Искусство переживания

*для полного погружения рекомендую загрузить трек "Play with fire". Вы поймёте, когда надо будет включить) Приятного прочтения))) Арсений Попов сидит перед зеркалом в тёмной гримёрке в перерыве между моторами. Может, было бы логичнее прилечь на рядом стоящий диван, чтобы отдохнуть, но за время мотора он устал видеть только темноту зала, а единственное нормально освещенное место в этой комнате - зеркало. Поэтому он сидит и смотрит в свои голубые глаза, и зависает, не расслышав ни единой мысли. Шоу из шоу крайне интересный, но крайне выматывающий проект. Он актёр, он ловит невероятный кайф, вживаясь в роль очередного ведущего, но слишком много ролей он сменяет за короткое время. Они смешиваются внутри и каждая хочет оставить отпечаток на нём настоящем. А какие из его чувств настоящие?.. Его размышления прерывает стук в дверь. Негромкий, но настойчивый. Он же сказал, что пообедает сам, кого к нему принесло? Он отчётливо, не скрывая раздражения, произносит: -Слушаю Из за двери за спиной доносится неуверенное: -Арс, ты несильно занят? Неожиданно. Конечно, он узнал голос пришедшего, но всё равно перевёл взгляд в зеркале на длинную фигуру, появившуюся в дверном проёме. Пожалуй, Шастун единственный, кого он готов сейчас видеть, ведь только он и может разделить его внутреннее состояние - он также работает на сцене и прыгает от одного образа к другому. Тон сразу смягчается, но всё ещё бесцветный и уставший: -Не занят, входи Шастун прикрывает дверь и мнётся у входа, ища глазами, где пристроиться, но несмотря на свободный диван остаётся у входа. Он не выглядит как человек, забежавший на минутку, чтобы обменяться парой фраз, но будто готовится в любой момент сделать шаг и выйти из комнаты. Он замечает, что Арсений не просто повёрнут спиной, а наблюдает за ним через зеркало и зажимается ещё сильнее. -Я.. - делает шаг вглубь комнаты, и собравшись с мыслями, выдает, почти на одном дыхании - Слушай, меня кое-что беспокоит, и я бы хотел обсудить это с тобой, только пообещай, что никто не узнает. Это будет странный вопрос, но я не могу выкинуть это из головы. Арсений поворачивается на подвижном кресле, чтобы смотреть в глаза собеседнику, а не его отражению и на мгновение ловит взгляд зеленых глаз, сразу устремляющихся в пол. Его прошлые рассуждения растворяются, уступая место загадочным словам Антона. В голове сразу рождаются версии, с чем он пришёл. Что-то насчёт предстоящего мотора? Может Антону не нравится участвовать в этом проекте? Или его озадачил один из неординарных образов Арсения? Конфликт со съёмочной группой? Вопросы к следующим гостям? Или... -Может, мне стоило зайти в другое время, это не связано со съёмками, но я не могу перестать думать об этом, не могу сосредоточиться на шоу. Но если это может сбить тебя, я наверное потом зайду... Антон пытается сделать шаг в сторону выхода, но Арс спешит ответить: -Меня сбивает твоя загадочность. Ещё немного и я начну нервничать! - он продолжает сверлить коллегу взглядом -Да нет, там ничего серьёзного, я просто не знаю как спросить. Ну блин, это вот как ты какую-нибудь внезапную штуку выдаёшь, вот такой же вопрос. Я бы не удивился, если б ты его задал, но сам как-то.. Арсений перебивает максимально серьёзным тоном: -Нет, я не дрочу на своё отражение Антон запинается и поднимает недоумевающий взгляд: -Что? -Нет, не такой вопрос? - лицо брюнета расплывается в наивной улыбке. Дурачится. Шастун усмехается и наконец расслабляется. Всё хорошо, Арсений готов выслушать и поддержать любую ахинею. Ему даже удаётся добавить сарказма: -Лучше. Ты бы смог сыграть симпатию.. к парню? Неожиданно ×2. Не то чтобы это сложный вопрос, просто он действительно не ждал такого от Шастуна. Тем не менее, в нём просыпается пока что необъяснимый азарт и он отвечает с лёгкой ухмылкой, глядя Антону прямо в глаза: - Знаешь, ты даже не первый, кто о таком спрашивает. Я же актёр. И конечно, роли бывают разные, может где-то и придётся сыграть симпатию к парню. - Шастун слушает очень внимательно и Арсений чувствует необходимость объяснить все тонкости - Актеры тоже бывают разные. Одни владеют искусством изображения. Они знают как вызвать эмоцию, которую зритель воспримет как симпатию. Но внутри это будет что-то другое, может даже противоположное. В таком случае это вообще не проблема. Другие владеют искусством переживания, и действительно проживают то, что должны показать, пропускают это через себя. Это не всегда понятно зрителю, зато всегда понятно актёру. - Он делает небольшую паузу, чтобы сформулировать, к чему вёл объяснения - Я отношу себя ко вторым. Но думаю, это был бы интересный опыт. Шастун слегка кивает и шепчет что-то типо: ясно. О себе он говорить не собирается и Арсения это не устраивает. Он изначально зашёл в каком-то странном настроении и это нужно прояснить: -Почему эта мысль не давала тебе покоя? Шастун медлит, не решаясь ответить: -Я недавно опять наткнулся на фанатские видео, где сводят Серёгу с Димкой, нас с.. в любых комбинациях. И нам же надо как-то поддерживать популярность.. Допустим, дойдёт до того, что надо будет изображать какие-то интриги ну.. с кем-то из нас. Вот спросил, что ты думаешь об этом. Арсений не поверил. Ни на йоту не поверил такому объяснению. Они знают друга друга уже слишком долго, чтобы не чувствовать недосказанность. Но мысль, которую начал Шаст, почему-то откликается в нем как вызов, как основа для очередной импровизации. И он бы никогда не позволил себе пропустить такой сигнал. Он встаёт, в несколько шагов преодолевает комнату и за спиной Антона щёлкает замок. Через секунду Антон чувствует лёгкое прикосновение у себя на плечах и совсем рядом слышит игривое: -Шаааст. - руки мягко подталкивают его к дивану - Разве это честно? Я тебе всё выложил как на духу, а ты отделываешься какой-то заготовкой - Антон не сопротивляется и осторожно усаживается. Пронзительный взгляд теперь направлен на него сверху вниз - Ты ведь не из-за этого пришёл. Твоя очередь говорить о себе Антон в панике. Похоже, Арс всё понял. Неважно как, но конечно, он понял. И теперь играется с ним. Козёл. В голосе Шастуна появляются нотки раздражения и даже обиды: - Ты и так всё понял. Зачем меня мучаешь? Арсений на секунду выпадает из нового образа и произносит с искренним недоумением: -Я ничего не понял. Только то, что ты сказал неправду. Остальное - лишь мои догадки. - их взгляды пересекаются и Арсений вновь возвращается в образ, рука опускается Антону на плечо и Арсений садится рядом. Голос становится мягким и заискивающим - Расскажи. Почему ты решил спросить? Ты ведь не первый день об этом думаешь, даже отмазку отрепетировал. Шаст несколько секунд взвешивает все за и против, но всё таки решается пойти ва-банк, шумно выдыхает и выдаёт уже абсолютно искренне, глядя прямо в бесконечный океан голубых глаз: -Мне снился сон. Сны. Уже не первый день мне снятся сны с твоим участием. Как ты обходишь воображаемый шест в ебучем танцевальном бинго, как прижимаешься ко мне, когда мы играем "чужие руки". И все эти сны заканчиваются одинаково, за кулисами. Арсений замирает, ошарашенный таким признанием. Он не до конца уверен, что понял все правильно. Но как это можно понять по-другому? Пожалуй, если бы Шаст сказал это сразу, он бы не ответил ничего утешительного. Но сейчас новый образ уже начал диктовать другие правила своему обладателю, вызывая противоречивую реакцию. Слишком откровенно, чтобы сразу принять это, но слишком интересно, чтобы отвергнуть. Шаст, конечно, видит сомнения своего покаещёдруга и решает довести дело до конца: -Я не ебанутый, чтобы пытаться превратить это в отношения, но мне кажется, что это пройдёт, если перестанет быть чем-то недосягаемым. Только я понял, что не подумал, как действовать дальше. Ещё пара секунд и Арсений осознает все сказанное. Упоминание танцевального бинго и сцены будоражат в нём качества, заготовленные для ярких выступлений: раскованность, энергичность, потребность в постоянном движении и наведении шума. И все это, смешиваясь с любопытством и азартом, симпатией к сидящему напротив и непередаваемым выражением его взгляда, пьянит и затуманивает все сомнения. Игривая улыбка сменяет растерянность на лице брюнета, рука сжимается на чужом плече и Арсений, понижает голос до полушепота: -Расслабься. Антон не может скрыть своего удивления и силы накрывших его чувств, откидывает голову и вжимается в диван. Арсений внимательно наблюдает за тем, как ярко реагирует тело Шастуна и не может не признать, что ему это нравится. Он инстинктивно скользит рукой, покоившейся на плече, к шее Антона, перебирает пальцами короткие волосы. Проводит вдоль скулы, задевая большим пальцем уголок губ и заводя остальную ладонь за ухо. Антон закрывает глаза и прерывисто дышит, рот приоткрыт в нетерпении. Но Арсений никуда не торопится. Его талант требует более энергичных действий, а эго - большего напряжения в теле Антона. Поэтому он наклоняется совсем близко, обдавая щёки Шастуна горячим дыханием и шепчет на ухо: -Я хочу разогреться перед танцевальным бинго. Мне нужно твоё мнение насчёт танца. Антон в шоке наблюдает, как Арсений быстрыми движениями меняет одежду на шёлковую чёрную рубашку с золотистым узором, заправленную в облегающие штаны. Рубашка застегнута на неприлично малое количество пуговиц, формируя Арсению глубокое декольте. И также неприлично смотрится обтянутый танцевальными брюками стояк, который Арсений Па будто бы не заметил. Он беззаботно ищет что-то в телефоне, откуда через минуту начинает звучать узнаваемый бит. "Play with fire" Пока играет вступление, Антон кое-как собирает разбежавшиеся мысли и фокусирует взгляд на человеке, отошедшем в центр комнаты. В такт музыке Арсений пускает волны руками и телом, то провожая их взглядом, то глядя при этом на Антона. Изгибается, выставляя и без того подчеркнутую красоту тела и демонстрируя свою великолепную пластику. Грациозно опускается на колени, продолжая извиваться и делать руками причудливые фигуры, сексуально проводя ими вдоль тела и бросая горящие взгляды в сторону Антона, а потом и вовсе ложится на живот, выставляя бедра, перекатываясь и дразня человека, пожирающего его глазами. Антон уже готов сорваться с места и нависнуть сверху, продолжая прямо на полу, но лишь зачарованно наблюдает, не в силах даже пошевелиться. Он знал, на что шёл, озвучивая свои мысли Арсению, знал, что тот непредсказуем, но к такому был однозначно не готов. Арсений тем временем встаёт и неторопливо приближается, и Антону остается только следить за всеми действиями, боясь моргнуть. Танцор опускает обе руки Антону на грудь, ритмично расстегивает одну за другой пуговицы его сценической рубашки, которую тот решил не переодевать с предыдущего мотора. Когда пуговицы заканчиваются, и Антон, приподнявшись, помогает откинуть свою рубашку, Арсений начинает изучать голое тело руками, сначала слегка касаясь, потом требовательнее, массируя плечи, очерчивая ключицы, грудь и живот. Антон тоже протягивает руки, желая сравнять количество одежды на них, но Арсений перехватывает его, прижимает обе руки к дивану и усаживается к Шастуну на колени. Удерживая запястья, тянется губами к его шее, оставляет то едва заметные, то чувственные влажные поцелуи, и если бы не предстоящие съёмки, наверняка позволил бы себе несколько засосов. Шастун дёргает прижатые руки, откидывает голову и обречённо выдыхает, не имея возможности сделать что-либо ещё. Он балансирует на грани осознанности, и не сразу реагирует на прекращение ласк, а когда открывает глаза, видит губы Арсения в миллиметрах от своих. Но тот не двигается. Антон хочет дотянуться сам, но Арсений отстраняется, сохраняя минимальное расстояние между их лицами. Шастуна волнами захлестывает жар от непонимания происходящего, дикого желания и дыхания, смешивающегося с его собственным. И лишь когда трек заканчивается, Арсений подаётся вперёд и припечатывает Антона долгим, требовательным поцелуем.