Arrest me, officer

-Имя? -Пак Чимин. -Возраст? -Семнадцать. Вздох.        -Несовершеннолетний, — бормочет темноволосый офицер, ни к кому конкретно не обращаясь, и что-то записывает. «Должно быть, он здесь недавно», -подумал Чимин. Возможно он проходит какую-то стажировку? Это объясняет, почему Юнги позволил ему одному заниматься допросом. Ручка в его правой руке застывает, когда он внезапно поднимает голову и с легкостью встречается взглядом с Чимином. Пак ждет следующего вопроса, но его не последовало. Вместо этого офицер медленно обводит взглядом Чимина, спокойно анализируя каждую черту его лица. -Есть какие-нибудь отличительные метки? — наконец спрашивает он. -Считаются ли татушки, если они обычно скрыты одеждой? -Зависит от обстоятельств, — рассеянно отвечает офицер, снова что-то записывая. -Мы вернемся к этому позже. — Отлично, — бесстрастно бормочет Чимин себе под нос, борясь с желанием закатить глаза. — Не могу дождаться.        На его сарказм никто не реагирует. Офицер слишком занят заполнением стопки бумаг, лежащих перед ним, записывая всю необходимую информацию с такой тщательностью, с какой ни один опытный полицейский никогда бы не стал утруждать себя. Он выглядит довольно забавно: сидя за своим аккуратно прибранным столом и одетый в строгую темно-синюю униформу в сочетании со слишком серьезным выражением лица.       Хотя, по правде говоря, Чимин не может заставить себя жаловаться. Пока что офицер Чон не отпустил ни одной из тех типичных шуток полицейских за тридцать, которые обычно заставляют его закатывать глаза так сильно, что становится больно. На самом деле, теперь, когда Чимин по-настоящему задумался об этом, он ни разу не пошутил. Он так серьезно к этому относится, что это даже забавно.       Чимин счел бы это почти милым, если бы поверхность, на которой он будет спать сегодня, не зависела напрямую от офицера-новичка, который слишком хорошо выполняет свою работу.       -Где твой опекун? — внезапно спрашивает офицер, оглядываясь по сторонам, как будто ожидая, что за спиной Чимина стоит кто-то еще.       -У меня его нет.       В ответ он слышит еще один вздох.       -Юнги, он же еще ребенок, — слышит его голос Чимин. В нем звучит легкое раздражение, когда он обращается к своему коллеге.       -Ребёнок? — Чимин обиженно хмыкает себе под нос, но его слова игнорируют.       -Ты же знаешь, я не могу допрашивать его без опекуна.       -О, я вижу ты все же учился в академии Чонгук, — дразняще улыбается Юнги с другого конца комнаты, в то время как Чимин старается не делать того же, потому что он был прав с самого начала, и все это действительно часть какого-то теста.       -Он может быть моим опекуном, — предлагает Чимин, указывая на Юнги большим пальцем и глядя на него умоляющими глазами.       -Нет, ты его не знаешь, — говорит ему новый-бесчувственный-офицер Чон Чонгук.       Чимин не может сдержать легкой улыбки, услышав это утверждение. Значит, он еще не все знает.       -Офицер, разве мы раньше не встречались в церкви? — Чимин, поддразнивая, спрашивает Юнги, который только улыбается в ответ, подходя ближе к ним — такой улыбкой незнакомца не одаришь.       -Та, в которую ты пытался проникнуть со своими друзьями? — спрашивает он в ответ, почти ласково ероша ярко-рыжие волосы Чимина. -Твоя мама тогда сильно волновалась.       -Он все равно не может быть твоим опекуном, — снова говорит Чонгук, пытаясь вернуть разговор к более серьезному вопросу.       -Я знаю правила, — вместо этого говорит Чимин, прерывая его почти нетерпеливо. -Взрослый человек должен быть со мной во время допроса, а он взрослый, так что давай просто покончим с этим. Чем скорее мы закончим, тем скорее я смогу вернуться домой.       Возникает внезапная пауза.       -И что заставляет тебя думать, что ты пойдешь домой сегодня вечером?       Чимин усмехается над вопросом, совершенно не обращая внимания на его вызывающий тон.       -Я всего лишь украл немного конфет, а не ограбил банк, — говорит он, слегка высокомерно скрещивая руки на груди.       -Конфеты… — тихо повторяет Чонгук, бросая на Юнги пронзительный взгляд. -Ты привел его сюда и заставил меня допросить его, потому что он украл…конфеты.       -Сегодня он ворует конфеты, а завтра может продавать наркотики, — почти безразлично пожимает плечами Юнги. — В наши дни дети творят разную дичь, Чонгук.       -"Причина ареста», — бормочет тот себе под нос, делая пометки. -Украл… конфеты… — говорит он, но перед этим бросает на Юнги еще один свирепый взгляд. -Группа крови? — затем спрашивает он, адресуя вопрос Чимину и успешно привлекая его внимание. Тот медленно поднимает голову, чтобы посмотреть на него, в его глазах читается явное замешательство.       Это что-то новенькое.       -Почему это вообще так важно? — не может не спросить он. -Я оставил кровавые отпечатки пальцев на месте преступления? -цинично спрашивает он.       -Просто отвечай на вопросы, ты не единственный, кто хочет вернуться домой, — раздается в ответ, сопровождаемый тихим вздохом, в котором Чимин улавливает нотку раздражения.       -Вторая, — бормочет он, опуская подбородок на ладонь и оглядываясь по сторонам, даже не пытаясь скрыть свою скуку. Чонгук просто смотрит на него какое-то мгновение, его взгляд острый, но в то же время смягченный, может быть, из-за недостатка сна, а может, из-за любопытства — Чимин не может точно сказать.       -Почему ты такой спокойный? — наконец спрашивает он. — Тебя только что арестовали.       Чимин просто пожимает плечами.       -Первые несколько раз бывает немного страшно, но потом привыкаешь.       -Первые… несколько раз?       Чимин что-то напевает, невозмутимо оглядываясь по сторонам. Чонгук, с другой стороны, выглядит так, будто готов взорваться с минуты на минуту. Судя по тому, как он вздыхает в следующий момент, день и вправду выдался тяжелым.       -Юнги, — зовет своего напарника, теперь его голос полон отчаяния, -что ты вообще хочешь чтобы я с ним сделал? Ты приводишь сюда несовершеннолетнего парня без опекуна и ждешь пока я допрошу его, прекрасно зная что я не могу. И все из-за того что он украл пару конфет? — он подносит руку к переносице, потирая уставшие глаза. -У меня завтра с самого утра лекция, а сейчас уже заполночь. Ты же знаешь что я прекрасно справляюсь с допросами, так что хватит уже издеваться над всеми нами.       Юнги улыбается как-то виновато, принимая правоту Чонгука.       -Ты офицер ответственный за него, — поднимая руки в знаке капитуляции, — тебе решать отпускать его или нет.       Чонгук облегченно выдыхает, как только закрывает свой блокнот. Он поднимает связку ключей со стола перед тем как подняться и немного размять руки. Чимин правда старается не смотреть. И когда офицер протягивает ему его телефон и бумажник, которые ранее были конфискованы Юнги, Чимин старается не вздрогнуть, когда их руки слегка соприкасаются.       -Пошли, парень, — в конце концов говорит Чонгук, заставляя Чимина быстро встать со стула. — Отвезем тебя домой.       -Правда? Ты меня отпустишь? — нетерпеливо спрашивает Чимин, внезапно становясь слишком энергичным для такого время суток. -Могу я получить свои конфеты назад? — щебечет он, выжидающе смотря на Чонгука. Знал бы он, как сильно офицер хочет закатить глаза, но все равно терпит и старается оставаться профессиональным.       Чонгук переводит взгляд на свой стол, где стоит коробка, которая раньше была полна конфет и только потом, не выдерживая, закатывает глаза.       -Юнги, — тихо зовёт напарника, ведь сил больше ни на что не осталось.       -Что? — слышит он с другого конца комнаты. Переведя взгляд на источник звука он видит Юнги, с ухмылкой поедающий украденные конфеты.       Офицер Чон молча протягивает руку в ожидании, пока конфеты окажутся в его руке. Юнги немного расстроено бросает оставшиеся конфеты Чонгуку, а тот с легкостью ловит их.       Ну конечно, у него просто должны были быть отличные рефлексы вместе с нереальным телом, не так ли?       Чон же не сразу отдает конфеты назад Чимину, вытягивая руку вверх, не давая младшему дотянуться до них.       -Заплати за них в следующий раз, — предупреждает Чонгук.       -Хорошо, офицер, — с усмешкой отвечает тому Чимин, не сильно обращая внимания на его слова; он слишком занят пытаясь выхватить конфеты из рук полицейского, но он сильно уступает в росте Чонгуку, даже стоя на цыпочках Чимин не может дотянутся до руки Чона.       Чонгук ненадолго замирает, когда до него доходят слова младшего, Чимин воспользовавшись этой заминкой выхватил конфеты из его рук.       Он, должно быть, еще не привык к тому, что его называют офицером.       Как следствие, это вызывает у Чимина желание подразнить его еще немного.       -Боже, — выдыхает он, когда они выходят на улицу и дверь полицейского участка закрывается за ними. -В следующий раз будь со мной помягче, -смеется Чимин, пытаясь натянуть свою кожаную куртку и заодно поспеть за быстрым шагом Чонгука. -Ты сидишь там, в своей строгой униформе, весь такой серьезный. Назвал меня ребенком, когда сам выглядишь не намного старше меня, — добавляет Чимин, отправляя в рот круглую конфету, а затем засовывая руки в карманы, ведь осенний ветер не щадит никого. -Я даже немного испугался. Но ты ведь и вправду не можешь быть сильно старше меня?       -В следующий раз? — вместо ответа спрашивает Чонгук, останавливаясь возле старенькой машины, которая, скорее всего, старше их обоих, предпочитая игнорировать все остальные вопросы.       Чимин намекнул, что ему не привыкать к арестам еще в полицейском участке. Если это так, то они вряд ли видятся в последний раз.       -Я первым задал вопрос, — замечает Чимин, нахмурив брови, прям как ребенок, не получивший игрушку которую хотел. Ему кажется что он видит как Чонгук закатывает глаза, когда тот поворачивается чтобы открыть ему пассажирскую дверь, но он не уверен. Затем Чон обходит машину, садясь за водительское место.       -Я достаточно взрослый чтобы купить себе конфеты и отвечать за последствия, если меня поймают на нарушении закона, в отличии от тебя, — отвечает все же на вопрос Чимина, параллельно заводя мотор машины, заставляя Чимина немного разозлится из-за его неоднозначного ответа.       -О, тебя бы точно поймали, — говорит Чимин. Его глаза непроизвольно гуляют по рукам офицера, которые лежат на руле. -Эти тату было бы довольно трудно скрыть, — поддразнивает его.       -А твои разве не спрятаны за одеждой? — спрашивает Чонгук. -У тебя нет никаких заметных татуировок или родинок, но тебя все равно ловят каждый раз.       Чимин усмехается в ответ на это замечание, слегка надувшись, достает телефон из кармана.       -Моя внешность сама по себе запоминающаяся, — бормочет в ответ.       -Может быть, она бы была менее запоминающаяся, если бы ты не появлялся в полицейском участке настолько часто.       -Я хотя бы там бываю иногда, из нас двоих только ты там проводишь пять дней в неделю, делая самую скучную работу из всех.       -Смешно слышать такое от тебя, — посмеиваясь говорит Чон. -Сначала закончи школу и тогда поговорим.       -У меня будет нескучная работа, — говорит Чимин, кладя в рот очередную конфету.       -Правда? А она будет как-то связана с чтением лекций другим об их жизненном выборе? — поддразнивает его Чонгук. -Я думаю у тебя бы это хорошо получилось.       Чимин улыбается, двигаясь немного на сидении и быстро печатая что-то на своем телефоне.       -Я даже когда-то мечтал стать полицейским, представляешь? — признается Чимин.       -И почему же ты передумал? — спрашивает Чонгук, останавливаясь на пешеходном переходе. Он не сильно был увлечен разговором, и, похоже, ему не сильно-то нравилось вести беседы на отвлеченные от работы темы в полицейском участке. Чонгук скорее всего просто ни разу не встречался с такими как Чимин на рабочем месте, в связи с этим, его автопилот заученных фраз перестал функционировать, и сейчас офицер находился в рассеянном состоянии. Но он все же продолжал беседу. -Тебе помешало твое криминальное прошлое?       -У меня нет никакого криминального прошлого, — говорит Чимин, одаривая его невинной улыбкой. -У несовершеннолетних есть свои преимущества.       -Ты поэтому делаешь все это? — внезапно спрашивает Чонгук. -Потому что к тебе нельзя применить общие законы, и ты можешь каждый раз выходить сухим из воды?       -Если жизнь дает тебе лимон, то сделай лимонад, разве не так говорят? — Чимин задумчиво поднимает голову, внезапно задумавшись над формулировкой.       Чонгук неосознанно смотрит вниз на свою правую руку, прикрытую полицейской униформой.       -То есть, следующий раз все же будет? — делает вывод Чонгук.       -Возможно, — лукаво отвечает Чимин. -Ты все еще будешь здесь работать?       -Надеюсь, — неуверенно говорит Чонгук, смотря в окно, больше для себя чем для Чимина.       -Тогда да, следующий раз будет, — застенчиво говорит Чимин, подражая голосу Чонгука.       Остальная часть поездки прошла в тишине, за исключением того, что Чимин время от времени указывал дорогу до своего дома. Теперь, когда его вещи снова в его распоряжении, он не выглядит скучающим, а тишину в машине время от времени нарушают звуки приходящий уведомлений. Не то чтобы Чонгука это волновало — просто он заметил, как Чимин молча нажимает что-то на своем телефоне и жует украденные конфеты, отчего вся машина Чонгука пропахла клубникой.       -Улыбнись! — слышит Чонгук, перед тем как перед его лицом появляется камера телефона, когда они останавливаются на красном свете светофора. Он не успевает ничего предпринять, как Чимин, уже сделав фото, увлеченно писал что-то в своем телефоне. -Я выложу эту фотку в Инсту для близких друзей, ты же не против?       -Наверное, — равнодушно отвечает ему Чон.       -Я рад что ты не против, потому что я вышел очень хорошо на этой фотке и я бы все равно выставил ее, даже если бы ты не согласился.       -Это нелегально, — замечат Чонгук, но в его голосе слышна усмешка.       -О нет, чтобы ты тогда сделал? — равнодушно спрашивает у него Чимин. -Арестовал бы? — дразниться.       Маленький сученыш.       -Ну, возможно, — усмехаясь говорит Чонгук. -Я мог бы арестовать тебя.       -Без обид, но люди обычно приглашают меня как минимум на три свидания, перед тем как затянуть наручники на моих запястьях, — спокойно отвечает Чимин, будто они говорят о чем-то обычном, по типу обсуждений погоды.       -Без обид, но ты все еще несовершеннолетний и уголовник, — не теряя времени говорит ему Чонгук. — Это не совсем мой типаж.       -Я скоро перестану быть несовершеннолетним, — с улыбкой сообщает ему Чимин.       -Меня это не сильно волнует, — отвечает Чонгук, заставляя Чимина разочарованно вздохнуть.       Чонгук предполагает что младший сейчас дуется, но не поворачивает голову чтобы узнать наверняка.       -Да ладно, ты же совсем недавно окончил полицейскую академию, — возражает тот. -Ты не можешь быть сильно старше меня.       -Я этого не отрицаю, — наконец признается Чон с легкой улыбкой на губах. -Но это не значит что я хочу пригласить тебя на свидание и надеть на тебя наручники не по поводу.       Чимин вздыхает, принимая поражение.       -Жаль, — отвечает Чимин. -Все мои друзья говорят что ты чертовски горяч и нам стоит замутить, — говорит тот, смотря в свой телефон, слегка улыбаясь.       -О неужели? Прям так и говорят? — рассеянно бормочет Чонгук.       -Ну, не совсем, — признается Чимин. -Они использовали другие слова, но я их немного перефразировал, а то ты бы точно надел на меня наручники.       Услышав это, Чонгук оборачивается, случайно замечает сообщение о «розовых наручниках в форме сердца» на телефоне Чимина и решает, что ему лучше и вправду не знать.       -Твои друзья тоже частые гости в полицейском участке?       -О нет, они заняты скучными делами, которыми занимаются все взрослые, — без энтузиазма говорит Чимин, будто его и вправду задевает то, что его друзья — примерные граждане.       Чогук что-то промычал в ответ. У него не было времени задать новый вопрос Чимину, ведь тот вскоре заговорил снова.       -Можешь высадить меня здесь.       -Тут? — уточняет Чонгук, сбрасывая скорость и растерянно осматриваться по сторонам.       -Я живу чуть дальше, — признается Чимин, указывая пальцем на ближне стоящий дом. -Я просто не хочу чтобы меня видели выходящим из полицейской машины.       Чонгук понимающе кивает головой и останавливается у обочины. Атмосфера в машине, казалось, резко изменилась, стоило транспорту остановиться.       -Ну, спасибо что подбросил, — неловко смеется Чимин, уже собираясь выходить из машины. -Увидимся?       -Я надеюсь, что нет, ради твоего же блага, — говорит Чонгук, слегка улыбаясь.       -Или что? Арестуешь меня и наденешь наручники? — дразниться Чимин.       -О нет, это было бы слишком легкое наказание для тебя.       -Хм., — задумался Чимин. -Возможно ты прав, — легко соглашается с ним и, наконец, открывает дверь машины чтобы выйти. -Ты случайно не работаешь в следующую пятницу?       -А что, если это так? — Чонгук вопросительно поднимает бровь.       -Просто интересно, — говорит Чимин слегка пожимая плечами, пытаясь не заулыбаться.       -Скорее всего будет моя смена. А сейчас держись подальше от неприятностей и ложись спать, время уже не детское, — подшучивает над ним Чонгук, не упуская шанса напомнить младшему их, хоть и небольшую, разницу в возрасте. Чимин на это лишь закатывает глаза.       -Да, сэр, — шутливо отвечает он, звуча уж слишком радостным.       Чонгук не уезжает пока не удостоверился что Чимин безопасно добрался до дома. Когда силуэт младшего пропадает в доме, Чон откидывается на спинку сиденья и наконец выдыхает с облегчением. Сегодняшний день был долгим.       Когда полчаса спустя, спотыкаясь, Чонгук выходит из машины, он бросает последний взгляд на пассажирское сиденье и замечает забытую там кучу клубничных конфет.

***

      Когда вечер пятницы все же наступает, Чонгук, мягко говоря, был в замешательстве.       -Повтори еще раз, пожалуйста, — просит у Юнги. Чонгук не верит своим ушам.       Этим утром Чонгуку пришлось вставать с восходом солнца и сразу пойти на четырех часовую лекцию. Он выпил сегодня слишком много кофе, которое, кстати говоря, совсем не любил, чтобы просто держать свои глаза открытыми. Так что у него совсем нет настроения сейчас разбираться с этим.       Под «этим» он подразумевает определенного человека.       -Я же говорю, — вздыхает Юнги, почесывая затылок. Он выглядит таким же озадаченным. -Он гулял по городу в пьяном состоянии, так что я забрал его сюда, протрезветь. Ничего страшного не случилось и я бы мог закрыть на это глаза, но он отказывается быть допрошенным кем либо кроме тебя? — говорит Юнги слегка вопросительным тоном.       -Именно поэтому он сейчас сидит за моим рабочим столом и рисует что-то? -спрашивает Чонгук. Юнги просто пожимает плечами.       -Мы должны были конфисковать его телефон как только он прибыл сюда, но этот мелкий чертенок не мог помолчать и просто посидеть, он все время ныл о том, как же ему тут скучно, — объясняет Мин с совершенно обыденным лицом.       -Офице-ер, идите уже сюда-а, мне та-а-ак скучно-о, — слышит голос Чимина со своего кабинета.       Он совершенно не хочет сегодня этим заниматься.       -Вот мы снова и встретились, — негромко говорит Чон, заходя в кабинет, зачесывая рукой свои черные волосы назад.       -Какая неожиданность! — сладко проговаривает Чимин в ответ, подперев подбородок рукой и улыбаясь ярче гребанного солнца.       -Не уверен что это случайность, — говорит офицер себе под нос, доставая чистый листок из стопки тех самых скучных бланков, которые им всегда приходится заполнять. -Итак, мне сказали что ты ждал именно меня.       -Мгмм, — промычал в ответ Чимин, все еще рисуя что-то в блокноте красным карандашем. В его блокноте, замечает Чонгук. -Ты мой самый любимый офицер здесь, — легко признается Чимин.       -Жалко что ты мой самый нелюбимый нарушитель из всех, кого мне когда-либо пришлось опрашивать. -Их не могло быть много, ведь ты вроде как новичок, — думает вслух Пак.       Чонгук на это ничего не отвечает, лишь слегка посмеиваясь и закатывает рукава свое униформы.       -Имя? — спрашивает он. Офицер поднимает свой взгляд на Чимина и видит как улыбка с лица младшего медленно увядает. Ему хочется ударить себя за это.       -Ты не помнишь моего имени? — тихо спрашивает младший, в его голосе звучит неприкрытая обида. Затем он драматично отводит свой взгляд, бормоча себе под нос что-то вроде «Я думал между нами есть что-то особенное».       -Я прекрасно помню твое имя, Чимин, — говорит Чонгук. Он видит как улыбка обратно возвращается на лицо младшего. -Но тебе все равно придется ответить на все вопросы.       -Окей, — легко соглашается Чимин. Ни капли обиды в его голосе больше не было.       -Возраст?       На этот вопрос Чимин, почему то не спешил отвечать. Чонгуку пришлось опять оторвать свой взгляд от бумажек и посмотреть нарушителю его покоя прямо в глаза. Как только они пересекаются взглядами улыбка на лице младшего становится еще больше.       -Восемнадцать, — с гордостью все же отвечает на поставленный вопрос.       –Отлично, — без энтузиазма отвечает Чонгук. -Теперь, когда ты официально стал взрослым, нам больше не нужен опекун, который будет присутствовать на допросе и я смогу отправить тебя прямиков в суд.       -За что? Кражу конфет? — фыркает Чимин, сразу понимая что угрозы в его сторону шуточные.       -А ты что, опять украл сладости?       -Нет, но ты все еще должен записать мои отличительные метки и спросить про мою группу крови перед тем как задать мне вопрос о причине ареста. — усмехается младший.       Чимин немного раздражает и в то же время вызывает симпатию. Чонгук на мгновение задумывается, сколько раз он, должно быть, оказывался в подобной ситуации, чтобы знать все вопросы наизусть. Он пропускает вопрос о метках, сразу переходя к следующему.       -Группа крови?       -Вторая, — отвечает Чимин с улыбкой, все также подпирая подбородок рукой с мечтательным выражением лица, которое, скорее всего вызвано тем фактором, что алкоголя в его теле больше, чем второй группы крови.       -Причина ареста? — наконец спрашивает его Чонгук, но Чимин лишь прикусывает нижнюю губу, чтобы не дать себе улыбаться еще больше, ведь то что он озвучит далее будет звучать совершенно глупо.       -Они сказали что иметь такую жопу как у меня нелегально, — выпаливает Чимин, заходясь в смехе.       -Противоправное поведение, — кричит Юнги с другого конца комнаты, совершенно не впечатленный словами Чимина.       -Я занимался искусством! — протестует Пак.       -Ты буквально написал «к черту полицию» на одной из стен полицейского участка.       -Можешь ли ты винить меня?! — возмущается Чимин, обвиняюще указывая на Чонгука.       -Ах да, добавь еще «словесное нападение на полицейского», — говорит Юнги, обращаясь к Чонгуку.              -Я всего лишь назвал тебя низким, — тихо жалуется Чимин.              -Помолчите уже, оба! — прерывает их перепалку Чонгук, потирая переносицу, что является явным признаком раздражения офицера. Он слишком устал чтобы разбираться с этим. -Юнги, что ты хочешь чтобы я сделал?              -Я же говорил Гу, ты ответственен за него, — говорит Юнги. -Но если это может как-то помочь, мне недавно поступил звонок от его младшего брата, который сильно переживал за этого сорванца и спрашивал где он. Делай с этой информацией что хочешь.              -Ты мог просто отпустить его домой, не было нужды даже ждать меня, — немного раздраженно говорит в ответ Чонгук, быстро заполняя до конца листочек с бланком. -Иди забирай свои вещи, ты свободен, — в конце концов говорит он Чимину тихо вздыхая, но тот лишь дуется в ответ.              -Ты меня не довезешь до дома?              Чонгук вопросительно поднимает бровь, услышав это.              -Ты вполне в состоянии чтобы дойти до дома самим, — пожимает он плечами. Чимин же на это дуется пуще прежнего.              -Но разве ко мне не должны относится по особенному, потому что я симпатичный?              -С чего ты это взял?              Чимин драматично вздыхает, когда Чонгук встает и проходит мимо него.               -Мы закончили, — говорит Чон Юнги, кладя ему на стол стопку бумаг и связку ключей. -Увидимся завтра утром, — прощается младший офицер, забирая свою куртку и отправляется на выход.              -Эй! Ты правда оставишь меня здесь? — требовательно спрашивает Чимин, его явно задело очевидное игнорирование со стороны Чонгука.              -Собирай свои вещи и не заставляй меня ждать, — даже не оборачиваясь говорит офицер; доставая ключи от машины из кармана и выходит из здания.              Чимин просто стоит на месте несколько секунд, ничего не делая, перед тем как сорваться с места за своим телефоном и кошельком. Он выбегает на улицу, совершенно игнорируя причитания Юнги о том, что бегать по полицейскому участку запрещено.              Чонгук стоит рядом с машиной, когда Чимин все же добирается до него, облокотившись на ее дверь.              -Ты все же меня подвезешь? — Чимин улыбается как только он добегает до транспорта, пытаясь привести дыхание в норму.              -Да, — просто отвечает Чонгук, слишком уставший чтобы надеть свою маску безразличия и крутости на лицо. Он замечает как Чимин слегка подрагивает из-за прохладного ветра на улице, а затем открывает младшему пассажирскую дверь.              -Ты все же согласился из-за того что я симпатичный? — застенчиво спрашивает Пак, быстро залезая в машину, прячась от холода.              А он смелый мальчик.              Кажется, проходит целая вечность, прежде чем Чон добирается до другой стороны машины и тоже садится внутрь, продолжая разговор.              -Я согласился потому что сейчас поздно и ты пьян, — отвечает офицер.              -Так, это типо свидание?              -Определенно нет.              -Пусть будет по твоему, — вздыхает Чимин, откидываясь на спинку сиденья. -Твоя машина мне нравится больше, чем машина Юнги, — замечает младший. -Она слишком шумная и ее не просто водить.              -И откуда ты это знаешь? — тихо спрашивает Чонгук.              -Он давал мне порулить пару раз.              -Разве тебе не исполнилось восемнадцать только на днях?              -Вот дерьмо, — осознавая, что он только что сказал, Чимин, замирая с наполовину пристегнутым ремнем безопасности, широко раскрытыми глазами изучает выражение лица Чонгука.              Но старший не особо возражал, спокойно проверяя свою слепую зону, прежде чем завести машину и дать задний ход.              -Я полагаю, вы двое, должно быть, близки? — замечает он через некоторое время. Не то чтобы его это волновало, говорит он себе, просто ему не нравятся тихие поездки на машине.              -Юнги и я? — переспрашивает Чимин с улыбкой. -Немного, он…встречается с моим лучшим другом, который также является моим криминальным напарником. В переносном смысле, конечно. Мы не совершаем преступлений, — говорит он, издавая тихий смешок.              Чонгуку этого объяснения достаточно.              В этот раз поездка заканчивается гораздо быстрее, чем они оба ожидали. Чонгук подозревает, что это может быть как-то связано с неправильными указаниями, которые ему намеренно давали в прошлый раз, но гордость Чимина не позволяет ему признаться в этом, а Чонгук не настаивает.              Когда машина останавливается рядом с домом младшего, Чимин тихо вздыхает, готовясь выйти из машины.              -Мой телефон сел, поэтому я не могу оповестить своих друзей о твоей новой татуировке, говорит Пак немного расстроенно, пока его взгляд гуляет по предплечью Чонгука. -Они все скучают по тебе.              -Твои друзья кажутся веселыми, — комментирует Чонгук, немного смеясь.              -Они такими и являются, — говорит Чимин. -Но не настолько веселые, чтобы составить мне компанию в разрисовывании уродлигого здания посреди ночи, но я все равно их люблю.              Он слегка смеется с самого себя, а Чонгук не может не повторить за ним.              -Спасибо что подвез, — тихо говорит Чимин, застегивая куртку по горло и выходит из машины.              -Перед тем как ты уйдешь, — останавливает его Чонгук. Офицер тянутся рукой во внутренний карман своего пальто, передавая Чимину маленькую упаковку клубничных конфет. Лицо младшего мгновенно озаряет улыбка. -Ты забыл их в прошлый раз, — объясняет Чонгук. -Признаюсь сразу, я съел половину, ведь не думал что мы встретимся вновь.              -Я прощу тебя если ты купишь мне новую упаковку конфет в следующий раз, — говорит Чимин.              Смелый.              -В следующий раз? — спрашивает старший.              Чимин лишь кивает головой, махая на прощание.                     

***

             Две недели.              По-видимому, именно столько Чимин может продержаться без ареста.              Чонгук заходит в полицейский участок после своего обеденного, лучше сказать, ночного, перерыва, замечая ярко окрашенную уже в розовый цвет макушку за его столом. Ночка будет долгой.              Чимин сидит на стуле Чонгука, играясь с парой наручников. Опасный предмет в столь же опасных руках.              -Ты опоздал, — замечает младший, как только офицер подходит ближе.              -Вообще-то, я как раз вовремя.              -Ты заставил меня ждать, — поправляет себя Чимин, слегка дуясь. Чонгук задается вопросом, может ли он вообще говорить, не надувая губ, больше двух минут.              -Я не знал что ты будешь здесь, — говорит Чон. -В моем кресле, — уточняет, садясь напротив младшего. -Играясь с моими, между прочим, важными вещами, — он улыбается, в его словах не было злобы или упрека.              Это странно. Сидеть по другую сторону стола.              Чимин, кажется, игнорирует комментарии один за другим, просто подносит карандаш к губам в притворной сосредоточенности, выбирая один из тех бланков, которые он так сильно ненавидит.              -Все, что вы скажете, может и будет использовано против вас, — Чимин пытается продекламировать абсолютно серьезным тоном. -В «Fall out Boy» вроде были такие слова, нет? — затем он что-то бормочет, в основном самому себе, заставляя Чонгука расхохотаться на противоположном конце стола. -Эй, ты думаешь, это шутка? — Чимин усмехается, пытаясь казаться угрожающим, но у него это ужасно получается. В основном, он… милый. Чонгук смеется еще громче, опуская подбородок на правую ладонь и пытаясь взять себя в руки.              -Нет, сэр, — затем он улыбается, решая подыграть. Чимин не ожидал такого поворота событий.              -Имя? — спрашивает младший.              -Чон Чонгук, — легко принимая правила игры, отвечает офицер.              -Чон… Чон… Гук, — тихо проговаривает себе под нос Чимин, записывая что-то в бланке. По движению его руки, Чонгук предполагает, что младший рисует маленькие сердечки рядом с его именем.              Юнги проходя мимо них лишь закатывает глаза. Сегодня был сложный день, он даже не уверен, хочет ли он знать что сейчас происходит.              -Возраст?              -Двадцать один, — немного повременив ответил Чонгук, замечая как ухмылка появляется на лице Чимина.              -А я знал, что ты не так уж и старше меня, — гордо проговаривает Пак. -Отличительные метки. хмм, у тебя их много, — говорит младший, скорее для самого себя, осматривая лицо Чонгука. -’Рукав’ татуировок, кроличья улыбка и невероятное телосложение. — в заключении отмечает Чимин.              -У меня также есть родинка под нижней губой, -подмечает офицер. Глаза Чимина мгновенно останавливаются на его губах, осматривая и их тоже. Все же опуская взгляд вниз, на подбородок, он не упускает возможности рассмотреть новую деталь во внешности старшего, которую раньше не замечал.              -О, то есть ты все же можешь замолчать более чем на десять секунд? — игриво подмечает Чонгук, вырывая Чимина из раздумий.              Тот в свою очередь прочищает горло, отрывая взгляд с нижней части лица старшего.              -Группа крови? — немного нервно спрашивает Чимин.              -Вторая, — Чонгук находит в в этом что-то смешное. Он уже представляет как Чимин сказал бы «У нас столько общего!», но младший промолчал. Вместо этого он тихо проговорил «мой типаж», продолжая что-то записывать.              -Эмм, семейное положение? — нерешительно задает вопрос Чимин.              -Не мог бы ты объяснить, какое это имеет отношение к расследованию? — серьезным тоном спрашивает Чон, с трудом сохраняя невозмутимое лицо.              -Это очень важная информация, — настаивает Чимин, нахмурив брови и намеренно понизив голос, чтобы казаться убедительнее.              Он выглядит милым когда злится.              В общем выглядит мило.              -Я не состою в отношениях, — наконец отвечает ему Чонгук. Чимин невольно улыбнулся.              -Ты знаешь, какое преступление совершил? — спрашивает Чимин, подперев подбородок рукой, все еще очаровательно сдвинув брови.              -Я совершил какое-то преступление?              -Мгм, — промычал в ответ Чимин, все ще очаровательно серьезный. -Я бы сказал, что то, что ты все еще не пригласил меня на свидание — очень серьезное преступление.              -Пригласить тебя на свидание? — на этот раз Чонгук смеется так, словно это самая нелепая вещь, которую он слышал за весь день. — Единственное место, куда я бы тебя отвел — это тюрьма.              -Боже, ты невозможен, — жалуется Чимин, вздох срывается с его губ, прежняя легкая атмосфера давно исчезла.              -Окей, я думаю ты уже наигрался, — тихо объявляет Чонгук, выпрямляясь на стуле и меняя выражение лица на более серьезное. — Почему ты снова здесь? — спрашивает он, и в его голосе слышится что-то отдаленно похожее на беспокойство.              -Тебя это волнует? — спрашивает Чимин, откидываясь на спинку стула и скрещивая руки перед собой, словно защищаясь.              -Что ж, если мне придется выбирать между тем, чтобы отправить тебя домой или в тюрьму сегодня вечером, мне лучше знать причину по которой ты здесь находишься.              -Почему ты думаешь что меня арестовали? — спрашивает Чимин, слегка задетый таким подтекстом. Чонгук просто смотрит на него в замешательстве.              -Иначе зачем бы ты здесь оказался?              -Перестань относиться ко мне как к преступнику, — говорит Чимин, закатывая глаза и игнорируя шутливое «перестань быть таковым» Чонгука. — Я пришел сюда, чтобы принести Юнги ужин, — наконец признается он. Чонгук приподнимает бровь, и Чимин чувствует необходимость продолжить объяснения. -Мой лучший друг-идиот попросил меня принести его парню-идиоту ужин на работу, потому что он иногда забывает поесть, — бормочет он, вертя в руках карандаш, который взял ранее. -Но, конечно, давайте будем угрожать Чимину и обращаться с ним как с преступником, потому что он однажды украл конфету, ведь он такой плохой человек, — говорит Пак, по мнению Чонгука, с чрезмерно преувеличенной имитацией обиды в голосе.              -Ладно, я был не прав, — виновато признает Чонгук. Чимин надувает губы. -Мне жаль, — Чимин только сильнее дуется.              Младший не отвечает какое-то время, находясь в раздумьях.              -Я прощу тебя если ты пригласишь меня на свидание, — наконец предлагает младший. Чонгук вдруг задумчиво поднимает глаза к потолку, как будто всерьез обдумывает предложение, поэтому Чимин быстро выпаливает:              -Я шучу, тебе не обязательно так долго раздумывать о том, как отказать мне. Это ранит мою гордость.              -У меня есть целый список причин, по которым сходить с тобой на свидание было бы ужасной идеей, — говорит Чонгук, почти извиняющимся тоном.              -Назови хотя бы три.              -Ну, для начала, однажды я стану настоящим офицером полиции, а ты, технически, все еще являешься серийным нарушителем закона.              -Это всего лишь две причины, -подмечает Чимин.              -Тут не надо быть гением чтобы понять, что между нами ничего быть не может, -тихо горит Чонгук, растянув губы в натянутой улыбке.              -Откуда тебе это знать? -спрашивает Чимин. Чонгук чувствует, как младший дуется, еще до того, как видит это.              -Я просто знаю.              Вздох.              -И что, ты действительно позволишь мне уйти вот так? Спрашивает Чимин, надув губы еще сильнее. — После того, как мне пришлось выслушивать ужасные шутки Юнги, пока я ждал тебя сегодня вечером, и после того, как я с нетерпением ждал встречи с тобой всю неделю? — Чонгук не отвечает, и Чимин снова вздыхает. — Ты хочешь сказать, что все это время я позволял себя арестовывать ни за что?              -Ты пытаешься надавить на жалость, -говорит Чонгук, слегка смеясь.              -Это работает? -спрашивает Чимин, в его голосе можно услышать толику надежды.              Чонгук морщит нос.              -Немного.              Чимин еще сильнее вжимается в спинку стула, немного нервно перебирая руками.              Наверное, ему уже пора уходить.              -Давай хотя бы прокатимся, — вместо этого предлагает он. Его голос тихий и неуверенный, но глаза большие и полны надежды.              -Прокатимся? -тихо переспрашивает Чонгук.              — Я имею в виду, у тебя хорошая машина, а мне нужно как-то добраться домой, — пожимает плечами Чимин. — Для меня это звучит как хороший план.              Чонгук слегка смеется над этим.              По правде говоря, он устал и ему не очень хочется заполнять бланки и просматривать отчеты, а Чимину, на самом деле, нужно как-то вернуться домой, и перерыв — это не самое худшее, что может быть прямо сейчас. И, да, ладно, может быть, это все просто глупые отговорки.              -Хорошо.              -Ты правда согласен? — Чимин чуть не подскакивает со своего места. — Это свидание?              — Далековато от того, чтобы им быть, — холодно отвечает Чонгук.              По крайней мере он попытался.              — Ты невозможен, — отвечает Чимин.              Тем не менее, младший кажется счастливее.              

***

             Чонгук издает мученический стон, как только заходит в полицейский участок.              — И тебе добрый вечер, —приветствует его Чимин с другого конца комнаты. Он снова перекрасил волосы в ярко-пурпурный цвет, из-за чего ему очень трудно оставаться незамеченным, и, вероятно, не должен так хорошо смотреться на нем. -Скучал по мне? — спрашивает он.              -Пожалуйста, перестань воровать вещи, -умоляет Чонгук.              -Я не перестану пока не украду твое сердце, может тогда мне больше не придется подвергаться аресту, чтобы увидеться с тобой.              -Чимин…              -Шучу, шучу. На этот раз я ничего не крал, — признается Чимин, к концу предложения его голос становится подозрительно тихим.              -Тогда, пожалуйста, скажи мне, что ты здесь, потому что тебе стало скучно и некуда больше пойти, — умоляет его Чонгук.              Чимин просто поднимает правую руку, и показывает наручник, прикрепленный к ней, который громко звенит о спинку стула.              -Не совсем, — говорит он, скривив губы в горькой улыбке. — Тебе придется снова заполнить одну из этих раздражающих форм, — говорит он слегка извиняющимся тоном.              -Что ты натворил на этот раз? — мягко спрашивает Чонгук, садясь.              -Прежде чем мы начнем, — начинает Чимин, прикусывая нижнюю губу, — могу я сделать телефонный звонок?              -Ты же знаешь правила, Чимин. Один телефонный звонок.              -Я просто… Я не знаю номер наизусть, — говорит он, восхищаясь тем, каким терпеливым стал с ним Чонгук со временем.              -Хорошо, если ты назовешь мне имя, — начинает он, слегка почесывая затылок и набирая что-то на клавиатуре своего компьютера, — возможно, я смогу его найти. Чей номер тебе нужен?              -Твой, — говорит Чимин, прикусывая нижнюю губу, чтобы сдержать улыбку, громкий вздох Чонгука можно было услышать наверное во всем городе.              -Я просто притворюсь, что не слышал этого, и мы перейдем к важным и скучным вещам, хорошо? — спрашивает Чонгук. Чимин слегка кивает, но это не мешает ему улыбаться, сидя на своем месте.              Чонгук хватает заранее подготовленный бланк и начинает просматривать его, даже не утруждая себя тем, чтобы задавать Чимину обычные вопросы, потому что он уже знает ответы наизусть.              -И что ты сделал на этот раз? — в конце концов спрашивает он, вероятно, дойдя до раздела «Причина ареста».              -Видишь ли, — начинает Чимин, опустив подбородок на ладонь свободной руки, -я немного опаздывал, так что, возможно, ехал быстрее, чем разрешено.              -И?              -И кто-то из твоих коллег возможно увидел меня, — продолжает Чимин.              -Обычно людей просто штрафуют за превышение скорости, — отмечает Чонгук. -А не арестовывают.              -Видишь ли, — продолжает Чимин хитрым голосом. -Он вел себя довольно грубо, так что я возможно показал ему средний палец, — невинно признается Чимин.              Чонгук вздыхает.              -Ты напал на него физически?              -Да ладно тебе. Я не такой тупой, — обиженно усмехается Чимин.              -Ладно, хорошо, — облегченно вздыхает Чонгук. -Не уверен, что смог бы тебя просто отпустить если бы ты напал на него.              Чимин улыбается в ответ, но Чонгук видит, что улыбка медленно сходит с его лица, как будто улыбаться ему сейчас хочется меньше всего.              -Я только наполовину пошутил, но мне действительно нужно позвонить, — в конце концов признается он. -У меня в телефоне сохранен этот номер.              Чонгук не ругает его, как ожидал Чимин; он не вздыхает и не закатывает глаза. Вместо этого он молча кивает, тянется к телефону Чимина на столе и спрашивает пароль. Чимин тихо бормочет «0613», и Чонгук набирает его. Он видит фотографию двух обнимающихся детей на пляже в месте, слишком похожем на Пусан, он не смог бы не узнать его с первого взгляда. Чимин говорит ему найти некого Джихена, у которого рядом с именем для связи есть несколько маленьких сердечек, и Чонгук старается не придавать этому особого значения, просто делает, как сказано, и переписывает номер на свой мобильный телефон. Он пытается не обращать внимания на звук лязгающих наручников, когда Чимин подходит ближе к столу, держа телефон свободной рукой.              -Привет, — тут же произносит он чересчур сладким голосом, каким никогда раньше не разговаривал с Чонгуком. -Пожалуйста, не сердись, но я немного опоздаю. В данный момент я нахожусь неизвестно где со спущенной шиной и жду, когда какой-нибудь привлекательный полицейский остановится и придет мне на помощь, — затем он слегка усмехается. -Да…скажи Тэ, чтобы не пил слишком много и оставил мне торта, ладно? Я обещаю, что вернусь домой, как только смогу. Ты же знаешь, что я ни за что на свете не пропустил бы твой день рождения, правда? Да. Да, я тоже тебя люблю, — он улыбается, произнося эти слова, это первая искренняя улыбка, которую Чонгук увидел у него за этот вечер, но она исчезает так же быстро, как и все остальные. -И последнее. Не говори маме, ладно? Не заставляй ее волноваться по пустякам.              После поспешных прощаний и пустых обещаний «я скоро буду дома» Чимин заканчивает разговор, и Чонгук кладет его телефон обратно в коробку, рядом со всеми другими вещами, которые они конфисковалиу младшего. Там бумажник Чимина, его ключи, пачка конфет, за которые он, вероятно, в очередной раз забыл заплатить, и дорогие на вид часы в блестящей черной коробке, с которыми, похоже, обращались слишком грубо, несмотря на их новенький вид.              Он просто надеется, что никто не посмел тронуть Чимина даже пальцем.              -И это тоже украл? — спросил Чон, указывая подбородком на часы.              Чимин обиженно фыркает.              -Это подарок, — бормочет он. -Теперь на нем есть очень заметная царапина, потому что твоему придурку коллеге пришло в голову повалить меня на землю вместо того, чтобы надеть на меня наручники, как обычно.              Чонгук бросает быстрый взгляд на папку с заявлениями, которая осталась на его столе, и читает имя внизу.              -Мне он тоже не нравится, если тебе от этого легче, — признается он.              -Ты прав, мне и правда легче от этого, — отвечает ему Чимин с улыбкой. -Ты вообще можешь говорить такие вещи?              — Скорее всего, нет, — смеется Чонгук. -Но ты тоже не можешь превышать скорость, и все же ты здесь.              Чонгук не знает, то ли из–за позднего часа ночи, то ли из-за печальных глаз Чимина, устремленных вниз, но в конце концов он сдается и глубоко выдыхает, наблюдая, как Чимин рассеянно играет с тем, до чего может дотянуться на столе Чонгука.              Он настолько погружен в свои мысли, что сначала даже не замечает, как Чонгук расстегивает наручники.              -Тебе уже давно пора спать, — говорит Чонгук. -Нам пора отвезти тебя домой, да?              -Тебе действительно нужно перестать обращаться со мной как с ребенком, — протестует Чимин, выражение его лица медленно меняется на растерянное, когда до него, наконец, доходят слова. -Подожди, ты меня отпускаешь?              -Они должны были просто выписать тебе штраф и продолжить свой рабочий день. Тебя вообще не должно было здесь быть, — объясняет Чонгук, отводя взгляд и внезапно приводя в порядок бумаги на своем столе, которые определенно не нужно было приводить в порядок прямо сейчас. Он просто надеется, что Чимин не заметит, как он нервничает. Судя по тому, что Чимин некоторое время ничего не говорит, кроме тихого, но искреннего «спасибо», младший правда не заметил рассеянности старшего. -Тебя подвезти домой? — спрашивает Чонгук, внезапно прочищая горло и передавая Чимину его личные вещи.              -О, не стоит, — говорит Чимин, хотя и с грустью, указывая на свой мотоциклетный шлем, лежащий на стуле рядом с ним. -Я могу добраться домой сам.              -О, точно… — Чонгук размышляет вслух. Чимин все-таки упомянул, что превысил скорость. -Старайтесь ехать в пределах допустимой скорости и не разбудите соседей.              -Да, сэр, — улыбается Чимин, прежде чем неохотно собрать свои вещи и уйти.              Дойдя до двери, он оборачивается, открывает рот, как будто хочет сказать что-то еще, прежде чем уйти, но в итоге его губы растягиваются в натянутой улыбке. Он слабо машет Чонгуку, а затем уходит.                                          После этого он не появлялся в полицейском участке.              В какой-то момент Юнги замечает, что Чонгук должен быть рад этому.                     

***

             Честно говоря, у Чонгука сегодня нет ночной смены.              Но, если быть еще честнее, Юнги ненавидит его — единственная разумная причина, которую может придумать Чонгук, которая объяснила бы, почему Мин звонит ему после полуночи и просит покинуть уютный дом.              Конечно, Чонгук должен быть в бешенстве. И он злится, потому что у него есть все основания для этого, но по какой-то причине он не может не почувствовать волну беспокойства, накатывающую на него, как только он заходит и видит очень знакомого мальчика с рыжими волосами за своим столом. Он внезапно понимает. Внезапно все становится очевидным. У кого-то другого вечер выдался еще хуже, чем у него.              -Привет, — тихо приветствует он, почти шепотом. В участке почти пусто, слишком тихо, чтобы он мог говорить громче.              -Привет, — отвечает Чимин. Впервые он не выглядит счастливым, увидев Чонгука. -Это Юнги сказал тебе прийти сюда? — спрашивает младший. Чонгук слегка кивает, и Чимин не может удержаться, чтобы не выдохнуть в ответ тихое «чертов Тэ и его гребаная слабость к Юнги».              -Синяки на тебе не очень хорошо смотрятся, — замечает Чонгук после минутного молчания.              -О, слава богу, я пришел сюда не для того, чтобы приставать к тебе сегодня вечером, а на самом деле был арестован, — саркастически замечает Чимин. Вероятно, в конце этого предложения должен был прозвучать сухой смешок, но его так и не последовало. -Мы можем, пожалуйста, перейти к раздражающим вопросам прямо сейчас?              -Послушай, это не похоже на другие случаи, — пытается объяснить Чонгук, но Чимин просто закатывает глаза в ответ. Он, вероятно, тоже скрестил бы руки перед собой, защищаясь, если бы только одна из них не была прикована наручниками к столу. -Чимин, ты напал на человека, и были свидетели.              -Я едва прикоснулся к нему, он просто драматизирует, — бормочет Чимин себе под нос.              -Ты сломал ему руку.              -Черт, только одну? — спрашивает он, и в его голосе внезапно слышится сожаление.              -Чимин, это серьезно, — говорит Чонгук, невольно повышая голос. Это застает Чимина врасплох; он резко замолкает.              -И что, на этот раз я отправлюсь в тюрьму по-настоящему? — горько смеется, поднося свободную руку к нижней губе и слегка касаясь пореза, слегка вздрагивает от прикосновения, и у Чонгука что-то переворачивается внутри.              -Я бы никогда этого не допустил, — тихо говорит Чон. Чимин просто смотрит вниз, не зная, что сказать. -Но ты должен мне помочь, хорошо?              -…хорошо.              -Все, что ты скажешь, может и будет использовано против тебя.              — Как насчет «Чон Чонгук»? — робко спрашивает Чимин.              — Чимин, хватит валять дурака.              На этот раз Чимин действительно бросает на него виноватый взгляд, даже бормочет себе под нос тихое «прости», которое заглушается глубоким вздохом Чонгука.              -Если ты солжешь мне, и они узнают, тебе это не сойдет с рук. Они используют это против тебя, чтобы доказать твою вину, и я ничего не смогу сделать, чтобы помочь тебе, понял? — Чимин просто кивает. -Обещай, что будешь говорить мне только правду.              -Хорошо.              -Отлично, — вздыхает Чонгук. Ночь обещает быть долгой. -Но сначала давай приложим лед к ушибам.              Уходя, он слышит тихое «спасибо», и в миг становится таким уязвимым, что его сердце чуть не разрывается.                     

***

                    -Ладно, давай начнем с самого начала, — начинает Чонгук, ставя свою чашку кофе на край стола и протягивая другую Чимину. За это он получает еще одно слабое «спасибо», звучащее так сокрушенно, что Чонгук почти желает, чтобы Чимин перестал это говорить.              Чимин рассказывает ему обо всем. Он выглядит так, будто говорить ему хочется меньше всего, но он все же начинает свой рассказ с того, что какой-то парень, по-видимому, уже несколько месяцев издевается над его младшим братом и что давно пора «преподать этому мудаку гребаный урок», за что получает острый взгляд от Чонгука. Чимин не извиняется за это.              -У тебя есть доказательства?              -Что я вообще могу предъявить в качестве доказательства? — Чимин горько смеется. -Отсутствие у моего брата чувства собственного достоинства и внезапный страх перед темными переулками?              Теперь Чонгук озабоченно грызет ручку, сосредоточенно хмуря брови, так сильно, что Чимин задается вопросом, действительно ли все это имеет значение. Верит ли ему Чонгук. Волнует ли это его вообще.              -А как насчет свидетелей?              -Никаких, — говорит Чимин, как будто ему больно это признавать. -Он не настолько глуп, чтобы подойти к Джихену в школе или когда вокруг люди.              -Итак, его слово против твоего, — думает вслух Чонгук, вытаскивая одну из тех знакомых анкет, которые он заполнял для Чимина слишком много раз до этого. -Кстати, как поживает твой брат? — рассеянно спрашивает Чонгук, записывая на него ряд цифр, которые Чимин никогда не понимал. -Ему понравился твой подарок на день рождения?              По правде говоря, это странное время для светской беседы, но Чимин поначалу не придает этому особого значения.              -Этот идиот потерял их меньше чем через неделю, — раздраженно фыркает Чимин. Чонгук, вероятно, все еще думает, что это он украл часы, поэтому не утруждает себя дальнейшими разговорами. Он просто хочет вернуться домой. Хотя, вероятно, это произойдет не скоро.              -Я знаю, тебе это не нравится, но мы должны заполнить форму еще раз, — извиняющимся тоном говорит Чонгук.              -Все в порядке. Я бы больше ненавидел тюрьму, — смеется Чимин. Или пытается это сделать.              -Конечно, только ты можешь шутишь даже в такой момент, — улыбается Чонгук, слегка качая головой в недоумении.              Это милая улыбка. Теплая. Почти понимающая.              Чимину это нравится.              С такой же улыбкой Чонгук задает первый вопрос из списка.              -Имя? —              -Пак Чимин-.              И на мгновение Чонгуку начинает не хватать того острого на язык Чимина.              -Возраст?              -Время — это социальная конструкция-».              -И вот он, Чимин которого я знаю, — не удивленно комментирует Чонгук. -Восемнадцать, — бормочет он себе под нос, записывая это. — Группа крови?              -Третья, — решает соврать Чимин, однако Чонгук записывает ту, что сходится со своей.       -Отличительные метки?       Чимин задумчиво поднимает голову, как будто все еще не уверен, как ему следует отвечать на этот вопрос.              -Я бы сказал, что мои ярко-оранжевые волосы довольно «выделяются», но это, вероятно, бесполезная информация. На следующей неделе я, скорее всего, перекрашу их в другой цвет.              -Верно, — выдыхает Чонгук, решив двигаться дальше. -Причина ареста?              -Рукопашный бой? — слегка вопросительно бормочет Чимин. Чонгук на секунду задумывается, как будто не до конца соглашаясь.              -Подойдет и самооборона, — поправляет он Чимина. -А также защита других.              Младший просто поднимает бровь, ожидая объяснений, которых так и не последовало.              После того, как Чонгук молча записывал что-то, что показалось ему вечностью, он, наконец, посмотрел на него, подперев подбородок рукой.              -Ты планируешь выдвинуть обвинения в травле? — спрашивает он серьезным голосом.              -Я… прости, что? — спрашивает Чимин с явным замешательством на лице.              -Если вы уже уведомляли об этом школу, а они проигнорировали ваши жалобы, необходима консультация с адвокатом, — спокойно объясняет он. -Твой брат может подать жалобу в суд или в социальную службу, но это ему решать. Я могу рассказать тебе об этом подробнее, пока буду подбрасывать тебя домой, если ты захочешь.              -Пока ты… что? — Чимин не может удержаться, чтобы не спросить еще раз, хотя Чонгук не отвечает. Он просто протягивает руку через стол, осторожно берет маленькую руку Чимина в свою и слегка наклоняет ее, чтобы ему было легче расстегнуть наручники.              -Юнги, — внезапно кричит Чонгук через всю комнату, — Чимин свободен, так что я отвезу его домой, — объявляет офицер.              -На каком основании? — спрашивает Юнги с большими глазами, полными надежды. По какой-то причине он выглядит успокоенным данными словами, и Чонгук подозревает, что это не просто потому, что его смена подходит к концу.              -Неправомерный арест, — объясняет Чонгук. Чимин делает несколько осторожных шагов вперед, потирая запястье.Чонгук успокаивающе кладет руку ему на поясницу, выводя наружу. -Кроме того, парень, которого я допрашивал ранее, дал мне ложное показание, так что я хочу поговорить с ним, как только вернусь.              Юнги понимающе кивает, и на этом они расходятся.              Путь к машине Чонгука проходит как в тумане. Чимин продолжает прокручивать их диалог в своей голове снова и снова, как заезженную пластинку. Чем больше он думает об этом, тем больше запутывается.              -Почему ты вдруг поверил мне? — спрашивает он, садясь в машину Чонгука. Запах отличается от того, который помнил Чимин. Другой, но все равно фруктовый.              -Почему «вдруг»? — спрашивает Чонгук, слегка обиженный таким подтекстом. — Я верил тебе с самого начала.              -Но… доказательств нет. У тебя разве не будет неприятностей из-за того, что ты позволил мне уйти вот так?              -С чего бы у меня были проблемы? — спрашивает Чонгук. -В конце концов ты невиновен, — уверенно говорит Чонгук, мило улыбаясь ему.              Он закрывает дверцу Чимина и переходит на другую сторону машины. Пак ни на секунду не отрывает от него своего взгляда.              Было понятно, что младшему требуются какие-то объяснения, поэтому Чонгук с радостью их дает.              -Пока я допрашивал другого парня, — спокойно говорит он, садясь, — в его списке конфискованного было несколько, э-э, очень интересных предметов, — небрежно упоминает он, заводя двигатель. -Допустим маленький карманный ножик, который, к счастью, он не достал, чтобы причинить тебе вред, — комментирует он, бормоча последнюю половину предложения в основном самому себе.              Рядом с ним Чимин слегка фыркает.              -Как он мог это сделать со сломанной рукой? — говорит он довольно, постепенно возвращаясь к своему обычному игривому состоянию.              -А еще у него были часы-, — добавляет Чонгук, как будто это какая-то менее важная деталь, о которой он просто случайно вспомнил. -Красивые, дорогие часы с очень тонкой царапиной прямо сверху. Знаешь, что-то вроде той царапины, которая появилась бы в результате ареста придурком-полицейским?              Он оборачивается и видит, что Чимин смотрит на него большими глазами, слегка приоткрыв рот от удивления.              -Я думал, он их потерял, — выдыхает он, слегка улыбаясь. -Если бы он сказал мне, что этот ублюдок украл его, я бы сломал ему обе руки, — затем радостно добавляет он.              Чонгук знает, что он шутит только наполовину.              -Но я не могу вернуть их тебе сейчас, потому что нам нужно использовать это как улику.              -Все в порядке, — выдыхает Чимин. Теперь в его голосе звучит гораздо больше облегчения.              -Так что, я думаю… тебе придется как-нибудь еще раз заглянуть в участок. Ну, знаешь, чтобы вернуть часы и подписать для меня пару бумаг? — Чимин мог бы подумать, что Чонгук нервничает, если бы не знал его лучше. — Возможно, тебе придется оставить мне свой номер телефона, чтобы я мог сказать, когда ты сможешь прийти, и все такое.              -Эй, если ты не собираешься приглашать меня на свидание, то перестань флиртовать и давать мне ложные надежды, — обижается Чимин.              -А кто сказал, что я не собираюсь пригласить тебя на свидание? — нерешительно спрашивает Чонгук.              У Чимина словно что-то переворачивается в голове.              -Э-э… ты так сказал? Когда мы впервые встретились?              -Возможно, я передумал, — просто говорит Чонгук, задумчиво глядя вверх, как будто размышляет вслух. Когда они останавливаются на красный свет и Чонгук оборачивается, чтобы посмотреть на него, Чимин просто надеется, что он не высмеивает его покрасневшие щеки.              Он этого не делает.              -Назови мне три причины пригласить тебя на свидание, — говорит он вместо этого, и Чимин просто поднимает бровь, потому что он смеет бросать ему вызов?              -Я симпатичный, — уверенно заявляет он, поднимая вверх один палец. -Во-вторых, мы бы хорошо смотрелись вместе. Все мои друзья уже согласны с этим, — выпаливает он, поднимая второй палец, как будто у него было наготове это оправдание и он просто ждал, когда его можно будет произнести вслух. — И, э-э-э, если ты не пригласишь меня на свидание, я просто буду продолжать надоедать тебе.              — Ладно, — смеется Чонгук.              -Что? — Чимин паникует.              -Я сказал «хорошо», — ласково отвечает ему Чонгук. -Когда ты освободишься?        -Что? — Чимин не может удержаться и повторяет еще тише, чем раньше. Ему требуется некоторое время, чтобы заметить, что он уже дома, и осознание этого приходит к нему в полную силу, только когда Чонгук поворачивает ключ в замочной скважине и звук заводящегося двигателя стихает, оставляя их двоих в полной тишине. -Я имею в виду, завтра?        -Ладно. Я заеду за тобой в 8, хорошо? — невинно спрашивает Чонгук, склонив голову набок, и говорит очень сладким голосом. Таким раздражающе сладким, что Чимину хочется прижать его к сиденью и зацеловать до бесчувствия, чтобы он заткнулся.        Думаю, это может оказаться плохой идеей.        -Да. — отлично. Я буду готов к восьми. Хорошо. Да, хорошо, — выпаливает он вместо этого, внутренне проклиная себя за бессвязность. -И еще, — тихо окликает Чонгук, когда Чимин собирается уходить. — Тебе больше нельзя быть арестованным.        Чимин хитро улыбается.        — Да, офицер, — шутливо отвечает он, помахав на прощание.        Чонгук смотрит ему вслед, ловит свой улыбающийся взгляд в зеркале заднего вида и понимает, что, возможно, он уже слишком в Чимине.              

***

       Можно подумать, что Чонгук к этому уже привык.        Можно было бы подумать, что Чимин в какой-то момент даст передышку своим волосам и перестанет красить их в нелепые яркие цвета, и можно было бы подумать, что, в конце концов, он перестанет слишком много пить и делать глупости, только чтобы дождаться, когда придет Чонгук и исправит это.        Можно подумать, что со временем все изменится, но на самом деле это не так.        Не совсем так.        Глаза Чимина загораются, как только он замечает Чонгука, как это всегда бывает. Он возбужденно вскакивает на ноги, и на его лице мгновенно появляется гримаса недовольства, когда он встает слишком быстро и у него кружится голова.        -Полегче, — не удержавшись, шепчет Чонгук с улыбкой, крепко обхватывая Чимина за талию, чтобы не дать ему упасть.        -Офицер, — ласково зовет Чимин, его лицо слишком близко, а пальцы с любопытством ощупывают руки Чонгука. -У тебя в штанах пистолет или ты просто рад меня видеть?        -Определенно пистолет, — невозмутимо отвечает Чонгук. Чимин не может удержаться и утыкается лицом в шею старшего, бормоча что-то о том, какой он невеселый. Чонгук чувствует, как его тело слегка вибрирует от смеха младшего, и не может удержаться, чтобы тоже не рассмеяться. -Сколько ты выпил?              -Совсем чуть-чуть, — невнятно шепчет Чимин, касаясь его кожи. -Тэ был в хорошем настроении.        -Конечно, был, — улыбается Чонгук.        Он успокаивающе проводит рукой по свежевыкрашенным волосам Чимина и слышит, как тот удовлетворенно вздыхает.        -Ты теплый.        -Это ты холодный потому, что ты ждал возле моей квартиры и мерз, как идиот, сколько времени?        -Не могу вспомнить, — выдыхает Чимин. Чонгук чувствует, как он улыбается; чувствует, как дуновение воздуха нежно касается его кожи. -Я собирался сделать тебе сюрприз и приготовить ужин, но… цифры такие маленькие, — стонет Чимин, обвиняюще указывая на замок дверь.        -Ты опять забыл пароль? — Чимин что-то бормочет ему в плечо, слишком смущенный, чтобы произнести это вслух, и Чонгук разражается смехом. -Сколько раз нам еще придется проходить через это? Пароль это дата твоего первого ареста мной.        -Ты такой романтик, — фыркает Чимин.        -Только ради тебя, — улыбается Чонгук. — Наверное, мне стоит им стать еще больше и начать носить твои фотографии в бумажнике или что-то в этом роде, — говорит он, заставляя Чимина смеяться еще громче. -Давай пока отведем тебя внутрь, ладно? — спрашивает Чонгук, ласково взъерошивая волосы младшего.        Примерно через 3 минуты попыток открыть дверь с прилипшим к ним парнем, упомянутый парень, наконец, оказывается внутри, пытаясь снять свою кожаную куртку, в то время как Чонгук хватает что-то похожее на пакеты с продуктами из прихожей.        -Ты ходил за продуктами? — осторожно спрашивает он.        -Неужели сумки, набитые вещами, окажутся чем-то другим? -отвечает Чимин с гордостью и легким сарказмом.              -Настоящие покупки или…        -Ты намекаешь, что я мог бы все это украсть? — обиженно спрашивает Чимин. Чонгук не отвечает, вместо этого просто нежно целует его в лоб. Прогресс, думает он. Детские шаги.        -Я приготовлю ужин, — объявляет Чонгук, как только они оказываются на кухне. -Выпей немного воды, чтобы это твое дурацкое похмелье прошло, ладно?        -Да, сэр, — игриво говорит Чимин, когда Чонгук наклоняется, чтобы разложить продукты. -Мне нравится твоя полицейская форма, — внезапно объявляет он.        Чонгук слегка улыбается про себя. Он уже знает это. Чимин говорил ему об этом бесчисленное количество раз. -Ты пьян и слишком нуждающийся.        -Мне также нравится твоя форма, когда я трезвый, — легко признается Чимин, внезапно обнимая Чонгука за талию и зарываясь лицом ему в спину. Он чувствует, как Чонгук смеется.        -Тогда почему ты так отчаянно пытался снять ее прошлой ночью? — поддразнивает Чонгук.        Чимин не утруждает себя ответом. Когда Чонгук оборачивается, младший хитро улыбается ему, слегка прикусывая нижнюю губу.        Чонгук осторожно отводит его в другой конец комнаты, несмотря на его протесты, и мягко усаживает Чимина на диван, намереваясь вскоре уйти, чтобы принести ему стакан свежей воды. Однако у Чимина, похоже, другие планы, если судить по тому, как он усаживает Чонгука возле себя.        -Сначала ужин, — ласково говорит ему Чонгук, нежно убирая несколько прядей волос с лица Чимина.        Младший что-то понимающе хмыкает. Чонгук задается вопросом, действительно ли его слова дошли до него, когда мгновение спустя Чимин начинает игриво целовать его в шею.        -Мини… мы же говорили, что никаких засосов там, где их не может скрыть одежда, — напоминает ему Чонгук, когда чувствует, как зубы слегка задевают его шею совсем нежно.        -Прости, — тут же бормочет Чимин, целуя это место в последний раз, прежде чем расстегнуть рубашку Чонгука, чтобы получить больший доступ, и опуститься ниже. -Ты назвал меня Мини.        -Да. Я иногда так делаю, — смеется Чонгук. Чимин чувствует это на своих губах. — Но тебе нужно прекратить это делать, ладно?        -Делать что? — Чимин притворяется, что ничего не понимает, слегка прикусывает его под ключицей и слегка посасывает.        -Ну, для начала, пытаться вломиться в мой дом.        Услышав это, Чимин резко замолкает, мгновенно надувает губы и делает грустные глаза. Он знает, насколько слабым это делает Чонгука.        -Я собирался удивить тебя ужином на нашу годовщину, — надувает губы он, внезапно прижимая правую руку к груди Чонгука и мягко отталкивая его. Как только они оказываются на достаточном расстоянии друг от друга, он выпрямляется на диване и начинает теребить рукава своей толстовки — явный признак того, что он больше не в настроении шутить.        Чонгук не может сдержать нежной улыбки.        Он неуверенно протягивает руку, берет пальцами одну из завязок толстовки Чимина и осторожно дергает за нее.        Чимин сначала бросает на него предупреждающий взгляд, но затем без особого труда подчиняется, понимает намек и молча усаживается верхом на колени Чонгука.        -Эй, — шепчет Чонгук, осторожно водя пальцами по лицу Чимина, пока их глаза не встречаются. -Я не сержусь, хорошо? — он спрашивает, потому что хочет, чтобы Чимин ответил, хочет, чтобы он действительно понял.        -Хорошо, — слабо произносит Чимин.        Чонгук целует его в лоб, затем в щеку, а затем останавливается, обдавая дыханием губы Чимина.        -Это просто так… Я подумал, что в прошлый раз, когда ты пытался проникнуть внутрь, там были грабители, помнишь?        Чимин просто хихикает над этим.        -Да, но ты выглядел таким сердитым, я даже завелся…        -Чимин… -Да, да, хорошо, — фыркает он. -Я больше не буду приходить сюда без твоего разрешения.        -Это… Я не это имел в виду, — говорит Чонгук, пробираясь пальцами под рубашку Чимина и обхватывая его за талию в надежде снова заставить его улыбнуться, потому что он знает, как сильно Чимин боится щекотки. -Я хотел спросить, если… если бы ты… — Чонгук внезапно замолкает, чтобы прочистить горло, с трудом подбирая слова. -Тебе… нужен запасной ключ или что-то в этом роде? — спрашивает он, стараясь говорить спокойно, как будто это не имеет большого значения.        Чимин мгновение смотрит на него, а затем приподнимает бровь, явно не впечатленный заданным вопросом.        -Я мог бы вломиться в этот дом голыми руками.        –Это не то, что я…        -Да, мне нужен ключ, — он застенчиво улыбается, его глаза сужаются в полумесяцы, когда он наваливается всем своим весом на Чонгука в объятиях, словно он никогда не захочет отпускать старшего. -Это как?.. это твой способ предложить мне переехать к тебе? — спрашивает он, на самом деле бормоча что-то прямо в челюсть Чонгуку, потому что они так близко.        Чонгук знает его достаточно хорошо, чтобы распознать дразнящий тон голоса Чимина, даже не видя его выражения лица.        -А что, если так оно и есть?        -Тогда я бы сказал: «Да… звучит заманчиво», — отвечает Чимин, и смех звонко смеется               Чонгук тоже начинает улыбается. Волосы Чимина щекочут его подбородок, и от него пахнет гелем для душа Чонгука, который в последние несколько недель стал слишком быстро заканчивался. Чонгук внезапно чувствует, что у него на коленях сейчас находится все, о чем он когда-либо мечтал.        -Эй, — шепчет он. — Хочешь переехать ко мне?        Сначала Чимин ничего не говорит. Он просто приподнимается, чтобы посмотреть Чонгуку в глаза.        -Да, — улыбается он, быстро запечатляя нежный поцелуй на губах Чонгука. -Звучит заманчиво.