Случайность

Шура заходит в комнату. Кирк как всегда занят. Но всё же оборачивается, чувствуя чужое присутствие. Мальвина молча садится рядом, обнимая. Хотелось, чтобы молодой человек во время приездов в Россию проводил время с ним, а не с работой. Даже за тысячи километров она настигала Кирка, заставляя работать до изнеможения. - Отдохни, устал наверно, - Шура осторожно поправляет волосы возлюбленного. Для парня был очень важен тактильный контакт. Так и не скажешь, что они познакомились, споря о какой-то мелочи в комментариях к видео на подобии: "музыка для того, чтобы чувствовать себя коробкой // song about box". Но сейчас было важно не это. - У меня работа. Крайний срок через неделю, - одной рукой приобнимает Шуру, а второй печатает что-то на ноутбуке. - Много делать? - Нет, допечатать только. Минут двадцать, - после этих слов целует возлюбленного в макушку, попутно делая отчёт. Ничего не оставалось, кроме как ждать. Они ждали три года, чтобы увидеться, подождут ещё. Почему так долго? А всё из-за того, что их разделяло не только расстояние, но и гражданство. А ещё Шура уезжал работать наёмником, печатая с кнопочного нокиа, который даже если прострелить, будет работать (проверенно). Да и сидя в окопе редко найдётся время просто показать, что ты жив. Это время он вспоминал со смещанными чувствами. - Шура, земля вызывает, приём, - Кирк был частично русским. В семье говорили на этом языке, так что владел он им в идеале, лишь иногда проскальзывал акцент, который Мальвина так любил. - А, точно..., - поняв, что Кирк закончил, притягивает его к себе для поцелуя. Прижимаясь как можно ближе, старается запомнить каждое мгновение. Ведь скоро О'Райли уедет обратно за границу. Увы, нг они так и будут видеться раз в несколько месяцев. У Кирка работа в Ирландии, которую он не может бросить. Зарплата большая, он мог бы обеспечивать возлюбленного, но Шура отказывался. И дело не только в сложности переезда и другом языке. Он не хотел бросать всё, что имеет: друзей, родной город, воспоминания. Если он уедет, то оставит здесь себя. Так и было, когда Шура уехал в Сирию. Справляться со всем этим помогал Кирк, спасибо ему. - Пойдём на свидание? - Мальвина улыбается, наслаждаясь любимым человеком. - Конечно. Куда? - Кирк устало хмыкает, пересаживаясь на кровать. Шура следует за ним, усаживаясь на колени. Нежные поцелуи, объятия. Настроение полной неспешки. Руки касаются всего, что только можно и нельзя. Парни были сонными: сказывался ранний подъем. Вылезать из кровати не хотелось, тем более пошёл дождь. Август радовал своей прохладой, приближая мерзкую осень. Мерзкую, потому что он проведёт её без дорого человека. Да, с друзьями, да, на подработке, которая была для галочки: в своё время он заработал столько, что мог прожить до старости на среднем уровне жизни. А чтобы покупать себе что-то в удовольствие нужно было идти работать дополнительно. А, ещё заочка: Шура в кое то веки решил получить вышку после своей шараги. - Хм... Давай в кафе? - ехать на метро недолго, да и уютно. Тем более там бо них никому не будет дела. - Хорошо, Шур, - имя произнесено с нежностью. Кирк улыбается, не желая куда-либо вылазить. Ему и тут было хорошо. Держа в объятиях возлюбленного, прикрыл глаза, только что замечая, что они уже не сидят, а лежат, тем более под пледом. Сборы не заняли так много времени. Стоя в метро, промокшие, но такие счастливые, чуть ли не обнимались. Это было не удивительно, ведь вагон вяглядел как бочка, до отказа набитая селедками. Знакомое кафе "(Р)айдо". Уютно, всем всё равно на то, что Шура чутка подвёл глаза, на то, что у него пирсинг в ушах, еа брови и в носу. На сетчатую черную кофту, на татуировки крестов. И на противоположному ему парню: в рубашке и брюках, споконому и уравновешенному. Но если разозлить или тронуть то, что дорого... Мало не покажется. Сидят в углу, на диванчике, держась за руки и о чём-то беседуя в полголоса. Лишь хозяйка заведения поглядывает на них с некой улыбкой. Знал бы Кирк, что Ульяна помогала Шуре справиться со своими чувствами, переживаниями, а в редких случаях и ревностью. Этот вечер был наполнен уютом. Рядом с тем, кого любишь всё казалось не таким унылым. Даже дождь не так сильно придавал грусти. Всё казалось таким правильным и любимым... Особенно обладатель серых глаз, приехааший ради него одного в совершенно другую страну. Особенно тот, чье имя было Кирк О'Райли. *** Они стояли в аэропорту чуть ли не вплотную. Шура чуть ли не плакал. Он всегда плохо воспринимал их расставания. По возвращении домой всегда чувствовал ухудшение своего состояния. Было очень грустно, что аж слезы лились ручьями. Иногда Мальвина даже заболевал, как говорит его врач, на нервной почве. Надо бы решить, что делать с переездом. Смотрят на часы. Вылет через час, может чуть больше. Кирк заключает любимого в обътия, шепча обещания, что обязательно приедет ещё, и приглашал, чтобы Шура приезжал сам. А он приедет. Обязательно приедет. На прощание даже целуются, мельком, еле заметно. В России всё же. Но то, как они не отлипали друг от друга предыдущую ночь... Желая друг друга, продолжения и всегда быть рядом. - Я уже скучаю..., - Шура прижимается к возлюбленному, переплетая их пальцы. Освждения он не боялся: со стороны его можно было с лёгкостью принять за девушку, а значит людей они почти не интересовали. - Тшш... Не говори, а то я ехать передумаю, - целует в макушку. Сердце разрывалось на части. - Напиши, как в самолёт зайдешь. И как сядете там. И как домой доедешь. И что поел, - Шура отстраняться не хочет, но надо. - Обязательно. Я тебя люблю, - последнее шепчет с теплотой, улыбаясь. - Ах ты ж черт... Я тоже люблю тебя. Очень сильно. Кирк, держа в одной руке чемодан, а во второй документы, удаляется. А Шура только и может, что смотреть вслед, понимая, что увидятся они не скоро. Очень не скоро. *** Знакомая маршрутка, каждый раз ездащая от аэропорта до центра. В этот час она полупустая, что уже не реально удивительно. Играет радио. Какая-то музыка. Шуру всё устраивает, так что он даже не валючает свои наушники. Начались новости. Сначала что-то мировое, а теперь по городу. Проезд и помидоры подорожали, какая трагедия. - А теперь к срочным новостям, - серьёзным голосом говорит ведущая, - Только что произошло крушение самолёта... Номер, авиакомпания, направление. Всё совпало. Кирк... Шура выбегает на ближайшей остановке. Он не успел отъехать так далеко. Пока бежит по пустынным улицам, проверяет телефон. Сообщений не было. Прошло всего полчаса, а уже крушение... Он и сам не знал, зачем бежит. С какой целью? Разузнать что-то? Наверное. Вскоре парень оказывается у здания аэропорта, забегая внутрь. Быстро проходит "контроль" на входе. Черт, аэропорт большой... Подходит на инфостойку. Спрашивает, что случилось. Всё объяснили. Налошали с топливом, не докрутили детали при ремонте. Да и самолет был совсем новый, это был его первый официальный полёт. Шура без сил прикрыл глаза, садясь на стул в зале ожидания. Вот же черт... Хотелось плакать. Кирка нет. Его любимого Кирка, которого дома ждала кошка, а в Санкт-Петербурге - возлюбленный. Даже не походишь толком. Оглядывая толпы людей, заметил белую макушку. Ужас, уже кажется, от этого парень лишь рассмеялся. Сработала защитная реакция. Белая макушка же отошла от толпы, набирая что-то по телефону. Включилась песня, стоявшая на рингтоне звонка. Стоп... Значит ему не мерещится? Через пару секунд Шура вже бежал в сторону Кирка, кидаясь на него с объятиями, чуть ли не сбивая с ног. - Ты... Ты никуда не поедешь ближайшие сутки! Понял?! Ты хоть понимаешь, как напугал?! - Мальвина сжимает возлюбленного. - Понял, понял, Шур, всё же хорошо... Я не умру, всё будет хорошо, - успокаивающие слова сами собой лились, хотелось поцеловать. Но ради этого они конечно же поехали домой, уже на автобусе, а потом на метро. Всё хорошо. Случилось чудо. Увы, не новоооднее, а августовское.