Длительная кома

      Несколько дней прошли незаметно. Оказывается, у Дазая каждую неделю в субботу уборка. Поэтому, он притащил из кладовки пылесос и швабру вместе с ведром. Он в поклоне протягивает швабру Чуе, на что тот берёт её со словами: — Это ты типо меня в рыцари посвещаешь? — Да, ангел войны подушками и тряпками. - Дазай усмехнулся, выпрямляясь. - Я пылесошу, а ты за мной моешь полы.       Уже через два часа квартира сверкала: холодильник, раковины, плита, полки, столы, полы, ванна и окна блестят, ведь по ним несколько раз прошлись тряпкой и хлоркой.

***

      Ещё неделя прошла. Осаму закончил второй курс. Завтра должен состояться ужин с его семьёй и семьёй Цусима.       Накахара зевает, встряхивая ангельскими крыльями, сидя в спальне за столом, подперев подбородок рукой, следя за человеком напротив, что пересаживал сериссу в другой горшок, стараясь не повредить красивые нежно-розовые лепестки, ветви и корни. На полу стоит мешок с землёй и два горшка. — Зачем тебе этот куст? - спросил равнодушно Чуя. — Он красивый, аккуратный. Всё, не мешайся, иначе об тебя руки вытру. - Дазай обернулся и продемонстрировал свои ладони, испачканные землёй, с довольным лицом. - И принеси пылесос. - рыжий посмотрел на пол и закатил глаза, увидев рассыпанную землю, встал с кровати и пошёл в кладовую.       Он зашёл туда впервые за время своего пребывания в этой квартире, поэтому, принялся осматривать помещение - ничего необычного, шкаф, полки, швабры, тряпки, пылесос и чёрный футляр от скрипки. Скрипка? Накахаре стало интересно. Дазай никогда не упоминал о том, что умеет играть на музыкальных инструментах, да и каких нибудь тетрадей по тому же основному сольфеджио не было. Классика ни разу не играла из его наушников. Ангел присел на корточки и открыл его. И правда, внутри скрипка и смычок. Поэтому, взяв пылесос из угла и закинув лямку чехла себе на плечо, предварительно закрыв его, чтоьы ничего не выпало, Чуя снова пришёл в спальню и бесцеремонно начал допрос. — Чья скрипка? - спросил Накахара, пока что поставив футляр и пылесос на пол, глядя на Дазая. На что тот обернулся, даже не удивлённо смотря то на вещь, то на рыжего. — Моя. Не зря же она у меня дома. - пожав плечами, Осаму продолжил заниматься растением, только уже погонатериумом. — Откуда ты только эти кусты берёшь.. Так откуда она у тебя? — Лет пять назад закончил музыкальную школу. Хотел раньше бросить, но с отцом уговор был. — И какой же? — Слишком любопытный ты, таких быстро устраняют. - от таких слов захотелось что-то кинуть в шатена, но если кинет, то будет проверять, умеют ли летать его крылья. - Заканчиваю её, и он мне покупает квартиру, которую я захочу. — Грех не закончить.. Я снимаю квартиру в Сагамихаре. Кстати, мне идти с тобой на ужин? - сказал он, протягивая со стола удобрение Дазаю. — Нет. Я в часов семь вернусь домой. - забирая удобрение, сказал он, на что Чуя просто кивнул.       Рыжеволосый пропылесосил за кареглазый и пошёл убирать обратно в кладовую. Затем Накахара зашёл на кухню, открыл холодильник, ничего не увидел и начал жаловаться. — Дазай, ты в курсе, что у тебя крыса повесилась? Даже без тебя! Иди в магазин. - на этот зов вышел Осаму из спальни, его руки до сих пор грязные. — Если не ты готовишь, то мне лень. - заявил Осаму, уже моя руки, ангел фыркнул. — Так и быть, простому смертному я помогу. Только иди уже в магазин. — Великий ангел снизошёл с небес ради такого ничтожества как я. Это очень благородный поступок, Ваша милость. - сказал шатен в поклоне.       Уже спустя полчаса Чуя стоял на кухне, смотрел разные рецепты в телефоне Осаму, что до этого нагло отобрал под возмущённые восклицания. Не особо он любил готовить, но надо ведь похвастаться, иначе никак. Может, с возрастом полюбит, кто знает. В это время на кухню зашёл забинтованный с хитрым прищуром и любопытным лицом, точно лис. — Чего тебе? - не отрываясь от поисков, спросил Накахара. — Я с тобой посижу. - оповестил он ангела, наблюдая за ним. — Ладно. - рыжий перевёл взгляд на пакет, что стоял на полу и ждал, пока его разберут. Потому решил проверить, что каштановая макушка купила. Курица, рис, чипсы с крабом, сыр, молоко и конфеты с карамелью. Чуя отдал чипсы Дазаю, конфеты поставил на стол, сыр и молоко в холодильник, а остальное на столешницу. — У тебя есть мирин? — Да, над плитой в шкафу. Ты хочешь приготовить кацудон? - спросил Осаму, сидя за столом, подперев подбородок ладонью, слегка склонив голову набок и напевая себе песни под нос. Накахара, немного поразмыслив, ответил кратким "да", хоть в его планы это не входило.       Пока парень готовил, то со стороны слышались тихие строки песни "Supermassive Black Hole". Чуя её знает. — How long before you let me go? You.. You set my soul alright. You.. You set my soul alright. - вполголоса пел Дазай. - You.. — Glaciers is melting in the dead of night, and the superstars sucked into the supermassive. - запел Чуя шёпотом, но Осаму всё услышал. — Set my soul alight. You.. - подпел он ему. — Glaciers is melting in the dead of night, and the superstars sucked into the supermassive. — Set my soul. — I thought I was a fool for no one. — Oh baby I'm a fool for you. - по строчке начали петь они. — You're the queen of the superficial. — And how long before you tell the true? Oooooooooooooh, you set my soul alight Oooooooooooooh, you set my soul alight Glaciers melting in the dead of night And the superstar’s sucked into the supermassive Ooooooooooooh, you set my soul alight Glaciers melting in the dead of night And the superstar’s sucked into the... Ooooooooooooh, you set my soul- Into the supermassive Supermassive black hole Supermassive black hole Supermassive black hole Supermassive black hole Glaciers melting in the dead of night And the superstar’s sucked into the supermassive Glaciers melting in the dead of night And the superstar’s sucked into the... Into the supermassive Glaciers melting in the dead of night And the superstar’s sucked into the supermassive Ooooooooooooh, you set my soul alight Glaciers melting in the dead of night And the superstar’s sucked into the... Ooooooooooooh, you set my soul- Into the supermassive Supermassive black hole Supermassive black hole Supermassive black hole Supermassive black hole       Песня закончилась. Курицу Чуя так и не порезал. Осаму всё так же сидел за столом с улыбкой на всё лицо как у чеширского кота. Накахара обернулся и посмотрел на него, но встретившись с ним взглядами, фыркнул и отвернулся, возобновляя готовку. Зато одно им ясно - петь вместе песню им понравилось.

***

      Дазай собирается на ужин. Он надел бежевые брюки и рубашку с рукавами до локтей. На встречу с друзьями отца он разрешал одеваться чтуь проще, чем обычно. Но несколько правил всё ещё было: никаких футболок; поведение всё ещё должно быть приличным, ведь "мы должны всегда показывать статус семьи"; горбиться нельзя и так далее. В детстве, когда ещё старший брат жил со всеми, то даже если ногу поднимешь, чтобы поставить её на стул - сразу прилетит по коленям чёрным, кожаным шнуром, непонятно от чего он был взят. Поэтому все должны сидеть с ровной спиной, ноги вместе, нога на ноге лежит - получишь этим же шнуром по коленям. Поднимать еду выше рта тоже запрещалось. Каждый должен был по минимуму оставлять за собой крошки и капли. Заступишься за члена семьи - тоже получишь, иногда в два раза больше. Но чем старше Осаму становился, тем меньше его били. Мать же могла вставить свои пять копеек на счёт его "ужасного" поведения для вида, которого не было, хоть и относилась намного лучше, чем отец. Женщина лишь до двенадцати лет так делала.

***

      Чуя остался дома, лёжа на диване в гостиной и смотря телевизор с чашкой чая на столе, ведь кофе Осаму не пьёт, но хотя-бы есть разные сорты. Тем временем шатен уже ехал в такси, за окном всё ещё светло и погода хорошая, Рин ему написала, что уже приехала и слушает от его матери как она подросла. Дазай смотрел в окно и думал как же ему вести в доме. Но закончил он свои размышления тем, что характер сам себя покажет.       Кареглазый уже подъехал к двухэтажному дому, что находился на краю улицы. Слишком не выделялся, лишь была небольшая, личная парковка, на которой стояли две машины. Парень вышел из авто, достал связку ключей с брелок кошки на полумесяце и открыл дверь. Его сразу же встретила облегчённая подруга, ждавшая его прихода. — Ну наконец-то, думала, что не дождусь. Они уже на стол сели. — Лучше бы не дождалась. - он закатил глаза. - Без меня уже есть начали, как же так. — Не-а, твоя мама сказала, что все должны быть в сборе, включая тебя. Так что пошли. Не волнуйся, взглядом не убьют. — Как мило. - Дазай разулся, и они пошли вместе на кухню.       Осаму зашёл, вслед за ним Микки. Его взгляд упал сперва на Акеми Цусиму - её мать, затем и на её отца - Алана Цусиму, после на его же родителей - Сэцуко и Кохэку. В помещении так же стояла служанка средних лет Ванесса, работающая двенадцать лет в этой семье. Повисло резкое молчание. Первым её разрушил хозяин дома, сидевший во главе стола. — Здравствуй, сын, наконец-то решил посетить свой дом? Молодец, похвально. — Кохэку, успокойся. Твой сын только приехал, а ты сразу наезжаешь. - спокойно промолвила тётушка Акеми, переводя взор на свою давнюю подругу. - С каждым годом он всё больше на тебя похож, Сэцуко. — Осаму, не слушай своего отца. Присаживайся уже. И я это вижу, дорогая. - не смотря на то, что все ждали младшего, хозяйка уже ест салат харусаме. — И вам добрый вечер. - Осаму и Мияко сели напротив друг друга. — У тебя ожоги или что-то другое, раз носишь бинты? Столько тебя не видел. - поинтересовался старший Цусима. — От дурости носит. - бормотал себе под нос Кохэку, на что получил недовольный взгляд от жены. - Ладно, давайте уже приступать к ужину.       На кухне царит тишина, не считая звона посуды. У каждого в голове разные мысли: у некоторых они просто плывут по течению, у других зациклены на чём-то конкретном. Тот же Осаму, в намерениях которого лишь бы свалить из этого дома, что бы сходить в бар или пойти погулять с привычной компанией из четырёх человек, которая не меняется уже четыре года. Но прервал тишину Алан. — От Риото никаких вестей? - обычный вопрос, возникающий каждый раз, но ответ всё не заменяется другим. Это уже как спросить про погоду на улице, обычная обыденность. — Всё по старому. Думаю, что он из города уехал и все связи оборвал, чтоб наверняка опозорить семью. - тон Кохэко был напряжён, когда речь зашла про достоинство семьи.       Риото. Разница с младшим братом шесть лет, что делало у них разное понимание мира. Пока Осаму рос, за ним приглядывал старший, но изначально разговоры заводились очень плохо, либо их и не было. Осаму всегда думал, что проблема в нём, но когда возраст мелкого пересёк десяти, то отношения складывались значительно лучше: Риото начал сам отводить свою маленькую копию в музыкальную школу, забирал тоже он; стал брать его с собой на прогулки: заходил в комнату, давал всего пару минут на сборы, облокотившись о стену и смотря, как он в торопях собирается. Но много ли раз он упрашивал старшего сам? Редко, очень редко. Чаще всего они гуляли одни, ходили по улицам, порой заходили в круглосуточный за мороженым - Осаму брал шоколадное, а Риото фисташковое.       Среди многих людей, в том числе и родственников, Осаму не мог найти того стабильного спокойствия в жизни, поэтому сначала приходилось искать его в брате, но после его исчезновения - в смерти. Воспоминания о своём детстве окончательно погубили всё хорошее настроение, лишь зародив отвратное чувство грусти и одиночества. Пока оно наростало, на стол рухнул белый комок пушистых перьев, который в недопонимании стал оглядываться. Шатена это вывело из транса, и посмотрев на того, кто его потревожил, то обратился к нему в мыслях: ” — Ты что тут забыл?” - кареглазый пытался не показывать нервозность, но глаз у него дёрнулся. — Я просто был дома, у меня начало болеть запястье и я тут оказался.. - Чуя слез со стола и оглянулся: семейство Дазаев и Цусима сидели за этим же столом, спокойно ели и перекидывались словами. Затем, окинул его взглядом. - Ты тревожишься что-ли? Ты какой-то нервный, от тебя аура плохая, чувствую я так. ” — Запястье? Аура? Лучше помолчи, не хочу слушать слушать этот бред. - Осаму проследил, чтобы никто из присутствующих не заметил странного поведения со стороны младшего. - Подожди минут тридцать, потом пойдём домой. И выйди из кухни.” Чуя закатил глаза и пошёл гулять по дому. Успел пройтись от ванной до гостиной, остановился в саду. Снаружи дул лёгкий ветер, из-за чего домашние качели покачивались, на которые он присел и осматривал цветы по типу садовой азалии, белого ириса, подснежников и так далее, даже росла серисса, но больше всего выделялась слива Умэ со своими розовыми лепестками. Так Чуя и просидел на качелях, рассматривая растения и своё запястье, на котором остался небольшой след под браслетом. Из-за связи между ангелом хранителем и человеком, душа одного почувствовала угнетение второй, из-за чего первый проникся мучениям второго и прибыл утешить. Что немного помогло. ” — Потопали.” - подумал Осаму и пересёкся взглядами с Накахарой, уже направляясь к выходу из территории своих родственников, на что Чуя кивнул и они ушли вместе. Полчаса пробежали незаметно.

***

— Мелкий, ты долго ещё? - доносится голос из коридора, пока ещё несовершеннолетний Осаму собирается на урок со скрипкой. — Уже иду! - Он поправляет брошь в виде луны с тремя камнями синего бриллианта и ещё в два раза больше небесно-василькового сапфира, дополняла вся эта картина небольшие, светлые бриллианты рядом. Всегда, когда ребёнок семьи идёт в школу, то ему дарят украшение в форме его внутреннего мира - традиция Дазаев. Именно эту брошь отдала Осаму его мать, за что получила осуждающие взгляды и небольшие выговоры от старших, она проигнорировала их, но на годовщину десятилетия их брака ей снова подарили украшение, но уже заколку в виде солнца. Если же человек из другой семьи поженился или вышел замуж за кого-то из них, то это был подарок на свадьбу. После, в комнату заходит его старший брат, который берёт его футляр от скрипки, и они вместе выходят из дома. Из гостиной выглядывает Сэцуко, окидывает сыновей изучаюшим взглядом и просто кивает, не тревожа их.       Они шли, что было редкостью, ведь отвозил всё семейство личный водитель по имени Шэнли, которого все в семье сравнивали с вороном из-за его чёрный, как крыло ворона, волос, и тёмно-серых глаз. — Я тебя заберу. - в невзначай сказал Риото, на секунду взглянув на младшего, чтобы увидеть его реакцию, на что тот посмотрел на него своими детскими глазами и кивнул, но спросил. — Почему? Зачем? — Почему бы и нет? По дороге домой куплю мандзю. - от этих слов у Осаму на секунду засветились глаза, но вскоре, он посмотрел на брата с подозрением. — С чего вдруг такая щедрость? - спросил он, смотря снизу вверх, но старший сын растрепал каштановые непослушные локоны мелкого, получив недовольные возгласы. — Просто вспомнил, что у меня есть мой любимый младший брат.       Разговор продолжался, но Осаму ещё не знал, что уже через полгода его брат бесследно исчезнет.       Рыжий проснулся посреди ночи в библиотеке, восстанавливая дыхание, хотя ему и не снились никакие кошмары. Но сон был о прошлом Дазай. Новая способность хранителя, чтобы уберечь своего человека? Да, так и есть. Для него это было что-то новое, запястье снова заболело, боль плавно переходила к голове. Вроде во сне ничего такого не было, даже атмосфера мирной семьи была, но на душе неспокойно.       Днём, Накахара и Дазай ходили по магазину, они искали новые горшки для растений, порошок для стирки и прочее. Они проходили мимо отдела с приборами для рисования, так как магазин был для всякой всячены. Взгляд ангела зацепился за краски и кисти разных размеров, шатен это заметил. — Ты любишь рисовать? Вау. - Осаму усмехнулся, высматривая что-то и думая о чём-то. Чуя на это лишь закатил глаза, идя дальше. — Всё возможно. А что, подарить захотел? - язвительный тон у голубоглазого обеспечен. Он повернул голову, оглядываясь на парня с прищуром, оценивая реакцию. — Пфф, буду я ещё тратиться на какого-то карлика. - фыркая по детски, произнёс кареглазый, в ответ так же смотря, играя в гляделки, выигрывая и смотря, как его хранитель уходит за другой прилавок. - Ну я же пошутил!..

***

      Осаму бездельничал в своей комнате, но так считал Накахара, которому запретили заходить в спальню, тот был весьма обескуражен, поэтому не стал использовать умение проходить сквозь стены.       Бинтованный сидел на кровати и выбирал подарок, точнее, подарок уже выбрал, но как его оформить и отдать? А он уже через час будет! Снова начался новый учебный год. Утром можно сделать вид, что не знает о его дне рождении, но после учёбы вручить его в неожиданный момент. Но Дазай уж слишком хотел увидеть его шокированное лицо пораньше, из-за этого этот вариант отбросил. Но Осаму уже придумал идеальное решение. Он тихо выглянул из комнаты, увидел, что тот ест на кухне, втыкая в ноутбук, нагло сворованый у хозяина дома, и начал пробираться в библиотеку со всеми холстами, неся их в одной руке, молясь, чтобы ничего не упало, в другой же, держал большую подарочную коробку. Внутри неё находились всевозможные баночки с красками, кисточки, две палитры, лаки и так далее.       Рыжеволосый слышал все шаги Осаму, понимая, что его лучше не трогать, да и после сна какое-то странное ощущение. Он спокойно сидел, пил чай, смотрел прохождение игры. В отличие от своего хранителя, Дазай больше любил сам играть, а не смотреть видео.       И вот, время двенадцать часов ночи ровно, на кухню со слегка хитрым взглядом заходит забинтованный, подходя к ничему не подозревающему рыжику, резко трогая его за плечи, пугая. — Идиот! - Чуя раздражённо оборачивается, замечает этот взор на него и замолкает. - Что? Осаму молча берёт его за руку, ведя по коридору в библиотеку, на что Накахара лишь скептически изучает его действия. После, открывает дверь и пропускает парня вперёд, заходит за ним и улыбается по-детски. — С днём рождения, Ангелок. - Накахара лишь хлопает ресницами, смотря на идеально расставленные холсты. — Откуда ты знаешь?.. - спрашивает он, подходя к подарочной коробочке. — Ещё в первый день нашего знакомства просмотрел твою страницу в одной соц. сети, там была дата твоего дня рождения, вот и запомнил. Надеялся, что она правильно поставленная. Вроде, всё хорошо. - отвечал он, наблюдая за рыжиком, как тот развязывает синий бант и снимает крышку и осматривает подарок. — Ты всё же решил на меня потратиться? Я даже не знаю, что и сказать. Дазай, правда спасибо. - тихо бормотал он, на что другой испытывал удовлетворение за свою проделанную работу. Чуя обернулся. Это напомнило сегодняшнию ситуацию в магазине, но уже всё выглядело совсем по другому. Сердце Осаму ёкнуло, смотря в очи напротив. Он помахал головой. — Мне не было трудно. - сказал он, любуясь тем, как ангел выкладывает всё на стол. - Я пойду, развлекайся. Выйдя из комнаты и закрыв за собой дверь, он выдохнул. Оказывается, что такая простая вещь, как дарение подарка, принесёт не только удивление имениннику, но и дарителю. Слишком странные последние дни у всех.

***

      Дазай собирался утром в университет, во всём доме тишина, не считая его бесшумной ходьбы. Когда он проходил по коридору, то заметил, что Чуи не было в гостиной, поэтому, он тихо приоткрыл дверцу, заглядывая внутрь библиотеки и замирая, чтобы не проронить никакого слова. Внутри на пуфике спал голубоглазый, на полу валялся холст с нарисованным на нём двумя рыбками кои в воде, одна бело-оранжевая, вторая чёрно-красная, но у обеих на хвосте было пятнышко: у белой - чёрное, а у чёрной - белое. " — Прям как инь янь" - подумал Осаму.       На столе стоял стакан с грязной водой, в котором находились две кисти, так же, разные краски. Рядом с лежащим лежала палитра с синими и оранжевыми оттенками.       И перед тем, как уйти на пары, Осаму вылил воду, холст с палитрой убрал на стол, и после, взял плед, стараясь не разбудить его, укрыл его. Накахара лишь поморщился, но сразу успокоился, а белоснежные крылья обвились вокруг своего хозяина, обнимая. Парень вышел из помещения и ушёл в университет.