлел, его появление напугало обоих: - Ааааааа...так вот оно что...ты готовил зелье для Сюзан...О! Так получается вы и Сюзан любите друг друга! Так чего же вы молчали, пойду расскажу всем! - Док напуганной посмотрел вслед Бобу, посмотрел на гигантику, она тяжело вздохнула: - Тише...док...твоя сыворотка работает, а значит, спустя час все всё забудут...и мы тоже...всё забудем...- сказала понуро Сюзан и Док тяжело вздохнул и крепко обнял Сюзан: - Я обещаю найти в себе силы во всём признаться после...- сказал уверенно Доктор и мягко улыбнулся. Сюзан тихо посмеялась и обняла покрепче Доктора. Боб же и вправду стал кричать на каждом углу, что Доктор Таракан и Сюзан любят друг друга. Звено подумал, что будет отличный повод их подкалывать. Сквип был не удивлён, ибо для него было очевидно, что Таракан явно испытывал слабость к гигантике. Кавертону было не до этого, ибо парад пощёчин так и не заканчивался. Сквип отошёл от действия сыворотки раньше всех и создал антипод той сыворотки и так же пустил по вентиляции, поэтому людей отпустило и они запомнили, что происходило. Доктор и Сюзан сидели как на иголках в ожидании часа. Доктор стал задумываться о том, чтобы написать записку себе на будущее. Достал лист себе, достал лист и для Сюзан и на своём листе написал всего на всего: " Твои чувства взаимны, не робей". Сюзан думала, что написать, и подглядев идею у доктора, тихо посмеялась: "Будь с Гербертом помягче, он лишь хочет сказать, что любит." Тихо посмеявшись Сюзан не даёт увидеть записку доктору и прячет её в карман штанов. Звено зашёл к ним с хитрой улыбочкой: - Сюзан, Док, вы идёте Кавертону пощёчину давать, или у вас дела поважнее? - хитро спросил Звено. Док хотел было возмутиться, но задумался и посмотрел на Сюзан, та так же посмотрела на него в ответ: - По моим подсчётам час ещё не прошёл, но как вы вышли из того состояния? - спросил с подозрением Доктор: - А, там Сквип что-то нахимичил, вроде как он пустил по вентиляции то, что отменило действие твоего любовного зелья. - Звено по началу говорил задумчиво, а под скорей опять хитро заулыбался. Док заулыбался и посмотрел на гигантику счастливым взглядом, она неловко отвела взгляд. Звено демонстративно повернулся к ним спиной, обнял себя руками и начав издавать целующиеся звуки гладил себя по спине: - Звено! Завидуй молча! - Сказал упрямо док, а тот лишь посмеялся и пошёл: - Приходите дать пощёчину Кавертону, когда ещё такая возможность выпадет. - с весельем сказал Звено и всё же пошёл. Док посмотрел на Сюзан и мягко улыбнувшись кивнул на выход. Они стояли в очереди для того, чтобы дать пощёчину Кавертону: - Знаешь, я никогда не думал, что на Кавертона будет такой ажиотаж. - Тихо посмеялся Док, а Сюзан посмеявшись в ответ согласилась. Когда дошла очередь, Док пропустил Сюзан со словами "дамы вперёд" и с улыбкой на лице смотрел, за зрелищем. Кавертон был уже прилично краснощёким и старался куда-нибудь улететь, но последняя пощёчина оставалась за доктором. Док с милой улыбкой на лице, как и в первую встречу с ним, лишь слегка прихлопнул: - Ну, за доминирующий вид на земле? - спросил он ласково у Сюзан, а та с хитрецой спросила в ответ: - И это вы опять про тараканов, Док? - Док многозначительно улыбнулся и так же легонько прихопнул по щеке Кавертона второй раз: - И за тараканов тоже...- Полушепотом, смотря гигантике в глаза с донельзя счастливой улыбкой он позволяет Кавертону наконец сбежать. Док оказался отчаянным романтиком, который любил заботиться даже в самых небольших мелочах, а Сюзан расцветала при этой заботе и поддерживала Дока в его начинаниях. Поначалу многие пытались кинуть какую-нибудь колкость в их сторону. Док всегда старался защитить гигантику, а в частности её авторитет. Он и сам понимал, что как полу-таракан, он не совсем партия мечты и порой эти сомнения всплывали наружу, на что Сюзан говорила, что это не важно, важно лишь то, каким Герберт был внутри, существом ответственным, заботливым и любящим.