Странный вгляд и откровения

Кажется, этот день в Архее был как будто вырван из сказки: солнечные лучи щедро лились с небес, обнимая землю, а все существа, населяющие этот волшебный мир, были погружены в повседневные заботы. Кто-то с усердием трудился, кто-то спешил на занятия, а кто-то просто наслаждался безмятежным отдыхом. Но среди всех этих привычных сцен существовал один, кто с трепетом проводил время в обществе своего любимого эльфа, стоя напротив него в уютном кабинете. *** Эграссель, с его живым умом и страстью к знаниям, мог часами увлекательно разглагольствовать о своих расчетах и теоретических выводах. Несмотря на его старания захватить внимание друга, он время от времени замечал, как взгляд мироходца теряет фокус и плывет в бескрайние дали. Насколько бы это его ни беспокоило, он не подозревал, что в большинстве случаев мысли Лололошки были сосредоточены именно на нем. О его великолепных золотистых волосах, невероятных светлых глазах и завораживающем голосе, который словно окутывал мягкостью и эмоциями. Шатен не мог оторвать взгляда от своего друга, погружаясь в его янтарные глаза, словно в бездонный океан. Каждый раз, когда они были рядом, Лололошка искал возможность еще раз полюбоваться Эграсселем, отмечая каждую мелочь, каждое изменение, которое делало его друга ещё более привлекательным. Он не знал, когда именно это началось, но со временем осознал, что отвести взгляд от своего друга становится всё сложнее. Это не вызывало у него никакого дискомфорта — наоборот, он наслаждался красотой Эграсселя, время от времени глупо улыбаясь или краснея, когда его мысли уводили в сторону не совсем приличных фантазий. Конечно, изменения в поведении мироходца не могли остаться незамеченными. Все первые, которые переодически виделись с ними на собраниях, быстро приметили, что шатен почти не отводит взгляда от своего лучшего друга. Они знали, как Лололошка обычно смотрит на Эграсселя, но теперь в его взгляде было что-то иное — что-то туманное, нежное, возможно, даже влюбленное. Каждый в команде имел свое мнение по этому поводу, но все решили тактично молчать. Вальдхар, конечно, предлагал напоить Ло в каком-нибудь баре и выведать правду, но его предложение было отвергнуто остальными первыми. Никто не хотел иметь дело с протрезвевшим и рассерженным мироходцем, зная, как он страшен в гневе.

***

Эграссель уже несколько минут молча и внимательно вглядывался в своего давнего друга. В его глазах таилось что-то такое, что заставляло эльфа смущаться и одновременно дрожать от волнения. Блондин не понимал, почему мироходец так пристально на него смотрит. Он даже не заметил, что сам замер в молчании, глядя в ответ. "Кажется, снова ушёл в свои мысли," — подумал Эграссель и вздохнул. Осторожно погладив друга по плечу, он увидел, как тот вздрогнул. Очки чуть не упали, и Лололошка, как всегда, поправил их, сосредоточив взгляд на лице эльфа. Невинно улыбнувшись, он произнес: — Ну и что дальше? Почему остановился? Блондин еще несколько секунд смотрел на мироходца с недоумением, а затем с сомнением спросил: — А тебе есть до этого дело? Ты ведь совсем меня не слушаешь. Тон его был обидчивым, и голубоглазому было нетрудно это понять. Грустно вздохнув, он осознал, что своим поведением расстроил друга. — Как объяснить этому невероятно прекрасному эльфу, что я не слушаю и пялюсь на него, потому что не могу сосредоточиться ни на чем, кроме как на его красивом лице и еще более удивительных глазах? Лололошка осознал, что произнес это вслух, только спустя несколько мгновений, когда услышал потрясенный вздох Эграсселя. Они стояли молча, глядя друг на друга, пока эльф не пришел в себя и тихо произнес: — Ло, я жду объяснений... Мироходец понимал, что попал в ловушку. Теперь ему не удастся увернуться от правды, поэтому покорно произнес: — Прости, Энрасса, я виноват. Но пойми, я правда не могу понять, что со мной в последнее время происходит. — Он поднял голову и, поправив очки, вновь посмотрел в глаза своему другу. — Моё сердце начинает стучать так сильно при виде тебя... Я просто не могу выкинуть из головы твой образ ни на минуту. Мне всегда хочется смотреть на тебя, не отводя взгляд. После завершения своей искренней речи, мироходец смущенно покраснел и всмотрелся в лицо собеседника. У Эграсселя тоже горели щеки, и, с нежностью, неожиданной даже для себя, он смотрел на Лололошку...

***

Для многих в Архее этот день так и остался обычным, но для двух лучших друзей он определенно стал одним из самых значимых дней в их совместной жизни.