Из больницы Конохи
21 декабря 2024 г., 22:51
Через день.
Больница Конохи.
2 этаж.
Бледный истощëнный мальчик с эбеново-чëрными волосами чуть ниже плеча, чуть нахмуренными тонкими бровями, опустошенными, но полными решимости и раздражения лиловыми глазами и крупными тёмными мешками под ними лежал на больничной койке и смотрел в окно. На улице было множество невысоких в основном деревянных домов, по рассказам его матери многие из них были сделаны лично Хаширамой лет десять назад. Мальчишка смотрел на паутину дорог между этими зданиями, толпы людей, которые проходило мимо, шиноби перепрыгивающих крыши сверху. Он наблюдал. Он ждал.
"Исаму, тебе стоит отвлечься от этого, ты смотришь в окно уже несколько часов" - Высказалась молодая медсестра со светлыми, пшеничными волосами собранными в пучок, расставив руки на бока.
"Это не так." - Соврав и не отводя глаз с улицы, сухо ответил ожидающий мальчишка.
"Ну-ну, когда я приходила в прошлый раз, ты также смотрел в окно, как и сейчас! Не дай Ками, когда я проведаю тебя снова увижу ту же картину...!" - сказала женщина, меняя капельницу мальчишке, он решил, не отвечать на это. - "Ну и упрямый ты." - Пожаловалась, она с печальным лицом.
"Ладно, не скучай тут, мне нужно идти по другим палатам" - Уходя от молчаливого мальчика, попрощалась она.
《Я очнулся три часа назад, лекари сказали сильно двигаться мне нельзя, организм истощëн и несколько костей сломаны, и, если переломы практически прошли за счет ниндзя-медиков, то есть ирьёнинов, и обнаруженного факта наличия во мне чакры, которая тоже помогает, хотя и не сильно из-за неразвитости чакроканалов, то истощение займет больше времени и не так легко исправимо. Когда я только очнулся мне сообщили, что скоро должен прибыть чунин из полиции Конохи для прояснения моей ситуации, как и со всеми пострадавшими детьми или дезориентированными по каким либо причинам. Я собираюсь использовать его, чтобы попасть в академию. Но прошло уже три часа, а его все еще нет! Я уже успел проголодаться!》 - Мысли о голоде вклинули рой воспоминаний о яме, жужании насекомых, о запахе, о вкусе жуков, ... мертвечины. И ужас накинулся на ребенка вновь, попытавшись прервать этот ужас, успокоится, он вернулся к предыдущим мыслям, он вновь смотрел на людей снаружи. -《Это начинает действовать на нервы, я ДОЛЖЕН стать шиноби, а для этого нужно в академию и с каждой минуты отсутствия полицейского, чувство того, что возможность поменять мою жизнь улетучивается, становится всё сильнее и сильнее. А что если и вправду не получится? Что же делать тогда?》 - В глазах мальчика промелькнуло сомнение. Он подтянул руку и начал беспокойно грызть ногти. -《Я не собираюсь оставаться в таком положении, ни за что! Тогда я сам приду к академии, да хоть проберусь к Хокаге, но я должен туда попасть! Это мой единственный путь,... мама готовила меня именно к этому! Я не хочу вновь быть беспомощным...》 - он вспомнил впившийся в него взгляд мертвых глаз, по которым семенил своими лапками рой жуков, его опять передëрнуло, воспоминания о матери всё ещё отдавались диким страхом и горечью, но это лишь укрепляло уверенность Исаму в своём решении, он был твёрд, он будет следовать завету матери и станет шиноби, как его отец.
《Интересно, был ли отец таким же монстром ка те шиноби, что были там?》 - Исаму вспомнил то чувство беспомощности, то, как шиноби будто бы летали по полю боя, уничтожая всё вокруг, не моргнув и глазом. Перед ним будто снова те кровавые глаза, невероятные атаки и техники, то чувство страха, чувство невероятного разрыва в власти, силе, мощи. Он всё еще боялся их, шиноби, они внушали ужас, он ненавидел их, хотел, чтобы они познали схожий ужас, мести, но в столь же степени был восхищен. Он мечтает быть иметт их силу. Хотя нет, ведь и шиноби там умирали, нет, он хотел быть сильнее, ещё сильнее их, он мечтал быть намного сильнее. Великое будущее, то будущее к которому готовила его мать, то что ему предначертано! Вот что его ждёт!
Вдруг, он увидел фигуру подходящую к больницу, это прервало его размышления, ведь на фигуре был жилет шиноби! в глазах Исаму промелькнула радость и огонек надежды. Он не мог сказать жилет лишь чунина это или быть может быть джонина, он не знал разницы, но он точно видел подобные жилеты на шиноби, заглядывавших в трущобы на миссии или во время расследования дел, хотя некоторые приходили и чтобы поиздеваться или ради дешёвых "развлечений".
Пустившись опять в размышления, он и вовсе не заметил, как в дверь постучали, застав его врасплох. Исаму сильно удивился и запаниковал от мысли, что уже так скоро будет эта заветная для него встреча.
Дверь открывается, и мальчик пытается быстро собраться и сделать вид, что вовсе ничем не обеспокоен. Внутрь комнаты вошëл мужчина лет 30, подтянутый, с суровым лицом, на котором виднелось пара параллельных длинных шрамов от уха до носа, его черные волосы были завязаны в небольшой хвост, а черные глаза смотрели холодно
"Здравствуй, малец. Я - Учиха Кенджи, офицер полиции Конохи. Дашь мне ответы на несколько вопросов? " - Сказал мужчина безразличным и снисходительным тоном.
Имя офицера врезалось в разум дитя. - «Учиха» - . Именно они были частью того безумия, что убило его мать. На миг в глазах мальчика промелькнула ненависть и шок, но он моментально попытался скрыть это, так как на это был способен ребенок в принципе, впрочем этого недостаточно чтобы скрыть что-либо от тренированного шиноби, тем более Учиха.
Кенджи не впервые видеть негативное отношение к своему клану среди людей, особенно после предательства и смерти Мадары Учихи. Тем более это был лишь ребенок, поэтому он решил проигнорировать это и ждал ответа.
Осознав, что он всё ещё не ответил, Исаму, помедлив, и с неохотой сказал - "Да.."
Тогда мужчина поставил взявшийся будто из ниоткуда стул рядом с больничной койкой мальчишки и сел за него -
"Замечательно, тогда начнем, как же тебя зовут?" - Раздался вопрос от мужчины, столь же безразличный что и приветствие до.
"Исаму, Исаму Ивасаки... вроде бы" - неуверенно ответил мальчик.
"Вроде бы?" -
"Да, мне нечасто приходилось слышать фамилию, а маму я не спрашив-" -
"Ага, насчет этого, кто твои родители? Ты знаешь где они? Кем работают?" - Перебил мальчика офицер, не заинтересованный в таких подробностях. - "С этой информацией их будет легче найти "- Он поспешил объяснить свои вопросы.
Исаму крепко сжал одеяло в кулаках на койке. Он еле держал себя в руках, вероятно по вине этого клана умер его единственный родитель и теперь он ещё смеет его расспрашивать, так ещё и перебил его. Это неуважение не совпадает с великим будущим предначертанным ему. В его глазах светило пламя гнева. Он прикусил губу- « Нет. Не время. Не время для эмоций.»
"Прошу прощения, полагаю они погибли там, не так ли? Есть у тебя другие родственники? То тело, котор-" - Сказал было расспрашивающий, увидев реакцию ребенка, но тот встрепенулся, вновь сделав безразличное лицо, со словами:
"Да, офицер-сан, мой отец был шиноби и погиб на миссии еще на первый год моей жизни, по крайней мере так говорила мама, Аяме Ивасаки-сан, была проституткой в том районе красных фонарей, который был снесён битвой, она же погибла в недавнем инциденте с вражескими шиноби, разрубленная пополам, это она является тем телом, что было найдено рядом со мной. О других родственниках мне неизвестно, полагаю их нет."
"Хмм.. , Чтож, тогда... Вопросов больше нет, думаю тебя отправят в детский дом, точнее узнаешь завтра"- Немного удивившись резкому и подробному ответу, но легко собравшись, высказался Учиха, видимо спеша расспросить всех остальных пострадавших в больнице, быстро встал со стула.
《ЧТО? Нет! Это уже конец расспросов? Слишком быстро!》- Сильно удивился мальчишка, его и так бледное от истощения лицо, казалось, стало ещё бледнее, спохватившись, он надорвался с койки ближе к офицеру, капельница отдалась болью в руке - "СТОЙТЕ, подождите, офицер-сан!" - сказал Исаму, в спешке забыв имя мужчины.
Теперь вновь наступил черёд удивится Кенджи, он остановился чуть раздраженно ожидая продолжения фразы. У него не было желания тратить больше времени на кого-то, тем более на сына мертвой шлюхи. - "Ну? " - Ожидающе спросил он.
"Ам..." - Исаму немного растерялся от внезапности и скорости смены ситуации, но быстро понял, что сказать - "Я хочу стать шиноби! Мне нужно попасть в академию." - проговорил он уже с уверенностью в глазах.
"Много кому хочется, мало кто может и многие жалеют." - Ответил раздраженно Учиха, тем не менее он позвал ирьёнинов, чтобы узнать, способен ли мальчишка стать шиноби? достаточно развиты ли чакроканалы? Узнав, что во время обследования мальчишки у него уже обнаружили довольно развитые чакроканалы, более развитые чем у обычных безродных детей его возраста. Учиха думал. Всё это время Исаму тихо и напряжённо наблюдал, как решалась его судьба.
Повернувшись к нему, мужчина спросил - "Возраст?" - Увидев, что мальчик не сразу понял вопрос, он повторил: "Сколько тебе лет?"
"Мне, мне уже пять, как раз возраст для поступления в академию."
"Да..." - Задумавшись, сказал чуунин Кенджи. Он заметил, что пацан выглядит старше, значит развивается быстрее, точно как дети шиноби.
Определитель его судьбы, убедившись в своих доводах, оценивающе взглянул на него, и чуть смягчился. -"Хорошо, малец, тебе повезло, или нет. У тебя есть потенциал шиноби, а шиноби сейчас нужны. Я передам информацию о тебе." - Обозначил его Клото - "Если это одобрят, что очень вероятно, тебе выдадут квартиру, завтра-послезавтра получишь её номер и карту местности с пометкой, где она и больница, ну и будешь получать пособие, как сирота. Ровно через месяц начнутся занятия в академии, перед этим ты должен будешь зайти туда в течение последней недели, как и все ученики, да бы пройти тест и узнать, куда именно тебя зачислят." - Учиха выдал базовую инструкцию сиротам поступающим в академию шиноби, хотя мальца еще не одобрили, но развитость его чакроканалов в такое неспокойное время гарантировало, что его примут сразу.
"Благодарю вас, Учиха-сан!"
Наконец, услышав заветные слова, Ивасаки облегчено выдохнул, главное уже сделано, он почти начал свой путь шиноби, он сможет получить ту силу, силу тех чудовищ, он сможет попасть в академию!
"А теперь отдыхай, тебе надо поправится поскорее" - Сказал Кенджи, уходя из комнаты.
Расслабившись Исаму припал назад к койке и вновь взглянул в окно, с решимостью сжав кулак, он снова ждал, он ждал, когда выздоровеет.